Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Roi ou rien - Пан или пропал


Roi ou rien - Пан или пропал

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Время действия: 15 сентября, ближе к вечеру, и ночь с 15 на 16 сентября.

Место действия:
поместье и окрестности, деревня Турту, далее по обстоятельствам.

Действующие лица:
Симон де Бланшар, ...

0

2

Если бы кто-то решил проследить за Симоном де Бланшаром после его расставания с королевской камеристкой, он мог бы узнать много интересного. Вернувшись в свою комнату, секретарь, вопреки обыкновению, не принялся перечитывать доносы придворных друг на друга и расспрашивать слуг. Не требуя лакея (сказывалась выучка, приобретенная в юных годы), месье де Бланшар быстро переоделся. Через несколько минут в спальне стоял коротко стриженный человек в черном, со шпагой на скромной, без украшений и вышивок, перевязи. Одежда была слишком простой, чтобы ее обладателя можно было заподозрить в принадлежности ко двору, однако добротной, что вкупе со шпагой позволяло сделать выводы, что человек, ее носящий, принадлежит к дворянскому сословию. Впрочем, опытный наблюдатель, несомненно, заметил бы, что человек к ношению шпаги непривычен.
Оглядев себя в зеркало и не найдя явных изъянов, Симон сунул в правый сапог кинжал, надвинул на глаза темно-серую шляпу, захватил плащ и вышел из дома к конюшням через заднюю дверь. Там его уже ждала оседланная лошадь.
Конюх молча взглянул на секретаря – следуя негласному правилу, взглянул сквозь, словно не узнавая, передал поводья и ушел в стойло, более не проявляя к лошади и ее всаднику никакого интереса.

Через три четверти часа всадник объявился в небольшой деревеньке Турту, проскакал по главной сельской улице, подняв облачко пыли, и спешился у крайнего дома с небольшой вывеской в виде сапожка над дверью.
- Вам кого надо, господин? – седая старуха в чепце – на вид ей можно было дать не менее сотни лет - взглянула на визитера неожиданно ясными серыми глазками, - мастер уехал утром в на ярмарку в город, так до сих пор и не вернулся.
- Мне не нужен мастер, - тихо проговорил Симон, - мне нужен мэтр Клеман.
На испещренном морщинами коричневом лице старухи мелькнул страх.
- Он там, в комнате, - она ткнула узловатым пальцем в запертую дверь.
Визитер нетерпеливо забарабанил по старым дубовым доскам.
Внутри завозились, что-то упало, затем послышалась ругань и дробный смех, и, наконец, дверь распахнулась, и Симон шагнул вперед, наклонившись, чтобы не зацепиться за низкую притолоку.

0

3

Чем живет и занимается мэтр Клеман, во всем селении Турту не знал точно ни один человек, хотя многие высказывали самые разные предположения. Кое-кто считал его авантюристом, кое-кто - мошенником, некоторые разбойником, а кто-то утверждал, что Батистен, даром носит такое имя, снюхался с нечистой силой. Самому Клеману ни о своих, ни о чужих предположениях никто не докладывал, так что он мог о них только смутно догадываться.
Разумеется, только об их части.
Потому что предугадать, куда людей заводит полет фантазии, не под силу никому.
Впрочем, ему чужие фантазии были безразличны.
Дни он проводил, не выходя из комнаты, которую уже много лет снимал у башмачника Дени. Хлопот с ним не было ни у Дени, ни у его матушки, утверждавшей, что мэтр Клеман совершенно неприхотлив. Что он там делал в своей комнате, никто не знал. Мать Дени, старая матушка Бланш, утверждала, что как к нему не войди, он лежит плашмя на кровати и смотрит в потолок.
Зато иногда, получив письмо или вдруг приняв посетителя, Батистен исчезал на несколько дней.
То есть это про него так говорили, что он исчезал, на самом деле никакого колдовства (несмотря на слухи) и в помине не было. Исчезал мэтр Клеман так, как заведено у обычных людей, то есть попросту уезжал. Возвращался обычно в веселом настроении и даже пару вечеров посещал местный кабак, где угощал всех, пил сам и шутил, правда, шутки его были не по душе селянам, а если кому-нибудь выпадало несчастье стать героем одной из них, то ему потом еще долго при воспоминании хотелось поежиться и перекреститься.
Потом Клеман опять безвылазно водворялся в комнате у папаши Дени и, как опять же утверждала матушка Бланш, с каждым днем становился все мрачнее, пока в один прекрасный день не появлялся посетитель, после чего все повторялось заново.

Обстановка в комнате была далека от королевской. Деревянная кровать, стол, разрозненно расставленных три стула, непонятно по какой причине оказавшиеся на тех местах, на которых теперь стояли, да пара сундуков. Батистен, как водится, лежал на кровати, но не плашмя, а на боку, вглядываясь в темный угол, в котором угадывались очертания его сапога и еще чего-то.
- Попалась, - сообщил он коротко вошедшему, не сразу узнавая его в вошедшем. - Ааа, - Клеман потянулся и сел. - Простите, не сразу узнал. Одичал. Давно никого не было.

0

4

- На мели? – коротко поинтересовался Бланшар, мельком взглянув в угол, туда, где, пришибленная сапогом, еще шевелилась и надсадно скрипела предсмертным скрипом жирная серая крыса, - жажда творчества не дает покоя? Признал, и славно. Обойдемся без имен. А дело привычное.
«Щекотливые» дела, которые обустраивал для него мэтр Клеман, случались нечасто, и до недавних пор исполнялись быстро и безупречно. Комар носа не подточит. Ограбление в темном переулке Монфлери, несчастный случай на охоте, отравление, и даже утопление, свидетелем которого был весь двор. Чего стоит одна трагическая кончина маркиза де Торси, первого советника королевы-регентши, исключительно по глупости и из бахвальства пред любовницей пожелавшего преодолеть разлившуюся реку вплавь?
Симон врал. Дело в этот раз было непривычным, впрочем, это был тот самый случай, когда исполнителю не предполагалось знать все детали дела. Более того, это был тот самый случай, когда исполнитель, исполнивший условия сделки, становился опасен сам по себе.
Симон все продумал. Она разделит гонорар на две части. Первая – в качестве задатка. Вторая – по результатам исполнения поручения. Покончив с королем и его любовницей, Клеман будет ждать Симона, чтобы получить причитающуюся ему вторую половину.
- Охотничий домик на острове, в двух лье отсюда вниз по реке. Молодая пара, дворянин и его спутница, четверо слуг. Убрать всех сегодня ночью, любым способом, тела дворян утопить в реке, чтобы не нашли. Пять тысяч ливров. Три сейчас, две – после выполнения поручения. Но встретимся не здесь. Не хочу… примелькаться. В лесу, у заброшенной каменоломни.

0

5

- Не на мели. Всего лишь отдыхаю, - равнодушно поправил Батистен.
По скромным подсчетам "отдых" длился уже около двух недель, и Клеман начал уже если не волноваться, то скучать.
Явление Бланшара многое обещало, потому что кроме как по делу тому появиться было не из-за чего. О здоровье давнего постояльца сапожника господин де Бланшар не пекся, это уж точно.
Уже мечтающий о том, чтобы на время покинуть комнату в доме папаши Дени, Батистен не замедлил проявить интерес. Во всяком случае его взгляд потерял налет легкой сонливости, не исчезавший даже во время охоты на крысу, он уже не полулежал, а сидел, и даже как будто напружинившись.
Выслушав посетителя, Батистен не только заинтересовался, но и изрядно удивился.
Он вообще не считал нужным скрывать нетонкие проявления своей не самой богатой душевной жизни.
Прикинув расстояние, Клеман догадался, в чьих владениях находится домик.
Это его как раз не удивило.
Некоторой неожиданностью было то, как, можно сказать, "позаботились" об удобстве самого Батистена. Дом на острове. Покой, отсутствие неожиданных свидетелей, а жертве невозможно никуда сбежать. Это была бы мечта, а не работа, если бы не количество предполагаемых для скорой встречи с господом лиц.
- Всего шестеро, - присвистнул убийца и с сомнением скривился. - Не то чтобы мало для одного. Даже учитывая, что там дама, а среди слуг тоже хоть одна, но женщина. И даже если остальные слуги стары, тупы и неповоротливы. Достаточно, чтобы одному удалось зашуметь. Я не отказываюсь, но я не пойду один. Мне придется взять еще хотя бы двоих.
Если затребовать двоих, то Бланшар согласится хотя бы еще на одного.
- Они тоже захотят денег, месье. Придется накинуть пару тысяч.

0

6

- Зашумит – никто не услышит, - возразил Бланшар, хотя червячок сомнения точил и его… нет, ему не жалко было денег. Что такое две тысячи ливров, всего лишь две тысячи, когда на кону стоит блестящая перспектива стать рядом с троном и иметь доступ к ценностям иного порядка? Тем более, если отдавать их все равно не придется. Обещания – всего лишь слова. Невелика ценность слова, данного тому, кто через сутки будет кормить рыб на дне той же реки…
Однако еще один посвященный – необходимость убирать двоих, когда они совершат все, что от них требуется.
Симон заметил, что даже мысленно он не может произнести это.
Убить короля. Что с того, что все будет сделано чужими руками? Что-то в самих словах было темное, липкое, вызывающее ощущение оскомины во рту, и противную дрожь в пальцах. Не страшно было убивать мелких людишек… незаметные, муравьи, пыль под ногами; о том, что они были, назавтра вспомнит глупая грязная девка в хибаре глухого переулка Ленфлер. А тут… Убить короля. Коснуться запретного…
Симон почувствовал, как в животе стало пусто и холодно – словно лягушку проглотил. Он сглотнул.
К дьяволу страхи и суеверия. Король – обычный человек, из мяса и костей, и так же будет визжать, заглядывая в глаза смерти, и так же молить о пощаде…
Игра стоит свеч.

- Островок далеко от любого населенного места, если ветер и донесет чей-то крик… - продолжил секретарь, уже уступая… все-таки понимал, что Клеман прав – хочешь, чтобы дело было сделано чисто – делай его тихо.
Прав стервец, прав. Симон поерзал, снял с пояса кожаный кошель, стянутый шнурком, и протянул Клеману.
- Тут три тысячи. Возьмешь одного помощника. Хватит одного. Слуги домашние, жирные и ленивые, опаснее вилки ничего в руках не держали. Крыса твоя… - Симон дернул подбородком в угол, - пострашнее будет. Добавлю пять сотен, - не стоит разбрасываться слишком щедрыми обещаниями, чтобы наемник не заподозрил неладного. Пусть он видит в Бланшаре того, кого видел всегда – прижимистого торговца, готового торговаться за каждый су в любой сделке, даже если речь идет о человеческой жизни, - пять сотен ливров и возможность забрать все, что найдется в карманах жертв. Там найдется немало. Завтра утром я буду ждать тебя у каменоломни, с южной стороны.

0

7

- Еще двое было бы лучше, - хмуро настаивал Клеман. - Те, кто далеко, крики могут и не услышать. Зато их услышат те, кто близко, и насторожатся. Хлопот прибавится. Смотрите, я и вдвоем могу, но если кто-нибудь сбежит, потом не жалуйтесь.
Батистен еще что-то бурчал, но уже знал, что не будет настаивать. К наемному убийце обращаются не за тем, чтобы потом на месте топталась целая ватага или чтобы потом о деле знали слишком многие. Тишина не очень любит многолюдность. Придется обходиться одним подельником.
Сначала надо разобраться со слугами. По двое на одного не так и много. Особенно если они такие, как обещает Бланшар. С дворянином может выйти и проще и сложнее.
Сложнее, потому что кто его знает, где он держит оружие и насколько быстрый.
Проще, потому что не привык к тишине и безлюдности, как, например, он, Клеман. Вечно рядом кто-то ошивается: то попить подать, то горшки вынести. Прикинься слугой, и подойдешь близко, какие бы у тебя ни были намерения.

- На пятьсот согласен, раз есть чем поживиться.
А если остров уединенный, то можно и не сбегать сразу, как дело сделаешь. Тогда можно и задержаться, чтобы все хорошенько осмотреть.
При последнем соображении в Батистене вспыхнула умеренная жадность, но оставалась одна недоговоренность.
- Вот только с чего вдруг к каменоломням за остатком идти придется? Раньше такого у вас заведено не было.
Не то чтобы Клемана это сильно обеспокоило, но к любым новшествам он относился с подозрением.

0

8

- У церкви босяк какой-то за мной увязался, - нехотя буркнул Симон, - кто знает, не послан ли кем? Мог бы пнуть, или поймать за шиворот, да вытрясти, кто следить послал… да только хуже будет, своим ликом перед соглядатаями светить. Вот потому и у каменоломен.
Бланшар придумал ложь легко и быстро, не задумываясь – объяснение было ничем не хуже прочих. Меньше свидетелей его визита к Клеману - меньше проблем. В любом случае. О том, что к каменоломням Симон придет не один, Батистену вовсе знать не обязательно. Как и о том, что только что он подписался на скорую смерть для себя и для неизвестного Симону де Бланшару подельника.
Глухо звякнуло о столешницу серебро в кожаном мешке.
- Запомни хорошо. Каким способом убьешь – не важно. Главное, чтобы трупы не всплыли.

0

9

- Будет сделано, чтобы не всплыли. Не сложно. С мертвыми хлопот мало. Они тихие.
"С уже мертвыми", - добавил Батистен про себя.
Из этого можно было заключить, что те, кто, благодаря Клеману, отправились на встречу со всевышним несколько раньше, чем могли бы, не нарушали покой убийцы неожиданным своим появлением, хоть и нематериальным, но неприятным.
Лишние тревожные мысли, связанные с ними, его тоже не посещали.
Впрочем, Батистен не утруждал себя лишними мыслями, ненужными эмоциями, да и воспоминаниями тоже.
Если они не были связаны с делом, которое пока только ожидало своего решения.
Сейчас он прикидывал про себя, что поручение неплохое, хотя в нем и мерещился какой-то особенный подвох. Сейчас Батистен пытался понять, где и что ему не нравится. То ли оттого, что людей на острове слишком много. Может, все-таки взять двоих подручных? За второго Бланшар точно не заплатит. Вот именно с Бланшаром и связано. Что тот ему сулит барыши, которые можно найти на месте? Да, наверное, дело в этом. Легко обещать, что на месте лежат богатства, а потом сказать, что Батистен сам дурак, что не смог их найти и забрать. Клеман решил, что если разжиться не удастся, то потребует у Бланшара еще. Прямо у каменоломен. Кстати, эта встреча у каменоломен не нравилась тоже.
Об этом как раз хотелось подумать, но не сейчас.
Теперь было время соглашаться.
"Ладно, посмотрим, что там за богатства на островке. А там решим и остальное".
- Согласен, - Батистен лениво, как будто нехотя, сгреб со стола мешок с монетами и спрятал за пазуху. - Не проспите только утром.

Эпизод завершен.

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Roi ou rien - Пан или пропал