Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Туз в рукаве

Сообщений 31 страница 41 из 41

31

- Что ты сделал? Как это сдал? - опешившая Алиса выронила из рук сюртук потенциального мясного миллионера и повернулась к Базилио.
Не так странно было появление кота (как раз вообще не странно), как его откровения. Такое коварство было не под силу даже лисе.
- Ты нарушил пари? - она уставила руки в боки и покачала головой. - Ну ты наглец. Да я тебе...
Она сделала решительный шаг, но остановилась. Как ни хотелось вцепиться в наглую усатую морду мнимого слепого и потрепать его холку, для драки времени не было. Искус напасть и выдрать немного шерсти приходилось отложить до лучших времени.
- Идиот ты, Базилио. Вот так и знай, - доверительно сообщила противнику Алиса, возясь с проржавевшими оконными задвижками. - На покой, значит, собрался? Рыбками баловаться будешь? Ну смотри... если ты и впрямь так поступишь и оставишь Бергамо для меня, то я, может, и прощу твое коварство. И не потравлю твоих карпов.
Внутри Алисы все клокотало. Она сама тоже хитрила, конечно, но по сравнению с Базилио вела кристально честную игру, и теперь ей было особенно обидно.
- Ну что ты там копаешься? - отпихнув противника, неожиданно обратившегося в подельника, Алиса пустила в ход уже доказавшую свою пригодность шпильку.

+1

32

Кот фыркнул, однако подельнице мешать не стал.
- Карпов она отравит, надо же! Да ты этих карпов в сметане с луком сама будешь уплетать за милую душу! – не то, чтобы Базилио с возрастом стал сентиментальным.  Но зачем устраивать позиционные споры в столь неподходящий для ссоры момент? Три тысячи – сумма, о которой он не мог мечтать даже в самых смелых фантазиях, в которых фигурировали   ведра ухи, теплая лежанка  рядом с камином – обязательно с клетчатым пледом и стаканом жирных сливок рядышком, и иногда – породистые блондинки. Но три тысячи – это предел мечтаний. И кто сказал, что надо будет делиться? Пообещать можно, а  вот исполнять обещанное… Это еще вилами по воде писано, да только Алисе сейчас это знать не обязательно.
Усилия лисы не пропали втуне – наконец, посопротивлявшись больше для вида, замок щелкнул, дверца тайника отворилась. Там действительно стояла шкатулка.
- Тяжелая, - сказал Базилио, взвешивая сокровище на руках. Внутри призывно звякнули золотые, -  и заперта, разумеется. Так, уходим в окно – я первый, мне на четыре лапы приземляться не привыкать – а тебе лестницу подставлю, видел, лежала сбоку.
Между тем, за дверью раздалось какое-то движение.
- Синьор Пепперони! Синьор Пепперони, - заверещал за дверью поваренок из кухни,  - вы тут?
- Давай! – тревожно свистнул кот и сиганул в окно с неожиданной для его возраста прытью и где-то даже изяществом. Через мгновение из темноты снизу раздалось фырканье, отплевывание и долгожданное шипение, - бросай шкатулку, я поймаю!

+1

33

Алиса не ожидала от кота такой прыти и подвижности в принятии решений.
- Базилио! - трагическим шепотом заорала лиса, разглядывая в окне мелькающую внизу проплешину на затылке полупротивника и полуподельника.  Взгляд со второго этажа нестрашен, если только ты не размышляешь о том, как будешь с него спускаться. Алиса невольно почувствовала нечто вроде приступа дурноты, впрочем, мгновенно исчезнувшего, когда в дверь опять застучали и затребовали синьора Пепперони.
Кот сигнализировал снизу, размахивая руками и, кажется, облизываясь. Алиса посмотрела на шкатулку с нежностью, а на Базилио - с подозрением. Он пока еще не сделал ничего, чтобы заручиться ее доверием.
- Ну уж нет, Базилио, - сощурилась Алиса и крепче прижала добычу к кружевному корсажу платья. - Еще не поймаешь, разобьется, все деньги разлетятся. Собирай их потом. Со шкатулкой я спущусь сама. Ты же говорил, там лестница есть? Вот и давай лестницу.
Она боязливо и воровато обернулась к двери. Если ее вскроют, хороша же она будет! С украденным в руках! Хотя...
- Поторопись, Базилио! Иначе я открою дверь и заявлю, что ты пытался обворовать синьора Пепперони, но убежал ни с чем. Благодаря мне. Не видать тебе пруда и карпов. А потом найду и глаза выцарапаю. Тогда и Бергамо больше не увидишь, хоть торчи тут весь остаток своей жалкой жизни!

+1

34

«Вот же неверующая рыжая кочерыжка!» - зашипел от обиды кот.
Но время – деньги. В нашем случае – буквально.
И кот не стал устраивать позиционных споров  - быть внизу, но без денег немногим лучше, чем в номере Пепперони с заветной шкатулкой в руках.
Садовая лестница лежала рядом, под домом – искать не пришлось, и легла ровнехонько к окну номера второго этажа. Как приклеенная.
- Бегом давай! – вякнул Базилио снизу.
Чуйка его не подводила – наверху припекало. Несколько минут, и их хватится и сам Пепперони, и почуявший неладное хозяин, которому кот не заплатил за карасей в сметане.
Тут Базилио некстати вспомнил, что оставил в обеденном зале сюртук с брегетом. Сюртук -  невелика потеря, а брегета было жалко.
«Ничего, куплю себе новый. Два!» - решил он, и почти заголосил:
- Скорее давай! А то обоих повяжут! А мне в тюрьму идти  резону нет – у меня ревматизмы!

+1

35

Легко было сказать "бегом", а Алиса уже столько лет успешно разыгрывала из себя степенную даму, поэтому смываться через окно по лестнице было для нее делом непривычным и даже, можно сказать, унизительным. Впрочем, второе смущало ее меньше, чем первое. Перегнувшись через подоконник, Алиса поставила на верхнюю планку лестницы ногу в изящном ботинке на крутом каблуке - вещь красивая и ужасно неудобная - и, балансируя чуть ли не при помощи носа, оказавшегося на уровне оконной рамы, фривольным жестом перекинула через подоконник вторую ногу. Сжимать в руках тяжелую шкатулку, подол длинного платья и нижней юбки, а так же боковины лестницы было делом нелегким, но Алиса, хотя и несколько медленно, но справилась с этим, несмотря на наличие еще изящной шляпки с перьями и длинных, до самого подбородка, серег.
Сойдя с лестничной выси на грешную землю, он горделиво повернулась к Базилио.
- Если бы ты не наплел Пепперони про меня, то не пришлось бы быстрее, - с вызовом просипела она коту, быстрой походкой удаляясь от гостиницы. - И не пришлось бы мне сбегать, оставляя в комнате весь свой багаж.
Багаж Алисы состоял из двух чемоданов, в которых было не меньше пяти платьев на все случаи жизни и пара килограммов весьма сносно подделанной бижутерии, помогающей при случае пустить пыль в глаза. Впрочем, за ними она еще не оставляла надежды вернуться.

+1

36

- Какая потеря! – передразнил недавнюю соперницу по сомнительному бизнесу, а  ныне – подельницу  Кот.  – Новые побрякушки купишь. Красная цена твоим шляпкам – пара сотен золотых. А на кону три тысячи!  А теперь давай шкатулку – не бойся, не сбегу – и побежали!
И они побежали.
Надо сказать, бегать и Базилио (несмотря на ревматизмы), и прекрасная синьора (невзирая на остромодную обувь) умели быстро. Ибо от скорости  и умения вовремя смыться зачастую зависел не только размер дохода, но и вольная жизнь.
Бежали они долго. До самого леса, не останавливаясь. И еще по лесу – уже медленнее.
- Все. Хватит! – выдохнул запыхавшийся Базилио, падая на все четыре лапы у поваленной недавней непогодой сосны, - привал. Дальше пойдем  каждый своим путем. А пока…
И  Базилио любовно погладил шкатулку.
Пара ловких движений шпилькой – замок пружинисто квакнул и сдался.
- Вот же дурак этот Пепперони, - зажмурился кот, - с такими деньгами, и с таким плевым замком и без охр-рррр… ох ты ж,  зараза длинноносая!
Под деревянной  крышкой аккуратными рядками лежала круглая морская галька.

+1

37

- Но что же это такое, Базилио? - с недоумением воззрилась на "сокровища", таившиеся в недрах шкатулки, Алиса.
Она взяла несколько камешков и близоруко - хотя прекрасно все всегда видела - сощурилась. Уверенность, что в шкатулке богатства, была так велика, что поначалу лиса была готова поверить в скромно выглядящие драгоценные камни, о существование которых она никогда не подозревала раньше.
- Ерунда какая-то, - еще не понимая, продолжила она, трогая камешки и зарываясь в них руками, как в золотые россыпи. - Похожи на гальку.
Понимание, что же произошло на самом деле, пришло неожиданно и ярко. И тогда Алиса вся порозовела, до кончика носа.
- Дурак ты, Базилио, - с чувством сообщила она коту. - И я тоже хороша! Синьор Пепперони слишком осторожен. Он не будет хранить свои сокровища на видном месте, даже если это место - сейф! Я возвращаюсь!
Она фыркнула и, резко развернувшись, пошла в обратном направлении.
- Завтра я поеду утром в экипаже синьора Пепперони. У меня еще есть шанс. А вот за твои я бы не дала и ломаной гальки.

0

38

- Возвращаешься? А если тебя привлекут за проникновение со взломом? – придушенно вякнул кот, все еще не веря в случившийся с ним конфуз.
Надо же, поверить малознакомому мяснику! С полуслова поверить, что три тысячи золотых тот везет в простой шкатулке и без охраны!
Как же это он умудрился так бездарно купиться? 
И как теперь вернуться? И стоит ли возвращаться вообще? Ведь отмыться так просто не получится. Да и караси в сметане, за которые не уплачено…
Базилио  вздохнул протяжно, почти взвыл. Брегет! Ценность брегета в отсутствие заветных золотых возросла в разы. Кот почувствовал острый приступ ностальгии.
Но возвращаться в таверну?! Да его повяжут еще на подходах. У него же нет необходимого налета респектабельности, в отличие от… некоторых. И кот с неприкрытой завистью  глянул на подельницу. Платье у нее синее, туфли модные. Конечно, ей-то поверят, что она ни в каких сомнительных делах не участвовала!   Выхода не было, кроме как…
- Послушай, Алисочка… Мне туда никак нельзя… Окно открыто, шкатулка исчезла… Лестница, опять же…  Да и видок у меня тот еще… А  ты дама респектабельная, да и уболтать любого  сумеешь куда мне до твоих высот!  Скажешь, что, мол, вышла воздухом подышать, видишь, кто-то из окна лезет, ну, ты бегом за вором бросилась, как честная женщина… Да не успела – уж больно прыток оказался. Тебе поверят! Не могут не поверить! – проговорил он с глубокой убежденностью в голосе. И глаза сделал пожалостливее,  - а ты захвати  в обеденном зале мой брегет, отдашь потом, я в кустах покараулю, да?
Алиса, как ни странно, согласилась. Или сделала вид, что согласилась. Кот занял стратегическую позицию в ближайших кустах – а лиса уверенным шагом направилась ко входу в «Устрицу». Дверь, однако, распахнулась раньше, чем Алиса успела коснуться дверного молотка, и на пороге появился синьор Риччи. Хохолок  на макушке уважаемого владельца таверны воинственно вздрагивал.
- А-ах, синьора, - запел он, цепко ухватив Алису за локоть, - дорогая синьора! Какое счастье, что вы вернулись! Я-то уже подумал, что не видать мне денег за ужин, как своих ушей!  С вас тридцать три золотых, синьора!

+1

39

План Базилио не привел Алису в восторг, особенно в той его части, что касалась брегета.
- Что же ты такую вещь оставил? - раздраженно покачала она головой, отчего перья в прическе угрожающе нависли над котом. - И как я, как честная женщина, буду забирать чужие часы из обеденной залы? Ладно, сиди уже тут, горе ты мое.
Последнее обращение получилось по-сестрински раздраженно и родственно одновременно.
"В крайнем случае брегет останется, где лежит", - подумала она про себя.
И решительно направилась к дверям трактира, собирая всю наглость, на которую только была способна.

Блеянье хозяина "Устрицы" застало ее врасплох. Она оторопело - чуточку не так, как умеют порядочные женщины, - уставилась на нагловатого трактирщика и горделиво повела плечами:
- Что значит не видать денег за ужин? - с небывалом чувством собственного достоинства процедила Алиса. - Меня пригласил синьор Пепперони. Вы понимаете? Пригласил? Надеюсь, он уже вернулся из конюшни и мы можем приступить к десерту? Мне нужно сообщить ему что-то важное.
- Вернулся? Как бы не так! - почему-то торжествующе воскликнул Риччи и, пропустив даму внутрь, захлопнул за собой дверь и начал теснить ее к центру зала. - Он уехал! Сбежал! Испарился! Смылся! Растворился в тумане! Не заплатив ни сольдо за комнату!
- Синьор Пепперони? - Алиса нервно рассмеялась. - Вы что-то путаете, синьор. Он не мог так сделать! Синьор Пепперони - честный делец.
Тут она вспомнила, как Базилио назвал ее "честной женщиной", и сбилась.
- Да, очень уважаемый. Вы знаете, сколько он может заплатить за какую-то там мясорубку?
- Какую мясорубку? - подозрительно сощурился трактирщик. - Да он из меня котлету сделать и без всякой мясорубки! Есть и пить три дня! И все просто так! Ну уж ужина я так ему не прощу, ведь ужинал он не один, не так ли, моя честная синьора?
При очередном слове "честная" у Алисы нервно задергался глаз. Теснимая тучным Риччи, она оказалась вжата в какой-то стул и рухнула на него.
Это был тот самый стул, который занимал не так давно Базилио. Не нужно было много времени, чтобы убедиться, что никакого брегета тут не было. Как и на соседних столиках.
- Хорошо, синьор Риччи, - у Алисы было правило долго не спорить, а обещать сразу все, чтобы выиграть время. - Хорошо, я заплачу за ужин, раз уж синьор Пепперони оказался мошенником. Но деньги у меня в комнате. Мне надо подняться к себе, - тут Алиса весьма эффектно разрыдалась, - я заплачу. Но какой негодяй! Он же обещал мне... обещал...
- Ну-ну, - понимающе и чуть смущенно пробормотал Риччи, от необходимости иметь дело с плачущей женщиной сразу сникая. - Бывает, бывает. Ах, как мы все легковерны!
"Вот уж кто точно не легковерен, так это ты, старый пройдоха", - зло подумала про себя Алиса.
- Вы поднимитесь к себе и возьмите деньги, - нежно, но вместе с тем и неумолимо предлагал выход Риччи.
- Конечно, - Алиса вытирала глаза белым платком, и вид ее становился совершенно несчастным.

Правда, когда синьор Риччи посторонился, давая ей пройти, к себе в комнату уже пошла совершенно другая Алиса. "Будет тебе три золотых, жди", - мысленно обещала она трактирщику. - "Мне бы чемоданы забрать только".
О том, как улепетывать с двумя чемоданами, Алиса решила подумать чуть позже, и правильно сделала, потому что размышление пропало бы втуне: в комнате не было никаких чемоданов. Вообще ничего не было.
Расставание с трактиром было бесславным. Алиса думала уехать с чемоданами, в экипаже и за чужой счет, а сбегала через черный для прислуги ход, кухню и кусты. Когда она появилась за спиной караулившего Базилио, взъерошенная, с птичьим гнездом на голове, потускневшими воротничком и манжетами и злая, как сотня драных кошек, никто бы не смог назвать ее "честной женщиной".
- Плакал твой брегет, Базилио, как и мои чемоданы. Бежим скорее. Надеюсь, ты уже успел передохнуть?

+1

40

***

Прошло шесть дней. Кот и лиса бежали из проклятой «Креветки» как можно дальше, не желая вспоминать ни свой вопиющий провал, ни потерю багажа и фамильного брегета.

Сейчас они сидели в обеденном зале маленькой харчевни «Три пескаря» - заведеньице  далеко не пафосном – скорее, убогом. Однако хозяин харчевни, синьор Пульчинелло, согласился покормить горе-путешественников  в обмен на последнее сокровище Алисы – брошь в виде бабочки с аметистовым брюшком.
- Подделка, конечно, - хищно щелкнув зубом, пропел синьор Пульчинелло, - за нее могу вам предложить пять жареных пескарей и вчерашнее молоко.
"Грабеж среди бела дня!" – хотел завопить Базилио, но желудок вопил громче, а слюнные железы от запаха подгоревшей на масле рыбешки уже полчаса  отплясывали тарантеллу.  Он не ел шесть дней. Ему хотелось пескарей, и от молока – пусть и позавчерашнего – он не оказался бы.  И даже от простокваши.
- Идет! – рявкнул кот раньше, чем владелица подделки смогла возразить, - неси рыбу!
Хозяин довольно ухмыльнулся и ретировался, а дверь в заведение распахнулась, пропуская нового посетителя.
Базилио уронил котелок и ошалело уставился на вошедшего.
Перед ними стоял Пепперони  - одетый весьма дорого и щегольски, и  держал в левой руке трость с набалдашником в виде головы бульдога.
- Здравствуйте, синьор Базилио, - радостно улыбаясь, сказал Пепперони, - здравствуйте, синьора Алиса. Позволите присоединиться?
И Пепперони, сияя лошадиной улыбкой, присел на свободное место, не дожидаясь согласия ошарашенных горе-подельников.
- За последние погода я заработал шесть тысяч золотых, - невозмутимо продолжил лже-мясник, - но ваши шляпки и побрякушки, за которые я выручил шестьдесят золотых, синьора Алиса, и ваш брегет, который мне удалось продать антиквару как часы Жозефины Богарне за сто пятьдесят, синьор Базилио, были лучшим моим делом за это время. Однако я не мог не оценить ваших стараний, и поэтому… Минуточку.
Проходимец легко вскочил, будто под коленками у него были спрятаны невидимые пружинки, высунулся за дверь и принялся активно размахивать руками.
- Сюда, сюда, друг мой! Я познакомлю вас с замечательными синьорами!
Спустя минуту  взорам присутствующих явился тучный человечек в клетчатом сюртуке с бутоньеркой в петлице,  в котелке,  с заплывшим жиром лицом и маленькими глазками-щелками. Следом за ним двигались два одинаково-квадратных «секьюрити». В глазах  и выражениях лиц у обоих было что-то от бульдога. Тот, что справа, держал в руках увесистый кованый сундучок  на цепочке, пристегнутой к запястью.
- Друзья мои, позвольте представить вас синьору Пепперони, владельцу мясной лавки «Три поросенка». Мы познакомились с ним в Бергамо, и направляемся на выставку в Милан. Синьор Пепперони, как и я, очень интересуется техническими новинками в пищевой промышленности. Синьор Пепперони, позвольте вам представить моих давних друзей. Синьор Базилио, изобретатель механической мясорубки с тремя ножами. К сожалению, слепой.  И синьора Алиса,  почтенная вдова и владелица поместья и  элитного конезавода недалеко от Гарласко.

Отредактировано Пепперони (2016-01-16 21:57:58)

+1

41

Алиса завидовала Базилио, которому ничто не могло расстроить аппетит. Самой ей кусок не лез в горло, потому что шел уже шестой день, когда лиса боялась взглянуть а себя в зеркало. Вид у нее был достаточно плачевный, но она была готова сцепить зубы, если бы не одно "но": ее внешний вид во многом был источником ее заработка. Получался замкнутый круг: нужны были деньги на собственное облагораживание, но без тщательно выверенной респектабельности Алисе их было негде взять. Ну кто согласиться играть в карты с потрепанной дамочкой? Приятелей и друзей у нее не было, а давние знакомые, если такие еще и остались, сеяли смуту мошенничества в Павии или - если им там надоело - неизвестно, где. Вероятность встретить их была такой же, как случайно найти увесистый кошелек на улице Бергамо. Положение угрожающе продвигалось к точке "безвыходное".

Входящий в трактир "Пепперони" произвел на Алису впечатление едва ли меньшее, чем мог бы сходящий с небес ангел, точнее выбравшийся из преисподней черт. "Я тебе глаза съем", - пообещал лжемяснику пламенный лисий взгляд. Но тот, видимо, не смутился, а с видом хозяина жизни, излучающего добродушие победителя, присел и обдал несчастную парочку всеми ароматами богатства. Алиса судорожно сглотнула и пожелала "Пепперони" всего, чего желают при таких встречах: всего лишь один процент пожеланий уже способен убить.
"Наглец, хам и подлый негодяй", - с холодным бешенством констатировала про себя Алиса. От того, чтобы вцепиться в горло удачливому конкуренту, ее удержало только неожиданное появление настоящего Пепперони. Базилио как-то подозрительно заурчал, но Алиса, выслушавшая очередной поток мошеннического красноречия от бога аферы, успела сориентироваться и наступить коту на ногу.
- Тише, Базилио, тише, - проворковала она на ухо приятелю по несчастью. - Синьор Пепперони, - она ослепительно улыбнулась толстяку, помахивая поникшими перьями на шляпке, - счастлива познакомиться. Извините, что так встречаю вас... с дороги... можно сказать, только из конюшен...
Быстрый взгляд в сторону ушей лже-Пепперони говорил о том, что с ним Алиса намеревалась обязательно поквитаться.
Но чуть позже.

Эпизод завершен

+2