Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Магические миры » А что было бы, если...


А что было бы, если...

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

Вольная фантазия по мотивам сказок Г. Х. Андерсена и фильма "Снежная королева" по сценарию Е. Шварца 1966 г.

0

2

  Императорский дворец... все дело в елке...
(День первый)
- Люци-у-у-у-с-с-с.....- голос императрицы крокетными шариками рассыпался по ступеням парадной лестницы, заметался между колоннами и влетел в буфетную, заставив дребезжать хрустальные графины. Император, только что задушевно беседовавший с черным вороном, испуганно сполз со стула.
- Люци-у-у-у-с-с-с... –  следом за зовом послышались шаги ее величества, поступь которой не могла  приглушить даже толстая бархатная дорожка.

И куда делась некогда почти невесомая принцесса?
Спускавшаяся по парадной лестнице женщина скорее напоминала живой  монумент. Бордовое платье из расшитого золотом  шелка ниспадало тяжелыми волнами. На голове сверкала диадема, а от затянутого  в корсет пышного бюста любого бы бросило в жар.
Мда-а... За прошедшие десять лет  принцесса Эльза сильно изменилась. Очень пополнела, и из милой капризули превратилась в солидную своенравную даму.  Капризы остались те же, а вот привередливости и склочности стало больше. Интригами и скандалами она очень быстро прибрала к рукам и вторую половину королевства, отправив родителя на почетную пенсию. Перессорилась с соседями и, захватив с помощью "оловянных" солдатиков, их так прозвали за круглые оловянные пуговицы на мундирах, соседнее маленькое королевство, провозгласила себя Императрицей.  Завела во дворце новые порядки, а своего мужа - Клауса переименовала в Люциуса, так сказать, для солидности.
- Вся в папеньку, - шептались придворные, - он тоже себе королевство целиком присвоил,  родную сестрицу по миру пустил.
- Что поделаешь наследственность, - притворно-участливо вздыхали фрейлины, взбивая на груди кружева. Каждая из них в тайне завидовала роскошному бюсту императрицы. -  И по фигуре и по характеру вся в отца.

- Люци у-у-у-с-с-с! – в голосе императрицы, некогда кокетливом и капризном,  звучали дальние раскаты грома.  Ворон испуганно вспорхнул на самую верхнюю полку, кося оттуда блестящим агатовым глазом.
-  Да, дорогая, - император осторожно выглянул из-под буфетной стойки. - Та меня искала, любимая?
С минуту растерянно поискав мужа глазами, императрица провозгласила:
- Люциус, я хочу елку!
Его императорское величество облегченно вдохнул. Это были не подснежники под новый год, которых даже в волшебном саду не было, и не розы, выращенные за одну ночь, это была всего лишь елка. И в этом, слава богу, не было ничего особенного,  тем более, что приближался канун Рождества.
- Конечно дорогая, я немедленно распоряжусь дровосекам.
- Я хочу самую лучшую елку! -  императрица соблаговолила  благосклонно улыбнуться, что прозрачно намекало на то, что императора нынешней ночью допустят в опочивальню,  в случае исполнения  желания, разумеется, и надвинулась на мужа всей своей монументальностью. - Ты мне ее достанешь, милый?
- Мы найдем самую лучшую елку в мире, - Люциус зачем-то обернулся на ворона, и тот торопливо закивал.
Конечно, они найдут, иначе.... Представив себе "иначе", ворон невольно растопырил перья, став похожим на ерш трубочиста.
- Вылези, наконец, из под стойки, дорогой, что за ребячество? - императрица  сморщила носик и томно проворковала:
-  Я даже знаю где ее взять.
-  Где же, мой Сло.... - Люциус  испуганно зажал рот ладонью. Он только что чуть не совершил роковую ошибку. Слоником ему было позволено называть супругу исключительно в опочивальне, и ни в коме случае на людях, а при воронах тем более.
- Так где же, мое солнышко?
-  В волшебном саду, -  потупившись и смущенно теребя веер, ответила императрица.
Это было странно, но так мило, что Люциус невольно расчувствовался. Ему показалось, что вернулись  те старые времена, когда юная принцесса вот так же  смутившись впервые позволила ему себя поцеловать.
- В волшебном саду? А откуда ты знаешь? - недоверчиво переспросил он.
- Мне Клара рассказывала.
Император  негодующе взглянул на ворона. Тот только развел крыльями. Ну, что тут поделаешь, если твоя жена болтлива, как сорока.
- Хорошо, дорогая, я все сделаю, -  Люциус выполз из под стойки и обнял супругу за талию, пытаясь поцеловать в щеку. Та благосклонно приняла поцелуй и отбыла в сторону  парадного кабинета. Фрейлины, в отдалении наблюдавшие за семейной сценой, потянулись следом, шепотом обмениваясь комментариями.
- Ну, и как мы ее достанем? - Люциус посмотрел на ворона. - Ты знаешь, горластый?
- Кар-р-р!  - нахально сверкнув глазом, ответила птица.
- Что ты хочешь сказать? – заинтересованно прищурился император  и, подставив скамеечку, влез на буфетную стойку поближе к ворону, точь-в-точь, как лазал ночью в сюда за наливкой. Уж очень  ему хотелось попасть в заветную опочивальню, куда Люциус не мог пробиться вот уже вторую неделю.
- Это должна быть лучшая елка мире, слышал, пугало? - он печально вздохнул  вспомнив те времена , когда не нуждался ни в чьей помощи.
- Конечно, самая лучшая. Ты не волнуйся, величество, справимся, - ворон важно нахохлился, извлек откуда-то из-под крыла пенсне и, водрузив на клюв, прошелся по полке, заложив крылья за спину. - Отчего бы ее просто не купить?
- Как? Это же волшебный сад. Ты что забыл, что Эльза пять лет назад с его хозяйкой насмерть переругалась и рассорилась ?? Мы до сих пор фрукты и овощи через подставных лиц покупаем, типа как заморские. Нет, не продаст.
- Так через подставных и купим, а не купим, так укр-р-радем!
Ворон, выставив вперед лапу, подбоченился и гордо вскинул клюв.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 22:57:13)

+2

3

На следующий день...
(День второй)
В ледяном дворце царил полумрак. Снежная королева сидела на троне и, пользуясь моментом, когда никого нет поблизости, с аппетитом уплетала пиццу….
Скажете, что такого не может быть?  А вот и ошибаетесь. Очень даже может.
Особенно, когда дети доставляют неприятности.
Дети вообще имеют удивительное свойство регулярно их доставлять, а уж когда подрастают, тем более. Вот и Кэй  тоже вырос, сложил из льдин слово «Вечность» и, не успев получить весь мир и коньки в придачу, заявил, что местные развлечения, все эти снежки, снеговики, ледяные горки его достали, и раз он теперь сам себе хозяин, то желает  посмотреть мир. Снежная королева подумала и решила не  спорить, пусть развеется. Она знала, что Кэй вернется.
И он вернулся.  Помотался по миру на людей посмотрел, себя показал, да только холодному сердцу везде скучно, только собственные шутки и радуют. Но, много ли с них нарадуешься?
Ну, заморозил Ниагарский водопад, так ведь с него толком даже не покатаешься. Тут же туристов навезли видимо не видимо. В другой раз снегом Сахару засыпал. Бедуины, нет, чтобы замерзнуть, так  в снежки принялись играть. А  верблюдам мороз вовсе нипочем, только бегать быстрее стали.  Хотел Амазонку заморозить, но тут ему местные колдуны тонко намекнули, что волшебство волшебством, но технический прогресс на месте не стоит, и самонаводящаяся ракета за такие шутки его на Северном полюсе найдет. А, если делать нечего, то лучше бы Йелоустоном занялся, а то он пыхтит не по делу, тем более, что сама Снежная королева таким занятием  не брезговала, не раз и не два Этну с Везувием успокаивала.
В общем, вернулся Кэй  несолоно хлебавши. К тому времени финка с лапландкой корчму  в приграничье открыли - "Три тюленя"называется.
В Ледяном замке горячительные напитки королева строго настрого запретила, чтобы не растопили что-нибудь ненароком.  Вот Кэй в корчму и повадился. Встретил старых знакомцев - снежного тролля, которым в детстве в снежки играл, да северного оленя, и понеслось. Днями и ночами стал там пропадать.
Снежная королева терпела, терпела, а потом все-таки решила взглянуть, чем же он в корчме занимается, инкогнито, разумеется.
Взглянула раз, взглянула два.
В корчме народу битком, не только местные, но и из окрестных королевств народ захаживает. Лапландское пиво пьют, новостями и сплетнями обмениваются, байки да анекдоты травят, а уж если  косси*) по какому-нибудь случаю примут, тут такое начинается. Снежная королева не знала,  что делать, то ли краснеть, то ли гневаться.
А как гневаться, если ты - инкогнито?
Вот и приходилось ее величеству сидеть, слушать и даже розоветь от некоторых вольностей. Ладно еще ворон из соседнего королевства про свою императрицу  забавные байки рассказывает. Но кто ж знал, что северный олень такой проказник, а снежный тролль может эдакие анекдоты заворачивать.
За всеми этими разговорами, ее величество и не заметила, как подсела сначала на суши. Жирный лосось был просто объедение, маринованный имбирь восхитителен, а васаби щипал кончик языка крепче сорокаградусного мороза. Королева стала заказывать суши во дворец, вроде как для приема иностранных послов. Отговорка так себе, какие иностранные послы на Северном полюсе, но и не в корчму же за суши бегать.
А тут  финка случайно заказом ошиблась, прислала вместо суши пиццу. Королева сначала разгневалась – ей, ледяной и какой-то горячий блин! А потом решила попробовать.
Мама миа! Какой пепперони!!!
Правда «на людях» она свои пристрастия старалась не демонстрировать, не могла позволить себе, чтобы кто-нибудь увидел её слабость перед этим чудом кулинарного творчества.

Снежная королева почти расправилась с пиццей, когда  в зале раздался хрустальный звон. Воздух между колоннами заколебался. Кто-то открывал пространственный портал.
Ее величество насторожилась, этот тайный ход на Северный полюс знали не многие, и торопливо сунула тарелку под трон. Оттуда раздалось довольное чавканье.
- Песец?! Ах ты, мерзавец! Опять подкрался незаметно!  - королева запустила в выскочившего из-под трона полярного лиса хрустальной туфелькой, но не попала.
Из открывшегося портала в зал шагнул Кэй, и туфелька угодила ему прямо в лоб.
- Ваше ве…личество…
Кэй от неожиданности сел на пол.
- Что тебе нужно? – тон королевы не предвещал ничего хорошего. Она совершенно забыла, что только что возмущалась тем, что Кэй опять где-то пропадает.
- Ваше величество, мы тут подумали и я решил, что нам нужна елка,  – Кэй пощупал растущую на лбу шишку. – С подарками. Народ просит.
- Елку?!! С подарками?!! И что значит вы подумали и ты решил?– голос Снежной королевы зазвенел, ледяные люстры угрожающе закачались. С потолка посыпались мелкие сосульки.
- Ну, да... - неуверенно ответил Кэй, пытаясь подняться на ноги, - с подарками для вас, Ваше величество. С подарками и подношениями от любящих подданных.
Он наконец встал, изображая поклон.
- Говорят, что императрица тоже устраивает елку. (Уж о ком, о ком, а о ней Снежная королева была наслышана.) И ворон сказал, что у нее будет самая лучшая елка в мире, - Кэй хитро прищурился.
Женская конкуренция - страшна вещь.
- Самая лучшая елка в мире будет у меня! - Снежная королева  топнула ногой. Гордость и самолюбие не позволили ей отказаться от вызова. - И ты, Кэй, мне ее достанешь!

_________________________
*) Косси - финская водка

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:21:37)

+2

4

Волшебный сад "вечного лета".
(День второй)
Погода была отвратительной. Третий день моросил дождь. Советник торопливо шагал по не успевшим растаять снежным кочкам, то и дело брезгливо стряхивая грязные капли с лакированных туфель. Карета застряла в грязи в полумиле отсюда, и то, что ему пришлось так далеко идти пешком, не способствовало улучшению настроения.
Советник поправил цилиндр и огляделся. Только что выпавший снег, белый и пушистый, стал ноздреватым и серым. Он противно чавкал под ногами, наполняя следы грязной и холодной жижей. С одной стороны, теплая погода была Советнику выгодна, тут же вырастал спрос на снег, лед и мороженое, а с другой, эта мерзкая морось в декабре кого угодно могла свести с ума.
А всему виной был тот самый волшебный сад, к воротам которого приближался Советник.
Сад вечного лета, или, вернее, огромный парк, сравнимый по площади с иным маленьким королевством, в котором всегда было тепло и солнечно.  Он, как Гольфстрим, согревал окрестные земли, и все к этому привыкли. Это даже хорошо, если зимы теплее, чем у соседей. Никто не пытался его захватить или завоевать, а, тем более, уничтожить, иначе, откуда бы зимой на королевских столах взялись свежие вишни, клубника, персики и прочие фрукты и ягоды. В общем, не сад, а настоящее цветочно-фруктово-ягодное государство. Хозяйка сада, пожилая дама-цветочница овощами тоже не пренебрегала. Огурцы и помидоры вырастали у нее на загляденье, но особенно удавались крутобокие тыквы.
Ходили упорные слухи, что у нее договор с самой Снежной королевой, которая, к тому же, лет десять назад позволила ей выбирать погоду на Рождество и Новый Год по своему усмотрению. Чем было вызвано подобное благоволение, Советник не знал, и это его раздражало. Но, еще больше его раздражало то, что он, ближайший поверенный ее Величества, услышал об этом от кого бы вы думали? От какого-то наглого полярного лиса. И это было просто возмутительно!
Первые несколько лет погода была прекрасной: легкий морозец, пушистый снег, но не настолько холодно, чтобы кутаться и отказаться на праздники от мороженного. И дела коммерции-советника процветали. Зато в январе и феврале Снежная королева брала свое. Наступали настоящие холода, мела пурга, свистел северный ветер, кружились метели, дома засыпало снегом по самые крыши, и люди боялись даже выглянуть за дверь!
А потом все пошло наперекосяк, конец декабря становился все теплее и теплее. Пока не закончился вот таким безобразием.
А это было: (а) - явное превышение полномочий, (б) - нецелевое использование полученной способности, и (ц) - несанкционированное воздействие на климат, что было, вообще, полным беспределом.
Советник искренне недоумевал, почему ее Величество до сих пор не призвала эту старую перечницу к порядку.
Но, вот чего Советник точно не знал и знать не мог, так это того, что десять лет назад, северный олень принес к воротам волшебного сада полузамерзшую девочку и строгое приказание Снежной королевы задержать девчонку в саду навечно, иначе... Ну, сами понимаете, какое "иначе" может пообещать повелительница морозов.
Хозяйка сада оказалась старушкой не промах, владея кое-какой магией (иначе, откуда бы взяться такому саду), выторговала себе дополнительный бонус – право заказывать раз в году погоду, всего на последние десять дней, но таких важных и сказочных, как Рождество и Новый Год.

Калитка -  небольшая дверца в воротах сада была расписана ромашками и васильками. Дверной молоток, кошачья мордочка с кольцом вместо банта, при виде Советника испуганно зажмурился.
- Вздор! - Советник презрительно скривил губы и ударил в калитку набалдашником трости.
- Входите, не заперто, - раздался из-за забора звонкий женский голос.
Калитка распахнулась, и на Советника пахнуло теплом, запахом цветов и мелкой водяной пылью.
- О, простите, сударь, - молодая женщина положила на землю поливочный шланг и вытерла фартуком руки, - я не думала, что вы так быстро войдете.
- А где хозяйка? - вставляя в глаз монокль, спросил Советник. Девица явно была служанкой, и он не счел нужным здороваться.
- Я за нее, - ответила девушка, с легкой насмешкой рассматривая незваного гостя.
- То есть как? – бровь советника удивленно дернулась и монокль выпал.
- А вот так, - девушка заулыбалась еще шире. -  Тетушка решила отойти от дел и уехала к родственникам, а сад оставила на меня.
- Вздор! – Советник водрузил монокль на место. – Она не могла этого сделать.
- А вот и могла, я теперь полная хозяйка сада, со всеми вытекающими полномочиями, - лицо девушки стало серьезным.
Что-то в ее глазах, голосе и даже в том, как она держалась, было неуловимо знакомым, но Советник никак не мог вспомнить что.
- Со всеми вытекающими полномочиями? Так значит это теб…- возмущенно начал он, но вовремя остановился. В сложившейся ситуации следовало быть осторожным. - Так значит вам мы обязаны тем безобразием, что творится на улице.
Он ткнул тростью в сторону не успевшей закрыться калитки.
- Не знаю, возможно, - равнодушно взглянув на царящую за воротами промозглую серость, пожала плечом юная хозяйка сада - не люблю зиму.
Она и правда не любила это время года – мороз, снег, лед, а особенно пургу и метель.

Десять лет назад, когда северный олень примчал к порогу волшебного сада почти до смерти заледеневшую девочку, она ничего не помнила, а обрадовавшаяся возвращению недавней гостьи волшебница сделала все, чтобы и не вспомнила вовсе. Выходила, отогрела, отпоила цветочным чаем с малиновым вареньем и медом, ну, и с самой маленькой толикой маковой настойки с красавкой и одолень-травой, что цвела в пруду за домом, всего несколько капель на стакан. Рассказывая цветочные сказки, каждый день расчесывала ей волосы золотым гребнем, и воспоминания о прошлой жизни ушли далеко-далеко, испарились из памяти, и даже розы не могли больше ничего напомнить. И теперь Герда даже не представляла, что могла жить как-то иначе. (Да-да, это была именно, она, та самая Герда.) Однако это вовсе не означало, что она стала совершенной затворницей. У старушки волшебницы была хорошая деловая хватка, и сад исправно поставлял к королевским столам свежие цветы, фрукты и овощи, и не только к королевским. Иногда даже беднякам перепадало от его щедрот, но очень редко.
Однажды, года три назад, стоя у калитки, Герда наблюдала, как торговец грузит на повозку корзины с цветами и фруктами, и вдруг заметила путника, бредущего по дороге. В сером плаще, сгорбленный и седой, он выглядел совершенным стариком, но глаза были до странности молодыми.  Путник заметил Герду и остановился. Девушка подумала, что он хочет есть, но стесняется попросить, и протянула ему персик.
- Спасибо, дитя, - ответил старик, не спуская глаз с Герды, - у тебя добрая душа… Все такая же добрая, - еле слышно добавил он. - Мне нечем тебе заплатить, но я могу подарить тебе вот это, - он порылся в кармане плаща и достал крошечное коричневое зернышко с прозрачным, как у стрекозы, крылышком. – Посади его, и то, что из него вырастет, надеюсь, принесет тебе счастье.
- Счастье, а что это такое? – удивленно спросила Герда. Она в самом деле этого не знала. У нее было все, что ей нужно, а когда не знаешь, что еще можно хотеть, то и не хочешь.
- Когда вырастет, узнаешь, -  ответил странник, поклонился и ушел своей дорогой, а Герда показала зернышко тетушке, так она называла старую волшебницу. Та выслушала рассказ и вдруг засуетилась. Пробормотав что-то вроде: «Сказка не должна плохо кончаться», стала собираться, заявив, что должна навестить родственников, и уехала, оставив Герде свою палочку для ухода за садом и сушеную рыбину, на одной стороне которой было что-то написано по-лапландски, а на другой нарисована крупная снежинка. От снежинки веяло холодом. Герда убрала рыбину в сундук, и больше о ней не вспоминала.
С тех пор она стала жить одна, от торговцев знала, что происходит в соседних королевствах, ухаживала за садом и не особо скучала. Лишь изредка, услышав на закате трель соловья, иногда залетавшего в сад, или почувствовав аромат только что распустившейся розы, она вдруг начинала грустить, и ей хотелось чего-то странного и непонятного.
Может быть, счастья?
Но, сад нуждался в уходе, и грустить было некогда.
Зернышко она посадила. Через месяц появился росток, а еще через полгода в большом горшке росла небольшая елочка, которая постепенно превратилась в настоящую лесную красавицу.

- Сударь, вы проделали столь долгий путь, чтобы поговорить о погоде?  - Герда посмотрела на забрызганный грязью плащ Советника и насмешливо прищурилась.
- Вздор! Я пришел сюда, чтобы купить елку!
- Елка не продается.
- Я дам за нее сто талеров!
- Нет…
- Двести!
- Нет
- Пятьсот!.. Тысячу!
- Нет, если я говорю, что не продается, значит, не продается.
- Глупая девчонка, ты можешь продать это дерево и обогатиться. Королева будет очень щедра, а если нет, то очень недовольна!
- Не вы первый предлагаете мне продать мою елку и, наверное, не последний, но я всем говорю -  нет! Передайте вашей королеве, что я не отдам свою елку за все сокровища мира. Эта елка не продается! И если у вас нет ко мне других дел, то прощу прощения, мне надо работать.
Герда подняла шланг.
- Ты очень сильно пожалеешь об этом! Я: (а) – отомщу, (б) – скоро отомщу и (ц) - …
Шланг угрожающе качнулся в его сторону, и Советник  попятился. Он выскочил за ворота, захлопнул калитку и зашагал к карете не оборачиваясь,  потому не видел, как дверной молоток, высунув язык, ехидно дразнится ему в спину.
А Герда, поливая цветы, еще долго размышляла, от чего ей так странно знакомы эти злобные "а", "б" и "ц".

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:26:07)

+2

5

В тот же день - корчма "Три тюленя"
(День второй)
- И тут она мне заявляет: "Ты мне ее и достанешь!" -  Кэй со вздохом сделал солидный глоток косси и  приложил ко лбу завернутый в полотенце лед.
- Мда, прокол вышел, - северный олень сочувственно качнул рогами. - Под горячую руку попал.
- Скорее под  ногу... холодную. Я то рассчитывал, что она сама этим займется.
- Может с Санта-Клаусом договориться? Мой троюродный племянник у него оленем на Рождество подрабатывает. Эх, в былые времена я и сам летал, - оленьи глаза предательски заблестели.
- Да вы что, какой Санта-Клаус! Королева его терпеть не может, - снежный тролль почесал левой пяткой за ухом. - Уж не знаю, что они там не поделили.
- Так вот почему он у нас уже третий год не появляется,- финка поставила перед Кэем новую миску со льдом. -Ты, сынок, лед почаще меняй.
- Ага, - тролль выудил из миски скользкую льдинку и с хрустом откусил. - Тут ворон намедни рассказывал, что из-за этого Люциус в прошлом году, чтобы императрице угодить, решил сам Санта-Клаусом заделаться. Его  потом три для в дымоходах дворца искали. Насилу к Новому году вытащили.
- Мда-а-а, не повезло бедняге, - олень сунул нос в кружку и повернулся к финке, - Ирма, подлей мне лапландского. Да помню я про долг, - видя сомнение на лице хозяйки, он сердито свел глаза к носу, - я тебе натурой отдам. И нечего ржать, - олень пнул копытом развеселившегося тролля, -  клюквой и ягелем. Она из них коссси гонит.
- Кошмар-р-р! - раздалось под потолком и влетевший в клубах холодного воздуха в корчму ворон  приземлился на край стола. - Это был кошмар-р-р! Его импер-р-раторское величество стал чер-р-рным, как папуас из далеких земель.
- Только кольца в носу не хватало, - снова заржал тролль и почесал другое ухо. - Бросил бы он свою императрицу, что ли.
- Он ее любит, совсем как я мою Клар-р-ру, - ворон важно покивал головой, - и сейчас его величество в большом расстройстве.
- Что, опять в камин лезть собирается?
- Нет, он обещал императрице лучшую в мир-р-ре елку, а новая хозяйка волшебного сада отказалась ее пр-р-родать. Оле Лукойе сказал, что так и не смог ее уломать, а еще называется тайный советник по иностранным делам.   Сдается мне, что он со своим зонтиком занимается не иностранными делами, а тайно интересы старого короля лоббирует.
- Что за чушь,  из-за какой-то любви лазать по дымоходам. Любовь этого вообще что такое?- Кэй завернул в полотенце новый кусок льда.
- Любовь? - ворон перелетел на спинку стула. - О, любовь -это то, что нельзя понять головой, а можно почувствовать только сердцем. Она кружит голову и валит с ног, как хорошая инфлюэнца. Из-за любви сходят с ума, совершают безумные поступки, отдают свою жизнь без колебаний. Любовь
это яркий огонь, что сжигает сердце дотла.
- Короче,  это болезнь,  а я никогда не болею, - Кэй пощупал лоб и поморщился. - Меня больше интересует, что ты там говорил про елку?
- Хозяйка категорически отказалась ее продать... Кстати, сорока рассказала, что  ваш коммерции советник тоже ее охаживал, хозяйку, а не сороку.
- Советник? Так вот кто это за троном подслушивал!- Кэй отбросил в сторону полотенце. - Ну, все, если этот гад взялся за дело, то писец полный!
- Что  опять подкрался незаметно? Шас я этого шпиона урою,  - тролль полез под стол в поисках полярного лиса.
- Да не в том смысле писец, что песец, а в том что облом полный. Советник давно под меня копает и если он достанет елку...
- Не достанет, Герда ему тоже отказала, - сообразив, что сказал, ворон судорожно сглотнул и испуганно покосился на северного оленя.
- Герда? Не помню такую, - Кэй потянулся к кружке с водкой. - Если не продает, значит нужно придумать, как ее достать.
- Э, нет, - ворон возмущенно замахал крыльями, - у нас приоритет, мы первые о ней узнали.
- Кто не успел, тот опоздал, - Кэй недобро усмехнулся и погрозил  птице кулаком. - Выпивка - выпивкой, а интерес у  нас у каждого свой.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:27:08)

+2

6

-  Ах, мой милый Августин... Все прошло, прошло, прошло! - склонившись над чертежами, напевал Свинопас. Вернее сказать, никакой он был не Свинопас, а самый настоящий Принц. И к тому же по-прежнему пригожий. Потому что до сих пор не женился. А всем известно, что неженатые принцы долго остаются пригожими. Вот только не захотел Принц никому пригождаться, давая от ворот поворот сватам всех национальностей и калибров, потому что понял, что все еще любит ту строптивую девчонку – племянницу короля. После брошенных упреков и расставания. А если вы помните, Принц заявил тогда легкомысленной Принцессе:
«- Теперь я презираю тебя! Ты не захотела выйти за честного принца. Ты ничего не поняла ни в соловье, ни в розе, зато могла целовать за безделки свинопаса. Поделом тебе!»
А когда эмоции улеглись, стал принц искать себе партию, но вечно ему чего-то недоставало. Или чего-то было слишком много. Когда принц  Криститан понял, что нужна ему только лишь одна девушка, он вернулся домой, но не нашел ни своего королевства, ни принцессы. 
Оставленное без присмотра королевство совсем захирело и его захватили соседи.
А почему бы не прибрать то, что плохо лежит?
Принцесса, как ему рассказали, в одно дождливое утро просто исчезла из дворца. Ходили слухи, что она по примеру маменьки снова подалась в разбойницы!  Где, какими дорогами ее теперь носило, поди узнай! Да и королевство, в котором она жила, было уже не тем. Славное и уютное оно разрослось. Заправляла в нем своенравная Императрица (она-то и захватила королевство принца). В ней с трудом можно было узнать прежнюю юную принцессу Эльзу.
А Клаус! Куда только делся милый, добрый, восторженный юноша! Кажется, он превратился в тихого пьяницу. Принцу бы посмотреть на все это и мчаться прочь во весь опор, уносить ноги от перипетий супружеской доли. Но наш Принц был безудержным оптимистом, пел всегда в мажорной тональности и верил в свою счастливую звезду. Он решил остаться и вновь нанялся во дворец свинопасом. За время проведенной в странствиях он вырос и возмужал, Эльза и Клаус его не узнали. В свободное от работы время, в своей каморке под лестницей Кристиан мастерил забавные заводные игрушки - он помнил, как любила их легкомысленная принцесса, и даже тайно открыл компанию «Соловей и Роза», которая продавала его диковинные поделки, каждая из которых была снабжена его подписью, маленьким логотипом, точно таким же как на первом волшебном горшочке. Свинопас верил, что когда-нибудь одна из них попадет в руки молодой разбойнице. Она вспомнит его и вернется…
- Крис, Крис! – жалобный голос Люциуса, заглушая довольное повизгивание поросят, разнесся по свинарнику, дверь скрипнула и в каморку свинопаса ввалился бледный император. Он так же, как и десять лет назад стаптывал задники туфель, и уже привык передвигаться шаркающей походкой. - Крис, мне нужна помощь! – Люциус в изнеможении упал в потертое кресло, выброшенное еще в прошлое Рождество из Каминной залы и бережно установленное Свинопасом в каморке, где оно съедало львиную долю площади. Несмотря на тесноту, Крис весьма дорожил старым креслом, напоминающим ему о прежней венценосной жизни. Ничего не попишешь: времена меняются, а привычки остаются. Так и наш Принц любил, сидя в кресле, помечтать о былом долгими зимними вечерами…
- Крис! – олицетворяя безудержное отчаяние простонал император, обмахиваясь кружевным платком, - я пропал! Погиб! Мне крышка! Эльза снова взялась за свое!
- Опять дурью мается? Что на этот раз? - Крис свернул чертеж в трубку и воззрился на императора. Его умиляло то, что Клаус – переименованный Эльзой в Люциуса, словно бы и не видит никаких недостатков своей супруги, и так же трепетно любит ее, как и десять лет назад.
Император и сам понимал, что, наверное, выглядит глупо, но ему надо было выговориться. А кому можно выговориться во дворце? Не придворным же. Клаус, то есть Люциус был человеком бесхитростным, и все наполнявшие дворец сплетни, интриги и заговоры, в которых Эльза чувствовала себя, как рыба в воде, его  очень угнетали. И он неожиданно для себя подружился со свинопасом,  с ним можно было задушевно поболтать за кружечкой пива за жизнь,  и он не только всегда готов был выслушать императора, но и нередко давал дельные советы.
- Она хочет елку! Ты, верно, скажешь, какой пустяк! И вот тут ты ошибешься! – Люциус драматично прочертил замысловатую фигуру указательным пальцем в воздухе. – Ей нужна не просто елка. А Елка!!! Из Волшебного сада! Да не смотри ты на меня с таким недоумением, - отмахнулся император, - посылал уже туда, и напрямую, и через подставных, - не продают! Ну не красть же ее в самом деле!
- Кр-р-а-а-асть! – хрипло каркнул влетевший следом ворон. – Я ради Клар-р-ры чего только не кр-р-рал! Даже кор-р-раллы! – проболтался ворон и поспешно захлопнул клюв.
Но Люциусу было не до пустяков, и на словах о пропавших недавно кораллах императрицы он не заострил своего императорского внимания.
- А правда, ваше величество, почему бы не украсть? Пошлите вон хоть Трубочиста, он умеет проникать в любой лаз.
- Да что ты, что ты, этого помешанного влюбленного? Он же ни о чем, кроме Пастушки, думать не может, да и Елку потащит, поди, через печной дымоход, сажей всю перемажет, думаешь, Эльзе понравится?
- А ты скажешь Эльзе, что это не копоть, а специальное напыление, оригинальный дизайнерский ход! – развеселился принц. - Модный стиль, для нестандартно мыслящих  и свободолюбивых натур! И потом, ты его не одного пошли, а с обер-унтер-генерал-комиссар-сержантом Козлоногом!
- С  Козлоногом? Ты с ума сошел, они друг друга терпеть не могут! - Люциус спрятал платок за обшлаг рукава. - К тому же, у него какие-то темные делишки с Советником на почве коммерции.
- Пр-р-рииски, сер-р-ребр-ряные пр-р-рииски за Поляр-р-рным кр-р-ругом! - ворон взлетел на балку. - Кошмар-р-р! Я вспомнил. Снежная кор-р-ролева тоже хочет елку! Вчер-ра Советник  пытался ее купить, но ему отказали, и теперь они собир-р-раются ее укр-р-расть!
- Ну, все, теперь я точно пропал, - Люциус побледнел и закатил глаза, - куда мне против Снежной королевы! Если я перебегу ей дорогу, то она погубит меня, как Герду.
При этих словах ворон вздрогнул и распушил перья.
- Не дрейфь, что-нибудь придумаем, - Кристиан хлопнул императора по плечу.
– Р-р-разбойники! – зашумела взъерошенным крылом неугомонная птица, - нам нужны р-разбойники! И я кажется знаю, где их искать. Мы их наймем, они украдут елку раньше Снежной Королевы, и в чистом виде доставят во дворец!
Принц едва не подпрыгнул с табурета – впервые, с тех пор как он вернулся, кто-то заявил, что знает, где найти разбойников! А где разбойники, там и разбойница! А значит, у него появился шанс найти принцессу Мию!
-Точно, разбойники! Я иду с вами! – решительно заявил Свинопас, срывая с вешалки сюртук и обматывая горло длинным шарфом. – Ваше величество, зовите всех, способных на подвиг во имя императрицы! Да здравствует Эльза!
- Тсс... - Люциус приложил палец к губам, - Эльза, конечно, да здравствует, но мы ведь не на войну идем, а на дело. Воровать надо тихо и незаметно, без всяких подвигов.
(Интересно, а откуда императору это известно?)
- Так что, собираемся, - Люциус, которого, когда решение было принято,  словно подменили, деловито оглядел присутствующих, -  и без шума и суеты отправляемся в лес.

+2

7

Вы, наверное, спросите, почему принцесса вдруг стала разбойницей?

О, это очень давняя и грустная история.
Когда старый король, отец Эльзы, был еще совсем молод, его сестра влюбилась в благородного, как она думала, но бедного графа, и ради этой любви сбежала из дома.
Король-отец разгневался, заявил, что отрекается от нее и лишает наследства. Мало кто знал, что на самом деле это было неправдой, он очень любил свою дочь и не стал переделывать завещание.
Принцесса надеялась, что отец ее простит, когда познакомится с ее любимым, но жизнь частенько преподносит сюрпризы, и не всегда радостные. Граф оказался вовсе не благородным, даже не графом, а обычным разбойником, вернее их атаманом. Его шайка не так давно перебралась в леса королевства.
Но принцесса так его полюбила, что простила этот обман, да и он ее любил не меньше. Через год у них родилась дочь, которую назвали Мией. За шустрость и непоседливость родители  прозвали ее Маленькой разбойницей, в шутку, разумеется.
Принцесса была счастлива, но счастья редко бывает много. Через несколько лет в одной из стычек с солдатами погиб ее муж. Она хотела было вернуться с дочкой домой, но король-отец уже умер, а брат спрятал завещание и, оставив сестру без наследства, стал полноправным правителем королевства.  Разбойники были объявлены вне закона. Любой мог убить их на месте без суда и следствия, и принцесса не решилась вернуться в столицу. Но, она была женщиной решительной и, приструнив разбойников, стала их атаманшей.
Однако, разбойничья жизнь отнюдь не способствует крепкому здоровью, а украденная у Герды золотая карета и вовсе не пошла разбойникам на пользу. Богатство ударило в голову, и они слишком много пировали. После одной из таких «вечеринок»  атаманша утром не проснулась. Маленькая разбойница не успела даже оплакать мать, как их убежище окружили солдаты. Тех, кто пытался бежать - пристрелили, а остальных схватили.
Король, узнав, кто оказался среди пленников, велел привести Мию к себе. Постарев, он впал в сентиментальность и, чувствуя вину, решил позаботиться о сиротке.
Сестру короля пышно похоронили, а маленькая разбойница осталась во дворце. Король вознамерился дать ей приданое и выгодно выдать замуж.
Ох, как же она ненавидела этот дворец!
Все эти кринолины и корсеты, поклоны, реверансы и прочие приседания, всех этих фрейлин и придворных дам с их сплетнями и шушуканьем. А королевские обеды! На которых нельзя есть руками или с кончика ножа, а нужно обязательно брать вилку, которую так и хочется воткнуть в бок первой статс-дамы, за ее недовольные взгляды, когда ты вытерла руки о скатерть. А женихи?! С напомаженными лицами, пахнущими пылью и пудрой париками, с худосочными ляжками, затянутыми в шелковые чулки. Мие они совершенно не нравились. Маленькая разбойница стала потихоньку впадать в тоску. Единственное, что ее еще развлекало, так это насмешливое копирование фрейлин, все их жеманство, ужимки и гримасы, от чего ее почему-то стали считать высокомерной. Мию это мало волновало, тоска наваливалась все сильнее. И тут появился Свинопас со своим горшочком и остальными игрушками. Как это было весело, забавно и интересно, но еще забавнее были фрейлины -  как они крутились вокруг горшочка, как ахали, когда им предлагали целоваться вместо принцессы, как конфузились, задирая юбки, чтобы закрыть целующуюся пару, как оборачивались, чтобы тайком подглядеть поцелуи и украдкой облизывали губы, словно им тоже хотелось. Последнее было не удивительно, целовался Свинопас очень неплохо.
Но, все хорошее быстро кончается. Король разгневался и выгнал его из королевства, Мию тоже выгнали, впрочем, ненадолго.
Вы думаете, что она плакала под дождем от того, что ее прогнали? Да она была рада-радешенька, что ее выгнали, да еще вместе со Свинопасом.
Или, может быть, она плакала от тех горьких слов, что принц сказал ей потом?
Вовсе нет, она плакала от обиды и злости, что ее обманули. Она думала, что встретила отличного простого парня, а он ей солгал -  оказался принцем. Глупец, он вздумал упрекать ее за соловья и розу. Да у развалин замка, где обитали разбойники, где она провела свое детство, были сотни таких же роз, не менее прекрасных, и соловьи каждое лето пели ей на закате свои песни. Но те жили на свободе, а эти, в серебряных ларцах - цветок, что завянет через пару дней и птица, что зачахнет в неволе - воистину"королевский" подарок.
Маленькая разбойница вернулась во дворец, но жить ей там стало совсем скучно.
Да еще у Эльзы стал стремительно портиться характер.
И в один из весенних дней Миа сбежала. А что? Охотиться она умела, да и постоять за себя тоже. Прихватив с собой припасы и волшебный горшочек, оправилась путешествовать по миру. Почему горшочек? Так он варил неплохую кашу, и что таить, напоминал ей о Свинопасе, не о принце, а том парне, с которым она целовалась на задворках дворца в свином загоне.
Злые языки шептались, что она подалась в разбойницы, но это было неправдой. Побродив по соседним королевствам, Мия вернулась обратно и поселилась в глубине дальнего леса, в том самом разрушенном замке, в котором жила в детстве. Место пользовалось дурной славой, и Маленькую разбойницу никто не беспокоил. Летом вокруг замка цвели розы и соловьи вили гнезда на соседних деревьях, а зимой, грея руки у старого камина и слушая, как завывает в трубе вьюга, Мия вспоминала Северного оленя и девочку Герду, которая так и не нашла своего Кэя.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 23:00:39)

+2

8

Ранним утром в корчме "Три тюленя".
(День третий)
Странное время года - ночь. Да, вы не ослышались, именно время года, если это ночь - полярная , когда  в темноте желтыми огоньками мерцают   лишь окна занесенных  снегом домов,  да изредка, выпустив пушистое облако пара мелькнет короткой вспышкой быстро открытая дверь. Много разного и странного происходит этой ночной темноте:  в ней рождаются детские сны, прячутся ужасы и кошмары, целуются влюбленные и строятся планы мести,  плетутся заговоры и совершаются преступления, но, когда Оле-Лукойе, надев деревянные башмаки, открывает свой зонтик, все замирает, и в ткань реального мира невесомой нитью вплетается сказка.
Вот только в последнее время он совсем забросил свой зонтик, сменил башмаки на расшитые шелком туфли, обленился, стал ворчливым и желчным. То и дело куда-то пропадает, зачастил в покои старого короля - отца императрицы,  а пару раз его замечали в компании Коммерции-советника Снежной королевы.
Да, кстати, Советник. Странный человек этот Советник, какие могут быть  с ним дела? Странный и подозрительный, появляется там, где его не звали, вынюхивает, выспрашивает, словно ищет что-то.
Утро зимой в "Трех тюленях" начиналось поздно - когда чуть заметно посереет за окном чернота ночи, да вскукарекнет петух, по случаюподаренный финке  заезжим гостем. Петух был шальной и слегка очумевший, сначала от вечного дня, а потом от вечной ночи, но дело свое еще с желтка помнил крепко и кукарекал исправно.
Вот и сегодня корчма, как обычно, пустовала, вчерашние посетители разбрелись по домам отсыпаться, а время  для новых еще не наступило. Засидевшиеся Кэй   троллем только- только отбыли, прихватив с собой Северного оленя - он в этот раз даже сам с ними увязался, хотя всегда говорил, что терпеть не может порталы - рога застревают.
И тут как раз появились двое. Пришли, один за другим, уселись в самом темном углу за дальний столик и начали там шептаться. Финка их не любила.  Жди неприятностей, если к тебе занесло Козлонога, а уж если появился Советник, то гляди в оба - беда стоит на пороге.
- Вы уверены, что это то, что надо? - Советник подозрительно посмотрел на лежащий по середине стола металлический ящик.
- Естественно, ваша светлость. Ученый, конечно, немного не в себе, жалуется, что от него тень сбежала, но приборы у него работают исправно, - его собеседник, мелко тряся реденькой бороденкой, откинул крышу  ящика, демонстрируя содержимое.  - Нажимаете эти кнопки, если надо, вводите адрес, а если не введете, то... - он помедлил, морщины  на лице сложились в злорадно-торжествующую гримасу, - точка невозврата, бесконечное  количество вариантов, никогда домой не вернутся. А вы принесли то...
Советник кивнул и бросил на стол свиток.
- Концессия на девяносто девять лет, за подписью самой Снежной королевы, естественно, с отчислением соответствующих процентов. Проценты поставляется  в виде серебряных слитков.
Гладя как его визави с жадностью читает бумагу, то и дело кося глазом в сторону убирающейся в зале дочери финки - Кайсы, Советник презрительно скривил тонкие губы. Этот старый плешивый, траченный молью козел не пропустил ни одной пастушки во всех окрестных королевствах. Похожий на старого сатира, он получил прозвище - Козлоног, которое приклеилось к нему так крепко, что никто уже и не помнил,  как его зовут на самом деле.
Девяносто девять лет, да он от силы протянет лет десять,  в его возрасте пора кутаться в плед и носить теплый колпак на макушке, а он все туда же...Советник соизволил усмехнуться и продолжил:
-  С одним делом мы покончили, меня интересует второе.
- Конечно, конечно, ваша светлость, - Козлоног вытащил из-за пазухи бумагу, - вот карта, людей я тоже нашел. Два китайских болвана, то что болваны - не важно, свое кун-тьфу они хорошо знают. Если кого там встретят, так сразу на месте положат, а то что вам надо достанут. Как договорились.
- Да, как договорились,  золото можете забирать...
Глаза Козлонога алчно заблестели.
- А мне все остальное, что там будет, и чтобы без обмана, - от Советника  повеяло холодом, и Козлоног испуганно сжался.
- Не извольте волноваться, если пожелаете, можете сами взглянуть, когда тайник обнаружат.
- Хотя, - Советник поднял палец, - постой, есть одна мысль. Одним ударом убить двух зайцев.
Он наклонился к самому лицу Козлонога и что-то быстро зашептал, настолько тихо, что даже тонкий слух Кайсы ничего не расслышал.

Отредактировано Сказочник (Сегодня 00:46:49)

+1

9

А в это время на Северном полюсе...
(День третий)
Это, конечно, хорошо, когда вьюги и бураны наметают во дворце стены, то и дело меняя его очертания, но из-за этого в нем просто невозможно что-либо найти, а потому стоит, наверное, отстроить  дворец на "постоянной", то есть ледяной основе, как это сделано с тронным залом, парой спален и кое-какими подсобными помещениями. К такому выводу пришла Снежная королева, после третьего часа блужданий по искрящимся лабиринтам в поисках  банальной кладовой - того самого "помещения на постоянной основе".
Можно будет украсить  пол, потолок и стены изысканной мозаикой, как это сделал Кэй в тронном зале.
Талантливый мальчик, с хорошим художественным вкусом, но какой ужасный лентяй. Прошло столько лет, а он до сих пор так и не научился нормально управлять погодой.  Возможно,  что из этой пары, ей следовало  бы обратить внимание вовсе не на него, а на Герду. Такая целеустремленная девочка, далеко бы пошла, могла бы стать неплохой преемницей... 
С этой крамольной мыслью, ее величество буквально уткнулась в дверь разыскиваемой кладовки.
Зачем королеве понадобилась кладовка?
Так ведь она потребовала елку,  а под елку нужны подарки,  подарки не только ей, но и от нее подданным. Хотя бы для приличия и, разумеется, не всем, а только некоторым. Заниматься их поиском по свету было лениво, и Снежна королева решила пойти простым путем - передарить то, что было ей когда-то подарено. Она ткнула пальчиком в тяжелую ледяную  дверь, и та медленно отворилась. 
Кладовка была очень интересным местом, пожалуй едва ли не первой ледяной комнатой в замке, и чем-то напоминала выручай-комнату Гарри Поттера, настолько много в ней было всякого хлама. Издавна сюда складывались подношения   от королей и правителей, которые привозили послы, в надежде снискать благоволение повелительницы зимы. Привозили, естественно, с меркантильными просьбами: разморозить  застрявший во льдах торговый караван, заморозить караван конкурента,  наслать бураны  и метели на соседей, или вовсе оставить их без снега.
Вот только в последнее время поток дорогих подарков иссяк. Глобальное потепление было не по зубам даже Снежной королеве. Северный торговый путь почти оттаял, и вместо солидных послов в дорогих шубах, стали появляться вертлявые топ-менеджеры в дутых курточках, предлагая "за содействие" разные бонусы и откаты. Но, простите, зачем королеве контейнер шоколадных яиц или товарный вагон туалетной бумаги? А сухогруз китайкой пиротехники и вовсе ни к чему. Хватит ей и одного ящика, который Кэй притащил из своих путешествий. После этого Снежная королева несколько дней ходила черная, как трубочист, недосчиталась пары люстр в тронном зале, ледяного зеркала, в которое угодила шальная шутиха, а у ее  любимой упряжки северных волков обгорели хвосты и на весь Северный полюс воняло паленой шестью.
- Вот бездельники,  - королева раздраженно посмотрела на кучу подарков и подношений, грудой наваленных на полу, мысленно поминая недобрым словом уборщиков-троллей. - Свалили все  в одну кучу,  а мне теперь разбирать…
- А это что такое? - она потянула за изящную золотую ручку, торчавшую из груды коробок, коробочек, свертков, кульков и пакетиков, оставшихся после визитов менеджеров.
- О,  зеркальце, они, что поменьше выбрать не могли? Вот ведь скупердяи, не могли побольше подарить, - сердито пробормотала ее величество, разглядывая витую ручку. - Оо.. Так, оно волшебное.. ну.. ну... Это что вроде «Свет мой зеркальце скажи да всю правду расскажи..»
- А вот и фиг тебе, - по поверхности зеркала поплыли волны, и в серебристой глубине обрисовалась классическая фигура из трех пальцев..
- Какого хрена!  - наедине с собой  ее величество не утруждала себя изяществом речи.
- А  того самого… - зеркало недовольно буркнуло, и кукиш исчез. - Достало, только и слышишь: «Свет мой, зеркальце, скажи да всю правду расскажи, кто на свете всех милее, всех прекрасней и белее...»
- Ну, это то я и без тебя знаю, тупая стекляшка…»
- Фига, ты знаешь, ты посмотри на себя лучше, - в зеркале появилось недовольное лицо Снежной королевы. – От моды отстала, сейчас такое уже не носят. Макияж -  просто смотреть смешно, где основа, где тон, румян вообще нет, бледна как смертный грех. А на голове что? Не прическа, а воронье гнездо. Кстати, ты бы седину закрасила, что ли… Стареешь...
- Какая седина?!!! Ах ты, мерзкое стекло!!!
Пущенное королевской дланью зеркало с треском врезалось в кучу подарков, сердито бормоча: «Ну, вот, хочешь как лучше, а получается, как всегда.. То им правду расскажи, а как по доброте душевной ее выложишь, так сразу – мерзкое стекло»
- Дожила, с зеркалами разговариваю… - Снежная королева машинально опустилась на резной стульчик и тут же испуганно подскочила, вспомнив, как в прошлый раз присланное ей в подарок кресло оказалось с электрическим подогревом. Она осторожно потрогала сиденье и, убедившись в его безопасности, снова присела и блаженно расслабилась.
- А ведь в чем-то эта стекляшка права...- на не вдруг нахлынуло желание по-философствовать.
- Но-но, попрошу... Я не стекляшка, а средство коммуникации, - откликнулось зеркальце.
- Да и хрен с тобой, - махнула рукой Снежная королева и запустила пальцы в волосы, - совсем я от современной жизни отстала, надо как-то встряхнуться.
- Правильно, надо... - раздался из груды коробок звонкий голос, и в зеркале появилось веселое женское лицо. В этой круглолицей, загорелой и весьма моложавой даме среднего возраста пожалуй только Герда узнала бы знакомые черты хозяйки волшебного сада.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 23:08:33)

+1

10

В то же утро, в каморке Свинопаса.
(День третий)
"Свинопас, конечно, отличный парень, но если бросаться в эту авантюру, то нужен еще кто-то, для страховки. Ворон не в счет, пусть будет на стреме", -  размышлял император, соображая, кого еще можно взять с собой "на дело".
Уж, точно, никого из придворных. Эти просто жируют на сплетнях, и  затея тут же дойдет до императрицы, а Люциус не хотел, чтобы она была в курсе. Звать трубочиста, как предложил Крис? Да тот ни минуты не может прожить без своей пастушки, берет ее даже с собой на крышу.
- А может возьмем с собой Генриха,  который Железный? – вспомнил император. Так  звали полковника в отставке. Когда-то он был простым "оловянным" солдатом, прошел огонь и воду, потерял в одной из баталий ногу, но и тогда не бросил службу. Пристроил вместо ноги деревяшку и учил молодых солдат военному делу. Он так громко командовал: «Ать, два!» что даже самые  зеленые новобранцы начинали шагать в ногу. Генрих ушел в отставку полковником. Если бы не нога, он наверняка дослужился бы и до генерала. За смелость и отвагу его прозвали железным. И только жена – балерина, прима императорского театра, крутившая восхитительное фуэте,  до сих пор называла его: «мой милый оловянный солдатик». Когда Крис вновь появился в королевстве, он первым делом соорудил оловянному солдатику  новый протез - механический, а не деревянный. И Генрих, помолодев на десяток лет, немедленно стал рваться совершить какой-нибудь подвиг.
- Вот пусть и совершит, нам поможет, во славу императрицы, - подвел итог своим размышления император, - он человек военный , тактику и стратегию знает и как проводить эту самую реког… нок...фку тоже.
- Р-р-рекогносцир-р-ровку … -    уточнил с балки ворон.
- Вот и позови его,- Люциус махнул рукой птицу, - пусть соберется. Встретимся у конюшни .А ты будешь показывать дорогу. Надо управиться засветло, чтобы потом не заплутаться.  Ворон чуть не ляпнул, что стоит позвать и Северного оленя, тот жил с разбойниками и  наверняка знает, где их искать, но вовремя вспомнил, что олень теперь в конкурирующей фирме,  и заткнулся.  Он и так уже корил себя за болтовню в корчме. Раскинув мозгами птиц решил, что справится без оленя. В дальнем лесу жил его старый приятель филин, уж он-то точно знает, где  искать этих «рыцарей» плаща и кинжала.
Сборы были недолгими, Люциус Крисом собрались быстро,  припасы, питье, да теплая одежда в дорогу, а вот Генрих собирался, как на войну -  больше часа возился на оружейном складе,  набивая седельные сумки и на все вопросы отвечая: « Запас карман не тянет».

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:35:17)

+1

11

После обеда они выдвинулись в дальний лес. Почему после обеда? Да все до прозаичности просто: сначала долго ждали Генриха, затем Люциус решил, что, раз уж настало время обеда, необходимо поплотнее подкрепиться, кто знает, когда им еще доведется, а может не всем придется и вернуться, на «деле» всякое бывает. Разделавшись с жульеном, супом из каплунов, свиной рулькой, запеченной в брусничном соусе олениной, четвертью теленка и паштетом из двенадцати голубей, компания перешла к промежуточному фрикасе из куропаток под трюфельным соусом, и далее к основному жаркому из цесарок. Десерт из свежих фруктов, наполнявший с горкой фарфоровые миски был приговорен ими уже без особого энтузиазма, хорошо хоть Главный Церемониймейстер двора распорядился подать вишневой наливки. После сытого обеда по всем священным законам мироздания полагалось вздремнуть, и Люциус уж было совсем заклевал носом.Но, к счастью, Свинопаса такой расклад совершенно не устраивал, и он так громко гаркнул с интонацией даже не полковника, а  Железного генерала в ухо его величества командное «Ать, два!», что насмерть перепугал расхаживавшего по столу ворона. Взлохмаченный птиц, воровато озираясь, собирал со стаканов пьяную вишню и бережно складывал ароматные ягоды в небольшую склянку.
- Пора, труба зовет! – затормошил императора Крис. – Давай, твое величество, поднимайся, пока Эльза не спустилась и не заинтересовалась обстоятельствами нашего совместного пира…

Зимний лес встретил всадников сонной тишиной, только  с хрустом ломалась  под копытами корочка тонкого наста.
Лошади вышагивали мерно и чинно, лишь изредка пряли ушами, когда из-под крыла вспорхнувшей в изумлении птицы на головы путников срывался с веток слежавшийся снег.
Ворон Карл горделиво восседал на руке Люциуса, воображая себя ловчим соколом.
Смеркалось. Лес становился сумрачным и жутковатым. Над тропой бесшумно, словно призраки, проносились летучие тени.
- Пу-гу! – завопил вдруг кто-то диким голосом из хвойных потемок. И смолк.
Кони фыркнули и остановились.
Из темноты огнисто сверкнули зловещие опалы зрачков.
Карл тотчас взмыл с перчатки Люциуса. Грациозности полета сильно мешала болтающаяся на шее склянка с ягодной заначкой, от чего ворон, теряя всякую куртуазность, пошел на бреющем, сбивая крыльями тяжелый снег с ельника.
Император не очень верил, что лес полон злых духов, но сейчас ему стало страшно. Он испуганно оглянулся на Свинопаса.
- Все в порядке, ваше величество, это филин, - улыбнулся Крис.
Тишину вновь порвал, на этот раз, дикий хохот, вскоре сменившийся довольным: «чууфффшшш». Через несколько минут томительного ожидания на дороге показался Карл, вышагивающий в обнимку с угрюмой ушастой птицей.
- Да не тушуйся, Ол, я ему уже о тебе рассказывал, - выдавая небрежным жестом состояние солидного подпития, Карл махнул черным крылом, указывая филину на восседающего на коне императора.  Да и ноги коренастого Олафа ступали по насту заковыристо – склянка ворона красноречиво сияла пустотой. Филин смущенно кутался в рыхлую охристую шубку с продольными черными пестринами.
- В-в-вашес-с-тво, - тюкнулся клювом в хрусткую корочку наста Карл, изображая замысловатый придворный поклон. – р-р-разр-р-решите пр-р-редставить вашей милос-с-сти моего давнего добр-р-рого др-р-руга: Ол-лаф, ночной р-р-разбойник.
- Ик...- император несколько раз сглотнул, стараясь унять внезапную икоту. - Ик... Очень приятно познакомиться... Ик...
Вздохнув, он задержал дыхание, глядя на птиц слегка выпученными глазами, и, наконец, с облегчением выпустив воздух,  продолжил:
- Друзья Карла - мои друзья, но мы к вам по делу, милейший. Ищем ваших соратников  по разбойному делу. У нас для них есть одна работенка.
- С-соратников? – Олаф удивленно воззрился на императора круглыми глазами. – Так вы же их всех перевешали и разогнали, ваше величество! Еще лет десять назад! С тех пор я вот один в лесу промышляю… Сначала радовался – весь лес мой! А потом тосковать по былым временам начал. Скучно, знаете ли… Правда, один из бывших вернулся в старое логово. Что? - заметив оживление на лицах слушателей, он вопросительно поднял свои «ушастые» брови. -  Правильно, бывших не бывает. Кто ступил на темную тропу,  то есть на большую дорогу – вряд ли с нее сойдет, - филин важно прошелся по насту. - Пьянящий запах свободы, знаете ли… Но, вы не волнуйтесь, ваше величество, одного-то мы точно найдем.
Люциус, внимая речам ночного разбойника, благосклонно кивал, Свинопас затаил дыхание в надежде услышать что-нибудь о Мие, один только Железный Генрих мрачно хмурился – уж больно ему не улыбалось сотрудничество с преступной шушерой.  Но слово императора… Генрих хмыкнул, застегнул все оловянные пуговицы на мундире до самого горла, еще не хватало выглядеть не по форме перед лесным сбродом.
- Ты соловья баснями корми, разбойник! А нас, давай, веди, куда следует, пока сам в каземат не угодил! – рявкнул бывший Оловяный Солдатик, выгибая грудь колесом.
- Забирайся ко мне, Ол, - дружелюбно позвал Свинопас, похлопав по луке седла. От волнения он крепко сжал повод, приготовившись тронуть стремя. Жеребец, словно чувствуя нетерпение всадника, заржал и ударил копытом, подняв облако снежной пыли.
Филин, расправив веером перья, залихватски ухнул, и тяжело взлетел, заваливаясь на одно крыло.
- Ну, показывай скорее дорогу к разбойнику! – весело воскликнул Крис.
- Сотри со своего лица эту глупую улыбку, Кристиан, - пробурчал Железный Генрих. – Не на карнавал отправляемся!
- Ну, я бы не сказал, что  к разбойнику,  в том смысле, что конечно к разбойнику, но не то, чтобы совсем разбойному, знаете ли... - забормотал  хмельной филин, - с точки зрения философии это сложное понятие. Левее, левее берите... - он махнул крылом, указывая дорогу.
От рассуждений филина сердце бывшего принца томительно сжалось, а вдруг это будет не разбойник, а разбойница? Он едва не расцеловал филина  за его «сложные понятия» на глазах у полковника с императором, но вовремя опомнился. Да и как тут не опомниться, когда Генрих уже скомандовал свое «Ать, два!», припечатав  сверху веским: «В стр-рою! Р-разговорчики!!»
Кавалькада тронулась, и вскоре всадники достигли залитой лунным светом поляны, на дальнем краю который на фоне зимнего леса чернели развалины старого замка.

Отредактировано Сказочница (2017-01-13 02:13:50)

0

12

А накануне вечером в волшебном саду...
(День второй)

   Герда сидела в кресле и наблюдала за огнем в камине.
К вечеру на улице похолодало - все же зима по календарю, а она любила смотреть на огонь. Языки пламени, исполняя свой замысловатый танец, то вспыхивали, то гасли, оранжевыми искорками лизали поленья и вдруг рассыпались фантастическим фейерверком, притягивая взгляд, завораживали смотрящего, навевая своим танцем воспоминания...

Герда до сих пор расчесывала по утрам волосы золотым гребнем, но никто при этом ей больше не пел волшебных песен, а бутылка с маковой настойкой, которую цветочная волшебница называла вином "утоляющим печали" давно пылилась на буфетной полке. И воспоминания, которые ушли в самые дальние уголки памяти постепенно начали возвращаться. Неясные картинки то и дело возникали в памяти, вызывая непонятную грусть о чем-то, чего она совершенно не могла вспомнить, однако сегодня...
Слова, похожие на скрип ржавого засова, сказанные этим неприятным человеком в черном цилиндре, внезапно показались очень знакомыми, засев в памяти холодным осколком. Целый день его бледное лицо с застывшей презрительной гримасой стояло у нее перед глазами, но сейчас оно наконец растворилось в теплоте камина и на смену ему пришла другая картина.
Небольшая комната, за расписанным морозными узорами стеклом кружится вьюга, а из крошечной кухни доносится бульканье похлебки. Герда даже почувствовала ее запах. И маленький мальчик с рыжими волосами, стоя у окна, храбро заявляет: «Если Снежная королева заявится сюда, я посажу ее на горячую плиту, и она растает».
Смелый мальчишка, интересно, как его звали?
Имя все время ускользало, и Герда нахмурилась, пытаясь вспомнить, но ларец воспоминаний уже приоткрылся - следом за первой стали возникать и другие картины.
Засыпанный снегом город, сугробы на улицах, лошади, впряженные в расписные сани. Центральная площадь с большой нарядной елкой, катающиеся на санках дети, и все тот же рыжий мальчишка весело летящий на салазках с ледяной горки.
Кэй, точно, его звали Кэй!
А потом?
Потом завяли розы, и случилось что-то плохое.
Может быть поэтому она так не любит зиму?
Из-под приоткрывшейся двери повеяло холодом, и девушка, накинув на плечи платок вышла наружу.
В саду стало даже чересчур прохладно.
Странно, с тех пор, как уехала тетушка-«фея», здесь не было такой погоды. Герда подошла к калитке и распахнула дверцу, выглянув на улицу, там шел снег. Медленно падали крупные хлопья, похожие на пушинки, укрывая землю пушистым одеялом, одевая кусты и деревья в подвенечные платья изысканных кружев. А над всей этой роскошью круглым серебряным блюдом сияла полная луна. Герда запрокинула лицо и зажмурилась от удовольствия, почувствовав, как тают на губах снежинки.
Завтра она обязательно отправится в город, посмотреть на елку и детей, катающихся на салазках. Ведь скоро Рождество. Она накупит игрушек, украсит свою елку и, может быть, тогда поймет, что такое счастье.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 23:09:50)

+1

13

Зимний лес и развалины старого замка.
(День третий)
- Всем спешиться, - раздался хриплый шепот оловянного солдатика. Как человек военный, он взял командование операцией на себя.
- Птицы в разведку, все рассмотреть и доложить!
Две черные тени, распахнув крылья пошли на бреющем в сторону замка.
- Остальные медленно продвигаются по краю поляны. Коней ведем осторожно. Настом стараться не хрустеть, - полковник сердито зыркнул в сторону Свинопаса.
-Ваше величество! - он возмущенно уставился на продолжающего восседать на лошади императора. Тот увлечено рассматривал чернеющие на горизонте развалины в крошечную подзорную трубу. (Первой статс-даме, у которой он ее тайком позаимствовал, сегодня было очень сложно подглядывать за придворными.)
- Сейчас, сейчас, одну минуточку, - Люциус, кряхтя, съехал вниз по боку лошади и, с трудом подавив жалобный стон, раскорячился, изображая ногами букву «о». Он давно не ездил верхом. Отбитые и натертые ягодицы отчаянно болели. – Там… там, - он вытянул руку с трубой в сторону замка, - что-то мелькается.
Генрих осторожно вытащил золоченый цилиндр из судорожно сжатых пальцев императора, с минуту разглядывал развалины и деловито кивнул.
- Действительно что-то эдакое мерещится. Разбойное логово, как пить дать, надо быть еще осторожнее.
Он взмахнул рукой, и отряд двинулся вперед.
Шли молча, лишь потрескивал наст под лошадиными копытами, да, приседая на каждом шагу, постанывал император, мысленно проклиная свою затею с елкой, ворона с его дурацкой идеей про разбойников и собственную лень, из-за которой из него не вышло лихого наездника, и теперь приходилось идти так, словно седло висит между ногами. 
Ночной лес жил своей жизнью.
И кто сказал, что в нем царит мертвая тишина?
Зимой в ночи далеко слышно: как шуршит сползающий с елей снег, как вдруг затрещит прихваченный морозом ствол, заскрипит протяжно, словно потягиваясь, как, нет-нет, да и заухает сыч – внучатый племянник Олафа, цвиркнет ночная свиристель, стрекотнет и замокнет сонная галка, защелкает клест, простучит быстрыми лапками по насту мышь, промчится заяц, завоют вдалеке голодные волки.
От этого воя по спине императора бежали холодные мурашки.
Дневная деловитость Люциуса исчезла без следа. Больше всего ему сейчас хотелось нырнуть в постель под шелковое одеяло, к теплому боку императрицы. Но, на последнее, при отсутствии ёлки, точно не стоит рассчитывать,  а потому придется идти вперед.
Из черной тени замка вырвалась тень поменьше и быстро махая крыльями понеслась в сторону отряда. Генрих вскинул руку, и все замерли.
- Кошмарр-р-! Тр-р-рагедия! – ворон плюхнулся на наст и, проехавшись пару метров на хвосте, остановился у ног Люциуса. – Бедный Олли, он сражался как лев, как сокол, нет как ор-р-рел! Но, вр-р-раги оказались сильнее!
- Его, что, убили? – испуганно спросил император.
- Еще нет, его взяли в плен и теперь он в тенетах, - панегирик приятелю требовал пьедестала, и ворон взлетел на луку седла, - но теперь он непременно погибнет, Бедный Олли!
Естественно, ворон никогда бы не признался, что филин спьяну влетел в развешенный для просушки бредень и, пытаясь освободиться, запутался в нем по самые «уши», а сам Карл, приняв висевший на балке плащ за разбойника, так шарахнулся в сторону, что врезался головой в стену, и потому до сих пор пребывал в некотором обалдении. Но самое главное он, все-таки, разглядел - две темные фигуры, копошащиеся у стены в одном из разрушенных залов.
Закончив речь, ворон вознамерился было снова шлепнуться на наст, но был подхвачен Свинопасом и бережно водружен за пазуху:
-Не волнуйся, спасем мы твоего Олли.
Дальнейшие события развивались стремительно. Не успел отряд пройти и нескольких метров, как Люциус взвыл, тряся левой ногой, на которой, проблескивая зубьями в лунном свете, висел медвежий капкан. Генрих, бросившийся на помощь императору, споткнулся о какой-то куст, и тут же взлетел вверх, путаясь в ловчей сети, а в затылок Свинопаса уткнулся холодный ствол, и простуженный голос прошептал над ухом:
- Руки вверх, а то пристрелю!

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:43:12)

+1

14

«Все, приплыли...», – подумал  было Кристиан, ощутив холод металла на затылке. Вот только… неуверенно как-то прижимался к нему ствол, дрогнул, словно был тяжел для держащей его руки. Да и голос был странный, из-за простуженной хрипоты было не понять,  то ли высокий мужской, то ли  низкий женский. А еще в нем едва уловимо проступали какие-то до боли знакомые нотки… И шел он немного снизу, точно угрожавший был ниже ростом, как раз как…

Тем не менее, Свинопас замер и медленно, крайне медленно, поднял руки. Кто его знает, этого головореза, вдруг и вправду пристрелит?..

- Кто такие, что здесь делаете, кого ищите? - приказным тоном осведомился незнакомец.
- Мы, ничего не де-елаем, - придушенно пискнул  Люциус, чувствуя, как почему-то дрожит левая коленка. (Цепь медвежьего капкана мелко забрякала). – Мы добрые люди...
На последнем слове император внезапно дал петуха, и ему  стало стыдно.
Когда он успел превратиться в трусливую тряпку?
Люциус прокашлялся, чтобы «по-мужски» ответить, но его опередил высунувший клюв  из-за пазухи Кристиана ворон.
- Мы тут пр-росто мимо пр-роходили. Дело у нас ср-р-рочное.
- Ясно... Знаем мы ваше «мимо проходили». Охотники за сокровищами. Все вам разбойничьи клады спать не дают. Это ваши подельники сейчас в замке копаются? -  незнакомец усмехнулся и  еще сильнее ткнул Свинопаса дулом в затылок.
- Нет, нет, что вы,  мы к ним не имеем никакого отношения, - стараясь унять дрожащую коленку, запротестовал император, - нам не нужны клады, мы ищем, но самих разбойников, у нас к ним важное дело. Заказ, так сказать. За хорошую плату, разумеется. Крис, ну что ты молчишь, скажи что-нибудь?

Люциус попытался рассмотреть стоящего за спиной Свинопаса человека, но среди темных стволов его силуэт был плохо виден.
А незнакомец меж тем, без тени смущения прощупывал бока противника в поисках оружия, и когда его ладонь хлопнула Криса по груди, аккурат по тому месту, где за пазухой прятался взъерошенный Карл, Свинопас не выдержал и коротко засмеялся. От чего получил стволом довольно суровый подзатыльник.
– Еще раз дернешься… Ну-ка, повернись… мееедленно… и не вздумай дурить… Больше предупреждать не стану…
Кристиан послушно повернулся и обнаружил перед собой невысокую фигуру, с ног до головы укутанную меховым плащом. Голову прикрывал глубокий капюшон. Лицо было сокрыто темной маской, какую обычно носят разбойники, из-под нее белел лишь краешек острого подбородка.
Мог ли принц не узнать его милый капризный контур, когда столько раз придерживал пальцами этот нежный подбородок в кругу кружевных фрейлинских юбок во время…. в общем – не мог.
И смотрел сейчас на него совершенно затуманенным, счастливым взглядом. И вид имел наиглупейший. На него ствол направляют, а он стоит с поднятыми руками и улыбается, как последний дурак, а за пазухой бьется,  пытаясь выбраться, ворон…

«Крис..ти-ан...?» - сердце скрывающейся под маской разбойницы встрепенулось белой голубкой, вздохнуло, распахнув нежные крылья и тут же сникло, больно ударившись о неумолимые прутья тесной клети, что удерживали лесную птицу. Уже столько лет прошло, а Мию все не отпускала злая обида на человека, которого когда-то полюбила, ради которого рискнула своим положением, репутацией, всем, всем что было у нее!
И который водил ее за нос, так и не оценил, не понял ее, не разглядел ее любви… Не почувствовал… Принц, в обличье свинопаса! Он не рассмотрел в ней – её. Настоящую. Посмеялся над самым трепетным, бережно укрытым от посторонних глаз.
Он видел в ней лишь капризную, глупую, избалованную девицу!
Он не любил ее!..
Потому что любовь, если она настоящая - не ослепляет, нет! Она, напротив, открывает в человеке способность видеть иначе, яснее, больше, чем способны увидеть остальные… Любовь делает душу необыкновенно прозорливой…
Как же жестоко она в нем ошиблась!..

Мия на мгновение стиснула зубы, покрепче сжала рукоять пистолета и небрежно бросила всем сразу:
- Что за «дело»? И сколько заплатите?
- Дело приватное, тайное, - раздался откуда-то сверху голос Оловянного солдатика, – поэтому лишней огласке не подлежит.
В лунном свете несколько раз сверкнул нож, и Генрих шлепнулся вниз, едва не сбив с ног  Свинопаса.
- Понаставили тут ловушек, - проворчал он, отряхиваясь, - позвольте ваше имп...
Генрих шагнул было к  Люциусу с явным намерением освободить императорскую ногу из капкана, но осекся и резко обернулся к человеку в маске.
– Позвольте ваше имя узнать, разговор будет только с непосредственным исполнителем.
– Перебьетесь. Или выкладывайте с чем пришли, или проваливайте, пока я кого-нибудь не пристрелил. Вот его, например. – Незнакомец держал Криса под прицелом и это обстоятельство очень не нравилось ворону. Встревоженный Карл то и дело высовывал клюв из-под полурасстегнутой куртки принца и косил на леденящее душу стальное дуло черным глазом. – И отойди от него подальше подобру, поздорову, - скомандовал разбойник свалившемуся рядом Генриху, - он мой заложник. Спрашиваю в последний раз: для какого такого «дела» вы ко мне посреди ночи в лес явились?

Отредактировано Сказочница (2017-02-01 11:19:19)

0

15

-Ну, вот я так и знал, что эта затея добром не кончится, - простонал Люциус и задергал попавшей в капкан ногой. - Снимите с меня это чудовище, оно мне пятку откусит!
- Да, не дергайтесь вы, ваше величество, - прошипел сквозь зубы наклонившийся  к нему Генрих, высвобождая императорский  каблук из капкана. – Сейчас все уладим..
Оловянный солдатик выпрямился.
-  Давайте поговорим, как цивилизованные люди, - начал он, вглядываясь в едва различимое под капюшоном лицо в маске. – Как я уже сказал дело тайное, лишней огласке не подлежит. Нужно огра... кхе-кхем...  похитить одну вещь. Мы сами – люди простые...
При этих словах Кристиан подавил смешок, Люциус  закашлялся, а из-за пазухи Свинопаса раздалось возмущенное карканье, больше похожее на придушенный «кряк».
- Да, мы люди простые подобным вещам не обученные, поэтому решили обратиться к профессионалам, - словно не заметив негодования слушателей продолжил Генрих, - если вы беретесь за дело, то мы все рассказываем, если нет – вы отпускаете нашего друга, и  мы мирно, без лишнего кровопролития, расходимся, потому что я тоже держу вас на мушке, - Оловянный солдатик навел на разбойника незаметно вынутый из кобуры пистолет, не понимая, почему, только что по-дурацки лыбившийся  Кристиан, вдруг испуганно дернулся.
- Ох, только без кровопролития! Только без кровопролития! – Люциус  замахал руками... – Рождество и Новый год на носу, нельзя кровопролитие.
«Надо было мне самому к Герде поехать. А я, идиот, решил, что не императорское это дело. А вдруг она бы меня вспомнила? Вспомнила, как к нам в замок попала, как Карл ее тайком к нам в спальню провел, как потом на золотой карете уезжала, - лицо императора невольно стало мечтательными грустным одновременно. Славные тогда были времена, и Эльза тоже была такой славной. – Мы бы и договорились, без всяких разбойников».
Он вздохнул и, отгоняя внезапно нахлынувшие воспоминания, решительно продолжил:
- Сударь, отпустите нашего друга, мы ...
- Как это мирно расходимся?! – завопил наконец выкарабкавшийся из-за пазухи Кристиана ворон, - а бедный Олли? Он там в замке гибнет запутавшись в тенетах!
Тенеты звучали намного  поэтичнее, чем банальный бредень, а потому нравились ворону больше.

Разбойник резко перевел дуло пистолета на Генриха: - Угрозы, шантаж, вымогательство? Нет, так мы не договоримся, бросай оружие!
- Постойте, постойте, господин разбойник! Позвольте все вам объяснить – Кристиан импульсивно шагнул к фигуре в длинном плаще. – Стоять! – дуло снова вернулось к шевелящейся на груди принца мишени. – Стой, где стоял, а не то…
- Что нужно похитить, у кого? – сухо прохрипел разбойник. - И главное – огласите размер причитающегося мне вознаграждения. За мои бесценные услуги.

- Простите, любезнейший, -  Люциус, возмущенный таким несправедливым обвинением, вылез вперед.  -  Мы пришли  с совершенно мирными намерениями,   чтобы просить об услуге. Сделать заказ, так сказать,    и если кто тут  занимается угрозами и шантажом, то это не м...быы... бы-бы-бы...- жесткая ладонь Железного Генриха, плотно захлопнула рот его императорского величества.
- Я мог бы уже десять раз вас пристрелить, сударь, но мы действительно не хотим кровопролития., - Генрих убрал пистолет, - похитить нужно одну вещь из волшебного сада, поскольку его хозяйка не идет ни на какие уступки,  но так как тут затронуты монаршие интересы, дело надо выполнить тайно. Ваше вознаграждение составит  пятьсот золотых...
Люциус икнул. Сумма составляла почти половину его личных денег, что хранились в копилке -  симпатичном розовом поросенке с голубым бантиком, стоявшем на ночном столике.
- Ну, и конечно, указ о прекращении в отношении вас, как разбойника,   уголовного преследования, - Оловянный солдатик многозначительно посмотрел на  Люциуса, - подписанный самим императором.
- Пятьсот золотых? – разбойник недоверчиво хмыкнул, слишком уж грандиозной ему показалась награда. – А величина залоговой части? Которую я намерен получить немедленно, в качестве гарантии монаршей искренности?
Генрих пожал плечами и достал из кармана кошелек.
- На текущий момент – пятьдесят золотых. Остальное, когда добытая вещь будет доставлена во дворец.
- Но, может быть я все-таки поговорю с Гердой, - пробормотал Люциус, который никак не мог отказаться от пришедшей ему в голову идеи.
- С Гердой?.. – простуженный голос вздрогнул высокой пронзительной струной, и прозвучал тихо-тихо среди замершего ночного леса. – Ты сказал…с Гердой?..
По необъяснимой причине человек в плаще опустил руку с пистолетом.
В действительности никакой загадки в поведении разбойника не таилось: Мия давно узнала каждого из компании ночных визитеров, и не испытывала никакого желания помогать им. В особенности этому…свино….принцу… подумать только - стоит, улыбается!  Однако произнесенное Генрихом имя той, кто сумела привести в умиление  загрубевшее сердце юной разбойницы, пробудило к жизни симфонию тщательно погребенных в склепе памяти переживаний. Герда… храбрая девочка, бросившая вызов самой…
Мия тряхнула головой.
- Разве она не погибла в объятьях злой метели?.. Разве не уснула среди холодных вечных льдов?
- Гер-р-рда жива! -  предусмотрительно взлетевший на дерево ворон спикировал вниз. – Она тепер-р-рь хозяйка волшебного сада!
- Вот только никого не помнит,  - Свинопас грустно улыбнулся... - Ни друзей и ни своего Кэя.

Отредактировано Сказочник (2017-02-02 18:44:38)

+1

16

В тот же день, с утра.
(День третий)
Невезение – вещь прилипчивая: стоит пару раз столкнуться с ним, как неудачи тут же выстраиваются в длинную цепочку, тем более, если день с утра начался наперекосяк.
Так  и случилось с компанией, которая накануне в «Трех тюленях» сговаривалась умыкнуть елку из волшебного сада. Кэй хотел отправляться немедленно, но ворон куда-то слинял (наверняка полетел докладывать Люциусу об их планах), олень заявил, что у него день копытного педикюра, он к Лапландке за месяц записывался и отложить  никак не может, а троллю было просто напросто лень. Договорились на утро и, объявив бойкот крылатому  ренегату,  провернуть операцию втроем.
Утро по причине полярной ночи началось поздно. Отряд «экспроприаторов» (слово, вызывавшее у тролля безмерный восторг) - Кэй деловито и сосредоточенно, олень настороженно, а тролль, зевая во весь рот, бодро нырнул в портал. И тут их настигло невезение.
Порталы вещь сложная и капризная, не всегда доставляют куда надо, но Кэй порталы любил. Два шага, и ты уже на другом конце света. Однако, в этот раз что-то не заладилось. Портал отправлял честную компанию куда угодно, но только не в нужное место, или  того хуже - забрасывал в лабиринт пространственных переходов, вырваться из которого было очень  сложно.

Полярный лис деловито уплетал за троном припрятанный накануне кусок королевской пиццы, когда в середине зала возник проход.
Портал открывался медленно, словно нехотя. Первым из него выбежал тролль, на четвереньках, в юбке из пальмовых листьев и кольцом в носу. Следом, то и дело оглядываясь, выскочил Кэй с цветочной гирляндой ша шее. Последним, выписывая копытами пируэты на льду, вылетел разрисованный охрой Северный олень, с рогов которого новогодними гирляндами свисали гроздья бананов.
- Фух. Я уже думал, что мы вообще никогда не выберемся,– тролль, оглядываясь, завертел головой.– Опять мы здесь?! –он испуганно присел, но увидев, что на ледяном троне никого нет, немного успокоился. - Шестнадцатый раз сюда возвращаемся.
–Опять, - Кэй, тяжело дыша, плюхнулся на трон.  Восемь часов блуждания по лабиринтам пространственных переходов кого хочешь выведут из душевного равновесия. – Скажи спасибо, что хотя бы возвращаемся. Я уже все ловушки наизусть знаю. Сорок две штуки, - он выдернул из волос разноцветную жужелицу и зло раздавил каблуком.
- Сорок три, та, что чуть не оставила меня без детей, тоже в счет, - мрачно заметил тролль.
- У тебя нет детей, - северный олень ехидно посмотрел на него и дернул копытом.
- Рога обломаю, - угрюмо пообещал тролль.
- Ой, боюсь, боюсь, боюсь, - олень насмешливо оттопырил нижнюю губу, - а зачем столько ловушек?
- Чтобы никто сюда ходить не повадился,  - Кэй отломил с оленьих рогов банан. - Я же место точно указываю. Понять бы, почему нас хрен знает куда заносит. В Индии были, в Африке были, на Мальдивах с Сейшелами тоже были, в Мали , на Барбадосе, в Зимбабве,  Кении, в этой, как ее, Папуа Новой Гвинее и даже в Брунее...
- Бруней - это там где? – тролль обрисовал лапами в воздухе что-то невнятное.
- Да, - процедил сквозь зубы Кэй, - это там, где ты ввалился в гарем султана, и нас чуть не посадили на кол. Черт знает, что творится с порталами, никогда такого не было, - он наклонился вперед, вглядываясь в лед замерзшего озера  у подножья трона. – Ну, и... где ответы? Что королева там ухитряется видеть, в этом зеркале «Разума»?
- Может того, у королевы спросить?  – переминаясь с ноги на ногу, нерешительно посоветовал тролль.
– Ты спятил? -  Кэй нервно дернулся, - королева не в духе,а ты сам знаешь, что бывает, когда она не в духе. Хочешь чтобы меня опять заставили  пазлы из льдин собирать? С нее станется. А ты попробуй из четырех букв составить слово счастье? Так что, без елки лучше ей на глаза не попадаться.
- А что за буквы? - глаза тролля загорелись живым интересом.
- Тебе лучше не знать, - буркнул Кэй и пустил шкурку банана по льду озера.
- Ее Величество отлучилась по важному делу, - тоненький голос  заставил всю компанию вздрогнуть, - метеорологи заявили, что в этом году зимы не будет. Королева отправились разбираться, и метели с буранами с собой прихватила,  – из-под трона показалась измазанная кетчупом  морда полярного лиса.
– Писец!!! Опять подкрался незаметно!!! -  взревел тролль и бросился к лису, но тот ловко юркнув между тролличьих ног, спрятался за колоннами.
- Вот мерзавец, опять подслушивал…
- Может попробовать методом последовательных перемещений? Из Африки, например в Индию, потом в Папуа Новую Гвинею и...
– В попу ее, эту Новую Гвинею, меня там едва не съели, -  завопил олень, с трудом собирая копыта в одну точку.
-  А меня там чуть не женили, - огрызнулся в ответ Кэй.- Эх, мне быв сейчас навигатор.
- Это еще что? – поинтересовался  тролль, шкрябая задней лапой за ухом.
- Это технический прогресс называется. Прибор такой, местоположение определяет. Отстали мы от остального мира, словно в другом измерении живем, никаких тебе новинок. У Эльзы во дворце только недавно паровой котел поставили – греет воду для купальни ее императорского величества, - Кэй насмешливо хохотнул, описывая руками в воздухе формы Императрицы. - Был я тут недавно в одном городишке, жалкий такой, маленький, но чем-то он мне нравится, кажется я там раньше жил. Так  там только-только стали газовые фонари устанавливать, провинция,  - он презрительно поморщился. – Когда еще до них заграничный прогресс доберется...
- Это что еще за город? Мне туда можно? – тролль тоскливо обвел глазами холодный зал. Он давно мечтал побывать в цивилизованно мире. Это было намного интереснее, чем пустая тролличья жизнь в охранниках Снежной королевы, когда только и  дел – путников во время  метели пугать или  на часах  у дворца стоять.
- Тебе туда нельзя, мордой не вышел, троллей в цивилизованных странах боятся, - Кэй натянул нижнюю губу тролля ему на нос, - хотя... если к примеру пластическую операцию сделать, да побрить,  то за какого-нибудь жителя центральной Африки сойдешь, - в своих путешествиях Кэй весьма поднаторел в географии, - если, конечно в черный цвет покрасить,  - он вредно хихикнул глядя на вытянувшуюся  физиономию тролля.
- Так может мы не сразу в сад, а куда-нибудь поблизости? – выглядывая из-под банановых гроздьев предложил олень, -  можно к бывшему разбойничьему замку, например. Я оттуда дорогу знаю,  проведу.
- Что ж ты раньше, осел безрог.. тьфу, рогатый, молчал? - Кэй вскочил. - Столько времени потеряли! Вперед!

Портал за компанией с легким щелчком захлопнулся и из-за колонны в дальнем углу зала показался Советник.
-Безобразие, этот мальчишка сорвет все мои планы! Но, ничего, они если и попадут туда, то окружным  путем, - длинные пальцы Советника пробежались по кнопкам прибора, который он держал в руках, - а я  пройду коротким.
Засунув прибор за трон, он шагнул в открывшийся перед ним портал, не заметив шмыгнувшего следом полярного лиса. Песец знал, что  Советник ведет свои дела широко, много где бывал и, с позволения королевы,  порталами (о чем Кэй был не в курсе) тоже умел пользоваться. А еще полярный лис знал, что много чего можно узнать, если подкрасться незаметно, а потому не стал упускать свой шанс.

Отредактировано Сказочник (2017-03-12 23:12:36)

+1

17

Ночь. Зимний лес и развалины старого замка.
(День третий, переходящий в четвертый)
Пятьдесят золотых – внушительная сумма, а пятьсот и вовсе богатство, Однако Мия была готова отказаться от них и послать  «свалившуюся» ей на голову компанию куда подальше.
Маленькая разбойница не хотела им помогать.  Какое ей дело до капризов Эльзы. Пусть Клаус, то есть Люциус (и не противно ему откликаться на такое имя?)  сам  решает свои проблемы, а она, в свое время, уже натерпелась. Но, к старым обидам примешивались и новые. Кристиан... Неужели он не узнал ее? А ведь мог бы... Но нет, даже не подал вида, последний вздох не в счет, мало ли про каких друзей он вспомнил. Миа тряхнула головой. Забрать  кошелек  и исчезнуть в темноте зимнего леса. И наплевать, что это воровство, она же разбойница.
Возможно, она бы так и сделала, но упоминание о Герде, а может быть, и то, как грустно  и проникновенно прозвучал голос Криса,  заставило ее передумать.
Девушка заткнула пистолет за пояс.
- Ладно, договорились,- она сунула в карман протянутый Генрихом кошелек и обернулась в сторону замка. - Пошли выручать Олли.
Да-да, именно так... Олли... И не надо удивляться. Маленькая разбойница была знакома с филином  с детства, а когда она вновь поселилась в разрушенном замке, это знакомство переросло в дружбу. Филин нередко навещал девушку, рассказывал ей лесные новости, а заодно и те сплетни, что узнавал от ворона.
Долгое время Мию в ее уединении никто не беспокоил, но последнее время по окрестным деревням вдруг прошел слух, что в замке спрятаны сокровища, и в развалины повадились кладоискатели. Тут помощь филина оказалась неоценимой. Он так искусно изобразил приведение, что у местных пропало желание искать клад, зато появились легенды о страшных приведениях, что охраняют замок.
Сегодняшние  визитеры явно были чужаками. Затянутые в черное, невысокие, гибкие, они пришли со стороны давно заброшенной тайной тропы, так бесшумно, что Мия заметила их совершенно случайно. Объяснялись жестами и молча кивали друг другу головами. И, что странно, направились к тому самому месту, где был действительно спрятан сундук.
Правда никаких сокровищ там не было.
Много лет назад разбойники ограбили торговый караван. Добыча была богатой, в том числе и дубовый сундук с коваными уголками и петлями, который везли какому-то ученому, а потому ни драгоценностей  и богатых тканей там не оказалось, а только упакованные в сено стеклянные вещицы. Мия уже позже узнала, что все эти пузатые и треугольные, с длинными носиками, краниками и пробками склянки назывались колбами и ретортами. А еще там был перегонный куб, который атаманша загнала за дешево местному аптекарю, и на самом дне холщевый мешочек с осколками зеркала.  Сундук стоял в уцелевшем подземелье замка, и Мия часто играла там. Колбы ей нравились. А вот зеркало нет. Оно было кривое, и ее, тогда еще совсем детская, мордашка, выглядела в нем  уродливой и старой, а потому мешочек был брошен на самое дно сундука и забыт. Постепенно колбы и реторты разбились, и маленькая разбойница потеряла к сундуку интерес, а когда много лет спустя вернулась в старый замок, то обнаружила, что кирпичный свод обвалился, засыпав вход в подземелье.
И вот теперь странные кладоискатели стали копать именно там. Мия их немного побаивалась, но решила, что появление в замке столь многочисленной компании спугнет воришек, а потому, махнув рукой в направлении залитых лунным светом развалин, деловито скомандовала:
- Идите след в след, я проведу вас мимо ловушек.

Отредактировано Сказочник (2017-04-25 00:25:13)

0

18

Той же ночью.Зимний лес и развалины старого замка с другой стороны.
(День третий, переходящий в четвертый)

- Понатыкали тут, понавалили, - сердито бормотал Козлоног, сползая с очередного, засыпанного снегом камня в глубокий сугроб. Он уже полчаса пробирался по заснеженному лесу к развалинам старого замка. - Нельзя было дорогу нормальную выбрать?
- Так тропа-то тайная-с, - откликнулся шедший впереди приказчик. Маленький, тощий, с длинным лицом и близко посаженным глазками, в кургузом плащике поверх узенького камзола, он чем-то напоминал крысу, идущую на задних лапах, да и голос был соответствующий. – По нормальной дороге к замку нельзя, херр Козлоног,  а вдруг кто кругом бродит. Вы же тайно-с хотели.
- Ну да тайно, но  кто знал, что тут такое, - отряхиваясь  проворчал Козлоног. – Заблудиться, раз плюнуть.
- Ну, что вы, такого не может быть-с. Я карту  херра Советника точно скопировал, да и ваши люди здесь прошли-с, - приказчик  вытащил из под плаща тайный фонарь и посветил на сложенные особым манером  ветки. – Вот, метку-с оставили.
- Ты фонарь-то припрячь. Луна вон какая и без него видно, - забеспокоился Козлоног. - Вдруг тут разбойники поблизости шастают.
- Так, говорят, что они здесь давно повывелись, бояться нечего... - приказчик с насмешливым презрением скривился, благо Козлоногу его лица не было видно. Он в тайне мечтал  при первом удобном случае «подсидеть» хозяина, а потому помогал тому во всех сомнительных предприятиях, в надежде, что случай представится. 
Козлоног был жаден, хитер и изворотлив, с деловой хваткой, как у бульдога – вцепится, не оторвать. Перед сильными мира сего лебезил, старался угодить. С теми, кто попроще, был спесив и высокомерен, особенно, с людьми от него зависящими, за бранными словами в карман не лез, любил, чтобы его боялись, но сам был трусоват. Правда, трусость свою называл осторожностью и предусмотрительностью.
- Да и крик филина вы, херр Козлоног, сами слышали-с. Значит все в порядке, отыскали они клад.
- Цыц! Молчи, болван, делай, что приказали, - зло прошипел Козлоног и толкнул приказчика в спину.–  Если нашли, то поспешить надо. Не дай бог, Советник объявится. Никогда не угадаешь, где встретишь. Появляется, словно черт из коробки.
Советника он боялся до дрожи в коленях, но дела с поверенным Снежной королевы было вести выгодно, и Козлоног изо всех сил старался виду не подавать. Сейчас он тоже боялся, но жадность и любопытство гнали его вперед. Что же такое есть в сундуке, так нужное  всемогущему Советнику, что он готов отдать за него все разбойничьи сокровища?
Черная громада замка постепенно приближалась, никаких опасностей на пути  не встретилось и Козлоног немного успокоился. Последний десяток сугробов преодолел молча, нырнул вслед за приказчиком в свежеотрытый лаз, и увидев кованый дубовый сундук, удовлетворенно выдохнул:
- Не обманул.... Открывайте, - он кивнул двум похожим на призраки фигурам в черном, и те, как два болванчика, синхронно кивнув в ответ,  бросились срывать замок.
С загоревшимися от алчности глазами Козлоног откинул крышку, нахмурился, нырнул в сундук, пару секунд повозился в валяющейся там соломе и тонким срывающимся голосом протяжно взвыл, как шакал ночью на луну:
- Где-е-е-е?!!! Где-е-еее золото-о-ооо! Обману-у-у-ли-иии! Огра-а-а-били-и-иии!

Отредактировано Сказочник (2017-04-10 01:17:47)

0

19

* совместно

Ночь. Зимний лес и развалины старого замка.
(День третий, переходящий в четвертый)

Кристиан шел по следам разбойницы, едва ли не дыша ей в спину. На каждом шагу ему хотелось поддержать Мию, которая, впрочем, в его помощи совершенно не нуждалась: проворная и легкая ее фигурка с грацией дикой кошки пробиралась по снежным заносам, одной ей известной тропой. Но не это останавливало принца, нашедшего, наконец, свою принцессу. Трепетную радость встречи омрачала неприятная примесь досады, тонкой горчащей струйкой вливающаяся в сердце Свинопаса: неужели она не узнала его? А ведь могла бы…

Ворон нахохлившись восседал на плече у Криса, точнее сказать нетерпеливо ерзал, каждую секунду порываясь лететь вперед. Свинопасу приходилось без конца осаждать недовольную медленным продвижением отряда птицу: – Тихо, Карлуша, не бурчи… Поспешишь – людей насмешишь, помнишь? Или хочешь как Олли, попасть в безвыходное положение? Слышал – тут везде ловушки…
Последняя фраза прозвучала с оттенком восхищения и потаенной гордости за инженерно-технические способности принцессы. Молодец, девочка! Сумела себя обезопасить, укрепить малопригодный для проживания объект и повысить, так сказать, его оборонительный ресурс…

Огромная круглолицая луна молчаливо зависла над серебряным блюдом замерзшего озера, пробуя мерцающим лучом гладкий лед, словно собиралась спуститься и заскользить в медленном танце по его искрящейся поверхности.

Надо сказать, Кристиан был бы совсем не против, если бы вся компания, сейчас, ненадолго, провалилась в какую-нибудь пещеру поглубже, оставив его с Мией наедине…

Тропа, по которой шла маленькая разбойница, когда-то была  дорогой к замку, но давно заросла, и теперь приходилось петлять между деревьями. Сугробы становились все выше, снег глубже, и цепочка путников растянулась. Впереди шла Мия, следом за ней, шаг в шаг, Свинопас, за которым, отстав на пол десятка шагов, что-то бормоча себе под нос, тащился Люциус.
Замыкал цепочку Железный Генрих. Он давно понял, с кем имеет дело. Старый вояка узнал Мию, так же,  как, в свое время, узнал и Кристиана, а потому был в курсе истории влюбленных, но Оловянный солдатик умел хранить секреты и никому о них не рассказывал. То и дело подхватывая норовящего свалиться императора, он обдумывал ту же проблему, что и Кристиан  - как оставить этих влюбленных голубков наедине, чтобы они могли объясниться, а еще, улыбаясь в пушистые усы, представлял, как расскажет об этом приключении жене – прима-балерина императорского театра обожала романтические истории.

Шедший же перед ним император был занят совсем другими мыслями. Упоминание о Герде всколыхнуло целый рой воспоминаний.
Ах, старые добрые времена, когда Эльза была такой милой! Как ловко они тогда провели ее отца, решившего помочь Советнику схватить Герду, как лихо справились с самим Советником. Клаус тогда совершенно не ожидал подобного коварства от его величества, но все обошлось. Король, конечно, сердился, но после большой порции мороженого сменил гнев на милость. Советник, упустив Герду, был в бешенстве, но, какое это имело значение. Главное, что его удалось оставить ни с чем.
Да, веселые были времена.
Клаус помнил с  каким нетерпением они ждали известий о Герде, и  как переживала Эльза, когда узнала, что отважная девочка так и не добралась до Кэя. И с этого горького момента все стало стремительно меняться. Король начал впадать в детство – ну кто в его возрасте  скачет на детской деревянной лошадке?.. Эльза стала сварливой и желчной. Выжила из замка свою кузину, такую милую девушку, Мию...
(При этих словах идущая впереди разбойница вздрогнула – занятый своими мыслями император не заметил, что давно уже говорит вслух.)
Ну и что, что она целовалась со свинопасом, тем более, что он оказался принцем. Свинопасы вообще отличные ребята, нынешний – так вообще свой парень, они бы с Мией друг другу понравились.
(Плечи разбойницы снова дрогнули, то ли от смеха, то ли от возмущения.)
Но, тоже надо допечь человека придирками до того, что она сбежала из замка.
Мия исчезла, и стало еще худе. Эльза объявила  короля недееспособным и захватила власть. Это же надо объявить родного отца сумасшедшим…. Назвала себя императрицей и стала захватывать земли соседей. Ну, зачем, ей, спрашивается, столько земель? Сделала первым министром этого Оле Лукойе. А он, во-первых, иностранец, а, во-вторых, очень подозрительный. Говорит вкрадчиво, зачем-то таскает с собой пару зонтиков и постоянно пропадает в апартаментах короля-отца. Поговаривают, что в Королевском Совете он лоббирует его интересы. А еще говорят, что его не раз видели в компании Советника, что уже подозрительно сверх всякой меры.
Люциус тяжело вздохнул: «Вот, если бы было можно все вернуть».
Маленькая разбойница вдруг остановилась и подняла руку, заставляя прислушаться.
Безмолвные развалины замка внезапно ожили. Сначала послышались невнятные крики, а следом за ними, раскатываясь эхом на озером,  донесся отчаянный заунывный вопль:
- Обманули-и-и-и!! Огра-а-а-би-и-и-ли-и-и!!

Отредактировано Сказочница (2017-04-24 02:26:16)

0

20

- Вот! Я так и знал! Грабеж! Разбой! Насилие! – кося агатовым глазом на Мию, замахал крыльями Ворон. – Ловушка! В вертеп разбойничий пилигримов заманивают! И там злодеи их жизни лишают! Бедный Олли!
Почему пилигримов и причем тут филин,  ворон вряд ли мог объяснить, просто слово было красивое.
-Да какой вертеп? – отмахнулась от него Маленькая разбойница.  - Нет там никого кроме, этих... - Мия запнулась, ведь незваным гостям совершенно незачем было знать, что она одна живет в замке, и почти жалобно закончила, - черных «кладоискателей».
Кто кричал в замке, она даже предположить не могла. Может, и в правду, заблудившийся путник наткнулся на черную парочку, что откапывали вход в подземелье.
- Ничего, мы их мигом спугнем, - Генрих понимающе усмехнулся.  Он уже по рассказу ворона догадался, что в замке не все гладко, и Мия не просто так оказалась на тропе ночью.
- Да-да, мы их немедленно схватим, скрутим и отдадим в руки правосудия! – встрепенулся Люциус. Воспоминания о былых временах пробудили в нем боевой дух, правда, ненадолго. Император  рванулся перед и едва не рухнул под копыта лошади, которую вел на поводу Свинопас.
- Нет, так дело не пойдет, - Железный Генрих выдвинулся вперед. – Мы с Кристианом идем первыми, а вы следом, - он бросил Мие поводья своего коня и решительно двинулся по залитой лунным светом тропе, ныряющей в темноту бывшей когда-то крепостными воротами, полуразрушенной арки.

0

21

Ночь. Зимний лес и развалины старого замка.
(День третий, переходящий в четвертый)

На этот раз все получилось как надо. Троица вышла из портала у самого замка, за пару минут до появления Козлонога, и едва не столкнулась с ним на тайной тропе. Они так бы и разошлись, не заметив друг друга, если бы не разговор Козлонога с приказчиком.  Упоминание про Советника тут же отодвинуло  елку на второй план, и теперь компания, притаившись у самого входа в подземелье, с интересом ждала продолжения событий.

- Ух, ты ж… - от внезапно раздавшегося вопля тролль едва не подпрыгнул,  -  как его разбирает.
Он сорвал с оленьих рогов банан и, откусив добрую половину,  сочувственно добавил:
- Переживает.
Северный олень   сердито фыркнул и пнул тролля копытом в бок,
– Ну и пусть  переживает, нам-то какое дело, что у него там украли,
- Ты чего пинаешься, хвост рогатый?
- А нечего мой бананы чавкать, это запас на черный день, вдруг голодать придется.
- Жадина , я уже голодаю, с утра ничего не жрал, - тролль  потянул носом, принюхиваясь, - костром пахнет ...
- Не костром, а камином, - важно ответил олень, демонстрируя свою компетентность. То, что ему два года пришлось просидеть  рядом с этим камином в клетке, он  решил не уточнять. – Там дымоход завалило,   вот дым низом и идет.
- И мясом жареным... Ты же говорил, что здесь никто не живет.
- Давно тут не был, наверное  охотник забрел,  кролика жарит, - олень сморщил нос.
-  Так может мы этого охотника .. БУ!!!? А потом мясо и заберем.
- Обжора мохнатая...
- А ну, тихо вы, -  шепотом цыкнул на приятелей Кэй и кивнул в сторону подземелья, - там опять что-то затевают.
Все трое тут же припали к земле, прислушиваясь к тому, что происходит внизу.

Отредактировано Сказочник (2017-04-28 23:22:07)

0

22

В подземелье внезапно потянуло холодом. Воткнутый в ржавое кольцо факел затрещал, роняя капли смолы, и едва не потух.
- Так, так, так… - из темноты выступила черная фигура в цилиндре и плаще.
Тени, причудливо падавшие на лицо Советника, придавали ему вид почти демонический.
Ниндзя отступили к стене.
Приказчик, пискнув, упал на четвереньки и бросился к выходу.
Козлоног, рывшийся в соломе в поисках хоть чего-то ценного, вынырнул из сундука с холщовым мешком в руке и ошалело, словно на призрак, уставился на своего партнера. Вот уж и вправду, как черт из коробки.
- Нарушаете договор, милейший. Вы должны были открыть сундук при мне, - голос Советника был похож на скрип ржавого засова.
- Но золото?  Его нет! – Козлоног тряхнул мешком. Там что-то звякнуло.
- Золото? Вздор! Его наличие вам никто не гарантировал.
- Но, как же? Все эти слухи? - Козлонг все еще цеплялся за надежду, что клад где-то рядом.
- Слухи?  Чушь! Нет ничего наивнее, чем верить глупым сплетням, - Советник холодно скривил губы в подобие улыбки (кто распускал эти слухи, партнеру совершенно незачем было знать) и протянул к мешку руку, - отдайте, это мое.
Отдать? Так и не узнав, за чем гонялся Советник? Козлоног замешкался.
- Отдайте! – тонкая трость уперлась ему в грудь. – Немедленно!
Почуяв угрозу хозяину, ниндзя придвинулись ближе.
И от их присутствия Козлоног внезапно осмелел. Он до дрожи в коленях боялся поверенного Снежной королевы, и будь они с Советником наедине, не посмел бы вести себя так нагло, но сейчас преимущество было на его стороне.
- Позвольте, ваша светлость, - он расплылся в притворно-слащавой улыбке, - не сочтите за дерзость, но раз мы партнеры, то, думаю, будет справедливо, чтобы я тоже поимел какой-то гешефт. А раз золота нет, то хотя бы узнал, ради чего мы потратили столько сил.
Козлоног быстро сунул руку в мешок, ойкнул, наткнувшись на что-то острое и вытащил блеснувший в свете факела серебристый осколок.
- Зеркало? – он нервно хихикнул. – Кривое?... Зачем вам этот хлам?
Глаз Советника дернулся, роняя монокль.
«Не твое дело болван», - хотел ответить он, но сдержался. Попавшее в руки Козлоногу и так было сложно забрать, а тут еще эти китайские болваны.
- Хорошо, - Советник почти добродушно кивнул, - я введу вас в курс дела, но не здесь, и… - он покосился на ниндзя, - и без лишних ушей.

- Вот черт, - глядя на выбирающиеся из подземелья фигуры, прошептал Кэй, - теперь мы ничего не узнаем.
- Ну и что, - тролль потянул носом – жареным кроликом пахло все сильнее, -золота все равно нет, а вот жаркое подгореть может.
- Тебе лишь бы жрать, - олень выглянул из-за сугроба и хихикнул – темные фигуры шли в сторону мерцающего среди развалин огня, – они как раз к твоему жаркому идут.
-  К моему жаркому?! – вскинулся было тролль, но Кэй ухватил его за лапу.
- Стоять! Подберемся ближе и будет тебе жаркое, но прежде надо узнать, что они затевают.

+1

23

«Без лишних ушей... Без лишних ушей» - молоточками стучало в голове пробиравшегося следом за Советником Козлонога. Внезапное согласие все рассказать выглядело очень подозрительным, а своему спутнику новоиспеченный владелец полярной концессии не доверял ни на гран. «Это сейчас он согласен, а что будет в городе? Зачем ему эти стекляшки? Может плюнуть на все. Документы на концессию есть. Чего гоняться за журавлем, когда синица в кармане, да еще какая синица, целый индюк. А вдруг это в сто раз ценнее концессии? Не станет же Советник гоняться за всякой ерундой».
Козлоног даже вспотел от этих размышлений. В нем боролись сомнение, страх, жадность и любопытство. Жадность и любопытство победили, он покрепче сжал холщовый мешок в потной ладони, и вдруг заметил, что они идут совсем в другую сторону.
- Ваша светлость, -  Козлоног едва не дернул Советника за рукав, – а куда мы направляемся?
- К выходу из замка, разумеется, я не собираюсь петлять среди сугробов, - Советник обернулся. - Впрочем, я обещал вам рассказать. Поставьте своих людей на страже, - он обвел глазами освещенные луной полу обвалившиеся стены и решительно зашагал вглубь длинного зала, туда, где за плохо пригнанной дверью едва заметно мерцал огонек и пахло жареным кроликом.
- Но, там могут быть разбойники! – простонал заметивший свет Козлоног, он уже был не рад своей наглой настойчивости.
- Вздор! Никаких разбойников нет, там живет дочь старой атаманши… глупая наглая девчонка…
- Та самая принцесса Мия? – взбодрившись, Козлоног махнул рукой, и следовавшие за ним ниндзя словно растворились в темноте зала. – Слышал, что дочка пошла не в мать. А атаманша была крута-а.
- Да, решительная женщина, - Советник задумчиво потер белевший на шее тонкий шрам, – пришлось помочь ей перебраться в мир иной, а банду отправить за решетку.
- Так это вы? - Козлоног мысленно ахнул, такая ценная информация могла пригодиться.
- Ах, оставьте, - Советник брезгливо отмахнулся. Он не любил вспоминать и тем более не собирался рассказывать о том, как встречался с атаманшей в попытке купить сундук с вожделенным содержимым, но та уперлась и ни за что не хотела продавать. Последняя их встреча едва не закончилась для Советника плачевно. После этого, он, что называется, «принял меры». А когда банду арестовали, Советник лично исползал все развалины, но ничего не нашел. Вход в подвал был завален и искусно замаскирован. Оставшиеся в живых разбойники божились, что ничего не знают и все валили на атаманшу.
Дело грозило затянуться на долгое время. Советник стал искать способ подобраться к принцессе Мие, но после скандала со свинопасом, девушка сбежала из дворца.
Поиски на время «увяли». Но сейчас он принялся за них с удвоенной силой, и, как ни странно, на этот раз возвращение Мии в его планы не входило. Сам не зная почему, но возможность узнать что-то о сундуке у Маленькой разбойницы, он оставлял на самый крайний случай.
Советник даже попытался избавиться от девушки, распустив слухи о разбойничьем кладе, в надежде, что искатели сокровищ выживут Мию из замка, или найдут сундук, который он сможет потом выкупить. Но и эта попытка провалилась. Слухи о приведениях отпугнули кладоискателей.
И вот всего несколько дней назад он получил сведения о последнем оставшемся в живых члене банды, который, в обмен на помилование, согласился нарисовать план подземелий.
Суета, устроенная Кээм вокруг елки, не позволила Советнику самому заняться этим вопросом, и он воспользовался услугами Козлонога, о чем сейчас очень сожалел, как и о том, что, озабоченный своими мыслями, машинально проговорился о своем участии в кончине атаманши. Но, кто же знал, что партнер так «взбрыкнет».
Сожаление Советника дорого стоило, и знай о нем Козлоног, он бы бросился прочь без оглядки.

Отредактировано Сказочник (2017-06-02 21:16:50)

0

24

В саду цветочной феи…
( в тот же день, когда император отправился на поиски разбойников)

Проснулась она от холода. В комнате было тихо. Мерно тикали часы на каминной полке, а сквозь щели закрытых ставен сочился мутный утренний свет. Обычно тепла камина хватало надолго и даже зимой (хотя какая там зима в саду вечного лета?) камни его до утра сохраняли жар. Герда соскользнула с кровати и босиком, на цыпочках - пол тоже оказался ледяным - дошла до камина, приложила ладонь к шероховатым камням. Они были неотзывчиво холодны, а из каминной трубы тянуло настоящей стужей. Это было настолько необычно, и в то же время ей показалось, что такое уже случалось. На краткое миг она почувствовала, будто находится не у себя дома, и даже готова была поклясться, что услышала за спиной старческий голос: «Не бегай босиком, детка!» Голос был ласковым и показался ей до боли знакомым, но принадлежал он явно не тетушке. И от этого голоса снова, как вчера, мучительно-сладко заныло сердце. Герда зажмурилась и даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что находится не во власти сна. Однако она не спала, в комнате никого не было и ничто не нарушало тишины, кроме монотонного хода часового маятника.

Задумчиво добрела до постели, закуталась в одеяло, не понимая, что же с ней происходит. Откуда эти странные, не дающие покоя воспоминая, от которых хочется плакать? Откуда эти постоянные мысли о счастье? Старик, подарившей еловое семечко говорил, когда вырасту - пойму…
Герде подумалось, что ответ на вопрос о счастье как-то связан со вчерашними картинками-воспоминаниями. С этим рыжим мальчиком, с морозными узорами на стекле… Настолько явственными… Не могла же она их придумать…Странно, что тетушка не возвращается так долго… Она бы все объяснила…

Еще долго сидела она в полумраке комнаты, казавшейся ей теперь совершено чужой и неприятной, мучительно и безуспешно пытаясь воскресить из прошлого хоть какие-то обрывки, способные соединить ткань воспоминаний. Наконец поспешно вскочила, оделась, перехватила волосы лентой, позабыв о гребне. Нет, ей решительно необходимо найти ответ, нужно что-то делать… Да, она собиралась купить  игрушек к Рождеству…украсить елку, которая принесет обещанное счастье, которое, по все видимости откроет все отгадки… Может быть счастье – это что-то вроде ключа к замкам памяти?.. Она так давно не покидала сад… Сколько лет прошло с тех пор, как она перестала выходить в город?
Быстро распахнула дверь и застыла от удивления – снежинки, кружившиеся вчера за воротами, сыпались теперь и в саду, правда таяли еще на лету в воздухе, не касаясь растений и поверхности земли.
Сейчас бы самое время подумать о волшебной палочке для ухода за садом и восстановить климат на территории парка, но девушка была настолько увлечена идеей прогулки, что думала лишь о теплой одежде. Она бросилась к тетушкиным сундукам в поиске чего-нибудь потеплее шали. Ну не в одеяле же в город идти!
В одном из сундуков она наткнулась на сушеную рыбину с непонятной надписью. Тетушка так спешила с отъездом, что не успела объяснить ее назначение. Герда покрутила тушку в руках и бросила обратно на дно сундука. Разочарованию ее не было предела. Неудивительно, ведь она перерыла весь дом, но подходящей для зимы одежды так и не нашла. И тут взгляд ее упал на чердачную лестницу…

В самом дальнем и темном углу чердака, среди старого хлама и развешенных пучков трав Герда обнаружила пыльный короб. Слой пыли был таким толстым, словно его не открывали десяток лет. Герда без особой надежды приподняла крышку и посветила внутрь свечой. Из темноты коробушки что-то заблестело в ответ. Господь милосердный, откуда здесь это чудо?! – девушка извлекла на свет прехорошенькую, шитую золотом парчовую пелеринку, подбитую мехом. Она была явно детской, что было чудно,  ведь у тетушки никогда не было детей… К тому же пелерина показалась ей смутно знакомой
Герда спустилась вниз и примерила находку у зеркала. Маловата, конечно, но все же лучше, чем ничего!
Изрядно повеселев, она подхватила корзинку и выбежала из сада, впервые забыв запереть удивленно скрипнувшую ей вслед калитку в васильках и ромашках.

Отредактировано Сказочница (2017-11-17 19:52:07)

0

25

Кошачья мордочка на дверном молотке вопросительно вытянулась вслед за Гердой ( девушка не обернулась ) и с  обиженным стуком упала вниз..
Дорога до города была не близкой. И хотя за ночь ее подморозило, и  под ногами больше не чавкала ледяная каша, идти по свежевыпавшему снегу было не просто. С непривычки Герда быстро устала и наверно даже вернулась бы обратно, если бы не проезжающая мимо груженая бочками повозка.   

Заметив идущую по дороге девушку,  возница в овечьем полушубке,  натянул поводья, и мохноногая лошадка послушно встала.

- В город спешишь, дочка?  Садись, подвезу,-  он дернул прикрывавший бочки потертый плед, и на Герду пахнуло тягучим запахом медового глинтвейна.

Веселый, раскрасневшийся от мороза, с аккуратно подстриженной  бородой, окладистым полумесяцем обрамлявшей его лицо, он выглядел таким добродушным, что Герда, не раздумывая, согласилась, закуталась в плед и уютно устроилась на лавке.

Возница щелкнул поводьями, и  лошадка засеменила по дороге.

- На ярмарку торопишься? Продать что-то или купить? – он скосил глаза на пустую корзинку Герды, - или просто так, поглазеть? Тоже дело...- вознице явно хотелось поговорить, а ведь точно известно, что нет лучшего собеседника, чем случайный попутчик. – Сегодня  гулянья начинаются. На площади поставили елку, каток залили, первый раз за три года. Поговаривают, что зима будет вьюжной, мол  вернулась сама Снежная королева. Да только все это выдумки, детские сказки. Померла небось давно в своем ледяном дворце, - возница усмехнулся, - от того и зимы стали теплыми. Эта тоже морозом не особо радовала, хорошо, что хоть к Рождеству снег выпал. Эх, хорошее дело – Рождество. Елка, каток, ледяная горка, я сам в детстве лихо катался с нее на салазках ...-  вожжи звонко щелкнули и лошадка ускорила бег.- Леденцы, яблочный пирог со сливками горячий глинтвейн, который разливают на площади из большого чана, - возница оглянулся на бочки и с чувством хмыкнул, - ну, это было уже потом, когда  стал постарше.

Ледяная горка... Герде  вспомнился вчерашний вечер и навеянные появлением странного гостя воспоминания.  И тот самый мальчишка. Было ли все это правдой или просто привиделось, или приснилось?

- Снежная королева? – девушка очнулась от своих мыслей. Ей было легко и веселоехать с забавным бородачом, слушая его байки, а тут странный холодок пробежал по коже. – Снежная королева, кто это? И почему детские сказки?
- А... - возница махнул рукой, - рассказывают байки, что живет она в Ледяном дворце  на Северном полюсе. Повелительница зимы. Насылает зимой бураны и вьюги, заметает все снегом, покрывает озера и реки льдом, может до смерти заморозить того, кто придется ей не по нраву. А еще расписывает инеем окна. Только никто никогда ее не видел. Хотя есть один...Но! – возница подстегнул перешедшую на шаг лошадку. -  Коммерции Советник, торгует мороженым, льдом, заморозкой разной, называет себя поверенным Снежной королевы, но все думают, что это просто рекламный ход.
Герда нахмурилась. Приходивший вчера неприятный человек не назвался, но  говорил о какой-то королеве. Тогда ей это было не важно. Тетушка рассказывала, что поставляет фрукты и овощи ко двору нескольких маленьких королевств, но Герда никогда особенно не интересовалась каких. Торговцы забирали товар и отдавали деньги, или провозили то, что было нужно. Иногда рассказывали местные сплетни - кто родился, кто умер, кто женился, Герда все это быстро забывала, но в одном была уверена точно, Советника в них никогда не упоминали.
А вдруг это был тот самый Советник? Чем-то ей очень знакомый...
Герда попыталась вспомнить чем, но воспоминания ускользали, вызывая чувство неясной тревоги.

0

26

- Ну, чего приуныла, красавица? – густо хохотнул бородач.  – Замерзла, поди? Да ты не боись, со мной тебе никакая Снежная Королева не страшна! У меня верное оружие супротив нее имеется! 
Лошадка пошла веселее. Довольный возница залихватским жестом сдвинул шапку на затылок, и, щуря хитрый глаз, указал на поклажу: - Медовуха! С нею хоть в пургу, хоть в стужу, хоть в сами объятья Ледяной девы… Оленеводам везу. Они из Лапландии рыбу на ярмарку привозят, на всякие товары меняют. Я вот какой год уже их медовухой снабжаю. Уж больно она им нравится… Нет у них такой! Не умеют. Сама посуди, из чего им добрый глёгг варить? Ни вина у них, ни меду, ни хмеля толкового – одни ледники, скалы да лишайники. Да клюква с болот. Пробовал как-то я их пиво! Кислое и дымом пахнет. И на вкус как елка… Тьфу!.. А я свое вино с медом, с ромом, с изюмом варю. Его хлебнешь – и в крови солнышко заплещется, никакой мороз нипочем! Вот, глотни, мигом согреешься! – он протянул Герде оплетенную лозой пузатую бутыль. Девушка недоверчиво взглянула на  бородача, но тот лишь одобрительно усмехнулся. – Давай-давай, как дохнешь медовухой на Снежную Королеву – она и растает!
Вино и впрямь оказалось душистым и забористым. Оно прокатилось по горлу горячим комом и вскоре Герда повеселела, тревога отступила куда-то на задворки души.
- Не страшна, говоришь? – Ей внезапно понравилось состояние легкой беспечности и она вновь пригубила из бутыли, - Когда-то, давным-давно, в детстве, один рыжий мальчик… один смелый рыжий мальчик…обещал посадить Снежную Королеву на горячую печь. Да! Да! Я вспомнила! Бабушка рассказывала нам сказку, а я испугалась, что она войдет! – Герда едва не подпрыгнула от волнения. Перед мысленным взором отчетливо появилось морозное стекло и приложенная к нему нагретая медная монета, под которой оттаивало чудесное круглое отверстие, как оттаяли сейчас от глотка согревающего напитка ее застывшие воспоминания… Вот она припала к стеклу и увидела в окне напротив веселый, ласковый глазок – так смотрели друг на друга, каждый из своего окна, мальчик и девочка. Кэй и Герда.
- Ну и как? Посадил? – Беззлобно балагурил медовар. Глянув на барышню, он решил, что пожалуй, ей хватит, и осторожно подхватил воистину драгоценный сосуд из девичьих рук: – говорю же – хороша моя медовуха! Однажды саамский нойда, осушив добрую часть вот такого бочонка, рассказывал мне, что видел камень, обернувшийся троллем. Дело было так. Вышел он в тундру оленью хозяйку заклинать…
- Вы мне не верите?! – девушка мгновенно сникла и почувствовала странное смущение от своих воспоминаний, которые оборвались и смешались с порывом снежного ветра.
- Ну почему, верю, верю. Как верю своим глазам, вперед тебя заметившим вдали ясные очертания столицы. Видишь во-он там впереди остроконечные башни? Я еще был мальцом, а эти шпили уже позеленели от времени… Скоро приедем. Совсем немного осталось. Скор-ро я вновь услышу звук бубенцов и почувствую запах вортани… Ну, а ты, дочка? Где тебя высадить? На главной площади?

Отредактировано Сказочница (2017-11-18 05:10:46)

0

27

Герда не помнила, бывала ли когда-нибудь в городе. А может и не бывала вообще. Когда десять лет назад замерзшая маленькая девочка пришла в себя в волшебном саду, она пыталась узнать, как там оказалась, но фея всегда отнекивалась, обещая рассказать позже, а маковая настойка с белладонной заставляла Герду забывать вопросах, и постепенно она перестала спрашивать. Ей даже стало казаться, что она всю жизнь прожила в саду, и город  для нее был лишь местом, куда торговцы увозили цветы, овощи и фрукты. Она никогда не стремилась побывать там, но сейчас, с любопытством вглядываясь в выступающие из морозной дымки дома, она вдруг поняла, что они ей знакомы.
Вон тот кривой переулок, настолько узкий, что с нависающих над улицей балконов можно пожать друг другу руки. Она точно его помнила, как и эту улицу с крытыми разноцветной черепицей домами, их затейливые переплеты окон, и даже  черного кота на флюгере в украшенной завитками кованой рамке.
Вот только раньше город казался ей намного больше. А сейчас он словно съежился и присел. Раньше, и теперь, Герда это точно знала, она могла свободно заглянуть вон в то подвальное окошко, где работал башмачник, а сейчас ей пришлось бы склониться почти до земли. Чтобы посмотреть пекаря в высоком колпаке, сидевшего в витрине булочной (от запаха сдобных булочек у Герды даже защемило в груди), ей приходилось вставать на цыпочки, а сейчас витрина была едва ей по пояс и пекарь, казавшийся когда-то огромным, был всего лишь обычно куклой.
Людей на улицах было много. Куда-то бежали горничные, торопились кухарки с большими корзинами набитыми разною снедью,  прошел трубочист, весь черный на фоне засыпавшего город снега, мальчишки веселой стайкой, таща на веревках салазки мчались вниз по улице, где вдалеке на площади виднелась огромная елка.

Герда соскочила с повозки.
– Спасибо большое, я пройдусь, пожалуй, и доброго вам Рождества!

0

28

– Веселого Рождества, дочка! – радостно прогудел краснощекий возница, – встретишь Снежную Королеву, помни: она боится всего горячего! – он красноречиво потряс над головой бутылью глёгга, щелкнул вожжами и вскоре скрылся из глаз.

Герда задрала голову, заворожено глядя, как откуда-то сверху, из рыхлой небесной хляби падает снег. Будто кто-то наверху тряс огромную, необъятную перину. И если у ворот волшебного сада снежинки кружились тихо и несмело, то здесь в городе тяжелые хлопья летели наперегонки, осыпая кроны деревьев, устилая крыши и улицы, они стремительно брали город в плен своего белого великолепия.

За спиной скрипнула дверь. Маленький старичок, в непонятного цвета кафтане, поспешно засеменил в сторону галантерейной лавки. Под мышками у него были зажаты два зонтика, ни одним из которых он почему-то не прикрывался от снега. Чудаковатый старик, подумала Герда и заглянула в окно квартирки, из которой выскользнул старичок. В комнате горел камин и уставшая женщина сидела у постели больного ребенка. Герде, так и не удалось рассмотреть, кем был обладатель бледного личика – мальчиком или девочкой. «Бедняжка! Как обидно заболеть в канун Рождества, когда на улицах столько радости и веселья!» Вздохнув, она побрела по следам старичка, то и дело осторожно заглядывая  в окна домов. Подглядывать за людьми было не очень правильно, но ее сжигало любопытство – ведь она никогда не видела, как живут другие…

Лавка встретила ее приветливым звоном колокольчика над входом. От обилия товаров запестрило в глазах. Сколько же здесь всего продавалось замечательного! Кокетливые атласные ленты, бархатная тесьма, немыслимые узорные кружева соседствовали с шелковыми галстуками, строгими перчатками, изящными табакерками и маленькими зеркалами в резных рамах. Повсюду были свалены груды нарядных коробок всех цветов и мастей, стопки уютных вязаных носков, полосатых чулок и теплых рукавичек; важно и горделиво выстроились элегантные зонты и трости, красовались блестящие запонки, шпильки, пудреницы. Да разве всего перечислишь? Но самым ходовым товаром, сейчас были конечно же елочные игрушки – маленькие стеклянные шары, тяжелые бусы, золотые шишки, бумажные ангелы, ватные куклы и румяные яблоки из теста. Все это великолепие сверкало канителью и блестками. Возле игрушек толпились покупатели, а бойкие подмастерья галантерейщика наперебой расхваливали свой товар.
- Возьмите вот эту звезду, господин! Настоящий прусский картонаж!
- О, нет, уверяю вас, мадам, такой лимон - дело рук опытного лаушского стеклодува!
- Не забудьте золотые шишки, фрекен Ханна, веселого Рождества!

Выбирая игрушки для своей елки, Герда поймала себя на мысли, что улыбается. «Кажется, я уже начинаю понимать, что такое счастье. Возможно это предчувствие чего-то хорошего? Радость ожидания?» Ее внимание привлекли необычные хрустальные шары на подставках. Некоторые из них  напоминали каминные часы с массивным основанием, другие крутились на подставках, как Эрдапфель – «земное яблоко», маленькая модель мира с морями, океанами и континентами. Третьи были подвешены к крючковидным опорам и формой напоминали уличные фонари. Шары были полые, прозрачные насквозь, и внутри каждого помещались миниатюрные декорации: украшенные к празднику домики, модели Эйфелевой башни, базилики Девы Марии, волшебные замки, кареты, затаившиеся в ветвях звери и птицы… В одном из шаров летели сани, запряженные парой кипельно-белых лошадей. В санях сидела красивая женщина с бесстрастным лицом, а в глазах ее мерцали льдинки. Она заботливо кутала в свою белоснежную шубу заснувшего мальчика. Герда протянула руку, намереваясь взять шар и рассмотреть миниатюру поближе.
- Осторожно, барышня, - раздался возле уха тихий старческий голос. Герда вздрогнула и заметила стоявшего рядом того самого смешного старичка в неясного цвета кафтане. В окружении множества пестрых предметов, кафтан отливал то красным, то синим, то зеленым.
- Если качнуть хрустальный шар, - шепотом продолжил старик, - можно изменить ход событий. Не всегда, конечно. Но… я знавал случаи… Видите этот шар? – на ладонях  старика лежал хрустальный шарик, внутри которого ангел, касаясь неба, зажигал звезду.
- Я купил его одному больному ребенку. Доктор сказал его бедной матери, что это Рождество станет для малыша последним… Но кто знает… - старик ненадолго замолчал, увлекшись своими мыслями, и, поправляя неловкость паузы, поспешно добавил: - А что там у вас? Позволите взглянуть?
Старичок склонился над шаром с санями, лицо его озарилось радостью узнавания. Он загадочно улыбнулся, словно встретился со старой знакомой. Затем он выпрямился и покачал головой, снова думая о чем-то своем.
«И все же, какой чудной старик! Верно говорят, что к старости люди слабеют умом…»
- Вы должно быть думаете, что мыши прогрызли дырки в моем разуме, - вторил собеседник Гердиным мыслям, - между тем, - он показал коротеньким пальцем на заключенные в шар фигурки, -это о-очень любопытная история.  Она об отважном, любящем сердце… Но, кажется, мне пора, - спохватился старик и заторопился к выходу прежде, чем девушка успела задать хоть один вопрос…

Отредактировано Сказочница (Вчера 22:09:43)

0

29

Колокольчик над дверью тоненько звякнул, дверь за старичком закрылась, впустив клубы морозного воздуха. По спине Герды пробежал холодок.

Изменить ход событий!

Словно заледеневшая она смотрела на шар, раздумывая, что будет, если поверить словам странного старика? Изменится ли ход событий и главное, хочет ли она его изменять? Она окинула мысленным взором свою жизнь в волшебном саду. Что в ней было, кроме ласковой, но неразговорчивой тетушки, вечнозеленых кустов, цветов и деревьев? Сколько лет она провела в этом гигантском парнике, без смены климата и событий, в рутинном однообразии благоухающих живых декораций? Не знала, что происходит на свете, не видела людей, с их горестями и радостями, победами и поражениями, не чувствовала настоящей жизни. Той, которой живут остальные люди. Что же выходит, она и не жила вовсе? Там, в саду… это ведь тоже была жизнь. Просто другая. Как в монотонно повторяющемся сне. Почему-то теперь она казалась поддельной…

Герда решительно схватила шар и тряхнула его изо всех сил! Раз, другой, третий! Внутри шара поднялась снежная буря и теперь казалось, что сани летят по небу. Девушка вцепилась взглядом в силуэт мальчика - единственное цветное пятно в этом белом безумии, боясь, что он растворится в белом вихре, а вместе с ним исчезнет все вокруг – и эта лавка, и этот город, и волшебный сад и сама Герда… Но ничего не произошло. Не раздался грохот, небо не упало на землю, только уши резанул громкий возглас:

- Поторопитесь с покупками! Мы закрываемся!

Герда осторожно поставила шар на место. Снежная буря внутри унялась, красивая женщина в белой шубе вновь баюкала спящего мальчика на коленях.

Расплатившись за покупки девушка вышла на улицу. В корзинке, бережно уложенные продавцом, поблескивали золотые яблоки.

Отредактировано Сказочница (Сегодня 01:42:19)

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Магические миры » А что было бы, если...