Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Осколки реальности » Неудачный момент


Неудачный момент

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Место действия: Лос-Анджелес
Время действия: 1985 год
Действующие лица:
Гуннар Сигурддсон (Вульф Ларсон)  - детектив, ЛАПД
Николас Бойд (Джефф Спикмен)  - детектив, НЙПД
Гиллрой МакКласки (Гэри Бьюзи) - ирландский террорист, бомбист, член ИРА

Краткое содержание:

Лос-Анджелес, 1985 год. В международном аэропорту Лос-Анджелеса приземляется рейс из Нью-Йорка. На его борту нью-йоркский коп Ник Бойд сопровождает особо опасного террориста Макласки, совершившего в прошлом несколько взрывов в городе ангелов. В тот же день в придорожном кафе у стоянки аэропорта недовольный коп из Лос-Анджелеса собирается в вынужденный отпуск в Майами... В тот же день на парковке возле аэропорта две конкурирующие банды затевают нешуточные разборки... В самый неподходящий момент их судьбы пересекаются.

Отредактировано Гуннар Сигурдссон (2017-03-09 13:50:10)

0

2

После полуночи прохладный бриз принес со стороны океана освобождение от дневной духоты. В воздухе посвежело, температура опустилась с отметки "Да в Сахаре прохладнее!" до уровня "Можно дышать". Ветер принес с собой запахи, но к привычной свежести Тихого океана примешивались более городские и менее приятные ароматы - запахи протухшей рыбы, несвежей китайской еды, чьего-то протухшего ужина, ссанья и блеватины. Типичный Лос-Анджелес.

Детектив ЛАПД Гуннар Сигурддссон привычным движением пальцев выкинул бычок сигареты в окно автомобиля и откинулся на потертую спинку водительского сиденья видавшего виды седана. Поморщился. Обычно Гуннар ездил за рулем гораздо более шикарной машины - спорткара Porshe-928 и даже снялся вместе со своей машинкой в телевизионной рекламе Porshe (Гуннар до сих пор отказывался признаться, как он умудрился купить автомобиль премиум-класса на зарплату обычного, пусть и лос-анджелесского полицейского), но сегодня, отправляясь на опасное, предполагающее работу под прикрытием задание, Сигурдссон нехотя оставил свой "Порше" на стоянке полицейского департамента и взял одну из припаркованных по соседству конфискованных тачек. Без кондиционера, без радиотелефона, с неработающими стеклоподъемниками и даже без электрического прикуривателя! Но Гуннар стойко пережил столь тяжкие и подлые удары судьбы и вот уже четвертый час сидел в душном, жарком автомобильчике, припаркованного в переулках одного из складских районов Города Ангелов.

Вот уже третий день Гуннар шел по следам одной из наиболее опасных банд Лос-Анджелеса. Охреневшие мексиканцы торговали наркотиками, контролировали всех окрестных проституток и имели долю в местном порнографическом бизнесе, а ребята из отдела нравов и в ус не дули (а то и вовсе были в доле). Самому Гуннару до банды каких-то наркоторговцев обычно дело было ровно столько же, сколько до результатов последних президентских выборов в Гондурасе, но на прошлой неделе обнаглевшие латиносы схлестнулись в ожесточенной разборке с кубинцами и перестреляли друг друга, а равно и еще шестерых случайных прохожих, а это уже было убийство, что автоматически добавляло дело в юрисдикцию детектива отдела убийств ЛАПД Гуннара Сигурдссона.

Конечно, детектив Сигурдссон был должен, да что там должен, просто обязан был уведомить о своем расследовании ребят из отдела нравов, но Гуннар привык работать один, и лишние копы только бы мешались под ногами, а то и вовсе могли предупредить кубинцев - не то чтобы Сигурддсон не доверял парням из нравов, но он совершенно справедливо подозревал, что они не прилагают достаточно усилий для борьбы с захлестнувшими город наркотиками, успехи у них были весьма так себе, зато видели бы на чем они на работу ездят - ни дать ни взять все как один суперзвезды (хотя не Гуннару с его порше их в этом упрекать). Однако, как бы то ни было, Гуннар действовал на свой страх и риск в полном одиночестве.

В начале переулка завизжали покрышки, и Гуннар спрятался на сидении, пропуская мимо два старых, родом еще из пятидесятых, автомобиля, на которых так любили разъезжать кубинцы. Дождался, пока машины проедут мимо и припаркуются возле неприметных дверей одного из складов. Хлопнули дверцы, послышалась испанская речь, перемежаемая ругательствами на английском... французском и это что, русский? языках. Подождал еще немного, после чего рискнул приподняться на сидении и выглянуть в ветровое стекло. Кубинцы как раз заходили внутрь склада, на улице никого не осталось. Даже охрану не выставили, кретины беспечные. Впрочем, Гуннар был этому обстоятельству только рад.

Он вылез из машины, обошел её, открыл багажник и достал оттуда бронежилет и автомат-УЗИ. Проверил патроны и достал сумку с запасными обоймами. Двинулся было к дверям склада, остановился и задумался. Может, стоит все-таки вызвать подкрепление?

- Да ладно, пронесет, - Сигурддсон беспечно отмахнулся от этой мысли и бодрой пружинящей походкой направился к дверям склада.

***

- Не пронесло, - заключил Сигурдссон, откидываясь на спинку стула и вертя в руках бумажный стаканчик с кофе.

Гуннар сидел за столиком кафе напротив здания Лос-Анджелесского аэропорта, рядом с ним стояла небольшая дорожная сумка. Захват кубинской банды пошел не по плану и привел к смерти ряда подозреваемых, что, в принципе, было не столь уж и важно, а также к некоторым серьезным разрушениям окружающего ландшафта, что было уже куда более проблематично. Шеф Гуннара кричал, ругался матом и плевался, но в итоге Гуннар отделался временным отстранением от службы и совсем не дружеским и решительным предложением съездить в отпуск. Например, в Майами, куда детектив и собрался.

Отредактировано Гуннар Сигурдссон (2017-02-13 11:22:50)

+2

3

- Гляньте-ка, какой бравый молодец! Надежда и опора Департамента! Герой всех новостей! - приправленный тонкими нотками врожденного сарказма, голос капитана гулким эхом прыгал по его внушительных размеров кабинету на третьем этаже здания 357-го участка Полицейского  Департамента Нью-Йорка. – Нет, ты посмотри только!
     Смотреть на шефа детективу Николасу Бойду не было никакой необходимости. Он итак прекрасно знал, что в руках руководства была свежая газета. За это утро  Ник уже бессчетное количество раз натыкался на свою хмурую фотографию, украсившую передовицу «Таймс», и даже успел практически наизусть заучить основные вехи «горячего» материала про героя-полицейского, который в одиночку провел задержание известного бомбиста, грозившегося отправить к праотцам не менее половины Манхэттена. Общественность захлебывается от благодарности, коллеги отбили руки в восторженных хлопках, злобный террорист бьется в бессильном отчаянии…и только капитан полиции Теодор Дж. Каллахан забрызгивает слюной все вокруг, заходясь в приступе неподдельной ярости!
      - Настоящий герой! Все в одиночку! Работать в полиции скучно, захотелось славы прихлебнуть?!
      - Все это чистой воды случайность, шеф! - не без труда оторвавшись от исследования рельефа поверхности начальственного стола, Ник сделал попытку защититься. Так, для галочки. – Я же не мог пройти мимо…
       - Ах да, точно! - Широкое лицо Каллахана, слегка разбавленное щеткой тронутых сединой усов над верхней губой, резко сменило цвет с бледно-алого на темно-бордовый. Уровень озверенения в крови подходил к  критической отметке.- И куча журналистов тоже не могла!
       - Шеф, я же говорил: я следил за ребятами из «Джокеров» по делу Стэрлинга, хотел задать ребятам пару вопросов, когда увидел подозрительного типа, что вламывался в подсобку торгового центра. Заинтересовался, пошел проверить, чуть не схлопотал пулю. Вся история! – хлопнув ладонями для пущего эффекта, Бойд замолчал и устало откинулся на продавленном жертвами постоянных выволочек босса кресле.
        - А судя по статье – это только завязка! – рявкнул капитан. – А дальше ни дать, ни взять эпизод из Ти Джея Хукера!  Герой-одиночка, мать твою!
       - Я не знаю, откуда там взялись писаки.
       - Да уже и не важно! Уже взялись! – кажется запал, наконец пошел-таки на убыль - И с ними наш шанс выставить все это, как тщательно спланированную операцию и подтереть тем самым зад прокурору и внутренним расследованиям, вылетел в чертову трубу! Но мало нам этого…так ты еще и «ребятам» успел задать свои «пару вопросов»!
       - Ну я же не усердствовал…
       - А три заявления о превышении полномочий и нанесении тяжких телесных на моем столе говорят об обратном! Ты со своим чертовым кунг-фу устроил мне геморрой на полгода вперед!
         Капитан взял паузу и принялся нетерпеливо мерить кабинет шагами, пока Ник старался, представить каким образом на нем отыграются на этот раз. Когда шеф заговорил снова, детектив уже морально подготовился к любому возможному исходу.
        - Ты, наверное, теперь ждешь приглашения из Голливуда? Перенести твои подвиги на большой экран, а?
        -  Шеф, вы же знаете – кино это не мое.
        - А знаешь что? Очень зря! Потому что летишь ты очень скоро!  - издевательскому торжеству на лице капитана  не было никакого разумного предела.
        - Куда лечу? – абсолютно тупо переспросил Ник, решив, что упустил смысл шутки.
        - Как куда? В Лос-Анджелес, конечно же!
      Кажется, шеф съехал окончательно. Так решил для себя детектив Ник Бойд. Ладно, сейчас вдоволь поиздевается, потом отойдет и можно будет вместе посмеяться над этим нелепым розыгрышем.

      Посмеяться Нику Бойду так и не удалось. Капитан Каллахан не только не шутил насчет полета в Лос-Анджелес, но и про сроки не преувеличил. Естественно, экранизировать «подвиги» Ника  никто не собирался…Оказалось, что Гиллрой МакКласки – известный в преступных кругах Европы и Америки, как профессионал в общении с взрывчаткой любого типа, мастер диверсионных операций и беспощадный убийца, ответственен, помимо всего прочего, за серию громких взрывов, сотрясших солнечный Лос-Анджелес прошлой осенью. Тогда ему удалось покинуть город и залечь на дно. И теперь, когда его поймали на горячем, и слава о нем загремела на всю страну, некий ушлый прокурор из города Грез, который наверняка приходился ближайшим родственником какому-нибудь прыщу из Вашингтона,  подсуетился и в невероятно кратчайшие сроки выбил ордер на выдачу бомбиста ему. Вместе со всеми материалами по делу. И со всеми возможными свидетелями для допроса. И вот в последнем пункте выбор оказался крайне невелик…даже, несмотря на то, что все его знакомство с Гиллроем заключалось в надирании задницы последнего.       

***
     
     Видавший виды пассажирский «Боинг», вот уже 4 часа к ряду бороздящий воздушное пространство между Восточным и Западным побережьем США, слегка вздрогнул и неторопливо пошел на посадку. Детектив Бойд нехотя открыл предательски слипающиеся глаза. Поморщился. Бросил короткий взгляд на часы: до посадки самолета в LAX оставалось около получаса. Значит, впереди еще тридцать минут утомительного заточения в тесном кресле, зажатом между пыльным иллюминатором слева и безмятежно храпящим террористом справа. Последний, к слову, ни разу не проснулся с самого взлета, забывшись таким глубоким сном, словно совесть его не отягощалась несколькими сотнями загубленных жизней, а на мясистых запястьях, небрежно укрытых от посторонних глаз наброшенным сверху серым пиджаком, не красовались металлические браслеты наручников. Сразу за ним сидел, уткнувшись в журнал с кроссвордами, высокорослый коротко стриженный негр в дорогом, прекрасно сидящем синем костюме с характерными очертаниями кобуры под мышкой и совершенно несуразным галстуком ярко зеленого цвета в желтый горошек . Федеральный маршал Диксон Купер обеспечивал безопасную перевозку МакКласки и передачу его полицейским силам ЛА и в отличие от ненавидящего все вокруг Ника был крайне доволен жизнью, чем откровенно раздражал.
     - У вас все в порядке, офицеры? – сияя лучезарной белозубой улыбкой, в очередной раз наклонилась к ним красотка-стюардесса.  – Ничего не нужно?
     Мгновенно позабыв о своих кроссвордах, Купер превратился в ходячий фонтан обаяния и обольстительности.
    - Все, чего мы с приятелем можем желать - это видеть тебя почаще, Дэниз! – от сладкозвучности, пропитавшей голос федерала, у Ника проснулись симптомы острого диабета.  – Почему же этот полет так короток?
     Судя по тому, как зацвел румянец на щеках бортпроводницы, столь незамысловатые комплименты не оставляли ее равнодушной, а может девушку заводили ребята с значком и пистолетом. В любом случае Купер уже настроился на непременный успех, уверенный, что крошка Дениз может скрасить недолгие часы его пребывания в городе Грез.
      - Агент Купер, боюсь, что вы сильно превышаете свои полномочия! – игриво хохотнула стюардесса. – Не подать ли мне на вас жалобу?
      - О, это стоит обсудить поподробнее! Скажем после посадки…
      - Я думала у вас много дел в ЛА, разве нет?  - промурлыкала красавица кивая в сторону арестованного.
      - От меня требуется только довезти этих ребят до места! – с широченной улыбкой заверил собеседницу Купер. – Дальше они как-нибудь сами управятся, а я смогу обсудить целесообразность жалоб на федеральных агентов.
     Девушка вновь исполнила номер с хихиканьем и справедливости ради переключила внимание на Бойда:
      - А Вы как думаете, офицер? Могу я что-нибудь отсудить у федерального правительства?
      Копавшийся в своих мыслях, Ник вернулся в реальность и после короткой паузы ответил, остановив взгляд на галстуке соседа:
       - Уверен, сможете озолотиться, если обвините его в отсутствии вкуса.
       - Очень смешно, приятель! – вскинул руки агент и пояснил – Он просто завидует, что у меня ствол не отобрали при посадке!
      От дальнейшей перепалки Бойд предпочел воздержаться, мечтая о скорой возможности размять затекшие конечности.
       - Мальчики и их пистолетики… - совершенно внезапно вклинился в беседу каркающий голос МакКласки, который поднял голову и теперь пожирал их гостью плотоядным взором. – Всегда треплются больше, чем делают, так, малышка?
     «Малышка», встретившись взглядом с бомбистом, резко поникла и, уже вымученно улыбнувшись Куперу, поспешила скрыться. Тот сквозь зубы чертыхнулся и, наградив арестанта обжигающим взором, вернулся к кроссворду. Зажглось табло «Пристегните ремни». Купер, МакКласки и Бойд прибывали в Лос-Анджелес.

       Покинув здание терминала A Международного аэропорта Лос-Анджелеса, Ник жадно наполнил легкие местным воздухом. Пахло горячим асфальтом, жженой резиной, жареной картошкой, а ко всему этому добавлялся едва уловимый запах застоявшейся воды – совсем не как дома.  Идиотское дело! Он ведь даже бомбу толком не видел! Разве ради этого стоило тащить его через полстраны?! Рядом МакКласки смачно сплюнул на асфальт.
      - Обожаю ЛА в это время года! – щурясь от яркого полуденного солнца, довольно прохрипел он. – Хотя по осени он еще интереснее! В прошлый мой приезд тут прямо таки запахло жареным.
      - Заткнись, Бога ради! – раздраженно бросил Купер, которому отчаянно жгла нагрудный карман его собственная визитка, на которой игривая малышка Дениз нацарапала номерок своего телефона. – Бойд, стоянка в той стороне. Прокурорские должны быть уже там.
    Ник коротко кивнул и подхватив арестанта под руку двинулся за федералом. Непривычная жара за считанные минуты успела стать практически невыносимой. Свободная черная рубаха мгновенно начала неприятно липнуть к телу, крупные капли пота покатились по спине, двигаться стало крайне неприятно. С каждой секундой он все больше ненавидел этот город.
     Когда список причин этой ненависти перевалил за сотню, а группа добралась-таки до открытой стоянки позади здания аэропорта, ровно напротив ряда местных кафешек и магазинчиков, когда Ник заметил группу из семи молодых афроамериканцев столпившихся у багажника старого «мустанга» светло-зеленого цвета. Все двери автомобиля были настежь открыты, динамики разрывались под напором забористой рэп-композиции, на крыше стояло несколько открытых бутылок с пивом, и валялась почти пустая пачка дешевого «Винстона». Ребята выглядели вполне обычно, но где-то внутри у Ника неприятно щелкнуло и он ненамеренно замедлил ход, увлекая за собой МакКласки, который, похоже, уже проникся ритмом мелодии и что-то насвистывал себе под нос.
      - Эй, Купер! – дождавшись пока коллега обернется, Бойд окинул взглядом стоянку.  – Что-то я не вижу встречающих.
     Федерал повторил осмотр стоянки и озадаченно взглянул на часы.
      - Я позвонил местным, как только мы сели. Они должны быть здесь…Наверное решили выезжать в самый последний момент и угодили в пробку! Дилетанты!
     Ник кивнул, в полглаза продолжая следить за любителями музыки. Те, правда, не обращали на застывшую посреди дороги троицу ровным счетом никакого внимания, оживленно что-то обсуждая между собой и щедро угощаясь пивом. 
      - Кажется про вас, ребятки, забыли. - вклинился МакКласки.
      - Не велика ты птица, похоже! – бросил ему Бойд.
      - Шутки шутками, а это ни в какие ворота… - сетовал Купер, выуживая из внутреннего кармана пиджака солнечные очки. – Долго ждать-то? Вот уж не думал, что…
      Следующее мгновение стало одной из самых насыщенных в жизни детектива Николаса Бойда. Громкую музыку внезапно заглушил резкий визг тормозов, с которым на стоянку ворвался ржавый серый фургон, мгновенно заложивший хитрый вираж между ними и группой парней. Тут же грянула серия громких хлопков, отдаленно напоминающих звуки фейерверка. Двое из чернокожей семерки, как подкошенные рухнули на асфальт, так и оставшись лежать без движения, оставшиеся бросились  за ближайшие машины. Из под футболок и балахонов появилось оружие. Еще несколько хлопков в ответ. Фургон окончательно остановился: стрельба с обеих сторон стала гуще и чаще. Ровно за несколько секунд стоянка превратилась в филиал преисподней.
    Рефлексы Ника опережали его собственные мысли: уже с первым хлопком он одной рукой толкнул все еще закованного МакКласки за ближайшую машину, другой выхватил из кобуры на ремне табельный «Смит и       Вессон 5906» и плавно опустился на одно колено, стараясь на ходу разобраться с какой именно стороны лучше вклиниться в сложившуюся ситуацию. Краем глаза заметил, как рядом опустился федерал. Тренированное сознание полицейского автоматически отметило, что опустился «напарник» слишком медленно и крайне грузно. Ник тревожно оглянулся. Предчувствие не ошиблось: безвкусный ярко-зеленый галстук на глазах приобретал бордовый оттенок в том месте, куда угодила случайная пуля. Привалившийся к заднему колесу служившей им прикрытием «тойоты», Купер, судорожно хватал воздух и силился непослушными руками нащупать рану в груди. Секунды хватило, что бы понять, что шансы маршала тают с каждой секундой, особенно без квалифицированной медицинской помощи. Стараясь не выпускать из поля зрения заметно напрягшегося, словно только что смазанная пружина, МакКласки, Ник переместил выпавшую из ослабевшей руки федерала «беретту» к себе за пояс и только после этого склонился над ним, свободной рукой стараясь зажать дыру, из которой на асфальт толчками хлестала кровь.
    Новая пуля просвистела в миллиметре от его головы, обжигая правую щеку. Бойд поспешно сжался в комок за багажником «тойоты», который принял на себя еще несколько не слишком точных выстрелов. Из фургона  их определенно заметили и уже вписали в спектакль в роли ненужных свидетелей. Увлекаемый инерцией Купер завалился набок: перекошенное гримасой боли лицо застыло безжизненной маской. Выругавшись, Ник рванул рубаху на груди маршала, судорожно восстанавливая в памяти цепочку действий для непрямого массажа сердца. Но проверить свои знания на практике ему так и не удалось…
     Скорее почувствовав, чем услышав движение за спиной, Бойд резко крутанулся на месте, вскидывая руку с пистолетом. Обширных размеров мужчина в черном спортивном костюме и лыжной маске, полностью скрывающей лицо,  выскочил из-за багажника и успел подойти практически вплотную: сейчас его «кольт» поднимался для оказания последней любезности нью-йорскому копу. Вместо того что бы соревноваться с ним в скорости нажатия на курок, Ник сделал бросок вперед, сбивая противника с ног и пропуская над собой грянувший выстрел. Через секунду оба уже катились по залитому кровью покрытию стоянки, свившись в безумный клубок мелькающих рук и ног.
      А со стороны на это с живым интересом взирал Гиллрой МакКласки, попутно шаривший во внутренних карманах пиджака теперь уже покойного федерального маршала Купера в поисках ключей от наручников. Первым в его руки попалась визитка с написанным неровным, явно от спешки, почерком номером телефона и шутливой подписью: «Не забудь обо мне, офицер!». МакКласки довольно хрюкнул и запихнул карточку в карман рубахи.
      - Уж я не забуду, малышка! Не мечтай!
       К сожалению, сами ключи никак не желали находиться, а время, волею судеб отпущенное бомбисту на поиски, таяло на глазах. В сердцах пнув безжизненное тело своего провожатого, МакКласки схватил валяющийся тут же пиджак, уже служивший маскировкой для его браслетов и, низко пригибаясь, бросился в сторону от места сражения.

+1

4

И без того безвкусный кофе остыл и превратился в совсем уже несъедобную бурду, но Сигурдссон не заметил подмены, все также вертя стаканчик в руке и рассеянно выглядывая в окно, выходящее на залитую солнечным светом парковку аэропорта. В других обстоятельствах Гуннар бы радовался неожиданному отпуску, но сейчас его крайне расстраивала реакция начальства - Сигурдссон в одиночку справился с десятком человек и пресек торговлю наркотиками в одном отдельно взятом складе, но начальство было крайне недовольно, и теперь Гуннар переживал, что будет после возвращения...

Симпатичная официантка, которая при других обстоятельствах непременно заинтересовала Гуннара, и которая явно сама заинтересовалась привлекательным одиноким блондином, уже отчаялась подавать посетителю женские знаки внимания и расстегивать пуговицы и так довольно тесной блузки... Того и гляди, совсем отчается, запишет блондинчика в геи и переключит внимание на не столь привлекательного, но более мужественного негра с огромными бицепсами и коротким ирокезом, мирно пьющего молоко за столиком в углу.

Краем сознания Гуннар заметил какое-то движение на стоянке, затем до его слуха донеслись слишком знакомые хлопки... Выстрелы! Rollurioari! Перестрелка, а он в отпуск собрался! По счастью, Гуннара не отстранили от службы, а всего лишь отправили в отпуск, а значит, никто не отбирал у него значок и табельное оружие. Конечно, у Гуннара всегда была в запасе пара неучтенных стволов на крайний случай - ты не можешь проработать в полиции дольше пары лет и не знать, где достать лишний ствол - но все-таки Сигурдссона ждал авиаперелет и Гуннар собирался оставить все свои пушки в машине, но пока не успел спрятать пистолет в бардачке - без оружия бравый полицейский чувствовал себя голым и собирался хотя бы попытаться протащить пистолет в багаж...

Вскочив с места, Гуннар перепрыгнул через попавшийся на пути стол и бросился к двери. Официантка кинулась за ним следом, что-то истерично крича, и до Сигурдссона не сразу дошло, что он банально не расплатился по счету. На ходу развернувшись и крикнув что-то вроде "Warm my coffee I'll be back" Гуннар побежал через дорогу по направлению к парковке, на ходу вытаскивая пистолет.

В центре парковки стоял серый фургон, вокруг которого стояли и палили во все стороны какие-то детины в лыжных масках.

- Полиция Лос-Анджелеса! Бросить оружие! - Закричал Сигурдссон, потому что стражей порядка в любых ситуациях учили сначала предупредить преступников о своем появлении, а уже потом стрелять на поражение.

Мужики в лыжных масках отреагировали на слова Гуннара градом выстрелом. Сигурдссон чертыхнулся на языке предков и нырнул за ближайшую машину. Сверху посыпались осколки разбитого пулями стекла.

- Fraendseroir! - выругался Гуннар!

- Вы абсолютно правы, сэр! В этом городе просто невозможно прожить добропорядочному гражданину! - Послышался рядом чей-то голос. - Черте-что творится!

Гуннар чуть не подскочил на месте и посмотрел направо. Рядом под машиной прятался какой-то грузный блондин в черной, пропитанной потом рубашке. В руках мужчина комкал поношенный серый пиджак.

- Сэр! Что вы тут делаете? Срочно покиньте опасную зону! Бегите вдоль ряда машин в ту сторону и не высовывайтесь! - Прикрикнул Гуннар, инстинктивно пытаясь повалить мужчину на землю. Сосчитав до пяти, Сигурдссон высунулся из-за прикрытия и всадил несколько пуль в слишком близко подобравшегося стрелка в лыжной шапке.

Один готов, осталось еще несколько. Сколько?

- Сэр, настоятельно прошу вас покинуть опасную зону! Тут стреляют! - Повторил Гуннар, подгоняя замешкавшегося гражданского.

0

5

Привычная картина окружающего мира превратилась в беспорядочный калейдоскоп, где в сумасшедшем танце сменялись образы голубого неба, серого асфальта и черного пятна лыжной маски неизвестного. Когда мужчины повалились на землю, Бойд, выпустив из рук собственное оружие, обеими руками заблокировал пистолет противника, лишая того возможности стрелять в единственном желанном направлении. Неприятель в ответ  принялся неоправданно грязно ругаться и, демонстрируя богатейшую настырность души, нажал-таки на спусковой крючок. Грохнувший выстрел на секунду оглушил обоих. Пуля, словно раскаленный нож в масло, вошла в заднее колесо стоящего неподалеку «понтиака», который под аккомпанемент грозного шипения раненой покрышки просел на поврежденную сторону.
     
     Мгновение заминки позволило Нику взять ничейную пока инициативу на себя: противник был кем угодно, только не тренированным профессионалом и явно привык  в качестве последнего аргумента полагаться на устрашающую силу огнестрельного оружия. Распространенная ошибка среди выросших на улицах молодчиков…Ошибка требующая немедленного исправления! Напрягши левую руку и, продолжая удерживать ею вражескую кисть, полицейский на высокой скорости привел освободившуюся правую в тесный контакт с незащищенным горлом своего «партнера» по этому затянувшемуся танцу. Тот конвульсивно дернулся и надсадно захрипел, жадно силясь ухватить скрытым под маской ртом хоть немного раскаленного лос-анджелеского воздуха. Следующий удар, который добрался уже до его массивной нижней челюсти, «лыжник» встретил довольно обреченно. На сопротивление не осталось ни сил, ни дыхания…Смачный хруст, гулкий удар затылком об асфальт, щедрая порция искр из широко распахнутых глаз и вот пальцы в кожаной перчатке непроизвольно разжались, выпуская лишившийся хозяина «кольт» в свободный полет.
   
     Одним рывком освободившийся от навязанных обязательств, Бойд вскочил на ноги. Его противнику определенно требовался технический перерыв, поэтому, подхватив свой «Смит» и, отфутболив второй пистолет подальше от хозяина , коп склонился над распластанным в позе морской звезды на размеченной зоне парковки федеральному агенту. Но здесь все было однозначно кончено. Замершие теперь уже навсегда глаза Купера сохраняли печать немого удивления… 
   
     Сделав глубокий вдох, Ник против воли поморщился. Несмотря на все напускное самодовольство и полное отсутствие вкуса, чернокожий гигант был отличным парнем, который никак не заслуживал такого конца. Хотя, впрочем, а кто заслуживал быть пробитым случайной пулей на стоянке чужого города в ходе перестрелки, к которой ты и отношения не имел? Чертова карма? Удивительное совпадение?! Или просто неудачный момент? Ведь если кто этого и заслуживает, то это…
     
    - МакКласки?!– естественно бомбиста и след простыл. – Твою мать!!!
   
     А в тридцати шагах южнее тем временем продолжалось полномасштабное сражение. Вокруг все гремело от выстрелов, свистело от рикошетов и звенело, когда пули взрывали брызгами очередное стекло. Эффектно появившаяся несколько минут назад группа «лыжников» теперь окопалась под прикрытием собственного фургона, с противоположной от Бойда стороны, и с не угасающим энтузиазмом поливала огнем ближайшие автомобили, за которыми отчаянно старались слиться с ландшафтом давешние ценители громкой музыки. Последние продолжали отстреливаться, но и невооруженным взглядом было видно, что преимущество в тактической позиции уже не на их стороне. Хотя, кажется, одного и из нападавшим им все таки достать удалось, между колес фургона отлично просматривалось бездыханное тело в спортивном костюме…. Идиотская разборка между двумя группами безголовых сопляков, которым нещадно яйца жмут, которая уже стоила жизни одному хорошему человеку и нескольким отморозкам…

     Внезапно детективом Ником Бойдом овладело навязчивое желание познакомиться поближе со всеми действующими лицами этой кровавой пьесы. К тому же именно в направлении бури и двинулся бы тертый профи, коим являлся МакКласки, решив, что именно такого финта от него никто и не ожидает. Все детали сложились. Цель и путь к ней стали очевидны…

      Быстрым движением Ник проверил, снят ли верный «Смит и Вессон» с предохранителя, поправил все еще заправленную за пояс «беретту» Купера,  и, стараясь не высовываться, побежал между машин - ближе к непосредственному действию. Пора заканчивать со случайностями и начинать расставлять точки!

Отредактировано Ник Бойд (2017-02-22 14:35:06)

0

6

- Спасибо вам, офицер, спасибо, - залепетал грузный блондин, отползая подальше, - только благодаря таким отважным стражам правопорядка как вы такие честные граждане как я могут спать спокойно и чувствовать себя в безопасности!

- Всегда пожалуйста, сэр, - Сигурддсон бодро проводил несчастного гражданского, отметив про себя, что тот еще неплохо держится - должно быть, ветеран, застал еще Вьетнам - а потом рухнул на асфальт, поскольку лыжники, кажется, не очень обрадовались гибели товарища и обратили на Гуннара все свое внимание. Большую часть пуль приняла на себя машина, за которой прятался Сигурддсон, но часть выстрелов разбила стекла, и Гуннара окатил дождь из стекольных осколков.

- Andskotinn! - Выругался Сигурддсон, - а я думал, все стекла разбились еще в прошлый раз.

Не вставая с корточек, Гуннар развернулся и пополз в сторону противоположной той, в которую скрылся грузный гражданский. Миновав две машины, Гуннар высунулся из-за капота и не особо целясь несколько раз выстрелил в сторону "лыжников". Один из бандитов выронил пистолет и схватился за плечо, но остальные мигом повернулись и Сигурддсону снова пришлось обниматься с асфальтом и прикрывать голову руками.

Судя по интенсивности выстрелов и производимому шуму, арсенал у "лыжников" был что надо. Пара пистолетов, УЗИ и... это что, дробовик? Ну успехов, с такой-то дистанции...

Краем глаза Гуннар заметил справа какое-то движение. Перекатившись в сторону, Сигурдссон уже готов был открыть огонь, но мигом понял, что это делают ноги негры, по которым поначалу и стреляли "лыжники". Кажется, Гуннар вызвал весь огонь нападавших на себя и обеспечил изначальным жертвам безопасный отход... Вот только, кто теперь прикроет самого Гуннара?

- Drullu kunta!

0

7

Над злосчастной стоянкой продолжала греметь торжественная в своей смертоносности симфония оружейного огня. Почти мелодично стрекотали автоматы «узи», отрывисто громыхал дробовик в руках одного из «лыжников» и на подпевке, нестройным хором, тявкали пистолеты разных моделей, форм, размеров и степени зарегистрированности.  И участников импровизированного шоу становилось все больше. Какой именно момент выбрал для своего неожиданного появления на сцене светловолосый детина в стильном легком пиджаке поверх не слишком уместной в данных обстоятельствах гавайской рубахи, с характерно-выразительной внешностью звезды рекламы презервативов, Ник точно сказать не смог бы, но участие в общей круговерти, тот уже принимал более чем живое. Причем целью новичка определенно стали покорители снежных высокогорий, коих на данный момент в живых оставалось трое. И как минимум один из них сейчас корчился на сером асфальте, отчаянно стараясь сдержать струю крови из плеча, крайне не аккуратно продырявленного именно пулей меткого блондина…
   
В сложившихся обстоятельствах задумываться о мотивах вновьприбывшего было не с руки – тут скорее подходил старый - добрый принцип: «Враг моего врага – не первостепенная проблема для меня на ближайшие несколько секунд». Именно им нью-йоркский полицейский и руководствовался, подбираясь все ближе к месту сосредоточения «лыжников». К тому же блондин неплохо отвлекал на себя всеобщее внимание. Самой близкой и тем не менее безопасной точкой обзора оказалась новенькая «шеви» небесно-голубого цвета с луизианскими номерами. Присев на одно колено под ее прикрытием Бойд мысленно досчитал до трех и одним рывком поднялся на крышкой капота, держа пистолет обеими руками.
 
- Эй, ребята! Полиция! – перекричать шум практически безостановочной стрельбы Нику не то что бы удалось, но по крайней мере он остался верен процедуре, что уже можно зачесть в несомненные достижения. Капитан Калахан непременно оценил бы, будь он здесь…
   
Оказалось, что вкусы капитана полиции и уличных налетчиков несколько различаются: Бойду не слишком вежливо ответили сначала длинной очередью, а на десерт заправили картечью. Изучение лос-анджелесского асфальта в положении лежа начинало превращаться в привычку. Правда сейчас оно в кои-то веки принесло пользу – оказалось, что из такого положения открывается неожиданно великолепный вид сквозь дорожный просвет «Шеви» на нижние пары конечностей ближайшего из представителей бандитского отродья.  Секунду спустя обладатель прекрасного, но практически бесполезного в схватках на таких дистанциях дробовика, уже стал тяжелее на два грамма свинца и принял более горизонтальное положение в пространстве.
   
Еще секунда понадобилась последнему стоящему на ногах, что бы оценить плюсы и минусы продолжения сопротивления. В этот момент в игру как раз снова вступил «пиджак», вогнавший несколько пуль в борт фургона в опасной близости от головы стойкого бандита, заставляя уже того пускаться в ставшие сегодня популярными исследования дорожного покрытия. Инициатива окончательно сменила хозяев. Уже не особо скрываясь, Ник окончательно упокоил владельца дробовика, который внезапно нашел в себе силы продолжить концерт из положения лежа.
   
Стрельба стихла так же внезапно, как и началась. Над полем боя повисла неловкая пауза, сопровождающаяся протяжным звоном в ушах и стонами раненого в плечо бандюка. Держа на прицеле обоих распластавшихся на земле противников, Бойд поднялся во весь, благоразумно стараясь все-таки оставлять несколько машин между собой и местом последнего укрытия доброго светлоголового самаритянина.

- Ну и в чем ваша проблема? – поинтересовался он у побежденных. – Песочница мала стала? Или штанишки жмут, а?
   
Коротко скрипнув, откинулась дверь фургона. «Водитель…»- успел подумать Ник, прежде чем из плотного мрака салона высунулось дуло…ручного противотанкового гранатомёта или, если говорить проще: в руках у неучтенного «лыжника» была базука обыкновенная. Заряженная и нацеленная. Прямо на полицейского.
   
- Да ты шутишь, мать тв… - только и успел сказать Николас Бойд, пока с протяжным свистом не стартовала ракета.

Отредактировано Ник Бойд (2017-03-01 18:39:34)

0

8

Пока Сигурдссон оценивал теплоту и мягкость лос-анджелесского асфальта, ситуация каким-то образом успела поменяться: внезапно заглох дробовик. То ли у него закончились патроны, то ли оружие заклинило, то ли разверзлись хляби небесные и грешника покарало молнией, то ли подлец просто решил зайти с другой стороны - Сигурдссону это было ровным счетом неинтересно - нужно было пользоваться ситуацией, пока его и в самом деле не окружили и не взяли за...кхе-кхе, врасплох. Сменив укрытие, Сигурдссон снова высунулся из-за капота и сделал несколько выстрелов в направлении еще одного стрелка. Ни одна пуля не попала в цель, хотя бандиту пришлось пригнуться и прикрыть голову руками.

Сигурдссон выругался и снова пригнулся. Прополз мимо пары машин. Досчитал до пяти. Глубоко вздохнул. Прислушался. Выстрелы стихли. Сигурдссон нахмурился: что-то тут нечисто. Еще раз сменив для верности укрытие, Гуннар выглянул из-за машины... и взглянул прямо в дуло нацеленного точно в его сторону гранатомета, выглядывающего из распахнутого нутра фургона, в котором приехали "лыжники". Держащий оружие бандит ухмыльнулся и нажал на курок.

- Ах ты ж что б тебя за ногу... - выругался Сигурдссон, вспоминая богатый репертуар арестованных им членов русской мафии и снова бросился на землю, прикрывая голову руками.

0

9

Оглушительный взрыв, казалось, расколол мир на миллион маленьких кусочков. Земля содрогнулась и ушла из-под ног, с треском вылетели те немногочисленные стекла, которые выдержали первый акт, испустили последний дух и без того покалеченные барабанные перепонки. Мир лишился звуков и всех запахов, кроме одного: смрадного аромата горящей резины. Жар открытого пламени был нестерпимым, дым настойчиво разъедал слезящиеся глаза, набивался в рот, мешая сделать вдох…

Давясь надсадным кашлем, Ник старался проморгаться, что бы увидеть что-нибудь кроме цветных всполохов, будто выжженных на веках. Мгновение спустя пришла острая боль в спине. Скрипнув крепко сжатыми зубами, коп сделал отчаянную попытку подняться и оценить обстановку.   

Последнее, что он запомнил, было настолько нереально, что сознание напрочь отказывалось принять случившееся на веру. Пришлось остановиться и прокрутить все в гудящей на все лады голове с самого начала. Значит, так! Открылась дверь фургона. Мужик в спортивном костюме с маской и…базукой. Он целится. В Бойда. Мгновение промедления длиной в один удар сердца. Лыжник жмет на спусковой механизм…Что не так? Картинка не складывается…

Ник грязно выругался и еще раз дернулся, с великим трудом извлекая сам себя из лобового проема покореженного автомобиля, который стал его личной посадочной полосой после взрыва. Непослушные ноги норовили схалтурить и уронить хозяина на землю. Пришлось опуститься на корточки, а потом и вовсе сесть на горячий асфальт. Так что, черт возьми, произошло?! Парень. Базука. Выстрел. Бууум!

- Ты точно шутишь… - протянул коп, не в силах сдержать рвущийся наружу, совершенно непроизвольный, смешок.

Картинка, наконец, прояснилась. «Лыжник». С базукой. Тщательно целится в Бойда. Целится не тем концом базуки…Бум!

Малоаппетитное зрелище…О подобном исполнении такого трюка Нику доводилось слышать лишь однажды: от старого боевого товарища, полковника Джона Мэтрикса. И в рассказе последнего, базука находилась в руках женщины-стюардессы, что в принципе хоть как-то могло прояснить ситуацию. Она стрелять по инструкции училась. А этот чудик из клуба лыжных шапочек видимо и с обучением чтению-то не заморачивался…где уж там разбираться, с какой стороны должна вылететь птичк…ракета? Пришел, увидел, ужаснулся жестокости этого мира и взорвал себя с друзьями от греха подальше! Блеск, а не тактика! Вот всегда бы так…

А тем временем посреди раскуроченной стоянки Международного Аэропорта Лос-Анджелеса медленно и торжественно догорал искореженный остов давешнего фургона, ставший единым и неделимым целым с останками четверых отчаянных смельчаков, некстати решивших разыграть здесь спагетти-вестерн. Собственно, именно соус для спагетти они теперь больше всего и напоминали…                     

Где то вдали, наконец, завыли сирены. Самое время, ребятки! Ник, правда, их не слышал. Все, что он вообще сейчас слышал – жуткий, всепожирающий гул. Со зрением ситуация была уже оптимистичнее - поэтому на движение справа от себя коп худо-бедно отреагировал: своего пистолета не нашел, но за поясом малопослушные пальцы нащупали куперовскую «беретту». Мельком убедившись…чисто для успокоения души…с какого-таки конца у «беретты» должна вылетать пуля, он нацелился именно им в направлении неизвестного движения.

- Эй, ты…-  Бойду упорно казалось, что он не издает ни звука, хотя очень старается. – Ну-ка, покажись! Полиция Нью-Йорка, засранец! Ты арестован!

0

10

Говорят, что перед смертью вся твоя жизнь проносится перед глазами. Все победы, поражения, шансы и упущенные возможности. Все девушки, которых ты целовал и не только целовал. Все девушки, которых ты так и не поцеловал... Говорят, что смерть является тебе в виде старухи с косой, скелета с косой или шикарной молодой девчонки с роскошной гривой волос... и косой.

Говорят, что финальные мгновения жизни растягиваются до бесконечности. Теперь детектив департамента полиции Лос-Анджелеса Гуннар Сигурдссон знал, что это все неправда. Смерть явилась к нему в виде неопрятного мужика в лыжной маске и потертых трениках, мужика, вооруженного гранатометом. Смерть выглянула из черного, поблескивающего на солнце дула. Гуннар не стал вспоминать свою жизнь или сожалеть об упущенных возможностях, не стал материться, ругаться или застывать на месте. Напротив, он моментально принял положение лежа и попытался закопаться в расплавленный городской асфальт. Прикрыл голову руками и постарался сделаться максимально маленьким и незаметным. Бабахнуло. С неба посыпались горящие обломки. Но никакой волны жара, разъедающего кожу и сжигающую плоть.

Я что, жив? Как это возможно?

Гуннар рискнул подняться с асфальта. Да, никаких сомнений быть не могло. Он все еще был жив. В отличие от гранатометчика - на месте фургона бушевало пламя, остатки машины весело потрескивали в огне. Не понял, он что, не той стороной базуку держал? Это вообще возможно? Гуннар был слишком молод, чтобы застать Вьетнам, но он точно помнил, что ветераны в школе рассказывали, что из базуки в принципе невозможно выстрелить другой стороной, а перепутать концы не способен даже самый непроходимый идиот... Видимо, этот был совсем тупым. А может, просто базука бракованной попалась. Кто знает, где эти бандиты арсенал пополняют, вряд ли покупают у производителя по заводским ценам, скорее уж на черном рынке, у китайцев, и дай бог это не будет китайской подделкой...

Вдали завыли сирены. Гуннар поднялся и, пошатываясь, направился поближе рассмотреть остатки фургона. В ушах нещадно звенело. Детектив потряс головой, звон в ушах никуда не делся. Краем глаза Сигурдссон различил на парковке какое-то движение. Выхватив пистолет и повернувшись к источнику движения, Гуннар заметил потного и пыльного мужика в мокрой и пыльной свободной черной рубашке с "береттой" в руке.

- Эй, ты…- заорал мужик совершенно дурным голосом, хотя расстояние между ними едва ли превышало десяток метров. – Ну-ка, покажись! Полиция Нью-Йорка, засранец! Ты арестован!

Сперва Гуннару показалось, что он ослышался - все-таки, в ушах все еще звенело. Потом он подумал, что, должно быть, его все-таки тряхнуло во время взрыва. Должно быть, сотрясение мозга и потеря ориентации. Он-то свято верил, что еще в городе ангелов. Должно быть, он все-таки успел улететь в отпуск. Но разве он направлялся в Нью-Йорк? Гуннар осмотрелся по сторонам. Пейзажи определенно напоминают о доме. Как и большой рекламный щит, стоящий рядом со стоянкой и недвусмысленно говорящий "Добро пожаловать в Ла-Ла-Лэнд!"

- Знаешь, Дороти, - к Гуннару таки вернулся дар речи, - сдается мне, ты больше не в Канзасе.... - Заметив недоуменное выражение на лице стрелка, Сигурдссон поспешил добавить, ощутимо повысив голос. - Добро пожаловать в город ангелов, чудик!

Внезапно рядом завизжали тормоза, и прежде чем Гуннар или его новый приятель успели как-то среагировать, бравые сотрудники спецназа города ангелов уже паковали потенциальных террористов и нарушителей спокойствия мордой в пол. Ну, точнее, в асфальт. Ашот Лимитед. Асфальто-укладочные и другие дорожные работы. Качество на века. Мамой клянус. Привет, асфальт!

0

11

О, Боже, храни Америку… и ее копов, в первую очередь!

Этих гребаных оловянных солдатиков с белоснежной голливудской улыбкой, до блеска натертой пукалкой наперевес и синдромом супермена вместо мозгов! Ковбои доморощенные! Не больше одной мысли в набриолиненной башке за раз !  Но спасибо за них, конечно!

Жарко… Сейчас бы пивца! Прямо со льда. Не той мочи, что льют в каждой американской блевательнице по 45 центов за стакан, а настоящего… «Гиннесса». Твою же мать, сколько он уже не пробовал настоящего ирландского пива! Гребана страна!

Ладно, черт с ним! Ему здесь везет! Везет так, что можно потерпеть и без «Гиннесса». Кто-то там наверху определенно любит его! Иначе объяснить его везение никак.

МакКласки оглянулся через плечо: аэропорт, стоянка, перестрелка и пара чудаковатых копов остались уже в трех-четырех кварталах позади. Даже жаль немного, что пришлось так быстро линять. Он там чуть живот не надорвал с хохоту, когда обоих законников укатали мордами в землю их собственные коллеги. Зрелище высшего сорта! Спасибо бравому блондинчику! «Сэр, покиньте территорию! Здесь опасно, сэр!».  Капитан Америка, блин!  Эх, пивца бы…

Ладно, соберемся! Надо быть начеку – не так уж далеко он и ушел пока. И надо избавиться от чертовых браслетов! В планы его отпуска в городе ангелов они не входили никаким боком.  И деньги! Нужны долбаны деньги. Той пары мятых десяток, что нашлись в карманах у дохлого федерала, надолго точно не хватит. А МакКласки планировал тут задержаться. При хорошем раскладе, конечно.

Мимо в размеренном темпе легкой пробежки проскочили две милые пышногрудки в аппетитно обтягивающих их призывно раскачивающиеся тылы «велосипедках». Гиллрой шумно сглотнул. Америка…Страна больших возможностей! Страна больших сис…Чертова слюна! Пивца б и бабу! Кстати, у него ж есть контактик милейшей стюардессочки! Аж карман греет. Ну погоди, милашка!   

Где сзади рывком завыла сирена. Он инстинктивно дернулся и заскочил в гостеприимно распахнутые двери ближайшего супермаркета. Опасливо пристроился у витрины. Кажется, ложная тревога. Бело-черная тушка патрульной «краун-виктории» лениво проползла мимо магазинчика и скрылась за углом. За рулем истекал потом жирный боров, едва втиснувший свои телеса в форму. Гордость нации, мать его!

МакКласки успокоился, стер предательский пот со лба и огляделся. Ровные ряды стеллажей с бургерами, полуфабрикатами, туалетной бумагой и прочими радостями сытой американской жизни. Над всем этим глубокий, с легкой хрипотцой голос под медленную заунывную мелодию сообщал всем желающим о своей любви к Лос-Анджелесу из серого обшарпанного динамика, подвешенного над входом; из дальнего угла приятным бризом делился трещащий на все лады кондиционер; за потертым прилавком сидел прыщавый доходяга-очкарик, лениво перелистывающий засаленные страницы какого-то цветастого журнальчика. Периодически он натужно зевал и принимался чесать за оттопыренным ухом. Внезапно ирландцем овладело дикое желание впечатать этого придурка мордой в стойку. Просто, что бы встряхнуть. Нельзя бы таким ленивым, сопящим, вечно чешущимся дерьмом в наши дни! Таким нет места в мире просто!

Он сдержался. Не сейчас, не здесь. Им еще достанется. Он их встряхнет. Но позже. Сейчас нужно идти. Уйти как можно дальше от мест, где его будут искать копы, как только разберутся в том кавардаке, который заварил его бывший провожатый. Тот засранец из Нью-Йорка. Бойд. Так его зовут. Так напишут на его могиле, когда они в следующий раз встретятся. МакКласки не был мстительным, нет. Он просто ненавидел самодовольных копов, считающих себя крутыми…  А этот патлатый упырь и вовсе возомнил себя Брюсом Ли, не меньше! Ненадолго все это, черт возьми!

Пиво. Вот оно! Целая батарея, выстроилась как на параде. «Миллер». Что вообще американцы могут знать о приготовлении пива?! Но вот оно. Холодное. По банкам еще стекают капли испарины. В горле нетерпеливо заклокотало. Желудок сжался в мольбе. А хрен с ним! За ту удачу, что выпала на его нелегкую долю, не грех и выпить!

Он жадно схватил с полки холодильника две банки, чуть не забыв про проклятые наручники. Пиджак свалился на пол. Чертыхнувшись, Гил наклонился и вернул его на место. Огляделся. Магазин был все так же пуст, а очкарик продолжал пялиться в свой долбанный журнал. Все нормально. Но внимание ему не нужно. Путем хитрых манипуляций с неудобно сцепленными руками, он откопал в кармане одну из десятибаксовых купюр федерала и, пройдя к прилавку, швырнул ее перед хануриком, рядом с банкой «Миллера». Доходяга едва заметно дернулся от неожиданности и медленно, тонкой и потной ручонкой поправил свои объемистые окуляры. Вблизи он был похож на переросшую муху. МакКласки показалось, что в нос ударил острый запах дерьма.

- Здравствуйте, сэр! – срывающимся голосом неоперившегося подростка протянул очкарик, опустив взгляд на скрывающий наручники пиджак. – С Вас...эээ....доллар двадцать пять. Мм…еще что-нибудь?

Так точно, идиот! Разбить твою поганую, прыщавую рожу! Потом опустошить кассу, разгромить чертов магазинчик и с удовольствием помочиться на руинах. Устраивает, козел?

- Сдачу считай! – Держаться. Только держаться.

Парня угрожающий тон внушительных размеров ирландца явно насторожил. Он начал двигаться не в пример быстрее. Кассу открыл, с опаской косясь на посетителя. Отсчитал положенное, положил на прилавок и отдернулся тщедушные ручонки, так будто деньги грозили оттяпать ему пальца. МакКласки сгреб монеты и банкноты, не отрывая выразительного взгляда с уже основательно съежившегося ханурика. Тому и в голову не приходило больше смотреть на пиджак. Парень беззвучно молился. Гил медленно, смакуя момент, подвинул к себе банку с пивом и громко цыкнул. Ханурик вздрогнул и, кажется, пискнул.

- Спасибо! – бросил МакКласки, отворачиваясь к выходу.

Сегодня тебе, придурок, очень и очень повезло. Так и знай! Прямо-таки второй раз родился ты! Но, возможно ненадолго… Гил шумно хлебнул из банки. На вкус, как ослиная моча… Так же далеко от настоящего пива, как     
он сам сейчас от родного Корка. Но хоть холодное. И на том спасибо.

На улице было все так же жарко, все так же людно и все так же опасно для него. Он влился в людской поток, бесконечной змеей тянущийся  на восток по бульвару Сенчури. С пивцом жизнь стала еще чуть светлее. Он даже поневоле стал улыбаться. Америка – заразная страна!

Лимузин появился, когда он дотопал, если верить указателям,  до перекрестка с Фигероа. Поравнявшись с ним в потоке и без того неспешно продвигающихся машин, длинный черный «крокодил» совсем сбросил скорость и, слегка обогнав ирландца, пристал к обочине. Задняя дверь призывно открылась. Никто не вышел. Гил огляделся. Почему то он не сомневался, что это приглашение лично для него, но тем не менее…Других желающих заскочить в салон и отправиться на встречу удаче не нашлось. МакКласки хищно ухмыльнулся. Ну ладно! Поиграем, мать твою.

Несколько шагов вперед и острожный взгляд в салон. Ну так, кто у нас тут? На широком и явно удобном заднем сидении расположился всего один человек. Лысоватый брюнет в темном костюме без галстука. Высокий, худой,  но сбит крепко. Словно из дуба точен. В нем не чувствовалось ни капли грузности или неуклюжести. Даже на расстоянии Гил почувствовал, что перед ним постоянно натянутая пружина. И взгляд. Холодный. Голодный. Змеиный. Словно оценивает ситуацию перед смертельным броском. Справа на поясе в едва заметной кобуре никак обретается пушка. Серьезный тип. Но и не таких мы видали!

-Здрасссте! – прохрипел ирландец, не торопясь оказываться в салоне. – Ждете что ль кого-то?

На лице пассажира лимузина не дернулся ни один мускул. Несколько мгновений он неподвижно всматривался в лицо террориста. Натуральная змея, черт его подери. Затем соизволил таки заговорить, все так же сохраняя полную неподвижность, отчего создавалось впечатление, будто рот живет вполне себе отдельной жизнью.

- Садитесь, мистер МакКласки. Не хотелось бы, что бы кто-то Вас узнал. – голос низкий и холодный, как внутренности морозилки. Прям под стать застывшей роже.

- Ух ты! Да ладно! Такая тачанка и вся для меня? С*ань господня! – Гил сделал показательно долгий глоток пива, еще более показательно рыгнул и отправил банку в полет в сторону стенки ближайшего здания и, издав обычный смешок, нырнул-таки в машину. – Куда попрем? Сразу к президенту? Или с остановкой в спальне первой леди?

Убедившись, что ирландец закрыл за собой дверь, «пассажир» едва заметно кивнул водителю и лимузин тронулся с места. Затем отмороженный хмырь уставился своим стеклянным зраком в окно, будто Гиллроя тут и не было. Ох, надрать бы тебе зад! Посмотреть, как ты будешь играть терминатора с вывороченной челюстью. Но это может и подождать...

- А ты, трындец просто, какой разговорчивый! – пусть не думает, будто произвел впечатление. Небось наркоман хренов. Или на анаболиках.Но даже если так…опасная мразь. И это надо учесть.  – Курево-то у тебя есть? И ключи от браслетиков откопай!

Лимузин проехал под шоссе Харбор и, миновав несколько кварталов, свернул на север, на Станфорд-авеню.

Отредактировано Гиллрой МакКласки (2017-03-09 13:10:30)

0

12

Четыре часа и несколько унизительных процедур спустя
Полицейский участок № 134 ЛАПД
3 этаж. Кабинет капитана Ван Дер Бирка

- О, что за день! – капитан полиции Лос-Анджелеса Гаррет У. Ван Дер Бирк восседал за внушительных размеров столом, выполненным в единственном экземпляре, на заказ, одним из самых именитых столяров Бостона из невероятно редкой породы остролистного рыжего дуба, импортированного напрямую из заповедных лесов Канады, по специальному разрешению ген.консульства США в Оттаве, и преподнесенному в дар хозяину кабинета за «…честь, верность долгу и Отечеству».  Во всяком случае, именно так говорилось в информационной табличке, разместившейся на внешней, обращенной к посетителям, стенке этого шедевра работы по дереву.

Сам же капитан Ван Дер Бирк был, с любой точки зрения, куда внушительнее любого предмета мебели в природе. Ростом под два метра, коренастый, сбитый поплотнее вышеупомянутого стола, негр, обладающий идеально выбритым черепом, медленно и обстоятельно обводил помещение тяжелым и удивительно бесстрастным взглядом красноватых, слегка навыкате, глаз. Его голос более походил на приближающиеся раскаты грома. А ведь он пока сказал  всего три слова… Если бы в недавнего «Терминатора» не взяли того перекаченного австрияка с непроизносимой фамилией, Бойд настоятельно рекомендовал бы капитану попытать счастья в империи грез. Благо, она тут практически через дорогу.

- Что за день… - монотонно повторил тем временем «терминатор», поочередно переводя взгляд с одного гостя на другого.

Да, помимо, заезжего детектива Ника Бойда, здесь так же присутствовал давешний блондинчик, который при ближайшем рассмотрении оказался сотрудником именно этого управления с именем, не сильно привлекательнее, чем у треклятого австрийца. Жаль только, что территория аэропорта попадала под юрисдикцию бравых ребят из 147-го участка. Этот маленький факт стоил обоим нескольких, не слишком приятных часов, проведенных, явно не по ту сторону решетки, в отделении полиции, где Бойда знать не знали, а местного – старательно делали вид, что не знали. Видимо, такое отношение было обусловлено некими прошлыми достижениями мальчика с обложки, о которых Ника никто информировать не собирался.  А ему почему-то совершенно не хотелось спрашивать. Да и некогда: где-то там все еще бродил МакКласки, а драгоценного времени итак упущено более, чем достаточно! Но вот капитан Ван Дер Бирк за свою внушительную карьеру, видимо, к спешке не привык…

- Значит, так. Перестрелка в общественном месте, мертвый федеральный маршал, сбежавший террорист, - произнося слова медленно и торжественно, будто смакуя каждое слово, он принялся загибать пальцы. – … с десяток расстрелянных автомобилей, являющихся частной собственностью, пара трупов черных для полуденных новостей, сопротивление при аресте…и это я еще не добрался до зрелищного взрыва. Вы громко заявили о себе, мистер…мм…Бойд. – тяжелый, как свинцовый гроб, взгляд остановился на ньюйоркце. – У нас тут, конечно, Голливуд, но это даже для нас крутовато. Что же будет дальше?

- Капитан, сэр, – начал Бойд самым нейтрально-официальным тоном, на который только был способен, после трех часов в КПЗ. – С Вашего позволения, пока мы тут чешем…

- Вы ведь в Наме были, не так ли? – если Ван Дер Бирк и слышал Ника, то совершенно ничем себя не выдал. – Наверное, не навоевались? Только во вкус вошли , а война уже кончилась… А тут такой шанс.

Бойд обреченно скрипнул зубами. Форменный киборг! Со страстью к философии. Он покосился на собрата по несчастью, но тот был всецело поглощен изучением пейзажа за окном. Видимо к длинным вступлениям своего капитана привычен - вовремя умеет включить спасительную нейтралку и потупить в окошко. Да уж, с такой поддержкой, здесь можно и состариться…

-  Наверное, думаете, что вам будут в пояс кланяться. Приехал большой хороший коп и всех спас? Так думаете? – Капитан сыпал однотонными риторическими вопросами со скоростью хорошего «Гатлинга» и обойма упорно не желала заканчиваться.  – Знаете, у нас тут свои такие есть! С синдромами спасителя, волка-одиночки и прочими заморочками. Вот Гуннарсон, например. – убийственный взгляд медленно переместился на блондина. – Который в отпуске. Даже удивительно, что вы умудрились встретиться… Потрясающее совпадение.  Карма, наверное. Все занозы в одну задницу…в мою!

Будто желая лишний раз подтвердить истинность его выводов, карма немедленно выслала гонца в виде запыхавшегося патрульного, аккуратно протиснувшегося в кабинет. Томатно-алый цвет лица и напрочь сбившееся дыхание совершенно определенно говорили о самой крайней степени волнения, щедро приправленного некоторым конфузом от собственной вынужденной наглости. Переминаясь с ноги на ногу и тщетно стараясь восстановить контроль над легкими, патрульный, еще больше сникший под молчаливыми взглядами присутствующих, приступил-таки к докладу:

- П-п-п-простите-е, с-э-э-э-р! – вдохи-выдохи упорно не желали покоряться полицейскому. – Я не-е-е хо-о-отел Вас отрывать, н-н-н-оо…

Лицо капитана Ван Дер Бирка выражало сейчас огромный спектр эмоций, если есть какой либо спектр между каменным спокойствием и убийственным безразличием. Проще говоря – он застыл.

- Там опять звонит тот полковник из военной полиции! Линч, сэр! – что то, скрытое глубоко в недрах глазных яблок начальника, заставило патрульного волевым усилием восстановить над собой контроль и теперь он выдавал информацию четко и быстро. – Говорит, что этих его беглецов видели в городе. Ну…тех… - он замялся, стараясь припомнить совершенно идиотское название банды. – «Отряд X»…или «батальон Е»… «Бригада Ух»…короче, те бегуны из Вьетнама со здоровым негром, насчет которых он звонил два месяца назад!

Белки глаз капитана покраснели еще немного. Наверное, в душе он сейчас очень зол – заключил для себя Ник. Но по голосу определенных выводов сделать было нельзя:

- Офицер , прошу Вас, пошлите Линча к дьяволу от моего имени. – таким же тоном он мог заказывать пиццу. – Напомните ему, что по его прошлой наводке мы притащили в участок психа-ветерана из госпиталя и допрашивали его в течение трех часов, после чего он оставил заявление о пропаже своей собаки. Нашим детективам понадобился месяц, что бы доказать, что собаки у него никогда не было, а дело открыто до сих пор. Я начинаю думать, что у Линча тоже проблемы с головой, а не с алфавитным эскадроном. Без четких улик мы больше не почешемся даже.

Патрульный, слегка съежившись в предвкушении не слишком приятного разговора с полковником ВС США, окинул кабинет затравленным взглядом, будто ища добровольца, который принял бы на себя эту ношу. Таковых, как ни странно, не обнаружилось, и холодное уныние запустило свои длинные руки в его молодую еще душу.   

-Вы свободны, офицер! - любезно напомнил капитан.

-….да,сэр… - угрюмо буркнул офицер и понуро удалился.

Все присутствующие проводили его взглядами, наполненными разной степенью сочувствия.

- Так о чем я? Ах, да. Моя задница вся в занозах. И Вы двое – самые крупные из них!

Отредактировано Ник Бойд (2017-03-27 11:00:16)

0

13

- Прошу прощения, сэр, - Сигурдссон, казалось, только сейчас заметил, где находится, отвлекся от пристального изучения заоконного пейзажа и уделил внимание начальству, - если в вашей заднице и остались занозы, то вините в них свою дражайшую, сделанную на заказ мебель. Хотя я даже представить не могу, как бы в ней сохранились хоть какие-то шероховатости после того, как вы столько полировали ее своей огромной задницей!

Вы лучше меня знаете, что полицейское управление Лос-Анджелеса почти на половину состоит из невменяемых маньков, и я далеко не худший из них. Вспомните хотя бы этих двух психов из участка капитана Мерфи. Ну, тех двух, что разгромили ночной клуб в центре, устроили стрельбу в центре города и еще драку на хайвее. А есть еще детектив Фред Хантер, Кэллахан из одиннадцатого, да господи, мне кажется что все копы в Лос-Анджелесе были замешаны в том или ином нарушении порядка.

Но объясните мне, босс, какого черта вы к нам прицепились? Можно подумать, это мы устроили перестрелку и притащились на паровку с УЗИ и базуками? Я вообще в отпуске быть должен. Что мне  делать, а, шеф?   Позволить этому залетному бойскауту спасти мой город в одиночку? Ждать пока спортсмены всех ниггеров перестреляют? Может, кофе им принести или отсосать? Не знаю как этот бойскаут, а я лично делал свою работу по защите и охране граждан этого благословенного города! И да, даже эти сраные ниггеры заслуживают защиту, поскольку они точно такие же граждане, как и мы! И не моя вина, что эти спортсмены решили свести с ними счеты ровно в тот момент, когда я пил кофе по соседству, вот уж, заразы, удружили, но если бы не я - жертв было бы больше, а вам, шеф, пришлось бы объясняться перед руководством и репортерами, как вы допустили такую резню...

- Ну не мне, а Уильямсону из 147-го, - плотоядно осклабился шеф, кажется, проигнорировавший большую часть речи Сигурдссона ровно с тем же мастерством, с каким Гуннар перед этим игнорировал начальство, - я бы вообще не имел никакого отношения к этому, если бы не твоя бравада. Кофе пил, в отпуск собирался, ну и ехал бы себе в отпуск, чего ты в пекло полез.. А теперь на нас еще этот бомбист свалился, и все из-за тебя...

- А я-то тут причем? - Удивился Гуннар - он же от этого бойскаута убежал, - Сигурдссон указал на Бойда, - он должен был его сопровождать и охранять, а не увлеченно бандитов расстреливать, здесь не тир.

- А кто его отпустил? - Ехидно поинтересовался Бойд, - да еще расшаркиваясь, сэр, пожалуйста, покиньте район, здесь опасно. В жопу его не забыл поцеловать?

- А откуда мне было знать, что он преступник в розыске? - Вспылил Гуннар, - на нем что, написано было? Он был в тюремной робе? Мне у него документы спросить надо было? Так некогда было, стреляли по нам!

0

14

- Нет, Блондинчик, он всего лишь был в наручниках. -  мягко напомнил Бойд, – Ни робы, ни  транспаранта, ни карточки профсоюза террористов. Безусловно, у тебя не было и полшанса.

Несмотря на ярую приверженность восточным методам сохранения душевного равновесия, Ник все четче осознавал, что закипает со скоростью не самого паршивого электрического чайника. Чуть больше 4х часов с самолета, а он уже побывал в драке, в перестрелке, в тюремном изоляторе, в комнате для допросов и, вот теперь, в кабине Большого Начальника. Впечатлений хватит на пару десятков лет вперед. Так еще и эта показательная разборка…

- Все выглядело, как бандитские разборки. Твой жирдяй там не выглядел целью номер один! – местный кипел не менее интенсивно. – А вот какого хрена ты бросил зека и полез в драку не на своей территории? А, Рэмбо?!

- Потому что сначала на моих глазах положили федерала, а потом напали на меня самого!

- Уверен, их было не меньше десятка, раз ты провозился столько, что этот ирландский боров сумел сбежать из твоих цепких лапок!

- Прямиком в твои нежные объятия!

- Ааа, так дело в этом? Завидуешь?! Тебя прям здесь обнять, что б не плакалось?

- В зад меня лучше поцелуй, Златовласка!

- Вино и свечи вперед, милашка!

- Сдается мне, твои таланты того не стоят!

- Ну, у тебя-то явно опыт солидный!

- О, теперь ты завидуешь? Поделиться опытом-то?

- Боюсь, что ты заодно можешь поделиться солидным венерическим букетом, профи!!

- Не думаю, что в твой гербарий можно привнести что-то новое!!

- А не пош…

- А сам не пош…

-  ХВАТИТ!!

Капитан Ван Дер Бирк взорвался не хуже ядерной боеголовки. Детективы синхронно вздрогнули и заткнулись. В помещении повисла гнетущая тишина. Стало слышно, как тикают старые часы на дальней стенке, как перешептываются патрульные, с самого начала выволочки подслушивающие под дверью и даже, как показалось Бойду, как дышит золотая рыбка в небольшом аквариуме на полке позади легендарного стола. Наконец, капитан шумно выдохнул.

- Свою личную жизнь, девочки, вы сможете устроить позже. А сейчас надо решить, как колдовать над этим делом. – Он медленно поднялся из-за стола и вытянулся во все два метра. – Свидетелей вы не оставили, задержанных взорвали с уликами вместе. Словом, сработали прекрасно.

- Вообще-то, один задержанный у нас был. -  снова влез Бойд. – Аккуратно уложенный и в бессознательном состоянии. Но так как ваши коллеги с завидным упорством паковали нас двоих – им было не до осмотра стоянки.

- А вы бы вели себя подобающе! И не пришлось бы… «паковать» вас так долго. – Ван Дер Бирк остановился у окна, спиной к гостям, и погрузился в созерцание подведомственного ему пейзажа. – Ладно, дерьмо уже смешалось. Я хочу знать…

Что именно хочет узнать капитан, детективы так и не услышали, т.к. его размеренная речь была прервана неожиданным вторжением. Не озаботив себя правилами приличия, в кабинет без стука влетел невысокого роста мужчина лет 50, в строгой серой «тройке», с не слишком приятным личиком, которое венчали узкие поросячьи глазки, хитро шарящие по всему и всем вокруг, будто ища во что бы вцепиться.

- Капитан Ван Дер Бирк! Какого черта мне не сообщили сразу же, как все произошло?! – голос у него был низкий и хриплый. – Почему я должен искать действующих лиц по всем участкам? – метающийся вгляд, наконец, зацепился за Сигурдссона и Бойда. - Это они – герои дня? Боже, это снова ты, Сигурдссон?! Я же велел вам избавиться от него, хоть на время, Гаррет! А это кто?!

Капитан молча повернулся и, двигаясь подчеркнуто медленно, прошествовал назад к своему креслу, будто ожидая, когда прервется поток вопросов. Бойд, как и его новый товарищ по несчастью, предпочел сохранять молчание, отметив про себя, что сидячих мест в кабинете на вновьприбывшего явно не хватает. Капитан сел, будто подчеркивая это обстоятельство.

- Детектив Ник Бойд, полиция Нью-Йорка. Окружной прокурор ЛА Эрл Форрестер. Будьте знакомы. – еще более монотонно, чем раньше, процедил он.

- Бойд? Так это вы везли нам МакКласки?! – прокурор хищно оскалился. – Ну, спасибо огромное! Ну, удружили нам под самые выборы. Я тут, видишь ли, каждый день распинаюсь перед этой армией писак: о растущих показателях раскрываемости, о прекрасной работе полиции и безопасных улицах…и вот на тебе! Третья мировая прямо на парковке! Прелестно!

Сделав два широких круга по кабинету, которые сопровождались бешеной жестикуляцией, Форрестер, наконец, приземлился на угол капитанского стола. От этого зрелища у Ван Дер Бирка предательски забилась жилка на правом виске, больше напоминающая покрашенный в мазуте стальной канат. Более он ничем не выдавал своего отношения к ситуации. Все молчали.

- Я напряг все возможные связи, что бы суд над МакКласки прошел в ЛА, т.к. все еще помнят эти жуткие взрывы. И я был уверен, что коллеги с другого побережья смогут обеспечить транспортировку одного…од-но-го заключенного!! – он нагнулся к сидящим и теперь детективы могли наблюдать его блестящую от пота физиономию во всех подробностях. От окружного прокурора нещадно тянуло дорогим табаком вперемешку с сильными мятными конфетами. – Это так вы там работаете, у себя в Нью-Йорке?

Вконец уставший от этого бессмысленного словоблудия, Ник настроился было привычно промолчать, как вдруг почувствовал мощный укол, где то чуть южнее подсознания.

- Где были ваши ребята, мистер Форрестер? – вопрос явно стал неожиданностью для всех присутствующих. Капитан начал упорнее сверлить гостя взглядом, а Сигурдссон, напротив, вскинув бровь устремил взгляд на прокурора.

А тот явно не привык, что бы кто-то прерывал его пылкие речи и, тем более, влезал со своими вопросами. Снова на мгновение повисла неловкая пауза. Бойд взгляда не отвел и Форрестер был вынужден нарочито прокашляться, что бы скрасить этот момент.

-Что значит где?! – возвращая себе самообладание, парировал прокурор. – Спецгруппа встречала вас с заключенным у аэропорта.

- Маршал Купер был уверен, что они ждали нас на парковке. – Бойд говорил медленно и нарочно негромко, вынуждая собеседника ловить каждое слово. – Их там не было.

- Насколько мне известно, в инструкциях, которые были высланы в Службу Федеральных Маршалов, не было ничего про парковку. Вас должны были встретить у выхода из терминала. Но вы, кажется, предпочли не ждать! – Эрл с опозданием ринулся обратно в атаку. – У нас, знаете ли осечек не бывает...

- У терминала никого не было. – упрямо прогнул свое нью-йорский коп. – Инструкции Купера предписывали ему двигаться на стоянку.

- В этом мы обязательно разберемся, детектив Бойд. Со всем тщанием. – с нажимом, чеканя слова, заверил прокурор. – Но мне кажется - ваших промахов это никак не оправдывает.

- Естественно разберемся. – с легкой  полу-улыбкой заключил Ник, откидываясь обратно в кресло. Сейчас крыть было больше нечем. Бито. Пока.

- Сейчас, куда важнее решить, как мы поймаем Гиллроя МакКласки, пока он не сбежал из моего города или, того хуже, не занялся любимым делом. – показывая, что предыдущая тема исчерпана, прокурор повернулся к капитану. – План-перехват я уже запустил, но, думается мне, что он заляжет на дно… А значит надо протрясти все места, где он может это сделать!

- Я бы повнимательнее рассмотрел эту перестрелку. – включился капитан. – Не исключено, что она не так случайна, как кажется.

- Что там рассматривать, Гаррет? - Форрестер извлек из внутреннего кармана девственно белый платок и промокнул им лысую часть головы. - В той каше днем с огнем не разберешься, кто, в кого и за что стрелял!

- Кхм-кхм.

0

15

- Кхм-кхм, - снова прокашлялся Гуннарсон.

Прокурор и капитан вопросительно уставились на Гуннарсона.

- Вы что-то хотели сказать, детектив, или просто в горле першит? Не заболели? - Елейным голоском поинтересовался Форрестер, ради такого случая даже перейдя на "вы".

- Ничего такого, сэр, - Сигурдссон ослепительно улыбнулся, продемонстрировав все свои ровные, идеальные и белоснежные тридцать два зуба, - просто пока все занимались стрельбой, а этот Рэмбо изображал Брюса Ли, я успел заметить, как один из бандитов убегал куда глаза глядят.

- Ой, Сигурдссон, ты погляди, - осклабился Форрестер, - а ты сегодня просто профи в вопросах упускания опасных преступников.

- Ну, он явно был не столь опасен, как другие собравшиеся гопники, так что я решил не мешать его побегу. Трудно охотиться за безоружным безвредным нариком, когда по тебе шмаляют из автоматов. Тем более, я его все равно знаю, так что при необходимости найти его не составит труда.

- Сигурдссон, ты что же, опознал его, - капитан от нетерпения даже подался вперед, упершись кулаками в стол. Проклятая древесина даже не заскрипела, приняв на себя такой вес.

- Ну да. Он из негритянской банды "Капюшонов". Проходил у меня по совместному делу с отделом нравов. Специализируются на мелких поставках травки, мета, колес и списанных стволов. Завсегдатаи черного рынка. В больших делах не участвуют, особого внимания не привлекали, но у нравов есть на них досье. Можно звякнуть в архив и выяснить, где у них там берлога, съездить туда и узнать, кому это они так удачно дорогу перешли.

Капитан хотел что-то сказать, но прежде чем Ван дер Брик успел сказать хоть слово, в разговор встрял Форрестер.

- Так, ну-ка притормози. Прежде чем принимать какие-либо решения, нужно обсудить пару моментов. Первое: детектив Бойд. Незадолго до моего визита сюда со мной связались влиятельные люди из Нью-Йорка, которые, видимо не без вмешательства вашего прямого руководства....попросили меня принять вашу помощь в этом расследовании. Говоря проще - дома вас видеть не хотят! Но и здесь я вам больше накосячить не дам! Поэтому с нынешнего момента вас поселят в конспиративный отель, где вы будете сидеть и ждать звонка о том, что мы поймали бомбиста и вы можете спокойно вернуться домой! Ясненько? Ясненько! А теперь, будьте любезны - обождите в коридоре!! Да-да! Дверь с той стороны прикройте, пожалуйста!

К всеобщему удивлению, нью-йоркский коп молча встал и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

- Фух, а я-то думал, он сейчас спорить начнет, - улыбнулся Гуннар, вытирая пот со лба, - отлично, об этом забыли. Так вот, капюшоны...

- Я еще не закончил. Второе. Сигурдссон, ты все еще отстранен. Спасибо за идею. А теперь пошел вон.

Сигурдссон так удивился, что на время потерял дар речи... Вопросительно посмотрел на капитана. Тот, кажется, тоже был удивлен подобным развитием сюжета.

- Но Эрл, - попробовал было возразить Ван дер Брик, - это же один из моих лучших...

- И слышать ничего не хочу, Гаррет. Сигурдссон, пошел вон.

Гуннар открыл было рот, задумался, закрыл рот, и молча вышел из кабинета. Плотно закрыл за собой дверь. Огляделся. Нью-йоркского выскочки нигде не было видно. Вообще никого в поле зрения. Даже секретарша куда-то делась. Отлично. Детектив подскочил к столу и по памяти набрал номер архива отдела нравов.

- Говорит детектив Сигурдссон, номер значка 1247. Мне нужна информация о банде "Капюшонов".

- Простите, как вы еще раз сказали? Сигурдссон?

- Да, номер значка...

- Детектив, в отличие от вас я еще не оглохла. И не отупела и не потеряла память. А вы или клоун, или впали в маразм, что в любом случае крайне плохо для вашей работы, детектив Си.. гурдссон...

- Мэм, вы чего? - Опешил Гуннар.

- Вы совсем идиот, детектив? Вы звонили мне с тем же запросом пять минут назад!

- Чертов Рэмбо, что б тебя, - выругался Сигурдссон.

0

16

Живописная прогулка на лимузине завершилась в районе портовых складов. Видал он места и по-симпатичнее! И сейчас было бы недурно - заехать в занюханный мотельчик и устроить скачки с какой-нибудь дешевой и сговорчивой шлюшкой. Но, как говорится, кто слюнявит зелень, тот и выбирает песенку. Черт с ними! Все это он готов стерпеть, но вот проклятая жара его доконает! Только покинув прохладное, благодаря современным системам кондиционирования, нутро черного «крокодила», он уже утонул в вязком болоте разогретого воздуха. Да еще и проклятые браслеты натирают по-черному! А вот отмороженному хрену в «Армани», кажется, все по боку. Морда застывшая, рыбьи глаза смотрят прямо перед собой…Да, мать его, он, кажется, и не моргает вовсе! Хрен моржовый!

Вдвоем они прошли к одному из вереницы однотипных ангаров. Гиллрой пол привычке воровато оглядел окрестности. Вдруг копы уже тут? Никогда не знаешь ведь. Мало ли, какие гарантии дают эти болванчики! Но вроде и правда тихо и спокойно. Даже прибой слышно. Не так как в родном Корке.. Здесь все не так. Отвратное место! Но здесь крутятся большие бабки…и возможности!

- Прошу. -  «Армани» отворил почти неприметную дверь и кивнул башкой, приглашая в темные недра склада.

- После тебя, браток! – не настолько он тут всем доверяет. – Я, знаешь ли не спешу!

На сотую долю секунды могло показаться, что где то в глубине глаз снежной королевы промелькнула усмешка. А могло и не показаться. Помедлив мгновение, он плавно нырнул в темноту. В натуре, змея! МакКласки смачно сплюнул и прошел-таки следом.

Внутри было прохладнее. Даже приятно. Гилл сделал два шага от двери и остановился, все еще находясь на узкой полоске света.

- Экономите, что ли? Свечку б запалил.

Откуда-то раздался щелчок, высоко над потолком разом зажглась целая магистраль ламп дневного освещения. Долбанные театралы! Кого-ж они тут обычно приветствуют? Это кого-то вообще трогает? Не его точно!

- Миленько. – Гилл закрыл за собой дверь. - Ты сюда бабу свою водишь?

«Армани» молча шел к штабелям ящиков, сложенных в центре помещения. За ними в линию выстроились несколько рабочих столов, с закрепленными на них тисками и станками для заточки металлических деталей. За несколькими сидели люди. Всего человек семь. МакКласки довольно оскалился.  Почти как дома!

Змей замер у одного из ящиков. Тут же подскочил один из местных и угодливо откинул крышку. Этого истукана здесь чтут. Видимо, не зря. Гилл бросил взгляд внутрь контейнера.

Мать твою за ногу, какая ж красотища!!

Прямо Рождество в июле!

Позабыв про наручники и прочие неприятности, здоровый ирландец с искренней любовью рассматривал ровные ряды одинаковых брикетов.  С-4. Военного образца. Хренова туча. Где то за грудиной родилось знакомое ощущение искреннего ликования. Он любил свое дело. А тут, кажется, было все для этого. Один за другим, ящики со стандартными армейскими номерами на бортах, лишались крышек, обнажая все новые и новые поводы для восторга. Разноцветные змейки проводов, рассыпь разномастных часовых механизмов, армии плавких предохранителей, пластиковые параллелепипеды аккумуляторов… Все что нужно для веселой ирландской вечеринки! От удовольствия, бомбист даже пустил слюну.

- Ну, ребятки… Вы подготовились, черт вас дери! – выразил он свое одобрение, пока расторопный местный с помощью отмычки избавлял его от задолбавших наручников. – Со вкусом у вас все как надо! Эх, мать вашу!

Никто его не поддержал. Тупицы. Ну ничего, увидят, как он на всем этом сыграет. Еще расплачутся. МакКласки потер руки. Все поплачут скоро.

- Здесь все, что Вам необходимо? – осведомилась «ледышка».

- О да, с таким дерьмом можно работать! – Гилл подбросил в руке брикет взрывчатки. – Ууу-ххууу! Немного ласки и эти крошки отправят Дороти обратно в Канзас! На пару с Голливудом!!

Змей и глазом не повел.

- Все должно быть сделано в срок. В случае провала…

-Знаешь, что, вымерзень! Мне платят за работу… - природная раздражительность прорвалась наружу. - …а не за то, что бы я тут перед тобой джиги плясал, понял? Так что засунь всю свою дешевую х*рню себе поглубже в ж*пу! Или я это сам с тобой проделаю! Врубился?

Обычно такая речь, да еще и с приправой в виде брызжущей вокруг слюны производила впечатление. Не в этот раз. Собеседник и не дернулся, продолжая сверлить ирландца своим лишенным эмоций взором. Как пить дать, тут препаратами пахнет. Чертов торчок.  Гилл выдержал несколько секунд «гляделок», потом осознал тщетность затеи и вновь вернулся к детонаторам. Те были куда симпатичнее. И требовали внимания и ласки. Чертова слюна!!

- Я вернусь позже. – произнес бесцветный голос за его спиной.

- Пивца захвати! Холодненького!

«Армани» замер и медленно обернулся.

- Что захватить?

- Пивца? Че не так? По-английски не балакаешь?

Случилось невозможное. Снеговик хмыкнул. Издал эмоциональный звук. Прямо взрыв эмоций. Хмыкнул, отвернулся и удалился. Выродок!

- Да ну и хрен с тобой! – громко выкрикнул ирландец и повернулся к работавшим за столами людям. – Так, ребята…Ну давайте знакомиться! Начнем с того, у кого есть курево!

0

17

Ни значка. Ни пистолета. Ни карты Лос-Анджелеса. Только уязвленная гордость, около четверти века обучения восточным единоборствам и короткий адрес на углу щедро залитой кофе страницы, выдранной из полицейского еженедельника. Ник усмехнулся сам себе: везение на грани фантастики. Ну чем не сюжет для дешевого голливудского боевичка про копов? И ходить далеко не надо! Все ведущие студии – буквально на соседней улице…Блеск!

- Эй, приятель! Да-да, ты!

Вернувшись из темных глубин собственных рассуждений, Бойд рассмотрел низкорослого, удивительно круглоголового азиата в клетчатой шоферской кепочке, что активно семенил в его направлении.

- Ничего не говори, приятель! Ты выглядишь точно как человек, которому именно сейчас необходимо такси! – он остановился в двух шагах от собеседника и заговорчески подмигнул. – Уверен, эти бессовестные черти обошлись с тобой не слишком-то вежливо! – Он кивнул на здание полицейского участка за спиной Бойда для пущей ясности. – Но, вот что я тебе скажу: не стоит терять веру в Город Ангелов, пока не прокатишься в Невероятном Такси Доброго Старины Стэна!

Ник вопросительно задрал бровь. Стэн утвердительно склонил голову.

- Добрый Старина Стэн! Да! Это я!

- Таксист? – усмехнулся коп.

- Нет, что ты! Я тебя дурачу! Я - мэр Лос-Анджелеса, собственной персоной. Так вышло! – он приветственно приподнял кепку. - Сейчас буду вручать тебе ключ от города! Конечно я таксист! Ты уже определился, что ты хочешь посмотреть, кроме этой помойки? – создавалось впечатления, будто полицейский участок – не самое любимое место этого забавного коротышки.

Бойд скосил глаза на зажатую в кулаке записку с адресом.

- Есть задумка.

- Вот, что я люблю в людях – наличие плана! Так, почему мы еще стоим? Вперед! Малышка вон там!

И, довольно хлопнув в ладоши, Добрый Старина Стэн резво помчался куда-то за угол, напевая себе под нос бойкую мелодию.

- Лос-Анджелес…- сокрушенно пробормотал Бойд, покорно отправляясь следом.

«Малышка» оказалась классическим «Чеккером» из тех, что правили бал на таксо-сцене Нью-Йорка с 60-х и окончательно перестали выпускаться лишь пару-тройку лет назад. Безошибочно узнаваемый дизайн, подкупающий аккуратной простотой линий, внушительные габариты, грубые алюминиевые бампера… Этот кусочек родной земли был начищен едва ли не до зеркального блеска, приветливо сверкал хромированными дисками и любовно отполированной решеткой радиатора.  На мгновение Бойд замер в немом восхищении. Машина была прекрасна…а, здесь на чужой земле, она явилась настоящим глотком свежего воздуха для утомленных местной жарой легких.

- Нравится, а? – Не скрывая искренней гордости, Старина Стэн деловито протер цветастым носовым платком зеркало водителя. – Настоящая красотка! Моя искренняя гордость и радость! Моя кормилица и любовь всей жизни!

- Само великолепие! – признал Ник. – Ты явно заботливый хозяин.

- Она меня содержит, я ее лелею! У нас идеальный брак, приятель! Она всегда со мной, во всем меня поддерживает и никогда не пилит за бутылочку-другую пивка апосля работки, ха! Разве я не везунчик?

- Не поспоришь. Ну, она ж на ходу, Стэн?

- Ах, ты ж, заболтался! На ходу – это еще слабо сказано! Она мчит, как ветер, урчит, как котенок и укачивает нежнее родной мамули. Залетай, приятель!

Стэн распахнул заднюю дверь, пропуская Бойда на широкий и мягкий диван, что служил этой модели задним сидением. Убедившись, что все конечности пассажира находятся на территории салона, а люки задраены, таксист резво запрыгнул за баранку и рванул ключ зажигания. Мягко вздрогнув, «Чеккер» с пол-оборота завелся и, подмигнув окружающим рыжим сигналом поворотника, отчалил от тротуара.

- Итак, приятель! Выкладывай свои замыслы Старине Стену! Что у тебя на уме? Голливудские холмы? Аллея Славы? Родео Драйв? Чего желает твоя душа?

Дождавшись пока этот прилив словоохотливости несколько поутихнет, Ник протянул шоферу свой уголок страницы.

- Знаешь где это, Старина?

- Знаю ли я? Мое второе имя, приятель, что б ты знал: Стэн-который-знает-все! Нет в этом городишке закоулка, который бы не отпечатался в этой прекрасной круглой голове! И я, клянусь… - он, наконец, взял листок и прочел название улицы. - …ты чё, сбрендил?!!!

Протяжно взвизгнув тормозами, такси замерло на месте. Благо, в общий поток лос-анджелесского трафика, они вклиниться еще не успели. Бойд опасливо оглянулся назад. Сзади них до этого двигался потертый «Форд», водитель которого счастливым сейчас совсем не выглядел. Ну, по-крайней мере, тормозную систему этой модели рекламщики нахваливают  не зря. И клаксон тоже…

- Ты с головой не дружишь или с тобой кто-то пошутил неудачно?! – напрочь игнорируя сигналы недовольного водителя сзади, Стэн развернулся к пассажиру, так, словно его позвоночник не ограничивали законы физиологии. – Ты знаешь, что это за место?!

- Думаю, что могу себе представить.

- А я думаю, что ты сильно переоценил свое воображение!!

- Так просвети меня.

Звук клаксона уже стал совершенно непрерывным. Парень из «Форда», кажется, подбирался к своей точке кипения.

- Ну, слушай, приятель! Это, к твоему сведению, черные кварталы! Черные, слышишь?! Это как Сайгон, только запертый в нескольких городских кварталах. Там нет законов и правил! Там нет ничего кроме вооруженных до зубов маньяков всех возрастов! Голова белого там не стоит и цента! – от напряжения таксист покраснел до козырька кепки и мелко потрясывался. – А голова честного китайца, вроде меня…Божечки мои!

- Ну так высади меня за несколько кварталов. – спокойно прервал его Ник. – И сохранишь свою честную голову.

- Черта с два, приятель! Я людей на эшафот не вожу! Не надо здесь вот этой ерунды в стиле «мертвец идет», понятно?! Не для того я сюда приехал! Вот нет для меня ничего такого…

- Стэн! Я заплачу вдвое от счетчика.

- …такого…чего?!!

- Вдвое от счетчика. Остановишь за пару кварталов и покажешь куда идти. – продолжая четко выговаривать каждое слово, Бойд продемонстрировал таксисту содержимое бумажника. – Простая арифметика. Вечером возьмешь бутылочку пива.

- Нет для меня ничего такого невозможного, приятель! – Дерганого таксиста как не бывало. Его мгновенно сменил Старина Стэн с широченной улыбкой на круглом лице. – Ты, конечно, тронутый на весь чердак, но кто я такой, что бы судить! Как говориться у меня на родине: прав тот, кто готов питать ростки своей правоты хорошим навозом! Так что… Твою ж мать!!!!

Увлекшиеся словесными дебатами на тему особенностей географически-этнического зонирования города Ангелов, водитель и его пассажир успели позабыть о запертом на выезде из переулка водителе «Форда». Тот, отчаявшись добиться справедливости сигналами, уже успел покинуть свою машину и добраться до обидчиков. Теперь он, как оказалось обладающий весьма внушительными габаритами и длинной спутанной шевелюрой убежденного байкера, грозно нависал за водительским стеклом, чем немало напугал и без того неспокойного Стэна. Тот приоткрыл окно.

-Чего тебе?

- Слышь, карлик! Ты уберешь свое ведро или тебя подтолкнуть?

- Знаешь что, дитя гиппопотама! – едва Стэн открыл рот, Ник поневоле напрягся, глядя, как деревенеют по очереди все мышца на лице громилы. – Раз взялся плестись сзади, так научись целовать мой гладкий желтенький зад! И я сейчас не имею ввиду такси, сечешь?

Ник задержал дыхание. Громила надсадно зарычал. Старина Стэн утопил педаль газа. «Малышка» рванула с места, не слишком изящно вписываясь в поворот.

- По-другому тут не понимают. – пояснил Стэн-который-знает-все, кидая взгляд в зеркало заднего вида.

- Лос-Анджелес….- процедил сквозь зубы Бойд. 

***

Стэн остановил такси за 8 кварталов от границы района, жадно схватил банкноты и, торжественно пожелав блаженного упокоения, умчался в противоположном направлении. Проследив взглядом за тем, как скрывается за ближайшим поворотом полированная «малышка», Ник двинулся в указанном ему таксистом направлении. Здесь город кардинально менял свое лицо. Ни кричащих вывесок, ни бесконечных магазинчиков одежды и ювелирки, ни красоток с плаката…Только грустно склонившиеся друг к другу ветхие дома, через один зияющие провалами выбитых окон и давно забывшие свой истинный цвет, погребенный под бесчисленными слоями разноцветных граффити. У потрескавшихся бордюров то тут, то там застыли полуразобранные, местами даже обгоревшие, автомобили. Отовсюду бесперебойным потоком на улицу выливалась адская смесь из рэп-музыки, отборного мата, протяжных стонов и детских криков. В нос навязчиво лез тошнотворный аромат гниения. Жара усиливала его свойства до бесконечности.

Бойд с первых секунд осознал, насколько он здесь чужой. Он еще не видел местных жителей, но кожей чувствовал негостеприимные, колкие взгляды, вонзаемые в него из-за каждой шторы, из каждого распахнутого настежь подъезда, с крыш и из проезжающих мимо машин. Он здесь как пятно дегтя на белоснежном снегу…Внутри Ника все подобралось. Стянулось в тугой узел из чистых ощущений и холодной готовности. Готовности к худшему. К неизбежному бою.

Но несколько кварталов осталось позади, а ничего кроме молчаливого презрения к своей персоне он так и не встретил. Наконец, адрес на бумажке привел его к местному бару, занимающему отдельно стоящее двухэтажно строение. На первом этаже не имелось ни единого окна. Кто-то, не лишенный изощренного чувства юмора, дал этому месту название, кажущееся максимально неуместным в здешних декорациях. С ним знакомила перегоревшая неоновая вывеска над металлической двустворчатой дверью: «Шервуд». Что общего у легендарного британского леса и полуразвалившегося клуба посреди лос-анджелесского гетто, знал, наверное, лишь автор кричащего лого. Не став ломать голову над этой загадкой мироздания, Бойд потянул на себя ручки дверей и, под мерзкий скрип несмазанных петель, вошел в своеобразную прихожую.

Где его любезно встретили два чернокожих привратника. Высокие, крепко сбитые, в свободных балахонах зеленого цвета с натянутыми на головы капюшонами и дымящимися сигаретами. В такую жару это смотрелось в высшей степени странно. Впрочем, не страннее «Шервуда».

- Добрый день. Могу я увидеть менеджера? – С широкой улыбкой осведомился Бойд. – Я бы хотел забронировать столик. У моей бабушки скоро юбилей.

Капюшоны переглянулись.

- Чувак, это чё тя так штырит,а? – неожиданно пискляво произнес тот, что был повыше. – Ты по ходу вообще не одупляешь че и как, да?

Второй, пониже и покрепче на вид, молча скрестил руки на груди, оглядывая ненормального белого.

- Прости…мм…чувак. – улыбка копа стала еще шире. – Я ни слова ни понял из того, что ты сейчас сказал, но тебе очень идет этот голос. Ты удивительно похож на Микки Мауса. Это хорошо! – Ник сделал едва заметный шаг вперед, оказываясь между привратниками. – Моя бабушка очень любит Микки.

- Ты вконец сторчался, снежок? – настороженно запищал «Микки». – Эй, бро, Робу это должно понравиться. Всыпь ему и поржем!

«Бро», по всем признакам не отличавшийся умением воспроизводить на свет звуки, будто только этих слов и ждал. Он слегка сгорбился и, с грацией динозавра, сделал шаг вперед, разводя руки в стороны для захвата.

- А вот это бабуле не понравится. – разочарованно вздохнул Бойд за мгновение до того, как его правая нога со смачным хрустом смяла левую коленную чашечку неразговорчивого негра. – Она пацифистка. – Левое колено на скорости поприветствовало челюсть рухнувшего на колени противника. – Убежденная. – заметив, что в дело намеревается вступить «Микки», Ник резко развернулся, перехватил жилистую руку, сжимавшую старенький «глок», вывернул ее в максимально неестественное положение, заставляя писклявого дворецкого выпустить оружие, изогнуться и подвывать от боли. – Не надо расстраивать мою бабулю.

«Бро» спал, скорчившись на полу. «Микки» скулил, застыв на одном колене, будто собираясь делать  сердечные предложения. Ник медленно подворачивал кисть руки, смакуя протяжный хруст.

- Может я все-таки могу увидеть менеджера? – мягко спросил он, склонившись прямо к уху противника. 

- Ты, мать твою, коп, что ли? – завыл тот.

- Я похож на копа? Я обеспокоенный внук.

- Отпусти, падла!!

- Мне нужно только поговорить с твоим боссом. Это стоит твоей руки?

- Пшел ты!!А-а-а-а!!

Ник повернул кисть еще на пару миллиметров.

- Один милый душевный разговор и я ухожу, а ты и дальше ковыряешь в носу привычным пальцем…

- Я твою сестру в ро...а-а-а-а-а!!!!

- Ты явно никогда не видел мою сестру. Поверь - ты бы не стал этим хвалиться. Но мне все равно обидно!

На полу зашевелился второй привратник, приподнимая голову. Не выпуская «Мауса», Бойд лениво дотянулся до его объемного кочана ногой, отправляя тот обратно к поверхности. «Бро» вновь затих.

- Похоже ты круче, чем я думал, Микки. – заключил Ник. – Из тебя ничего не вытянешь. Я передам наверху, как хорошо ты держался.

Талантливо изображенный резкий рывок и «Маус» уже визжал, будто его препарировали без наркоза.

-А-а-а-а-а!!! Ладно-ладно!!! Падла!!! Я тя отведу!! А там тя отъ*бут!!

- Не могу сдержать нетерпения. – бросил Ник, поднимая врага с пола и выворачивая его многострадальную конечность за спину.

Теперь они смотрелись, как добрые, слегка приобнявшиеся, друзья. Ну, насколько это возможно при сложившихся обстоятельствах.
       
- Пошли, дружище! Бабушка ждать не любит. – свободной рукой коп подхватил с пола освободившийся ствол и, толкнув пленника вперед, распахнул дверь в прокуренный главный зал «Шервуда».

В нос мгновенно ударил концентрированный запах «травки», немытых тел и дешевого пива.  В зале царил глухой полумрак. За свет здесь отвечало лишь несколько мутных светильников, расположенных по периметру широкого помещения, да вспышки зажигалок, когда очередной из гостей заведения прикуривал косяк. Нику это было на руку. Народу здесь набилось достаточно много, но лишь немногие из них были в нужной кондиции для того, что бы что-то заподозрить.

Вдвоем с «Микки» они медленно продвигались между беспорядочно расставленных диванов, кресел и столов, занятых местной братвой. В дальнем углу этого беспорядка, оказывается, даже приткнулась небольшая сцена. На ней в данный момент извивался худющий тип в грязной майке, потертых джинсах и вязанной шапочке, который срывающимся голосом выдавал что-то очень смутно похожее на стихи. При этом был обкурен настолько, что половину слов выдумывал прямо на ходу. Слева от сцены располагалась лестница. Именно туда и вел нью-йоркца любезный скулящий провожатый.

- Туда? – осведомился Бойд, стараясь разглядеть, что скрывается в темноте наверху.

- Туда, мра-а-а-азь! – сквозь зубы проскрипел «Микки» за секунду до того, как его собственный «глок» проехался рукояткой по его затылку, отправляя на боковую.

Ник аккуратно прислонил его стене и огляделся. В зале всем по-прежнему было не до них. Он проверил обойму «глока». Патроны есть. Уже песня. Бойд начал восхождение.

Наверху лестница упиралась в закрытую дверь. За ней, видимо, и располагалась святая святых местного «Шервуда». Он прислушался. Из-за двери раздавались приглушенные голоса, разобрать которые возможности не представлялось. Придется рискнуть. Ник сделал вдох и распахнул дверь, наставляя пистолет на, сидящего на диване в центре комнате, негра в длинном зеленом плаще. Щегольская бородка, аккуратные дреды, золотые браслеты на руках и такая же цепочка, с палец толщиной, на шее. А еще недоуменный взгляд и воздетые над головой руки.  Кроме него в комнате было еще четверо разнокалиберных чернокожих – так же держащие руки в положении «сдаюсь на вашу милость». Все головы медленно повернулись к вошедшему.

- Да вы, я смотрю, готовились, ребята. – хмыкнул Бойд. – Я вовремя?

- Вашу мать, у вас тут слет, что ли?! – недовольно поинтересовался хозяин комнаты. – Заведите се свой клуб!!

- Полагаю, ты и есть менеджер. Поговорим.

- В очередь, блин, становись! У меня сегодня гостей, как у президента…

- Да? И кто ж последний?

Ответили ему откуда-то слева, где, в темном углу, оказалась еще одна неприметная дверь.

- За мной будешь, Рэмбо…

Отредактировано Ник Бойд (2017-05-17 08:22:28)

0

18

- Bloody Hell!

Прямо сейчас Гуннар Сигурдссон напоминал разъяренного ангела, Одина, у которого коварный Локи в очередной раз украл Мьёльнир, разгневанного офицера гестапо, допрашивающего упрямо молчащего партизана... Этот чертов выскочка с другого побережья, сраный каратист... воспользовался номером его значка (и когда только узнал?), чтобы первым выведать всю информацию! И выставил его полным идиотом, предоставив архивным клушам повод поиздеваться над мыслительными способностями Сигурдссона! Неслыханное оскорбление! Попадись он ему сейчас на глаза - и на Восточное побережье Ник Бойд отправится вперед ногами...

Сам факт того, что Бойд узнал информацию раньше Гуннарсона, детектива особо не заботил. В конце-концов, Сигурд был уроженцем Калифорнии в третьем поколении, а Бойд сегодня ступил на землю города ангелов первый раз в жизни. А если понадеяться, что у восточного выскочки географический кретинизм... Он мог часами блуждать по ЛА в поисках нужного адреса...

- Или взять такси прямиком до нужного адреса, - мрачно подытожил Гуннарсон, наблюдая за тем, как Бойд прыгает на заднее сиденье старого как мир "чеккера". Теперь дело серьезно усложняется, Сигурду придется попотеть, чтобы приехать в "Шервуд" первым, хотя... таксисты никогда не были замечены в том, чтобы стремиться куда-то привезти клиента самым кратчайшим и быстрым маршрутом... тем более... Сигурд пригляделся... да, точно, это был Добрый старина Стэн... тем более этот конкретный таксист. Другого такого нахала и балабола в Калифорнии еще поискать надо. Он обожал часами травить самые разные байки, возя незадачливых пассажиров кругами вокруг места посадки. Правда, у излюбленного метода вождения Стэна было несколько минусов. Во-первых, он мог возить только туристов, поскольку местные могли прочухать, что с каждой минутой они не приближаются, а удаляются от нужного им места. Во-вторых, во второй раз сесть в машину Стэна можно было только под дулом пистолета. Поэтому старый китаец специализировался только и исключительно на приезжих, заезжих дурачках типа Бойда. К тому времени, пока Стэн доберется до Шервуда, Гуннарсон успеет слетать в Рейкьявик и обратно, а Бойд останется без штанов. А уж если учесть, что Стэн не был дураком и сунулся бы на территорию "капюшонов" только на танке... Гуннар точно успеет пообедать. С довольным видом, Сигурдссон запрыгнул на водительское сиденье своего порше, вставил ключ в замок зажигания и замер...

Приехать в черный квартал за рулем спорткара Порше-928 значит распрощаться с ним раз и навсегда. Такие промахи просто никому не спускали, будь ты хоть десять раз детектив ЛАПД. Никто не может въехать в черный квартал на крутой тачке и вернуться на ней же. Это закон черных улиц... Гуннар вздохнул и поперся на полицейскую стоянку, где все также стояла та самая конфискованная тачка. По-прежнему с неработающими стеклоподъемниками, по-прежнему без кондиционера, радиотелефона, и даже без электрического прикуривателя!

- Bloody Hell!

Гуннарсон развернулся и поспешил на полицейскую стоянку, где все еще красовалась развалюха, на которой Сигурд ездил на дело с наркотиками. Забравшись внутрь и подивившись тому, с какой стойкостью машина держит неприятные запахи, полицейский развернулся и, поддав газу, резко выехал на улицу, лихо подрезав какой-то потертый "форд". Водитель "форда", недовольного вида громила высунулся из окна и начал грозит вслед Гуннарсону кулаком, крича в небеса о том, какие все вокруг сумасшедшие.

- Привыкай, детка, - это Лос-Анджелес, - улыбнулся Гуннарсон и настроил радиоприемник на радио "Вай-Рок". Ну хотя бы радио здесь работает...

***

Пока Гуннарсон крутил баранку, а группа "Лав Фист" пела о преимуществах любви с кулачком, коп уже успел обдумать план действий. Глупо было переть напролом, через главный вход. Во-первых, для этого требовалась целая армия или один очень настырный каратист, типа Бойда, а во-вторых, тогда Бойд, который явно попрет напрямик, что-то заподозрит еще внизу. Поэтому Сигурд решил брать хитростью. В черных кварталах дома стояли практически вплотную друг к другу, крыши разделяло не больше метра, поэтому атлетически сложенный сотрудник полиции - а Гуннарсон никогда не пренебрегал утренними пробежками по океанскому побережью и никогда не ел больше одного пончика с банановой начинкой за раз - легко мог бы пробежать весь квартал, даже не спускаясь на землю и не привлекая ничьего внимания. Черные здесь мало о чем заботились, редко чинили кровлю, не вызывали телевизионных мастеров и уж точно не ожидали, что к ним сверху сверзится Санта-Клаус.

Сигурд припарковал машину в проулке в квартале от Шервуда и выбрался наружу. Обошел машину, открыл багажник, залез внутрь и выругался - он забыл перетащить весь свой арсенал из багажника "порше" - никаких тебе УЗИ, бронежилетов и гранат в этот раз! Придется идти чуть ли не голышом! Гуннарсон захлопнул багажник, развернулся... и нос к носу столкнулся с каким-то большим, опасно выглядяшим негром.

- Что, белоснежка, заблудился? - Плотоядно оскалился негр, обнажая в улыбке неестественно белые, острые зубы.

- Для тебя я детектив Белоснежка, - заявил Гуннарсон, показывая значок и торчащую из кобуры рукоять пистолета.

- Ахахаха, а ты шутник, - рассмеялся негр, продолжая нервировать Сигурда видом своих острых белоснежных зубов, - купил небось в магазине игрушек, у каждого торчка здесь таких завались. Вместе с удостоверениями АНБ, ФБР, ЦРУ и даже КаГеБи, таварыщ! А настоящих копов здесь днем с огнем не сыскать!

- А ты небось считаешь себя невероятно умным, - Поинтересовался Гуннарсон, начиная уставать от столь интеллигентной беседы.

- О, я-то умен, в отличие от тебя. Одинокий белый в черном районе в переулке вооруженный поддельным значком и такой же небось поддельной пукалкой... Очень умно. Да я знавал мартышек умнее тебя.

- Приятно осознавать, что ты поддерживаешь связи со своей семьей, - улыбнулся Гуннарсон, и пока негр ошарашенно и возмущенно пялился на него, резко пнул противника ногой в пах. Негр сложился пополам, а Сигурд шагнул в сторону, положил руку на затылок негру и с размаху приложил того головой о багажник. Багажник от такого насилия возмущенно раскрылся, и Гуннарсон запихал лишившегося чувств нападавшего внутрь и захлопнул книжку.

- Отдохни пока, - дружелюбно посоветовал Сигурд и направился на поиски ближайшей пожарной лестницы.

***

- Как же мне повезло, что наши друзья-капюшоны не отгрохали себе небоскреб, - произнес Гуннарсон, остановившись на крыше прямо над балконом, с которого открывался путь в кабинет управляющего "Шервудом". В самом деле, будь сейчас Гуннарсон на крыше пятиэтажного здания, ему бы пришлось искать веревку или парашют... А так, Гуннарсон осторожно сгруппировался, повис на руках и запрыгнул сквозь распахнутую дверь прямо внутрь комнаты.

Внутри находились пятеро чернокожих. Услышав странные звуки, все они повскакивали с мест и потянулись к пистолетам, но Сигурд их опередил. Его пистолет уже был нацелен прямо в голову самому щеголеватому, а для верности Сигурд погрозил пальцем:

- Аааа, не вздумайте шевелиться, или вам всем придется искать себе новую работу.

- Ты еще кто такой? - Воскликнул один из негров.

- А ты что, не видишь что ли? Я - Бэтмен, - улыбаясь, произнес Сигурд.

- Как ты сюда попал? - Поинтересовался второй.

- Чудеса ловкости и немного эквилибристики, - похвастался Гуннарсон.

- Мужик, ты не думал о роли "Тарзана"? - фыркнул третий ниггер.

- Не, отмахнулся, - Гуннарсон, - не люблю длинные волосы и мартышек. Но вы, это, парни, что-то отвлеклись. давайте, руки вверх, и бочком от двери.

На лестнице послышались чьи-то гулкие шаги.

- Так, - рявкнул Гуннарсон, прячась за дверью - а ну ни звука мне, иначе выясните на своей шкуре, как быстро я умею стрелять.

Распахнулась дверь. Гуннарсон не видел вошедшего, но увидел, как округлились от удивления глаза всех негров.

- Да вы, я смотрю, готовились, ребята. – Донесся до него до боли знакомый голос нью-йоркского засранца. – Я вовремя?

- Вашу мать, у вас тут слет, что ли?! – Недовольно поинтересовался хозяин комнаты. – Заведите се свой клуб!!
- Полагаю, ты и есть менеджер. Поговорим. - До Бойда явно долго доходило.

- В очередь, блин, становись! У меня сегодня гостей, как у президента… - Черный явно терял терпение.

- Да? И кто ж последний? - Невинно поинтересовался Бойд.

Настало время Гуннарсона выходить на сцену.

- За мной будешь, Рэмбо… - Улыбаясь, произнес он.

Отредактировано Гуннар Сигурдссон (2017-05-23 18:22:13)

0

19

Ну, привет, светлоголовая заноза в мягком месте! Тебя мне только тут и не хватало. Местный оказался на удивление прилипчивым малым и явно не собирался упускать дело из своих наманикюренных пальцев.

- И ты здесь, Златовласка? – справившись с настойчивым приступом удивления, взболтанного пополам с раздражением, вопросил Бойд, не опуская «глока», направленного в толпу растерянных негров.

- Ага. – язвительно отозвался блондин. – Удивлен, поди? Думал, что ты самый хитрый парень на побережье?

- Мелькала такая мысль.

- Лягь - проспись! Ты в Эл-эй, детка! Такие трюки мы учим в детском саду!

- Кажется, именно там ты усвоил все, что знаешь о полицейской работе!

- Куда мне до такого профи…в искусстве аутсайдерства!

- Слышал фразу: « Поспешишь…»?

- «…оставишь в дураках медлительных тюфяков с Западного побережья?». Кажется, это сказал кто-то неглупый!

- И как? Много ты тут успел, Флэш?

- Уж, по-крайней мере, вошел незаметно, не то что ты, Халк!

- Держу пари, ты везде входишь незаметно!

- О, снова грязные намеки! А ты настойчивый, милашка!

- Уже завелся ?!

Облако тестостерона в воздухе стало практически осязаемым. Сгрудившиеся в центре помещения полноправные хозяева «Шервуда» с разной степенности обалделости взирали на разыгрывающееся пред их светлыми очами представление. Ничего подобного никто из них еще не видел. То есть копы периодически навещали клуб, обычно что бы напиться, ширнуться или просто стрясти несколько хрустяшек с владельца… Но еще никогда и никто из людей этой профессии не заходил через окно и не устраивал здесь сеанс ожесточенной межведомственной грызни. На самом деле, никому вообще в голову не приходило входить сюда через окно… Эти же двое рвали все шаблоны с завидной энергичностью, поливая друг друга настолько изощренными ругательствами, что невольные слушатели поневоле начинали краснеть…

- Не путайся у меня под ногами, долбанный выскочка!

- Катись ты к черту, чмо бесполномочное! Ты в моем городе гость, не более!

- Это мое гребано дело!!

- Ты его уже торжественно прос*ал!!

- Не без твоей помощи!

- Без меня тебя бы там в труху смололи!

- О да!! Ты отлично отвлекал огонь на себя!

- Йоу, пацаны…

На мгновение воцарилась полная тишина. Разъяренные взгляды обоих стражей закона и порядка буравили теперь главного «чувака» в комнате. Тот невольно поежился. Радушия в этих взглядах ни на грош не было. Но чувак решил таки рискнуть.

- Я это…не хочу мешать вам, чуваки! Но может вы перетрете свои непонятки где-нить еще, а?

Ник нехорошо оскалился. Гуннарсон хмыкнул. Тоже не очень хорошо. Оба повернулись поудобнее, что бы держать хозяина тусовки под прицелом.

- Тебя кто-нибудь спрашивал? – мило осведомился местный коп.

- Ты решил - про тебя забыли? – вставил свое слово коп приезжий.

- А…Че??

- Ты, кажется, хотел что-то рассказать!

- Да вы ж, мать вашу, ни хрена не спрашиваете!!

Копы недоуменно переглянулись.

- Ты ничего у него не спросил? - поинтересовался Бойд.

- Прости, я только было собрался, как ты начал изображать Джона Уэйна.

- Мне всегда больше нравился Гэри Купер!

- Типичный ответ сопливой девчонки из Нью-Йорка!

- Пацаны…

- ЗАТКНИСЬ! – хором ответствовали гости.

Негр никогда не был очень послушным. Скорее дела обстояли с точностью до наоборот. История его пренебрежения к авторитетам и их указаниям началась еще в глубоком детстве, когда он был лишь одним из восьмерки разнокалиберных мальцов, воспитываемых одинокой небогатой матерью, что с утра до ночи впахивала на трех работах, лишь бы принести домой гроши, которых едва хватало на скромную трапезу. Парень по имени Робби никогда не играл по правилам. Он яростно отказывался слушать мать, учителей, старших приятелей…словом, всех, кто пытался вколотить в его обычно немытую голову пару-тройку трезвых и мудрых мыслей. У него был свой путь! Путь, который быстро привел его в шайку таких же малолетних сорванцов, промышляющих мелким грабежом. Затем шайка постепенно выросла в небольшую банду, потом банда несколько подросла, спустя некоторое время подросла еще немного… И вот Робби уже пахан солидной группировки, державшей в руках весь район и еще пару прилегающих кварталов. Солидный, крутой, жесткий и нетерпимый ко всем, у кого хватило наглости посягнуть на принадлежащее ему по праву силы. Теперь у него есть свой клуб, есть верные люди, есть подвал с таким запасом огнестрельного оружия, что хватило бы на маленькую войну, есть вес и авторитет. И все это сейчас вдруг было поставлено под жирный вопрос двумя ошалелыми сверх меры идиотам, которые ворвались в его вольготную и размеренную жизнь, что бы…Хрен знает зачем вообще! И теперь меряются яйцами прямо на дорогущем ковре, который он понта ради постелил в своем офисе только позавчера. Ну что за бардак?! Босс он, в конце концов, или шавка подзаборная?!

- Слышьте, полудурки! – голос его окреп, плечи распрямились, подбородок гордо вскинулся. Так он бессчетное количество раз смотрел на зарвавшихся ублюдков из соседних банд. – Нехрена мне тут указки кидать! Вы на моей гребаной территории! Здесь я Майкл Джексон! Я, мать вашу, пытался быть вежлив, но у меня есть права! Либо говорите, че вам, сука, надо, либо валите ко всем хренам! – правой рукой он твердо показал направление на выход. – А то нам с ребятами не впервой учить белозадых принцесс манерам! Сечете,а?!

Жизнь в комнате встала на паузу. Копы застыли в замешательстве. Соратники Робби пребывали в замешательстве еще большем и все как один вперили в босса удивленные взгляды, силясь разобраться, не забыл ли начальник у кого тут пушки-то? В неприкрытую балконную дверь залетела жирная муха, разогнав тишину своим мерзким жужжанием. Где то за окном визгливым голосом местный сутенер отчитывал одну из своих девочек, да с таким рвением, что здесь можно было различить каждое непечатное выражение. Чуть дальше по улице истошно визжал младенец. Лаяли собаки. Жарило беспощадное калифорнийское солнце. Мир продолжал жить и плевать хотел на то, что происходило на втором этаже клуба «Шервуд»....

Первым очнулся викинг.

- Ого! – Сигурд совершенно искренне присвистнул. – У него есть яйца.

- И, видать, немаленькие. – деловито согласился  Ник. – Настоящий мужик!

- Крутой…

- Опасный!

- Представляет настоящую угрозу. – заключил Гуннарсон

- Однозначно.

- Как думаешь, может отстрелить ему одно? Ну, знаешь, в целях общественной безопасности?

- Может два? Что бы наверняка.

- Вы вконец ошизели?? – только недавно искривший твердостью голосок Робби неожиданно сорвался в фальцет.

- Вы какое предпочитаете, мистер Бойд, левое или правое? – опуская дуло пистолета на нужную высоту, невозмутимо поинтересовался Гуннарсон.

- Оставляю выбор Вам, мистер Гуннарсон. – скопировав движение коллеги, улыбнулся Бойд.

- Что Вы? Вы же гость – Вам право первого выстрела.

- Благодарю. Тогда, думаю, начать с правого.

- Прошу!

По мере того, как палец темноволосого нью-йоркца медленно скользил к спусковому крючку  старины-«глока», Робби все глубже осознавал, что линия поведения им была выбрана в корне неверно и копы ему достались совершенно невменяемые. Его глаза с бешеной скоростью заскользили по комнате, отчаянно изыскивая способ спасти особо пикантные части своего тела от этих безумцев. Но весь хлам, наполнявший помещение, сейчас казался абсолютно бесполезным. К понятию «хлам» он сейчас относил и троицу своих подручных, тупо застывших вокруг него с выражением почти детской растерянности на темных лицах. Что за кошмар??!!

И вдруг случилось невероятное. Будто бы мешалась сама Вселенная. Не больше, ни меньше. За один миг ситуация в комнате встала с ног на голову. Позади копов разлетелась в мелкую щепу входная дверь. По барабанным перепонкам резко ударил нечеловеческий рев. Казалось, все здание сотряслось по самое основание, когда в комнату ворвался Он. В Нем было больше двух метров росту, столько же оказалось в Нем и ширины. Его ноги, сравнимые разве что с колоннами античных храмов, нещадно топтали новехонький ковер, неся эту огромную, бесконтрольную тушу вперед с целеустремленностью локомотива. Кулаки, каждый обхватом с голову среднестатистического человека, сжимались и разжимались с силой, присущей гидравлическому прессу. Лицо, такое же огромное, как и все что располагалось под ним, было перекошено гримасой всепоглощающей адской злобы. Из широко распахнутой черной дыры, заменяющей этому существу рот, вырывался безумный вопль, заставляющий звенеть, казалось, все стеклянные поверхности в паре близлежащих кварталов…

Бойд профессионально крутанулся на пятках, что бы лицом к лицу и во всеоружии встретить новую угрозу. Его калифорнийский коллега молниеносно вскинул пистолет, выцеливая гиганта. Зря. Слишком медленно. На сотую долю секунды раньше уже произошло неотвратимое столкновение… 

Воздух из легких мгновенно улетучился. Перед глазами ослепительными всполохами засверкали молнии. Где то внутри все захрустело и смялось, как ненужный лист бумаги. Действительность встала на дыбы. Привычные измерения перепутались и смешались. Гравитация исчезла. Затем пришла легкость свободного падения. А секундой позже пришла стена. И мир взорвался сотней фейерверков, окрашенных в сочный цвет невыносимой боли…

Теперь, стекая по стене, Бойд вдруг вспомнил старого китайца-учителя, что неустанно твердил многочисленным ученикам: «Основные глаза у Вас должны быть на затылке». Воспаленное неожиданным ударом воображение ярко нарисовало сморщенное, с желтоватым оттенком лицо и грозные узкие глаза, выражающие крайнюю степень разочарования нерадивым подопечным.

«Очень плохо, Николас! Ты слеп и глух, как новорожденный котенок. И беззащитен, как он же! Видимо, я плохой учитель!»

«Я не был готов, мастер!»

«И никогда не будешь, пока видишь лишь то, что перед тобой! Умрешь слепым болванчиком!»

Вот ведь поистине, болван! Ругая себя на чем свет стоит, Бойд, завершив полет на пресловутом ковре, постепенно возвращал контроль над вышедшим из подчинения телом. Ребра кажется целы, зубы вроде бы на месте, руки-ноги со скрипом но шевелятся. Дыхание прерывистое, но, черт возьми, он пока еще дышит!  Нет только «глока» в руке…Ах, вон он! Там, у дальней стены! А, нет…Это совсем не «глок», это полицейская «беретта». А значит, ствол Златовласки. Вот молодцы! Оба…

- Знакомьтесь, друганы! – тем временем Робби быстро сориентировался в новой ситуации и опять принял инициативу в свои увешанные перстнями ручки. – Это Малыш Джонни! И он зол! И он не любит наглых белых ублюдков!

«Малыш» утвердительно зарычал, оглядывая место короткой битвы налитыми кровью глазами племенного быка и слегка подпрыгивая на месте, в ожидании приказа завершить столь эффектно начатую работу. Поглядывая на эти бесноватые пляски, Ник медленно, но верно поднимался на ноги. Боль никуда не ушла, но жить с ней было можно. А значит, бой еще не окончен.

«Поединок выигрывают не размеры, не сила, но умение и твердость» - услужливо пробормотала память, хрипловатым голосом мастера Чи.

Рядом, так же не без труда, боролся с земным притяжением Гуннарсон, ожесточенно растирая левое плечо. Именно оно первым встретило напористого колосса.

- Че, съели, законники проклятые?! – не унимался пахан, под аккомпанемент всеобщего веселья. – Говорил я вам – мы вас ща научим! 

Копы тем временем заняли-таки условно вертикальное положение. Теперь можно было смело констатировать тот факт, что «Малыш» будет повыше их обоих головы на две. И шириной им с ним сравняться можно были лишь обнявшись и выдав себя за одного целого копа.

- Эй, Бойд… - тихо начал Гуннарсон, пытаясь разместить в сознании образ их нового противника целиком. – Скажи мне - план у тебя есть?

- Есть. – коротко отозвался тот, разминая не отошедшие от полета плечи. – Мы возьмем его уверенностью.

- Чем-чем, прости, ты говоришь, мы его возьмем?

- Просто держись уверенно!

Малышу явно надоело ждать. Он разразился новой порцией заливистого рыка и топнул правой ножкой. С потолка посыпалась штукатурка. Сигурд нервно поежился.

- Уверенно? Да без проблем, мужик! В чем тут можно быть неуверенным?!

Толком не слушая болтовню коллеги, Бойд сделал первый шаг навстречу бешеному гиганту. Тот даже замолчал от удивления.

- Эй, парень! – голос Ника  неожиданно прозвучал как гром средь ясного неба.

Малыш изумленно приоткрыл рот, явно не понимая, почему жалкая белая букашка не желает убегать визжа от ужаса, как это обычно происходило в его присутствии. Букашка тем временем сделала второй шаг навстречу громиле.

- Ты не такой уж большой. – для пущей уверенности Бойд выставил на всеобщее обозрение указательный палец правой руки, на любимый манер одного из персонажей «Звездных войн». – Подумай об этом!

Слова короткие и четкие, словно выстрелы. Холодному взгляду темных глаз полицейского сейчас мог бы позавидовать и Бронсон. Лицо превратилось в каменную маску, внушающую если не страх, то навязчивое беспокойство уж точно. Под свободной черной рубахой играли, разогреваясь, крепкие тренированные мускулы уверенного в себе мастера рукопашной. Все прочие глаза обратились к нему. И лишь Гуннарсон, сделав короткий шажок, так что бы оказаться за плечом Бойда, не слишком уверенно поинтересовался:

- Это реально прокатывает? Мне каж…

- Прокатывает.  – твердо оборвал его Ник.

0

20

"Не прокатило", подумалось Сигурдссону, когда оконное стекло разлетелось на кусочки от столкновения с его бренным телом, а асфальтовая мостовая услужливо прыгнула навстречу, чтобы принять достойного потомка славных викингов в свои бетонные объятия.

Отлепив себя от мостовой и проверив зубы на наличие (спойлер: все на месте), Сигурдссон, пошатываясь поднялся на ноги и огляделся по сторонам в поисках Бойда. Копа с Восточного побережья нигде не было видно, хотя минутку - из стоящего по соседству мусорного бака торчала пара знакомых ног в классических джинсах и белых найковских кроссовках. Сигурдссон подошел, схватил Бойда за ремень и вытащил на свет божий. Выглядел коп неважно: в волосах застряли обертки от жвачки, на лице сочились кровью многочисленные порезы, а в уголке рта застряла банановая кожура.

- Нашел время обедать, - неодобрительно фыркнул Сигурдссон, подглядывая на окно, из которого парочка только что вышла. - Так значит, говоришь, всегда прокатывает?

- Дорога жизни не всегда прямая. - философски заметил коллега, стоически подавляя физиологические потуги организма очистить себя во имя светлого будущего.

- Ты где нахватался этой восточной псевдофилософской мути? - Скривился Сигурдссон, - я-то думал, у тебя хватит мозгов отличить пургу от истинной мудрости.

- Мудрость есть и среди пурги. Надо смотреть в правильном направлении. Иногда, конечно можно и споткнуться - Бойд, наконец, освободил гриву темных волос от мусорных интервентов и, задрав голову, оценил высоту их падения. - Неслабо так споткнуться.

- Да, - Сигурдссон потянул шеей из стороны в сторону, внутри что-то хрустнуло, и блондин кисло улыбнулся, - Так-то лучше. Ну что, самурай, что дальше то? Вызываем спецназ или сами с ними побеседуем?

- Еще одна мудрость, мой испорченный цивилизацией друг: никогда не заставляй детей делать взрослую работу. - с видом проникновенной мудрости на изрытой царапинами физиономии,изрек "самурай". - И потом, мне не понравилось, как с нами поступили. По-моему, мы вправе попросить сатисфакции!

- Извини, забыл перчатки в других трусах, - Сигурдссон с огорченным видом похлопал себя по штанам. - Может, просто набьем им морду?

- Оказывается и ты не лишен мудрости, коллега. - хмыкнул Ник и вдруг, что то вспомнив, запустил руку в мусорный контейнер, ставший его посадочной площадкой. - Ну где же ты...О! - рука вернулась на свет божий, сжимая внушительных размеров металлическую трубу. - Пойдем бить морды!

0

21

Парочка придурковатых копов, наконец, покинула помещение под фанфарный звон битого стекла и громоподобный боевой клич не на шутку раздухарившегося «Малыша», который едва не выпрыгнул вместе со своими жертвами, не желая терять блестящий шанс намять бока обидчикам босса.

- Эй, Джонни! Чувак! – скептически оглядывая верного гиганта, Робби опустился обратно на цветастый диван, с которого его блаженную задницу так бессовестно оторвали эти идиоты.  -  Мужик! Все! Вс-е-е! Завяжи реветь!

Джонни услышал не сразу. Еще с минуту он трясся в боевом безумии, а затем, осознав, что объектов для его применения на близлежащей территории не наблюдается, потихоньку стал снижать градусы напряжения. Наконец, гигант совершенно затих и, издав нечто похожее на вздох разочарования, обернулся к боссу.

- Успокоился, громила? – уточнил тот. – Я тебе сколько раз говорил: только не в это долбанное окно?! Сколько раз?!! Почему всегда в окно?

Малыш виновато потупился.

- Знаешь, сколько бабок уходит, что б его на место впиндюрить?! Мне стекольщики скоро чертов абонемент впаяют!!

Пресловутая черная дыра на лице Джонни приоткрылась и извергла из себя хриплое:

- Простите, босс…

- Бог простит, как говаривала моя мама! – взвизгнул хозяин «Шервуда», но тут же оборвал себя. – Ну да ладно! Ты однозначно круто впилился! Вовремя и круто! – он повернул голову к остальным присутствующим. – Не то, что остальные засранцы!

«Остальные засранцы» обреченно молчали.

- У вас че, пушек нету? Или членов?! Или я….

Завершить гневную тираду ему не дали. Заскрипели остатки входной двери, и на пороге появился давешний привратник, которого Бойд упорно сравнивал с диснеевской мышью. Потирая ушибленную голову, он оперся на искореженный косяк и с порога излил на соратников целый поток искренних причитаний:

- Босс, я тут ваще не при делах! Я не виноват! Они накинулись толпой! Вилли сразу вырубился, а я-то дрался, босс! Я дрался!

- Я вижу, Алан… - сокрушенно уронив голову на руки, ответил Робби. – Толпой, значит?

- Я ж Вам трындеть не буду!! Толпой, мать их!

- И сколько ж белых упырей тебя держали?

- Да не меньше пяти, босс!! Клянусь, мать их так!! Да если бы один на один, ну двое даж, уж я б…
Что именно парень по имени Алан сделал бы с врагами, если бы численность их не превышала двух, никто так и не узнал, т.к. сам герой внезапно запнулся, громко всхлипнул, устало закатил глаза и тяжким грузом рухнул на пол.

Робби вновь вскочил с насиженного местечка. Вопреки всякому возможному здравому смыслу, против всех законов логики и гравитации, изничтожая всю объективную реальность бытия…на пороге стояли чертовы копы! Взмокшие, исцарапанные, в бесчисленных кровоподтеках, но от того не менее воинственные и явно очень недовольные. Тот, кого напарник звал Златовлаской,  сжимал в руках объемную ножку от стола из настоящего дуба, который еще недавно являлся главный украшением зала внизу. Именно с ней мгновение назад коп познакомил многострадальную черепушку Алана.

- Можно напроситься на второй дубль? – поинтересовался возникший из-за спины местного Бойд, почти любовно покачивая  в руках обрезок стальной трубы. – Так говорят у вас, в Эл-Эй?

- Чувак, ты откуда черпал свои познания о Городе Ангелов? - Фыркнул Гуннарсон. - Из третьесортных боевиков? Смотри, как это у нас делается. Привет, цыпочки, - произнес он, сплевывая жвачку. - Я пришел сюда надрать пару черных жоп и пожевать жвачку. И знаете, что? У меня только что кончилась жвачка.

Глаза присутствующих приняли форму квадрата.

- Крууууто. - присвистнув, оценил Бойд и кивнул в сторону ошарашенных негров. - Но для них не сложновато?

- Вашу маааааать! Чуваки... Кто вы, блин, такие?! И че вам от меня надо?!! - еще никогда гроза ближайшего района не был так близок к истерике. - Че вы докопались-то?!

- Мы просто пара обычных копов с парой обычных вопросов. - деловито разъяснил Ник. - О сегодняшней перестрелке в аэропорту.

Робби на секунду задумался. Этого времени хватило, что бы оценить обстановку и принять решение.

- А знаешь че? Хрена лысого я те че скажу! Малыш! - детина, что до этого, казалось, мило дремлет в уголке, резко вскинулся на голос хозяина. - Выкини-ка это дерьмо отсюда еще раз. - в последний миг босс спохватился - Теперь через балкон, мужик!

- Глупо. - констатировал Бойд и, кивнув калифорнийцу, медленно двинулся к противнику стараясь зайти с правого фланга.

- Невероятно глупо! - поддакнул Сигурд, по-удобнее перехватывая ножку разрушенного стола, и тут же тихо добавил себе под нос – Надеюсь только, что не с нашей стороны...

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Осколки реальности » Неудачный момент