Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Путешествие из Лондона в Эдинбург


Путешествие из Лондона в Эдинбург

Сообщений 1 страница 30 из 188

1

Место: Англия
Время: первая половина августа 2015 г.
Персонажи:
Дэвид Уильям Брэдфорд - 40 лет, медиамагнат, миллионер
Эбигайл Торп - 27 лет,  ведьма

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-13 21:44:21)

0

2

В этот день Дэвид Уильям Брэдфорд проснулся непривычно рано и в отвратительном настроении. Виной тому было несколько причин. Во-первых, дождь, начавшийся накануне  и всю ночь  монотонно барабанивший по водостоку.  К утру он так и не прекратился, отчего вид  за окном был подернут  серой унылой пленкой. Такую погоду мистер Брэдфорд просто ненавидел.  Проведя детство и большую половину беззаботной юности в солнечной Калифорнии, куда после развода родителей увезла его мать,  он так и не привык к туманной и сырой лондонской погоде. Вторая причина – приснившийся под самое утро сон, странный, неприятный, тут же забывшийся при пробуждении, но оставивший после себя липкое чувство надвигающейся опасности. Подобные ощущения Дэвид Бредфорд очень не любил,  ибо давно убедился, что подсознательная интуиция его никогда не обманывает, и  теперь обязательно случится какая-нибудь  неприятность.
Но, главное, что вызывало раздражение, было то, что сегодняшний день  был днем его рождения.   После того как умерла мать, скончавшаяся точь-в-точь в день рождения сына, Дэвид много лет не отмечал эту дату, однако став главой корпорации, был вынужден вернуться  к общепринятой традиции. Вот и теперь его ждал скучный банкет,  с  шаблонными тостами, льстивыми улыбками и лицемерными пожеланиями. И вряд ли хоть одно из них будет искренним.
С момента смерти отца, погибшего в автомобильной катастрофе, причину которой так и не удалось установить, Дэвид Брэдфорд был абсолютно уверен, что в бизнесе не бывает ни друзей, ни соратников, а только партнеры, к которым надо относиться весьма недоверчиво.  Предательства двух самых близких людей – старого друга отца, едва не отобравшего у Дэвида компанию, и  собственного друга детства, который в тяжелые для будущего миллионера  времена увел у него любимую девушку, сделали из прожигавшего жизнь шалопая упорного, не доверявшего никому  бойца, который, поставив крест на дружеских отношениях с кем бы то ни было,  не только вернул себе семейный бизнес, но и  вывел его  на новый уровень.
Мистер Брэдфорд был деловит и осторожен с партнерами, жёсток, и даже жесток с конкурентами, особенно теми, кто пытался перебежать ему дорогу. Сотрудники его уважали и побаивались, но, ни особой ненависти, ни любви к нему никто не испытывал.
Почти такие же отношения у него были и с женщинами. Миллионер-холостяк – они  роем кружились вокруг него, но дальше ничего не значащих коротких романов, которые мистер Брэдфорд предпочитал не афишировать, дело не шло. С остальными он был холоден и предельно корректен. Но, с особо упорными искательницами его иногда срывало на откровенно издевательские поступки, как это случилось с мисс Кингсли, которой  он  вылил  в декольте целый соусник. Девушка, пользуясь « непринужденностью обстановки» на одном из частных приемов, слишком настойчиво  пыталась добиться его внимания. Правда, на следующий день, по слухам, она получила новое роскошное платье, но еще долгое время не решалась появляться на светских вечеринках.
Мистер Брэдфорд отодвинул недопитую чашку кофе, встал и, взглянув в окно, снова поморщился. Серая мгла так и не рассеялась. Он посмотрел на часы – было пора отправляться в офис. Шальная мысль -бросить  все и уехать куда-нибудь подальше,  мелькнула и исчезла. Машина уже ждала у дверей.
Поправив манжеты и галстук,  он бросил на себя последний взгляд в высокое зеркало и шагнул за порог в мелкую морось лондонского   утра.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-21 12:19:14)

+1

3

- Вы уверены, что все пройдет, как нужно? – мисс Кингсли нервно подергала себя за мочку уха и посмотрела на Эбби с откровенным недоверием, - у вас точно достаточно опыта для таких э-ээ… фокусов?
- Разумеется, мисс… - терпеливо повторила Эбби, - я делала это десятки раз. Все пройдет как по нотам. Завтра получите своего Брэдфорда в подарочной упаковке,  посыпанного тертым шоколадом, и перевязанного розовой атласной ленточкой.
Мисс Кингли криво улыбнулась.
- Чек после получения результата, - сообщила она придушенным голосом, воровато оглядываясь, - десять тысяч фунтов.
- Да, - кивнула Эбби, - именно.
Она уже успела пожалеть, что связалась с Маргарет Кингсли, но отступать было поздно. Да и деньги нужны были.
За квартиру не уплачено. Если она не внесет деньги до тридцать первого августа, ее выселят. А она уже привыкла к хипстерскому жилищу в трех кварталах от знаменитого нулевого меридиана, и виду на сине-зеленый лазерный луч по ночам,  и даже к  вою соседской таксы Сардельки. А еще очень хочется осуществить давнюю мечту и съездить в Танжер. Почему именно в Танжер – она не знала, просто верила, что это необходимо.   
Ей даже снился запах специй, оранжевый закат и черные, словно тушью нарисованные пальмы. Картинка была глянцевой и ненастоящей, а запах – абсолютно реальным.
- Аккредитация у вас есть? – бесцеремонно вторглась в ее мысли клиентка, - вас пропустят без проблем?
- Разумеется, мисс, - кивая, как китайский болванчик, подтвердила Эбби.

Ее пропустили. Охрана сверилась со списком и несколько секунд сличала лицо журналистки с фотографией на бэйдже.
- Мисс Эбигайл Торп, - пробормотал квадратный секьюрити, - внештатный корреспондент «Обозревателя»?
- Да, - Эбби старалась улыбаться «лучезарно», - очень надеюсь, что после сегодняшнего репортажа меня возьмут в штат. Брэдфорд очень не любит прессу?
- Умеренно, - дипломатично ушел от разговора охранник, - удачи, мисс. Столики для представителей прессы – номер пятьдесят шесть и пятьдесят семь.

Эбби прошла за пятьдесят шестой столик. Как всякая уважающая себя профессиональная ведьма, она была суеверна. Пять  плюс шесть – одиннадцать. Один плюс один – два. Пара. Все получится. Мисс Маргарет Кингсли, зануда и утконос, получит своего миллионера – Эбби получит свои деньги. Пакетик с высушенными ингредиентами покоился в новеньком клатче (сухой вереск, кровь  заказчицы, кровь  испытуемого («Откуда у вас кровь, мисс Кингсли? –  О, однажды он поранил руку о застежку шлема после игры в поло, я подобрала платок!»), сожженный волос миллионера и пучок волос мисс Кингсли… смесь готовится в полнолуние, читается заклинание крови… остается только удачно коснуться этой пыльцой открытой кожи жертвы. Или умудриться подсыпать порошок в коктейль. Или что там пьют миллионеры и медиамагнаты?
Рядом с Эбби сидела монументальная дама лет шестидесяти пяти. Выдающийся орлиный профиль так часто мелькал на пресс-конференциях, что ошибиться было невозможно.
- Дана Стоунхендж, «Сандэй Миррор», - продекламировала Эбби вслух, - здравствуйте. Я Эбигайл Торп, из «Обозревателя».
Миссис Стоунхендж милостиво кивнула.
- Вы знакомы с именинником?
- Разумеется, - снова кивнула миссис-Орлиный-Профиль, - я хорошо знала родителей этого мальчика. С его матерью мы были подругами в колледже.
До появления в банкетном заде Дэвида Уильяма Брэдфорда оставалось десять минут и пара глотков коктейля.
- Правду говорят, что у него аллергия на креветок?
Дана Стоунхендж поперхнулась и расхохоталась.
- Вы первая, кто у меня об этом спрашивает. Обычно интересуются, правда ли то, что у него нет постоянной женщины – и не гей ли он случайно. Вы мне нравитесь.
- Вот видите, - оживилась Эбби и посмотрела на Дану взглядом одинокого щенка, - я вам нравлюсь. Если я смогу понравиться Брэдфорду и получу хотя бы пять небанальных ответов на такие же небанальные вопросы, у меня есть все шансы попасть в штат «Обозревателя».
- Пяти ответов маловато для полноценного интервью.
- Мне достаточно! – горячо уверила Эбигайл Торп.
До появления в зале Брэдфорда оставалось семь минут.

Отредактировано Эбигайл Торп (2016-05-11 08:55:20)

0

4

День прошел как обычно:  короткое совещание, несколько деловых встреч, телефонные переговоры, подписание договоров, срочные бумаги и прочие текущие вопросы.   Мистер Брэдфорд никогда не делал его выходным и все знали, что принимать поздравления он будет только в конце рабочего дня, когда его секретарша мисс Милн выйдет из кабинета с последней папкой.
Маргарет Милн, которую в головном офисе за глаза называли «старушка Мэг», работала  у мистера Брэдфорда без малого лет пятнадцать. Она  начинала еще у Брэдфорда-старшего, прекрасно знала свое дело и оказала Брэдфорду- младшему неоценимую помощь в распутывании интриги с фиктивным банкротством компании. Дэвид всегда прислушивался к ее советам, и когда она безапелляционно заявила, что нельзя лишать сотрудников права поздравить своего босса, а банкеты, которыми всегда сопровождается это мероприятие, как нельзя лучше способствуют установлению доверительных отношений с партнерами, он скрепя сердцем согласился.
С тех пор ритуал празднования был расписан по минутам. В кабинете его  непременно ждал черный смокинг с идеально накрахмаленной белоснежной рубашкой, черной шелковой бабочкой и бриллиантовыми запонками, которые  «старушка Мэг» демонстративно водружала на середину стола, чтобы босс не забыл их надеть. Без четверти  семь он садился в лимузин, чтобы ровно в девятнадцать часов войти в полный гостей зал.
Обычно ему удавалось создать себе соответствующее празднику настроение, но не сегодня. Возникшее утром  чувство приближающейся опасности , за день немного притупилось, однако полностью не исчезло. Невнятное ощущение тревоги заставило его вспомнить другой  день - двадцать первый день своего рождения -  последний, который он отпраздновал в Лос-Анджелесе, и настроение окончательно испорти лось. Это был феерический праздник -  их компания устроила настоящее «турне» по клубам. Дэвида с самого утра мучило чувство тревоги, но за весельем он просто отмахнулся от него. А на следующий день  его, едва живого от выпитого спиртного, разбудил звонок из больницы, и скучный голос сообщил, что его мать скончалась.

Машина остановилась у входа в ресторан, швейцар распахнул дверцу, и Дэвид, поправив бабочку, направился к банкетному залу.
« А теперь, наконец, поприветствуем, нашего дорогого юбиляра, мистера Дэвида Брэдфорда!»
Дворецкий распахнул двери, и  Брэдфорд, надев на лицо дежурную улыбку, шагнул во  встретивший его аплодисментами зал. От слова «юбиляр» веяло какой-то замшелостью, поэтому улыбка вышла натянутой и немного кривой.
Пару секунд помедлив на пороге, Дэвид быстро оглядел присутствующих: совет директоров в полном составе, соучредители,  главные акционеры,  ведущие партнеры и прочие приглашенные – вся ценность  которых состояла в их полезности для корпорации. Чуть поодаль -  заместители директоров,  начальники отделов и направлений. Отдельно стояли столики для прессы с непременной Даной Стоунхендж. Увидев ее, мистер Брэдфорд невольно хмыкнул. За последние двенадцать лет Дана, пользуясь былым знакомством с его матерью, не пропустила ни одного такого  мероприятия. Единственным ее достоинством,  среди множества  недостатков,  было то, что она никогда не выходила за рамки дозволенного – писала относительную правду и не болтала лишнего, а потому всегда получала место за столиком прессы. Рядом с Даной сидел еще кто-то. Внимание привлекло не столько лицо, сколько взгляд, такой бывает у пришедших на кастинг дебютанток.  Дана привела с собой протеже? Или это просто случайное соседство, и девица - журналистка очередного женского журнала, читательницы которого жаждут узнать тайны его личной жизни? Впрочем,  не важно, прессе будет предоставлено  несколько минут в конце официальной части банкета.
Аплодисменты стихли, и мистер Брэдфорд, принимая поздравления и пожимая руки, медленно двинулся к своему почетному месту, а на импровизированную сцену поднялся  очередной оратор.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-21 12:10:11)

0

5

Появление в зале именинника  вызвало естественное оживление, а в рядах журналисток светской хроники  – некоторый ажиотаж. Эбигайл раньше не обращала внимания на Дэвида Брэдфорда, хотя помнила лицо – породистое и слегка надменное, по интервью в теленовостях и статьям в газетах. 
Сейчас она смотрела оценивающе, и то, что она увидела, ей не понравилось.
Тень на лице юбиляра носила отпечаток усталости и легкой тревоги. Она не увидела этого, скорее – угадала, каким-то шестым ведьмовским чувством.
К нему сложно будет подойти. К нему сложно будет подойти вдвойне, если она захочет застать его в одиночестве.
Ее размышления были прерваны восторженным «вау!» откуда-то справа. Пятьдесят шестой столик, оккупированный журналистками светской хроники, завистливо выдохнул, узрев на пресс-секретаре Брэдфорда ярко-синее платье от Валентино.
Личная жизнь сорокалетнего холостяка,  медиамагната и миллионера была любимой темой модных дамских журналов.   Ему приписывали романы с Талулой Райли (между двумя  ее браками с Илоном Маском) и Джеммой Атертон. В числе его любовниц фигурировала троюродная племянница  принца Уэльского. В конце концов, не случайно его пресс-секретарь носит платья из новой коллекции Валентино!..
Эбигайл криво улыбнулась, слушая пятую поздравительную речь одного из партнеров Брэдфорда, которая больше напоминала сухой статистический отчет.

Наконец пришло время прессы.
Пятьдесят шестой столик оживился, сгруппировался и потянулся к подиуму, на котором вишенкой на торте все еще восседал (на стуле, а не на торте) сам Брэдфорд.
- Ваши вопросы, пожалуйста! – сияя стоматологически безупречной улыбкой, проговорила пресс-секретарь в синем платье от Валентино.
- Мистер Брэдфорд! В этом году вы поднялись в списке Форбс на два пункта, а в прошлом – на шесть. Считаете ли вы это неудачей?!
- Мистер Брэдфорд! Говорят, вы запланировали деловую встречу с мистером Маском?  С какой целью?
- Мистер Брэдфорд! Насколько справедливы слухи о ваших близких отношениях с Талулой Райли?
- Мистер Брэдфорд!.. Как вы относитесь к проблеме исчерпания природных ресурсов?
- Мистер Брэдфорд! Планируете ли вы посещение Недели высокой моды в Милане?

Эбби терпеливо ждала своей очереди. Она точно знала, что приблизиться к Брэдфорду сейчас ей не удастся, поэтому вопрос был не более чем стартовым залпом, попыткой привлечь внимание. 
- Эбигайл Торп, «Обозреватель». Мистер Брэдфорд, представьте, что у вас появилась возможность стать персонажем любой книжной истории. Кем бы вы хотели стать?

0

6

Поздравительные речи были скучны и однообразны, Дэвид слушал их в пол уха, откликаясь только на тот момент, когда оратор предлагал поднять бокал за юбиляра. Было ли тому причиной не проходящая смутная тревога, от которой хотелось избавиться,  воспоминание о Лос-Анджелесе, или сама дата, знаменующая окончание солидного отрезка  жизни, но бокал мистера Брэдфорда пустел чаще, чем обычно, и к концу официальной части он почувствовал, что пьянеет, более того,  что ему отчаянно  хочется продолжить - свалить куда-нибудь и напиться до чертиков.
А когда  мистер Брэдфорд пьянел,  в нем просыпался тролль, тот самый, что заставил его вылить  соус в декольте мисс Кингсли. Впрочем, легкий троллинг  в его жизни присутствовал всегда. Дэвид  давно усвоил, что успех немало зависит от популярности, а чтобы быть «на слуху» у общества, надо это общество заинтересовать.  Оно любит  слухи, скандалы и сплетни, а значит надо дать ему повод для этого, легкую деталь, вроде синего  платья от Валентино, остальное люди придумают сами.
- Два пункта? Ерунда, год еще не закончился, а для удачного восхождения нужно сберечь силы к финальному  рывку.
- Говорят,  я запланировал? – насмешливая улыбка сказала больше,  чем слова. - Пусть говорят... Свободу слова в Англии еще ни кто не отменял.
- Справедливы ли слухи? А вы сами вверите, что слухи могут быть справедливы?
-  Мне кажется, проблема высосана из пальца. На наш век природных ресурсов хватит, да и на пару следующих тоже, а за остальным   обращайтесь  к мистеру Маску и его Фальконам.
-  Милан красивый город, вполне возможно, что я найду время его посмотреть... –  короткая, но многозначительная пауза, - когда мы запустим собственную линию одежды.
Шары были брошены, читателям завтрашних газет будет что обсудить.
Пресс- секретарь (черт побери, и почему он только что заметил, как ей идет это платье), как заправский дирижер, взмахнула рукой, заставляя «оркестр» журналистов  замолкнуть. Оставалась лишь финальная нота в лице той самой дебютантки, которую он заметил рядом с Даной Стонунхендж.
Брифинг практически закончился, можно было расслабиться, и его мысли уже унеслись в другую сторону – как исчезнуть с банкета. Сейчас он ответит на очередной глупый вопрос  и...
«Надо же – «Обозреватель».  И что же ты хочешь узнать, Эбигайль Торп?»
Вопрос оказался неожиданным.
- Кем бы я хотел стать? -  левая бровь мистера Брэдфорда взлетела вверх, в  глазах мелькнули пьяные чертики. Он наклонился вперед  и заговорщицким тоном прошептал:
- Чеширским котом, мне всегда нравилась его ухмылка, но, еще больше,  умение исчезать.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-18 21:59:16)

0

7

Эбби слушала. Улыбалась. Делала зарубки на памяти – вдруг пригодится. 
Провокатор и тролль с легким (или не очень) налетом мизантропии.
Импульсивен;  то ли много пьет, то ли быстро пьянеет.
О-оочень сложный коктейль. Мисс Кингсли в определенном смысле не позавидуешь, разве что это окупится  виллой на Сейшелах и круглой суммой после развода.
- Благодарю вас, мистер Брэдфорд, - улыбка «дебютантки» от журналистики сделалась еще шире, - прекрасный ответ, прекрасный образ. Очень вам к лицу.
Вот тут Эбби ничуть не покривила душой. Зубастая ухмылка Чешира очень подходила Брэдфорду – куда более, чем смокинг, шелковый галстук-бабочка и бриллиантовые запонки (да-а, мисс Торп была наблюдательна!) стоимостью, равной стоимости новенького Роллс-ройса.
Брэдфорд был разновидностью хищника-циника, который не брезгует откровенным глумлением над прессой.
Впрочем, не вся «пресса» прочувствовала глум. Пятьдесят шестой столик распался на фрагменты Часть светских журналисток считала, что Брэдфорд темнит насчет отношений со звездой, чтобы вызвать необходимый ажиотаж вокруг своей персоны,  другая часть – что он темнит неспроста, а специально добавляет туману, чтобы «якобы-романом с-Талулой» прикрыть гомосексуальные наклонности.
- Мистер Брэдфорд, как вы относитесь к проблемам ЛГБТ-сообществ?  - из-за спины Эбигайл высунулась крашеная блондинка, типаж Мэрилин Монро. Журналистки зашевелились и вытянули шеи.
- Брифинг закончен, дамы и господа!  - заторопилось синее платье от Валентино, - переходим к неофициальной части вечера.
Приглашенный скрипичный квартет зашелестел нотами.  Две скрипки, альт и виолончель синхронно взмахнули смычками.
Журналистские шеи поникли,  посыпались шепотки за спинами.
- Точно гей, - сообщила товарке «неотвеченная» блондинка, - Талуле ничего не светит.
-  Но кухня и коктейли у него шикарные. Пойдем напьемся, - утешила подругу вторая представительница прессы.
Неофициальная часть вечера обещала затянуться до утра.
Эбби не спешила. Он скользила по залу с бокалом сухого вина, улыбалась и даже отвечала что-то директору Блумсбери. Кажется, они поспорили  об окрасе Чеширского кота. Эбби была уверена, что он должен быть серым в синюю полоску.
- Нет, я определенно уверена! Что вы, я почти не пила!  - смеялась Эбби, продолжая пристально следить за «объектом».
Дэвид Брэдфод дефилировал по залу – только по левой его стороне. Улыбался – и нет, его улыбка не была улыбкой Чеширского кота.
«Только до поры, - думала Эбби, - только до поры. Надо уловить момент, когда он начнет «испаряться».
А он начнет. В этом практикующая ведьма Эбигайл Торп не сомневалась.

0

8

Вопрос про ЛГБТ  мистера Брэдфорда не удивил, он был в курсе распространяемых о нем слухов. Обсуждение  подробностей его личной жизни регулярно всплывало на страницах дамских журналов.  С тех пор, как быть голубым стало модно,  и не только певцы  и артисты, но и политики  начали во всю афишировать свою нетрадиционную ориентацию, желтые страницы буквально кишели скандальными историями. Нельзя было хлопнуть приятеля по плечу, чтобы тебя тут же не записали в ряды ЛГБТ. Мистера Брэдфорда все эти слухи волновали мало,  так или иначе, они шли на пользу, вызывая интерес публики, куда больше раздражала навязчивость прессы. И он был готов ответить очень резко, если бы пресс-секретарь  немедленно не перехватила инициативу.
В  синем платье от Валентино она выглядела ничуть не хуже Талулы.
И почему он до сих пор не обращал на нее должного внимания?  Хотя нет, в этом случае ему придется искать нового пресс-секретаря, а Маргарет потратила столько сил, чтобы найти не только красивую, но и умную девушку. Жаль, но придется ограничиться платьем.
Вызвав новую волну взволнованного шепота, мистер Брэдфорд со всей галантностью помог своему пресс- секретарю спуститься с подиума и, оставив ее в обществе двух банкиров, отправился прогуляться по залу.
Обстановка становилась все более неформальной. Гости курсировали от столика к столику. Сновали официанты, разнося блюда и подносы с бокалами. 
Дэвид,  прикидывая,  каким образом можно незаметно исчезнуть, переходил от одной группы к другой,  принимал поздравления, пожимал руки. Еще пара выпитых бокалов, и взгляд все настойчивее стал возвращаться к фигуре в синем платье. Исчезать надо было срочно. Раскланявшись очередной группой гостей, он  достал телефон и, стараясь не терять ориентацию, решительно направился в  сторону кухни.
Шофер подаст машину к черному ходу, а гости пусть веселятся, для этого юбиляр им совершенно не нужен.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-21 12:18:34)

0

9

Прелесть дорогой вечеринки с блюдами от лучших шеф-поваров Лондона  и эксклюзивными  винами сходит на нет, когда ты на этой вечеринке работаешь, а все остальные – уже отдыхают. Ну, как отдыхают. Пятьдесят шестой столик усиленно обихаживал одного из давних компаньонов  Брэдфорда – то ли надеясь  получить инсайдерскую информацию, то ли просто завести полезное знакомство. Правда, в отличие от виновника торжества, фигурант был лыс, близорук, носил неопрятную бородку метелкой, и смеялся мелким дробным смехом.
Эбби фыркнула.
Половину вечера она прогуливалась с единственным бокалом вина – он опустел на две трети, но не более. Взяла с предлагаемых официантами блюд парочку рыбных закусок – наверное, они были великолепны, но мисс Торп не почувствовала вкуса. Нетерпение  заполнило ее целиком.
Скоро. Скоро все свершится.
Она следила за Дэвидом Брэдфордом, как кошка следит за мышью.
Вот он улыбается. Пьет.
Посматривает по сторонам. На часы.
Снова на часы.
Щепотку порошка из клатча она насыпала в бокал – на самый экстренный случай.
Остальное зажала в руке.
Брэдфорд решительно направился в сторону кухни – она пошла в ту же точку, придерживаясь противоположной стены. Если  школьные учебники кинематики не врут, он должны встретиться как раз на входе в служебные помещения.
Так и получилось.
Несомненным плюсом ситуации было то, что мизантроп и миллионер решил пренебречь помощью охраны.
Эбби скользнула за дверь и остановилась прямо за спиной Брэдфорда. Слева грохотала, плевалась, шипела кухня; коридорная кишка уходила вправо – если судить по пожарным извещателям, выход там.
- Решили исчезнуть по-английски, мистер Чеширский кот? – поинтересовалась Эбби. Она трогательно прижимала к груди бокал с остатками вина. Но внимательный наблюдатель непременно заметил  бы, что взгляд у нее трезвый и холодный, как у биржевого брокера в начале ответственных торгов.
- Даже улыбки не оставите? Захватите меня с собой, а?

0

10

Раздавшийся за спиной голос заставил мистера Брэдфорда остановиться. Он резко обернулся и уставился на внезапно возникшую рядом с собой журналистку.
Откуда она взялась? Следила за ним, чтобы при удобном случае взять «эксклюзивное» интервью?  Тогда точно «дебютантка», других представительниц журналов мистер Брэдфорд давно отучил от подобных поползновений.
А, может быть, дело не только в интервью, и тут где-нибудь притаился очередной папарацци? Скандальные провокации были не редкостью в журналистском мире.
Дэвид скользнул взглядом по потолку. Камеры на месте, кто-нибудь из его охраны наверняка сейчас у мониторов, и, в случае инцидента, меры немедленно примут.
Как ее зовут? Эбигайль Торп? (Необычный вопрос сохранил в памяти имя).
Он перевел взгляд, несколько секунд разглядывал  стоящую перед ним особу, потом медленно растянул губы в улыбке.
- Взять вас с собой? Назовите мне хоть одну причину, по которой  я должен это сделать… - опьянение вдруг ударило в голову, и он едва не пошатнулся, но тут же взял себя в руки. – Нет… Нет и нет. Мне не нужна новая история про отдых миллионера.  Но, чтобы вам было не так обидно, дорогая, признаюсь. Здесь невыносимо скучно, и я действительно собираюсь «исчезнуть», чтобы  провести остаток времени в более приятном месте. Можете так и написать – миллионер сбежал с собственной вечеринки.
Из кухни выскочил официант с подносом и замер, едва не столкнувшись со стоящей у входа в зал парой. Мистер Брэдфорд с подхватил с подноса украшавшую мясо веточку розмарина, прикусил листик и, небрежным движением кисти отправив официанта в зал, сделал несколько шагов в сторону коридора.
Однако что-то заставило его остановиться.
Какое-то несоответствие, он так и не понял какое, но с этим следовало разобраться. Выпитое из количества перешло в качество, голова слегка кружилась, и внутри поднималась приятная легкость, давая ощущение свободы и право делать все, что угодно.
Так почему бы и нет?
Девица была невзрачной, эдакая серая мышь, но вполне сносной. Пусть составит ему компанию. Недаром говорят, что напиваться в одиночестве вредно.
- А, знаете, - он снова обернулся, -  я передумал. Можете поехать со мной, но только при одном условии…
Дэвид помолчал, соображая. Он был еще  не настолько пьян, чтобы окончательно потерять осторожность.
- Вы отдадите моему шоферу  свой телефон, блокнот, диктофон или что там у вас, - он кивнул   в сторону клатча. - У меня нет желания увидеть себя в вашем инстаграме. Не волнуйтесь,  завтра получите все в целости и сохранности.
И, решив, что сказанного достаточно, мистер Брэдфорд  быстро  в сторону выхода, нисколько не сомневаясь, что журналистка побежит следом.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-23 23:47:58)

0

11

- Вы разумный параноик, сэр, - пробормотала мисс Торп и пошла вслед за Дэвидом Брэдфордом, не пытаясь его догнать. Смысла в спешке она не видела. Каждый новый шаг (цок-цок-цок  -  стучали каблуки по кафелю) добавлял сомнений. Их видел официант – это хорошо или плохо? Скорее, хорошо. Отдать шоферу свой телефон? Да она скорее съест собственную шляпку.
Нет, не съест – у нее нет шляпки.
Эбби улыбнулась.

Бокал с недопитым вином отправился в мусорный бак у выхода – в лимузине обязательно найдется бар и новые бокалы. Судя по всему, мистер Брэдфорд решил напиться. И, как человек, не желающий признаваться в собственной слабости, ищет компанию – такую, перед которой не придется оправдываться за танцы голышом на Гринвичском меридиане. За спиной щелкнул замок двери «только для служащих»,  и Эбби окунулась в ночь. Дождь закончился – вероятно, еще несколько часов назад. Охряный свет фонарей растекался лужицами по тротуарной плитке. Сквозь рваные облака сиял узкий лунный серп;  загадочно мерцали августовские звезды – крупные, как орехи.
Лимузин стоял у края тротуара, длинный, темный и мрачный, словно субмарина. Водитель неуверенно топтался рядом, поглядывая то на мусорные баки, то на хозяина, то на его неожиданно возникшую из чернильной темноты спутницу. 
- Послушайте,  - сказала Эбби, - я отдам диктофон. Вам. Не шоферу. Его я не знаю  совсем, а вас – чуть лучше. Вы ответили на один мой вопрос.
Эбби подошла совсем близко к Брэдфорду – настолько близко, что даже в темноте, едва разбавленной мутным фонарным светом, видела его глаза – пьяные и веселые.
«Точно будет плясать голым на лазерном луче», - мелькнула мысль.
- Напиваться в одиночестве действительно не стоит,  - улыбка скользнула по губам ведьмы. Несложно читать мысли, алыми буквами начертанные на благородном лбу миллионера и мизантропа Дэвида Брэдфорда,  -  и, растворения скуки ради, делать это лучше в неожиданном месте. Вы пили в дорогих ресторанах… клубах… королевских люксах.  Хотите, я отвезу вас  в начало мира? Точнее, его географии? Я задам вам еще два вопроса, мистер Брэдфорд  – не под запись. Я опубликую ответы только с вашего разрешения, если вы одобрите статью. Если нет – ваши тайны останутся похороненными   на скамье под липой у Гринвичской обсерватории. Идет?

0

12

А эта Эбигайль Торп - забавная штучка и не глупа.
-Идет! - Дэвиду стало весело. – Я как раз собирался предложить вам выбор,  но Гринвичская обсерватория тоже подойдет. И зря вы не доверяете моему шоферу. Он просто выполнит указания, а вот я... Я могу проявить любопытство.
Его внезапная спутница оказалась совсем близко. Он тоже заглянул ей в глаза и вдруг понял, какое несоответствие заставило его насторожиться.  Взгляд... Тот, на который он наткнулся в зале, когда она сидела  рядом с Даной Стоунхендж, взгляд пришедшей на просмотр дебютантки,  и этот, как и в коридоре, совершенно другой, без малейшей искры слабости, трезвый, холодный, оценивающий. И от этого холода веяло опасностью, не такой, как утром, а вполне определенной, и эта опасность, как вызов, стояла прямо перед ним, а от вызовов мистер Брэдфорд никогда не отказывался. В его глазах вновь заплясали пьяные чертики - ощущение опасности возбуждало.
- Прошу, - Дэвид указал, на открытую шофером дверь лимузина, сел следом, поднял шторку отделяющую салон от шофера и нажал несколько кнопок – панели на стенах отъехали в сторону,  открывая небольшой сейф и куда более обширный бар.
- Для вашего телефона с диктофоном, код можете придумать сами, чтобы у меня не было соблазна, - он кивнул головой в сторону сейфа и рассмеялся. - И выбирайте, что будем пить на Гринвичском меридиане.
Вечер переставал быть скучным.

0

13

В салоне пахло теплом,  корицей  и сандаловым деревом.
Эбби откинулась на темно-вишневую спинку  сиденья и несколько секунд смотрела Дэвиду в лицо. Несмотря на заметное опьянение – а может, и благодаря ему, он оставался привлекательным хищником. И  (она кожей почувствовала это) осознавал опасность, чуял ее, как хищник чует равного по силе соперника. 
Она улыбнулась слегка принужденно – впрочем, эту принужденность можно было списать на растерянность от богатства выбора.
- Хорошо. Вот телефон. Диктофон. Я кладу их в сейф и закрываю. Надеюсь, помаду, упаковку бумажных носовых платков, расческу и пудреницу не постигнет та же участь? Я без них буду чувствовать себя голой.
Сейф Эбби действительно закрыла сама – Брэдфорд, продолжая наблюдать за ней, дал ей такую возможность. Впрочем, она надеялась забрать вещи и выбраться из машины раньше, чем  завершит ритуал.  Последействие может быть неожиданным. Племянник герцога Девонширского  после того, как «ведьма под журналистским прикрытием»  прочла последнюю фразу на латыни, сделался необычайно слезлив и сентиментален, порывался закрыться в одной из королевских темниц Тауэра -  и ей пришлось отвозить его домой на такси. А известный плейбой Джейсон Миллер отправился на Кинг-Кросс искать платформу 9 и ¾.  Это было уже после того, как Эбби уехала домой.
Плейбоя и филантропа вернули домой с полицией, и срочно вызвали психиатра. Алкоголя и наркотических веществ  в его крови обнаружено не было, а странное помутнение рассудка прошло без следа через несколько часов. Если не считать  того факта, что через неделю он предложил руку и сердце собственной секретарше, которая была его моложе на тридцать лет.  Так что взрослые дети Миллера считали, что ничего не прошло, и папаша по-прежнему помешан – что, впрочем, не мешало новоиспеченной супруге   вдохновенно купаться в бриллиантах, которыми влюбленный муж щедро осыпал молодую жену.
Дэвид Уильям Брэдфорд был третьим. Эбби слегка приукрасила  собственные заслуги перед мисс Кингсли.
В любом случае… лучше не дожидаться последействия. Лучше оставить его под опекой шофера, молчаливого и монументального, как скала, попрощаться и  улизнуть  через парк Обсерватории – оттуда  до ее дома пешком не более пятисот метров, если немного срезать путь. Странности в поведении  хозяина шофер спишет на алкоголь – уж кто-то, а Брэдфорд себя в этом не ограничивал. По крайней мере, сегодня. Спишет, отвезет домой, передаст под опеку дворецкого. И все будет в ажуре.
Но сначала нужно довершить начатое. И Эбби (надо признаться, не без любопытства – что же пьют медиамагнаты?) принялась копошиться в зеркальном объемистом баре. Ассортимент  напитков не удивил – их было много, они были разными. И дорогими. Стандартно, стереотипно. Все, как в лучших домах, ничего оригиналь… Оу, что это?! Шато Петрю?
- Шато Петрю?! – переспросила Эбби, осторожно поворачивая бутылку, - двухтысячного? Вау!  Я слышала, что на Сотбис бутылка этого вина стоила без малого шесть тысяч фунтов… Вы его пьете? Вы его действительно пьете, а не храните в сейфе как выгодное вложение капитала? У вас найдутся штопор и руки, которые умеют этим штопором пользоваться?

0

14

- Я не коллекционирую вина, я их пью, правда, это еще не пробовал. А вот   руки… - медиамагнат задумчиво покрутил в пальцах  внушительный штопор, - даже не знаю, миллионеры ведь ничего не умеют делать сами, а я, как на зло,  не захватил с собой официанта,- мистер Брэдфорд  насмешливо прищурился и протянул руку за бутылкой.
Пробка с  глухим «чпоком» выскочила из горлышка, и Дэвид разлил рубиновый нектар по бокалам.
- Так вы любительница кларетов? Надеюсь, этот вам понравится, - он поднял бокал, но  вместо традиционного «чиз», в упор посмотрел на Эбигайль. Странное знакомство в смеси с алкоголем и предчувствием  схватки будоражило кровь,  опьянение уже не так туманило мозг, но желание совершать безрассудства осталось.  Слишком долго приходилось себя сдерживать и сегодня просто сорвало клапан. 
– Признайтесь, ведь вы не профессиональная журналистка, быть может, совсем не журналистка. Зачем вам понадобилось попасть на этот банкет? - его смотревшие поверх бокала глаза все так же насмешливо щурились, но среди чертиков промелькнула внезапная жесткость, тут же сменившаяся  сумасшедшим азартом.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-26 20:12:15)

0

15

- Я журналистка, - честно сказала Эбби, - училась в Лондонском университетском колледже. С вашими возможностями это несложно проверить.
Ее глаза смеялись.
Она не лгала. Всякой практикующей ведьме нужно прикрытие. Журналистское образование, возможность работы в светских изданиях – и, как следствие, знание обо всех и обо всем. Очень удобно.
- Я внештатный корреспондент «Обозревателя». Но после нашей поездки очень надеюсь попасть в штат, - губы ее вздрагивали от едва сдерживаемого смеха, - и от вас мне нужно получить ответы еще на два вопроса.
И это была правда.
Не вся правда.
Она не собиралась напиваться в компании Дэвида Брэдфорда. Точно – не сегодня. Но Шато Петрю, редкий экземпляр коллекционного напитка, который ей вряд ли еще раз доведется попробовать…
- Чин-чин, - Эбби  отпила глоток и блаженно зажмурилась, - это божественно. Как там говорят… Мед и улей. Итак, мистер Брэдфорд. Вопрос первый.
Она перестала улыбаться, и глаза ее вновь смотрели серьезно.
Вопросов не планировалось. Планировался краткий контакт – прикосновение, пара глотков шампанского на просторном балконе банкетного зала – в компании вездесущей Даны… Краткое заклинание.  Все пошло по другому сценарию.
Вопросов не планировалось. Но сейчас ей хотелось спросить.
- Если бы вы могли вернуться лет на… десять… двадцать назад, на какую-то жизненную развилку, которая оказалась для вас судьбоносной,  и пройти ее заново – вы пошли бы по тому же пути?

Отредактировано Эбигайл Торп (2016-05-28 21:33:02)

0

16

«Журналистка? Лондонский колледж? Может быть.»
Проверять не было смысла, как и ей не было смысла врать, ведь он мог и вправду проверить.
«Внештатный корреспондент?» 
А вот с этим следовало разобраться. Мистер Брэдфорд знал, какой жесткий отбор  приглашенных установила  его секретарь,  внештатных корреспондентов там не значилось.
Он еще  несколько секунд разглядывал свою визави, потом  поднес бокал к губам.
«А улыбка ей идет. И смеющиеся глаза. Если бы не тот взгляд в коридоре... И потом, под  рыжим фонарем - словно она подсчитывала дивиденды».
-Чин-чин...  – он  сделал глоток. Ваниль, перезрелая вишня и апельсин с легкой ноткой кофе мокко, густое и терпкое. Слишком терпкое. Такое пьют через несколько часов после открытия бутылки, вкус будет более насыщенным. Впрочем, и сейчас он очень неплох.
"Так что же ей все-таки нужно?"
«...лет на… десять… двадцать назад, на какую-то жизненную развилку, которая оказалась для вас судьбоносной»
- На восемнадцать, - мистер Брэдфорд усмехнулся и помрачнел, - на восемнадцать...
Вопрос всколыхнул утренние воспоминания.
Зачем она это спросила? Простое любопытство или все же выполняет заказ? Чей? Конкурентов? Или кто-то их тех черных лет, когда он, внезапно, лишившись компании и денег, в одно мгновение стал никем и едва мог свести концы с концами, решил таким образом обозначить свое присутствие?
Он одним глотком, не чувствуя вкуса, осушил бокал.
- Не все подчиняется нашей воле. Очень часто обстоятельства заставляют нас сделать выбор. И если бы восемнадцать лет назад были бы те же обстоятельства, то да, я пошел бы по тому же пути. А если бы обстоятельства были иными, то и я был бы другим и,  очень может быть, не разговаривал бы сейчас с вами, а пил бы коктейль под пальмой где-нибудь на Бали... Почему вы об этом спросили?

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-05-30 02:43:47)

0

17

«На восемнадцать», - сказал он, и Эбби вспомнила то, что читала о Дэвиде Брэдфорде в прессе. Да, она подготовилась. Она всегда готовилась, когда вопрос касался любовного приворота. Проще подойти к объекту, когда знаешь о нем больше, чем размер его банковского счета.
Что-то случилось с его семьей восемнадцать лет назад, и он поднимал бизнес с колен не один год, кропотливо, по кирпичику выстраивая новую империю.  А ведь ему тогда было… двадцать два года.
- Почему? Потому что меня всегда больше интересовали люди, а  не автоматы по производству денег?
Может, он не такой уж спесивый самодовольный болван, этот Дэвид Брэдфорд? По крайней мере,  сейчас. Когда с его лица, словно лишняя, ненужная  кожа, сползла эта дурацкая пьяная ухмылка.  И где-то даже жаль, что он достанется   Маргарет Кингсли, у которой вместо сердца – калькулятор. С другой стороны, не все ли равно? Не эта, так другая, с тем же алчным блеском в глазах, и с тем же вечным условием: «Чек  по завершении дела».
Ну и к черту! Дело надо завершать. Откуда эта глупейшая и неуместная сентиментальность?  Эбби поежилась и пошевелила пальцами.
Это все вино. И августовская ночь – душная и терпкая. Не спасает даже кондиционированный салон монументального лимузина.
Автомобиль, мягко шурша шинами, подъехал к восточному крылу здания Обсерватории. Вышколенный водитель ждал распоряжений. Шторка, отделяющая пассажиров, не двигалась.
От выпитого у  нее немного кружилась голова.
- Пойдемте, - сказала Эбби, -  продолжим пить Шато Петрю, будем  гулять по лазерному лучу, и я задам вам последний вопрос. И… да, - в глазах ее протаяло сомнение, - я не могу оставить здесь свои вещи. Из парка я вернусь домой. Пешком. Тут рядом, пара кварталов. Дождь закончился. Если вы все еще боитесь, что я воспользуюсь вашими откровениями для публикации сенсационной статьи или сомнительных снимков – можете положить телефон к себе в карман. Потом отдадите.

0

18

Дэвид с усилием отогнал тяжелые воспоминания. Выпитое Шато Петрю постепенно возвращало чувство свободы, направляя мысли в другую сторону.
Все-таки она странная, эта Эбигайл Торп. Другая бы на ее месте вцепилась в него, как клещ, засыпая вопросами, или просто млела от одного сознания, что находится рядом в почти интимной обстановке. (Мистер Брэдфорд, без ложной скромности, прекрасно знал, какое впечатление производит на женщин). Эбигайл Торп вела себя совершенно иначе. Всего два вопроса... А ведь так умело воспользовалась моментом. И какое необычное место для прогулок. Хотя, не исключено, что в кустах притаилась целая толпа папарацци.
А пошли они к черту!
Возможно, завтра он пожалеет, но сегодня хотелось забыть о настороженности, о делах, о компании, избавиться от постоянного напряжения, вдохнуть полной грудью пахнущий зеленью, имеретинским шафраном и недавним дождем ночной августовский воздух и, в конце концов, и вправду прогуляться по лазерному лучу.
- Что же это за интервью, в котором всего два вопроса? -  Дэвид опустил шторку. Без слов понимавший босса шофер тут же распахнул дверцу лимузина, но мистер Брэдфорд не спешил выходить.
- После прогулки пойдете домой? Хм... Признаться,  я рассчитывал на более продолжительный вечер, - с искренним разочарованием протянул он. – Пройтись по ночной набережной Темзы, постоять на Тауэрском мосту, прогуляться по Сохо. Там есть один небольшой паб. Его устроили в старинном подвале. Знаете такие?  С каменными арками под потолком, большими дубовыми бочками и деревянными столами, отполированными  сотнями локтей. Там подают настоящее ирландское пиво и делают лучшие коктейли в Лондоне. Там можно посмотреть, как танцуют Хайланд, и самому поплясать, если захочется, правда, у меня нет юбки, но разве это имеет значение? - Дэвид улыбнулся и, наклонив голову к плечу, вопросительно посмотрел на Эбигайл, - а потом я отвезу вас домой?

0

19

- Только три вопроса. А потом мы будем говорить  о том, о чем захотите.
«Если будем» и «если захотите».
Заказ становился все более…  неудобным. Необходимость произнести любовное заклятие неприятно щекотала сознание. Все-таки в работе ведьмы должно быть меньше личного. Все-таки она еще не слишком опытная и морально устойчивая  ведьма.
Потому что больше всего сейчас ей хотелось гулять по набережной Темзы, хотелось  в Сохо, в ирландский паб, хотелось пить Гиннес и лениво наблюдать за калейдоскопом лиц и улыбок, а  потом танцевать. И Дэвид Брэдфорд казался для этого всего очень  подходящей компанией. Ведьма скрипнула зубами. Нет, так нельзя. Сначала – дело. Потом, если Брэдфорд не начнет чудить… можно и в паб. Наверное. Или нет?
«Нельзя мешать работу и удовольствие», - напомнил чертенок за левым плечом.
«Знаю!» - огрызнулась Эбби.
Чертенок был настоящим. Только его никто никогда не видел, даже Эбби.
- Хорошо, - вздохнула она, - начнем с танцев на лазерном луче.
Телефон Эбби забрала. В одной руке она держала клатч. В другой – бокалы.
Пока они поднимались по пологому холму, пришел ветер, растрепал волосы и заставил поежиться. Клатч она прижимала к груди, как самое дорогое. Пластик под пальцами взмок от напряжения.
Эбби шла первой, прислушиваясь к шагам за спиной  и чувствуя, как его взгляд царапает кожу между лопаток. Ощущение не из приятных. Похоже, он все-таки пытается разгадать, что ей нужно.
Не угадаете, мистер Брэдфорд.
Наконец они остановились у скамьи, в том самом месте, где начиналась география. Небо делил пополам зеленый лазерный луч, отражаясь  в лужицах на влажной тротуарной плитке  сотней изумрудных штрих-кодов.
- Становится прохладно,  - проговорила Эбби, - не жалеете, что я вытащила вас сюда? Смотрите… Если вы стоите здесь – в  Западном полушарии, а если там… в Восточном. Мы даже можем выпить на брудершафт… стоя в разных полушариях. Выпьем?
В глазах ее плясали чертики.
Внутри все сжалось и замерло.
Если он согласится – это подходящий момент произнести заклятие. Несколько слов.
И жизнь миллионера и медиамагната Дэвида Брэдфорда изменится… только он сам никогда так и не поймет, почему.

Отредактировано Эбигайл Торп (2016-05-31 21:52:32)

0

20

Бросив водителю:
- Жди нас в Сохо, -  Дэвид, небрежно помахивая на ходу бутылкой, направился вслед за своей странной спутницей
Разглядывая ее спину, - не смотря на опьянение, привычная паранойя, давала о себе знать, он машинально прикидывал варианты.
Возможно, что она действительно журналистка и  закончила в Лондонский университетский  колледж, но сейчас ею двигали совсем иные причины.  Мистер Брэдфорд был в этом уверен.
Какой журналист не загорится немедленным желанием увидеть, как миллионер Дэвид Уильям Брэдфорд танцует хайланд в ирландском пабе? Эбигайл  Торп, не воспылала этим естественным желанием, а осталась здесь. Она медленно поднималась на холм, явно прислушиваясь к его шагам – ему даже захотелось остановиться, чтобы проверить, но ни разу не обернулась. Ветер растрепал ее волосы, и от этого она казалась куда привлекательней, чем на официальном банкете. Или это просто Шато Петрю?
Так и не решив эту дилемму, Дэвид поставил бутылку на скамью.
- Почему я должен жалеть? Тут довольно мило. Я бывал здесь днем, но никогда ночью. Так что у вас за вопросы? Три... Хотя нет, один уже был. Значит два, - он разлил вино по бокалам. – Я отвечу, а потом мы выпьем на брудершафт и будем, как при этом положено,  целоваться. Мы ведь будем целоваться, не так ли, на краю земли, в начале и конце мира? – с лукавой насмешкой он заглянул ей в глаза. В них плескалось веселье, но в самой глубине пряталось странное напряжение. Казалось, поверни невидимый рычажок, и взгляд мгновенно станет таким же, как там, в коридоре. Ждет чего-то или боится? Если последнее, то зря, он сегодня вполне благодушен,  или это снова Шато Петрю?
Мистер Брэдфорд поднял бокал.
– Что выбираете, запад или восток?

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-02 09:18:20)

0

21

«Не имеет значения», - едва не сорвалось с губ Эбби. Но она успела прикусить язык.
Предчувствие последнего шага затопило ее целиком, и оно были липким и тянущим. Так в детстве ждешь, когда же  упадет с ложки в кастрюлю капля расплавленного сахара.
- Запад, - быстро проговорила она, - закат всегда казался мне романтичнее восхода. После него приходит ночь. И, конечно, будем целоваться.
Он улыбался сейчас так, как улыбался на светских раутах – блестяще и белозубо, но Эбби видела, что он что-то чувствует. И, несмотря на это, продолжает «играть».
Пока он наклонялся, пристраивая бутылку на скамью, она успела насыпать в бокал щепотку порошка. Взяла свой, убедилась, что руки не дрожат.
- Вы забыли, - ответно, так же беззаботно улыбнулась Эбби. Карамельная капля скатилась куда-то в область желудка, и застряла внутри теплой пульсирующей точкой, - было два вопроса. Первый я задала вам еще  на рауте. Про Чеширского кота.
В нем правда проскальзывало временами что-то кошачье. Манера наклонять голову, взгляд…
-  Второй - в автомобиле. Третий будет сейчас, - она подошла к нему ближе и слегка задрала подбородок. Он был заметно выше, и ей приходилось смотреть снизу вверх  - странное ощущение.  – Вы хотели бы знать свое будущее, мистер Брэдфорд?

0

22

- А я люблю восток. Да, запад -  это закат, он красив, но, за ним наступает тьма. Запад - это конец. А восток – это начало, рассвет нового дня, дающего новую надежду, - Дэвид перешагнул отражавшийся в луже зеленый луч и встал напротив Эбигайл. – Хочу ли я знать свое будущее? Нет. Зачем? Какой в этом смысл? Знать и, чтобы к нему придти, подгонять себя под какой-то стандарт? А если оно не понравится? - ему вдруг захотелось пофилософствовать.-  Ведь мы не знаем, можно ли его изменить, или оно навсегда предопределено однозначно,  а значит, непременно будем пытаться. Но, что привело к такому будущему, мы тоже не знаем, и во что тогда превратится наша жизнь? Каждый шаг будет вызывать сомнение, а не он ли виной  тому, что случится?  Вот этот бокал... Возможно, что выпив его, я превращу свою жизнь в ад, но кто знает, - Дэвид наклонил бокал, и несколько капель упали в лужу, заставив зеленый луч рассыпаться брызгами, - а не случится ли это именно потому, что я его не выпью? Или  роковой шаг будет сделан совсем в другом месте? - он пожал плечами и словно поставил точку. - Нет, не хочу. Я ответил на ваши вопросы? И мы можем пить на брудершафт? - улыбка на его лице была почти безмятежной.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-02 13:08:21)

0

23

- Определенно, - она ничем не выдала себя - в тот момент, когда он словно невзначай пролил часть вина из бокала, - время пришло.
Фраза была многозначительна и многозначна. Только она одна знала о главном ее смысле – а он мог лишь догадываться. 
Эбби  с удивлением поняла, что Дэвид Брэдфорд начинает ей нравиться. Не потому, что медиамагнат и миллионер.  Не потому, что чертовски сногсшибательно выглядит – просто потому что  август, ночь;  густо-черное, словно бархатное небо, усыпанное крупными звездами, и она увидела его зрачках свое отражение, и ту легкость отношения к жизни, какой была пропитана она сама.
Ей пришлось напомнить себе, что это всего лишь заказ.
Ей  пришлось сделать над собой  почти физическое усилие  и отодвинуться на несколько дюймов назад.
- Давайте выпьем за этот вечер, мистер Брэдфорд, - руки сплелись непринужденно, словно в танце. Допивая вино, краем глаза она следила за тем, как пьет Дэвид.
Последний глоток.
- Эт пер номин стеллэ  квэ эст Венус… конуро супер те Анаэль…

(«Что за чушь вы несете?» - спросил тогда Джейсон Миллер, глядя не нее поверх очков.
«Это Вергилий», - сказала Эбби.
Это была стопроцентная и безоговорочная ложь, но очень убедительная. Никто из современников не читал Вергилия в подлиннике. Почти никто.)
Интересно, о чем спросит Дэвид  Брэдфорд?
-  Ут про ме лаборес…
Его губы были опасно близко, и от него приятно пахло – сандалом, спелой вишней, азартом.
- … се нихил интремисит… интермисит…
Черт! Как же дальше? Что же дальше?! Она забыла! Впервые в жизни она забыла порядок слов в заклинании!
Теплая точка внутри выросла до размеров футбольного мяча. Ее бросило в жар.
- Интермисит… суум дилигере ут те ипсум, ут аквилем инсане амаре…
Эбби выдохнула, качнувшись навстречу двум крохотным собственным отражениям в его зрачках, и успела увидеть, как они стремительно вытягиваются, закручиваясь в спирали…

Отредактировано Эбигайл Торп (2016-06-02 20:37:25)

0

24

Шато Петрю чуть-чуть горчило, особенно последний глоток, но Дэвид не придал этому значения и уже хотел  наклониться  для поцелуя, как Эбигайл вдруг заговорила.
«Эт пер’номина стеллэ… Ут про ме лаборес…».
Странный речитатив звучал словно заклинание.
Что это? Латынь?
Заклинание…
Стоп, как там было в начале?
«Эст Венус».
Венера?
Он едва не расхохотался.
Так вот почему она привела его сюда, - чтобы прочесть любовное заклятие.
- Вы хотите меня заколдовать?
Девушка на секунду запнулась – в глазах заметалась паника, но все же закончила свою «мантру».
Ситуация становилась забавной. Дэвид не верил в магию, но почему бы и не поиграть, он наклонился к самому лицу Эбигайл, но поцеловать ее не успел.
Мир пошатнулся и, стремительно увеличиваясь в размерах, рванулся вверх.
В безуспешной попытке сохранить равновесие, мистер Брэдфорд  упал на колени и вцепился руками в землю. На него тут же набросили  какое-то покрывало,  то ли белое с черным, то ли черное с белым. Он рванулся, стараясь вырваться, запутался,  и замер, ожидая, что сейчас его скрутят и куда-то потащат. Но ничего не происходило.
Выругавшись (рядом почему-то заорал кот), он попытался встать, и тут на него, как цунами, обрушилась волна запахов и звуков. Удар был почти физическим, и Дэвид на мгновение отключился, но почти тут же очнулся и, как ни странно, почувствовал себя лучше. Каким-то двенадцатым чувством он сумел отодвинуть  накрывшую его какофонию на задний  план, и она больше не била по рецепторам и перепонкам так безжалостно.
Громко ругаясь (тут уж не до приличий), и под непрерывное кошачье шипение (откуда здесь взялся кот?),  он с трудом выпутался из под пахнущих «Драккар нуаром»  тряпок и замер.
Мир вокруг изменился, он стал огромен и сер. Только зеленый луч, рассекая небо,  по-прежнему отражался в луже. Дэвид пододвинулся ближе, в надежде, что нормальное зрение вот-вот вернется, и заглянул в темную воду. И лужи на него смотрела серая кошачья морда.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-03 19:14:23)

0

25

- Черт! Черт! Чертчертчерт! – коротко взвизгнула Эбби. На нее испуганно смотрели круглые кошачьи глаза с вертикальными зрачками. К глазам прилагался кот – серый, остроухий, холеный, непонятной породы, но определенно не бродячий. Несколько секунд Эбби молча смотрела на кота. Кот шипел, подвывал, плевался и пятился задом, пытаясь выпутаться… да, именно. Из лежащей нелепой бесформенной кучкой одежды мистера Дэвида Уильяма  Брэдфорда, медиамагната и миллионера. Рядом с одеждой поблескивал тонкий браслет белого металла.

Она была ведьмой.
Она была профессиональной потомственной ведьмой, пусть и не самой успешной – и, в отличие от немелодично завывающего зверя, поняла все  и сразу.
- Оо-й, где-то я слажала, - охнула мисс Эбигайл Торп, невольно шагнула назад и шлепнулась на влажную после дождя скамейку.
Подол черного коктейльного платья тут же промок, но она этого даже не почувствовала. Что пошло не так? Перепутала слова?                         
- Что делать-то? - спросила Эбби в пустоту, в общем-то, не надеясь на ответ.
«Самый простой вариант – бежать, - услужливо подсказал залевоплечный чертенок,   - и быстро, и подальше».
«Нельзя бежать, - мысленно пискнула Эбби, возражая ренегатскому внутреннему голосу, - он же исчез! Брэдфорд исчез! Я не выполнила условия сделки, и что я ей скажу? Извините, ваш жених случайно  превратился в кота. Но этот кот наверняка будет любить вас до гроба. Где он? Да где-то недалеко, на ближайшей к Обсерватории помойке!»
- О-оо!  –  она сползла со скамейки и осторожно приблизилась к зверю. Зверь  прекратил исполнение  вокализов  и ошалело таращился на собственное отражение в луже. Котов она, признаться, не очень любила. Собственно, у  нее не было возможности изменить мнение – мама утверждала, что у девочки на кошек аллергия – и даже в зоопарк Эбби отпускали, снабдив лошадиной дозой кларитина. - Делать-то что? Надеюсь, он не дикий. Эй, ты, чудо блохастое! Ты ведь не дикий?  Кис-кис-кис!

0

26

[AVA]http://sa.uploads.ru/qmlwC.jpg[/AVA]   
Этого не могло быть, потому что не могло быть никогда!
Дэвид Брэдфорд был материалистом, а потому в реальность случившегося не поверил.
Ему наверняка все это снится. Он напился…
Он же собирался напиться?
Напился и заснул….
И теперь ему снится этот кошмар.
Как можно проверить, сон это или не сон? Кажется, ущипнуть себя.
Дэвид с сомнением посмотрел на свои руки, то есть, лапы, пушистые кошачьи лапы, левая в белой «перчатке». Интересно, как можно  во сне ущипнуть себя с такими когтями? Но, он всегда был решительным человеком.  Острые когти с размаху вонзились в левую лапу. Стало больно, на белой «перчатке» выступили капельки крови, Дэвид машинально слизнул их языком, однако вокруг ничего не изменилось.  В луже по-прежнему отражалась кошачья морда.
Черт побери! Не помогло.
Или он никак не может проснуться, или это не сон.
Если не сон, то, что?  Внушение, галлюцинация? Но разве галлюцинации бывают такими детальными? Он ясно слышал, как на ветке соседнего дерева переступает лапами сонная птица, как шуршит в траве мышь – и рефлекторно подобравшись, почувствовал, как нервно дернулся хвост.
О Боже! У него есть хвост!
Он знал, что это мышь, чувствовал ее запах, и, главное,  откуда-то знал, что именно так пахнут мыши. И не только мыши, он мог различить множество других запахов и звуков, о которых раньше, а мистер Брэдфорд в этом был абсолютно уверен, он даже понятия не имел.
Уникальный препарат, но чей?  Русских, ЦРУ, или МИ-6? Его предупреждали, что в МИ-6 очень интересуются его ближневосточными инвестициями. Вот только зачем было накачивать его галлюциногеном, да еще таким?  Интересно когда это произошло, еще на банкете или  потом, когда он пил с Эбигайл Торп. Это журналистка! Она подсыпала ему что-то в бокал. Недаром Шато Петрю стал горчить.
Дэвид вспомнил, как после своего заклинания, она еще что-то кричала, но все ее охи и причитания прошли мимо его сознания. Надо с ней немедленно поговорить. Он решительно поднялся во весть рост и тут же снова рухнул на четвереньки, точнее, на четыре лапы. Так стоять оказалось намного удобнее.
- Кис, кис, кис…
Мистер Брэдфорд задал голову. Эбигайл Торп, чуть нагнувшись, словно он был совсем маленьким, медленно и осторожно, сама подходила к нему.
«Неплохо играет. Хочет убедить меня, что я действительно кот»,  - подумал Дэвид и уже громко возмутился:
- Не надо мне кыскать! Если вы думаете, что препарат полностью сработал, то спешу вас расстроить. Пусть мне и кажется, что я похож на кота, но мозги у меня совершенно не кошачьи.  Немедленно признавайтесь, кто вас послал и где можно достать антидот.
Он был уверен, что произнес это вслух, громко и решительно, но из горла вырвался только длинный кошачий мяв.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-04 14:04:58)

0

27

«Животное в стрессе», - тревожно просуфлировал внутренний зоозащитник мисс Торп, а сама Эбби споткнулась на ровном месте и замерла. Кот определенно был не дикий – но агрессивный.
Он задрал голову и издал упреждающий звук – нечто среднее между истерическим воплем оперной примы-контральто и корабельной сирены.
Левая бровь Эбигайл Торп  нервически дернулась.
«Только агрессивного зверя мне не хватало», - успела подумать Эбби, а больше ничего внятного она подумать не успела, потому что где-то внутри нее  - в голове, а не снаружи - раздался необычайно раздраженный баритон,  определенно принадлежащий Дэвиду Брэдфорду.
- Чтоб тебя!.. – охнула Эбби, и зажала уши. Децибелы кошачьих трелей заметно снизились, а вот голос миллионера и мизантропа никуда не делся – а зазвучал еще громче и раздраженнее, издевательски резонируя – словно в черепной коробке у нее образовалась подозрительная пустота.
- … достать антидот! – закончил Брэдфорд. Наступила краткая пауза, в продолжение которой Эбби слушала, как в ушах у нее стучит пульс. Оформленные мысли пришли не сразу.
«Он разговаривает!  - думала она, - интересно, его слышат все, или только я? если не только…о-ооой! Надо уходить, и чем скорее, тем лучше».
Куда уходить? Этот вопрос решился в пару секунд. Два квартала от восточных ворот, четвертый этаж старого дома, уютная квартирка с видом на лазерный луч, за которую не уплачено… и уже не будет уплачено.
Градус настроения стремился к минусовой отметке – нестрого, но обратно пропорционально росту накала кошачьих страстей.
С котом надо что-то делать. Срочно.
- Послушайте, мистер Брэдфорд. Никто вас не травил. Это случайность. Это случайно вышло. Ночью в парке холодно… а вы не совсем одеты. Давайте, я отнесу…отведу вас домой? У меня есть… черничный йогурт и половинка замороженной индейки. И я могу купить кошачьих консервов в круглосуточном магазинчике на углу. А? Только не бойтесь, - и Эбби осторожно протянула руку к коту,   – вы меня понимаете?

0

28

[AVA]http://sa.uploads.ru/qmlwC.jpg[/AVA]Собственное мяуканье повергло мистера Брэдфорда в ужас. Он не только выглядит как кот, он еще и мяукает!
Замерев, Дэвид впился глазами в лицо подошедшей совсем близко девушки.  Паника, которую он с неимоверным усилием сдерживал, грозила вот–вот вырваться наружу, и слова Эбигайл с трудом доходили до его  сознания. Но, раз она ему отвечает, то, может, кошачий мяв ему только чудится? Мистер Брэдфорд ухватился за эту мысль, как за спасительную соломинку.
- Я прекрасно понимаю вас, мисс. Что значит случайно вышло? Может быть, перестанете говорить глупости и объясните, что это за случайность? - едва сохраняя самообладание,  пробормотал он.  – И почему вы считаете, что я раздет?
Он попытался снова подняться, но левая нога за что-то зацепилась. Дэвид  дернулся, затряс ногой ( или лапой?) и вдруг почувствовал, что дрожит, но не от холода. Это была другая дрожь, нервная, она начиналась от ушей и кончалась где-то на кончике хвоста. У него был хвост!! Мистер Брэдфорд чувствовал это, но до сих пор так и не посмотрел назад, боясь увидеть, что тот действительно существует.
Остатками готового помутиться сознания он понимал, что все эти рассуждения про галлюциногены, МИ-6 и антидот – всего лишь уловка. Разум просто защищается, как от безумия, от необходимости признать невозможное, что он каким-то неимоверным образом действительно превратился в кота.
Дэвид  дернулся изо всех сил и обернулся. Хвост  был! Длинный, в меру пушистый и полосатый, а за ним… За ним лежала груда одежды, его одежды: смокинг,  брюки с черными лакированными дерби,  белая рубашка и зацепившаяся за когти задней лапы черная бабочка из  итальянского шелка.
Последняя соломинка сломалась. Измученный мозг не выдержал, сознание отключилось, и  только что бывший медиамагнатом кот медленно повалился на бок в ту самую лужу, в которой только что себя разглядывал.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-12 09:47:51)

0

29

- Черт! – она  давно  не поминала нечисть так часто и  в таком количестве, - черчертчерт! Не хватало еще, чтобы он умер раньше положенного!
То есть Эбби не сомневалась, что все люди смертны, но, несмотря на специфику профессии и некоторую профессиональную деформацию, считала неэтичным ускорять смерть простых обывателей. Даже если они медиамагнаты  и мизантропы. Она принципиально не бралась за заказные магические убийства, которые в ведьмовской гильдии шли по самым высоким расценкам. И тут такой прокол.
- Я себе не прощу! – охнула мисс Торп, - если он умрет…
Чертенок за левым плечом ожил и   услужливо напомнил, что загубленный приворот, да еще с летальным исходом,  будет стоить ей репутации.  «Впрочем, от репутации и так ничего не останется», - мысленно посетовала Эбби.
Но кот!  Дэвид Брэдфорд явно не был достоин участи питаться крысами и  умереть на ближайшей помойке!..
Выбора не было. Даже если ей несколько секунд казалось, что он есть.
Она опасливо ухватила кота поперек туловища; туловище сиротливо повисло на руках.  С намокшего хвоста стекала вода. Правую заднюю лапу украшал галстук-бабочка. Зрелище было жалкое и удручающее. Однако кот был жив, это она определила сразу.
Эбби воровато оглянулась, сложила лежащую кучкой одежду в аккуратную стопку, имитирующую черный плед, спеленала кота понадежнее (на случай, если очнется),   прижала мохнатую тушку к груди и потрусила к восточной калитке. Вокруг было темно и тихо, стрекотали цикады, дробился на атомы зеленый лазерный луч.
- За что мне это, - причитала Эбби,  с рыси переходя на галоп и чувствуя, как стремительно  намокает коктейльное платье, - наверное, вереск был неправильный. Или просроченный?

0

30

[AVA]http://sa.uploads.ru/qmlwC.jpg[/AVA]

    Сознание, словно боясь встретиться с реальностью,  возвращалось медленно и  неохотно, какими-то странными урывками. А быстрый стук сердца совсем рядом, который чуткое ухо кота улавливало даже в полуобморочном состоянии, вызывал и вовсе дикие ассоциации. Так бьется в силках птица, когда к ней подкрадываются, чтобы потом ударить лапой, впиться зубами и... Отчетливый вкус свежей крови во рту заставил мистера Брэдфорда до конца очнуться.
Было темно, тепло и сыро.
Он попытался пошевелиться, но не смог.
    Первым желанием было рвануться изо всех сил, но вернувшаяся вместе с сознанием осторожность, заставила его замереть. Похожее с ним уже случалось. Восемнадцать, нет семнадцать с половиной лет назад, когда его спеленатого по рукам и ногам засунули в багажник машины. Но, сейчас все было иначе.
Рядом кто-то тепло и быстро дышал ему прямо в ухо.
Мистер Брэдфорд приоткрыл правый глаз.
Подбородок  Эбигайл Торп почти упирался ему в лоб.
    «Боже мой, я ведь кот!» - с ужасом вспомнил он и едва удержал попытавшееся сбежать сознание. С трудом восстановив ясность мысли, он прислушался к бормотанию девушки. Она говорила странные вещи.
«Просроченный вереск». Вереск? Вереск... Вересковый мед...
К чему бы это? Неужели зелье? Не зря же, она читала что-то по латыни.
    То, что мистер Брэдфорд не верил в магию, еще не значило, что он о ней не слышал. Да и кто в наше время не слышал о магии, когда кругом развелось столько колдунов, ведьм и предсказателей. Последние страницы его собственных газет вовсю пестрели гороскопами и объявлениями о  заговорах и ворожбе. Но, одно дело печатать всю эту чушь, а другое дело испытать ее на собственной шкуре.  А как иначе он мог превратиться в кота? И Эбигайл Торп, если внимательно прислушаться к ее причитаниям,  каким-то образом к этому причастна.
    Дэвид  уже собрался решительно поинтересоваться, куда его тащат, но вспомнив свой предыдущий мяв, передумал. Уверенности, что девушка его понимает, не было. Но, раз она его несет с собой, а не бросила там, у обсерватории (от  этой мысли сердце спряталось в самый кончик хвоста), значит,  он ей нужен. А раз нужен, то остается шанс уговорить ее вернуть все обратно.
    Мистер Брэдфорд прикрыл глаза. Было тепло и слегка покачивало, в целом даже уютно, если бы не мокрый хвост, но это неудобство можно было какое-то время  перетерпеть.

Отредактировано Дэвид Уильям Брэдфорд (2016-06-13 21:43:16)

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Путешествие из Лондона в Эдинбург