Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Жизнь как искусство » После Дня независимости наступает месяц неприятностей


После Дня независимости наступает месяц неприятностей

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

5 июля 2007 года, четверг, Квинс

0

2

Отцы-основатели, вечная им память, вовремя подписали свою Декларацию: следующий день был рабочим, но не для студентов, давно разъехавшихся на каникулы. И все университетские приятели Рубена пьянствовали под крылышком родителей – кроме тех, кто, как он, остался в Большом Яблоке. Теоретически, чтобы подработать – и он являлся раз в неделю в alma mater, чтобы уныло перепечатывать списки литературы о средневековых поучительных рассказах – exempla – для востроносой француженки мадам Рот, решившей перейти на Latex. Грант мадам Рот подходил к концу, как и срок действия ее визы, и Рубен старался рассчитывать усилия, но стопка статей, откуда он брал нужные ей библиографии, неуклонно уменьшалась.

Сегодня, однако, он мог бы, теоретически, валяться в постели хоть до полудня – если бы в той же квартире не заночевали еще трое приятелей, поутру разбудивших весь дом похмельными стонами. В десять часов утра, гады! Рубен накануне пил мало и быстренько свалил, пока они не испортили ему настроение, пусть даже это означало, что ему придется битый час провести в подземке – на машине его довезли бы за полчаса.

По дороге к дому он забежал в итальянский магазинчик на углу и в здание вошел в обнимку с бумажным пакетом, из которого выглядывали колючие головки артишоков и пакет со свежими ньокки. Хозяин магазина предложил ему еще на пробу маленькую порцию пекорино, и Рубен, прикидывая на ходу меню сегодняшнего обеда, прошел почти полпути от лифта, прежде чем заметил, что у двери их квартиры стоит вчерашний мистер… да как же его? Не Келвиль, ясное дело, но как? Что-то птичье, это он помнил. Птичья фамилия.

– Решили у нас загнездиться? – дружески поприветствовал он нежданного визитера. – Или вы – птичка иного полета? Звонок справа, у меня заняты все четыре руки. Да-да, как же еще, по-вашему, я ношу ботинки?

+3

3

Спал он из рук вон плохо - встреча с инвестором, как Корморан мысленно окрестил Ортегу, могла бы испортить сон и более толстокожему, далекому от искусства человеку, не то что ему, и лишь сознание, что  все дурное вот-вот останется позади, поддерживало, как и порция джина, принятая для успокоения нервов.
Без пяти два - пунктуальность Корморан считал достоинством не меньшим, чем платежеспособность - он уже негромко стучал в дверь Элен Салерно. Только вот стучал безрезультатно: вдова, обычно заверяющая его, что в стуке, в отличие от звонка, есть нечто дружеское и даже интимное, сегодня на зов Корморана не спешила. Может быть, была слишком увлечена чисткой перышек перед обещанным выходом в свет, может быть - вела телефонные переговоры; в любом случае, Корморан с недоумением постучал еще раз, уверяя себя, что Элен не могла позабыть их договоренность или придумать какой-нибудь предлог ради мелочного желания подержать его за дверью.
Не могло такого быть - они расстались вчера еще большими друзьями, чем обычно, унылая перспектива совместного посещения Парижа не была ни отвергнута, ни подтверждена, и картина, картина...
Отбросив традицию стучать, Корморан позвонил - трель разнеслась в глубине квартиры, но ожидаемого эффекта не вызвала.
Корморан припал к дверному полотну со страстью томящегося любовника - где-то там, среди залежей фарфоровых безделушек и памятных сувениров прятался его оригинал кисти Альма-Тадемы, и будь он проклят, если позволит старухе тянуть резину и впредь: терпение Ортеги явно вышло, а Корморан никак не планировал позволять играть собой коварной вдове.
Но напрасно он прислушивался, приложив ухо к двери и ловя любой намек на приближающиеся шаги - квартира полнилась тишиной, грозящей выплеснуться на того, кто окажется перед открывшейся дверью.
Шум остановившегося лифта заставил Корморана отпрянуть и с видимым неудовольствием оглянуться. Неудовольствие тут же сменилось наигранным дружелюбием: Корморан неплохо запоминал людей даже после незначительной встречи, а уж вчерашние пируэты юноши с фарфоровой балериной из памяти и вовсе не успели изгладиться.
- Миссис Салерно должна была ждать меня к двум, - отрывисто ответил он, против воли кидая короткий взгляд на свои Патек Филипп, недавно приобретенные в счет будущих барышей с продажи картины. - Я стучал и звонил уже несколько раз...
Пять минут третьего. Элен не могла заставить его ждать на лестничной площадке - этой стареющей кокотке больше подошло бы усадить его поблизости туалетного столика, в облако пудры и духов.
- Послушайте, гм, Рубен, - порывшись в памяти, Корморан выудил имя пригретого Элен квартиранта и постарался скопировать его дружеский тон, не допуская и мысли об уходе, - у вас ведь наверняка есть ключ - давайте, я подержу ваши покупки, так вам будет удобнее открыть дверь.
Отходя от двери еще дальше, будто попасть внутрь вовсе не было его самый  заветным на данную минуту желанием, Корморан протянул руки к пакету юноши, собираясь обеспечить себя предлогом входа в квартиру под видом банальной любезности.
[NIC]Алистер Корморан[/NIC]

Отредактировано Book of Tales (2017-07-30 19:21:49)

+2

4

– Ключ? – Рубен с деланной тревогой прижал к груди пакеты и решительно помотал головой, приобретая явное сходство с одуванчиком. – Какой ужас, вдруг я его потерял? Я его не видел со вчерашнего вечера!

Смешливое выражение лица могло указывать на шутку, но те, кто его знал, поостереглись бы делать подобные выводы – Рубен ухмылялся даже на похоронах.

– Лучше позвоните, мадам Элен совсем не страдает глухотой – может, она в ванной? Знаете, у нас водопроводный кран иногда начинает петь песни. В последний раз это была «Tanti affetti» – вы любите Россини? Для меня он сладковат.

Рубен пнул ногой в дверь, прислушался и покачал головой.

– Может, она как раз вас и ждала? – с невинным видом поинтересовался он.

+2

5

Подавив желание как следует потрепать юношу по вихрам отечески и в то же время с намеком оставить шутки, Корморан  овладел собой не так быстро, как хотелось бы, ощупав взглядом фигуру Белецки и проследив за его путем от самого лифта - а ну как правда потерял ключ, негодник?...
Клича в коридоре не было. Шагов вдовы, спещащей навстречу своей славе, тоже.
Алистер склонил голову к плечу, вдохнул, выдохнул.
- Я стучал. И звонил.
Однако, будучи всего лишь человеком, не сдержался и позвонил снова в доказательство своих слов.
Снова из-за двери донеслась заливистая трель - и смолкла, едва Корморан отпустил кнопку звонка.
- Она должна была ждать меня к двум, - Корморан задрал манжету, поднял запястье к уху и удостоверился, что его Патек Филипп отсчитывает секунды и показывает, что время встречи прошло. - Этот звон можно услышать за любым Россини - разве что ваш водопроводный кран сменил пристрастия и теперь оглушает моющихся Вагнером.
Он велел себе успокоиться. Велел себе не стравлять пар на мальчике.
Велел себе набраться терпения.
Много чего велел себе Алистер Корморан за короткие секунды, а затем снова забарабанил в дверь, уже с куд большим пылом, чем обычно позволял себе и чем мог позволить себе новоявленный лорд какой-то кучи мусора в Девоншире.
- Элен! - после пинка Рубена настойчивый стук уже казался дурным предзнаменованием, но Корморан был в шаге от потери головы - между ним и картиной стояла коварная вдова Салерно, не иначе как снова измыслившая какую-нибудь хитрость, и ночь, полная переживаний после встречи с заказчиком не настраивала Алистера на мирный лад. - Элен! Миссис Салерно!
Он снова приник к двери, вжимаясь ухом в дверное полотно. За стуком собственного сердца едва расслышал тишину в квартире.
- Если вы потеряли ключ, мы должны обратиться к консьержу. Миссис Салерно крепкая дама, но годы со счета не скинуть. - Он не хотел признаваться даже себе, что вполне подозревает вдову в побеге. Возможно, прямо вместе с картиной.
Вот дурная баба, в сердцах подумал милейший Алистер Корморан, не убирая с лица дружелюбное и встревоженное выражение.
[NIC]Алистер Корморан[/NIC]

+2

6

Изловчившись, Рубен поставил один из своих пакетов на пол и тут же придержал его ногой, чтобы не упал.

– Да не волнуйтесь вы, – тревога Корморана передалась, однако, и ему, и ключ, разумеется, застрял в кармане джинсов. – Ничего я не терял, видите – он у меня на цепочке.

Миссис Салерно случалось говорить, что точность – вежливость королей, а она – не королева, но до сих пор Рубен не разу не видел, чтобы она опоздала или даже опаздывала. Неужели и в самом деле что-то случилось? Как бы он не дразнился и не преувеличивал свое восхищение перед ней, за три года он к ней немножко привязался, и вообще, возни будет, если с ней что-то стряслось!.. Сломала себе что-то наверно, в больницу придется мотаться, за покупками, а еще костыли, или каталка…

Ключ щелкнул в замке, и Рубен, забывая про пакет, вбежал в квартиру.

– Мадам Элен! Мадам!..

В гостиной ее не было, на кухне пусто, в спальне – тоже, и хорошо, наверно, а то он ворвался, даже не постучав… О чем только люди думают? Уже уверившись, что вдовы дома нет, уехала, спорить можно, Рубен распахнул дверь библиотеки и, ойкнув совершенно по-мальчишески, испуганно обернулся к Корморану.

– Сэр! – забыта была тщательно отработанная ирония. – Она, она…

«В обмороке, – подсказал суфлер в голове, – расшиблась-прикидывается, надо-звонить-911». Но Рубен и с места сдвинуться не мог, так и застрял на пороге.

+2

7

Ключ, как ни странно, оказался и впрямь не потерян.
Корморан отступил от двери, давая дорогу, и навис над плечом Рубена, как будто рассчитывал с порога отыскать следы беглянки - а лучше, следы обещанной ему картины.
Пакет, из которого дерзко торчали артишоки, так и остался у дверей - головы обоих занимало совсем другое.
- Элен? - снова позвал Корморан, едва стих звук голоса мальчика - как будто вдова Салерно спряталась от них в гардеробе или за изящной старомодной ширмой китайского шелка или не хотела отзываться на крики Рубена.  - Элен?
Пока Рубен метался по квартире, Корморан застыл в гостиной, обшаривая взглядом помещение - но все памятные безделушки были на местах. Представить, что Элен Салерно пустилась в путь без всего этого хлама, было можно, но это означало бы, что все эти месяцы она знатно дурила ему голову, строя из себя тщеславную старую пустышку. И все же, думая об этом много позже, Корморан признавался себе, что предпочел бы этот вариант тому, которым наградила его реальность.
Испуганное ойканье вывело его из размышлений. Мальчик выглядел ошеломленным - первое. о чем подумал Алистер, шагая ко входу в библиотеку.
Картина сложилась мгновеннно - и неестественная поза Элен, и совершенная, какая-то тотальная ее неподвижность. Безжизненность, как на работах ее мужа, мелькнуло и пропало.
Корморан перешагнул порог с прытью, которой от себя не ожидал. Его сознание будто раздвоилось в это мгновение - одна часть так и осталась в дверях, за спиной мальчишки, повергнутая в ужас, а вторая решительно отодвинула с дороги Рубена и уже опускалась на корточки возле тела. Колени предательски хрустнули, возвращая сознанию цельность - с этой секунды Корморан весь находился в одной точке пространства, с безотчетным отвращением приподнимая странно тяжелую руку Элен и находя запястье. Холодное, застывшее. Без следа пульса.
- Она мертва, - закончил он фразу каким-то новым голосом - таким же плоским и безжизненным, как Элен. - Черт! Черт подери эту старую мошенницу!
Рука Элен с глухим стуком ударилась об пол, а Алистер закрыл ладонями лицо, заглушая поток ругательств.

+3

8

Рубен и сам не заметил, как впился зубами в костяшку поднесенного ко рту кулака, не сводя с Корморана зачарованного взгляда, и прослушал, конечно, нафиг, как тот отозвался о миссис Салерно – только царапнуло что-то на самой периферии сознания. Мертва? Мадам Элен? Ох, а Корморан еще держал ее за руку! Рубена даже передернуло от отвращения, и он попятился прочь. Блин, блин, блин! Полиция, блин, надо звонить, блин, мороки будет!

При малейшей неприятности первым порывом Рубена всегда было прикинуть, на кого можно было бы ее свалить – то есть, конечно, с кем можно было бы о ней посоветоваться. А что те, с кем он советовался, почти всегда приходили ему на помощь, ну так это же потому что свет не без добрых людей, а сам он, Рубен, может, и бесполезен, но зато он вносит в жизнь движуху, и жить сразу становится веселее. По крайней мере, так говорили сразу несколько его друзей, даже профессор Розенберг, а значит, отказываться, что ли, когда тебе предлагают помочь?

Мама? Нет, она в Бостоне. Мадам… нет, не мадам Элен! Генри? Родственники, черт, были же у нее родственники? Племянница, да, и наследство… Куча сыплющихся на него забот росла как снежный ком. А вдруг ее вообще убили? Из-за наследства – ведь ее муж покойный, вроде бы, чего-то стоил?

– Полиция, – промямлил Рубен, не трогаясь с места. – Надо позвонить…

Тут он запоздало вновь услышал, как стукается об пол отброшенная Кормораном рука, и его затошнило.

+3

9

[NIC]Алистер Корморан[/NIC]
Корморан без сил отпрянул от тела, стремясь инстинктивно оказаться подальше, неосознанно обтер руки о брюки и чуть не упал, натолкнувшись спиной на перевернутую лесенку, валяющуюся тут же, рядом. Это что-то должно значить, как-то быть связано с трупом, но в данный момент Корморан не способен к таким логическим заключениям, сейчас им руководит естественный ужас живого перед не-живым
Та же лесенка, что едва не стала причиной его падения, помогает ему сохранить равновесие - одна из ее задранных ножек упирается в поясницу в пародии на поддержку, Корморан еще немного кренится вбок, едва сохраняя равновесие, но затем все же принимает устойчивое положение и вот так, снизу вверх, смотрит невидяще на Рубена, так и застрявшего в дверях.
Проходит не меньше пары секунд, пока до него доходит, что бормочет мальчишка.
Как практически любой выходец из аризонской глуши, сам себе прокладывающий дорогу в светлое будущее, Корморан полицию не жалует - и, в отличие от многих, у него на то есть достаточно веских причин. Полиция Нью-Йорка, конечно, тоже подвержена порокам большого города - однако едва ли останется в стороне, если начнут всплывать факты незаконного утаивания оригинала картины. А заинтересовавшись этим, кто знает, не начнут ли копы копать в прошлом и настоящем всех знакомых вдовы из кругов, приближенных к искусству - и на этой мысли к Корморану вернулась как ясность мышления, так и жажда деятельности.
- Ну какая полиция! - воскликнул он, давая выход эмоциям. - По вашему здесь что, криминальный сюжет?
Корморан повел рукой, вписывая сколько мог библиотеки в невидимый очерчиваемый полукруг, вбирая и опрокинутую лесенку, и книжные стеллажи, и вдову в неуклюжей позе на полу.
Полиции здесь не место - полиция оцепит квартиру, повесит везде свои безвкусные желтые заградительные ленты, начнет выяснять, кому была нужна смерть Элен - и Корморан больше никогда не сможет приблизиться к этому дому, чтобы не вызвать удивления и вопросов.
Он уже пожалел, что так поспешно поставил диагноз - однако еще один взгляд, брошенный на лицо Рубена, уверил его, что тот вряд ли кинется немедленно оповещать стражей порядка.
- Ну, ну, - успокаивающе начал Корморан, поднимаясь на ноги и двигаясь к мальчишке. - Это же несчастный случай, такое случается... Сейчас мы вернемся в гостиную, вы присядете, а я позвоню 911... Вам дурно, мистер Белецки? Давайте, я выведу вас отсюда. В гостиной была бутылка шерри - вам бы не помешал глоток.
Никому из них не помешал бы глоток, но Корморан думал только о том, что вдова сказала ему накануне - картина была где-то здесь, в квартире.
- Может быть, вам лучше подождать на улице, на свежем воздухе? Или посидеть у соседей, пока я тут дождусь необходимую службу?  - напирал Корморан, рассчитывая выгадать время и как следует обыскать квартиру, путь и под осуждающим взглядом покойной вдовы.

+3

10

Если бы великодушный мистер Корморан обладал тем особенным, глубоким, бросающимся в глаза чувством прекрасного, которое отличало всех друзей Рубена, этот последний бросился бы сейчас ему на шею – в переносном смысле, конечно, потому что в буквальном вряд ли он нашел бы в себе силы куда-то кидаться. Но, как бы прекрасно ни было чистосердечное и, что не менее важно, бескорыстное желание помочь оказавшемуся в столь трагической ситуации молодому человеку, Рубен неизменно смотрел на обложку книги, прежде чем начать изучать ее содержание, а обложка, если можно так выразиться, мистера Корморана была нарисована не Борисом Вальехо и даже не Франком Фразеттой – именно в этом порядке. И поэтому тоже расстояние между двумя мужчинами не сократилось.

– Это так ужасно, – простонал Рубин, отрываясь от дверного косяка – немыслимое усилие, но, увы, необходимое, пока оказавшийся воистину добрым самаритянином мистер Корморан не предложил страдальцу на него опереться. – Бедная, бедная мадам Элен!

Отняв, наконец, руку от губ, он взглянул на тело и поспешно отвернулся, заметно побледнев – теперь, когда он видел уже детали, неестественный поворот головы был до дрожи заметен.

– Вы правы, тысячу раз правы: полиция, с ее грубой прозой жизни, – и утонченнейшая мадам Элен! Это омерзительно, но что же делать? – дурнота отступила, но голос он по-прежнему не повышал. – Звоните, конечно, звоните! Я, боюсь, сейчас ни на что не способен…

Проснувшаяся некстати практическая жилка подсказала молодому человеку, что еще стоило бы позвонить в похоронное бюро, но когда? Может, те, кто приедет по вызову, подскажут, что делать, и в каком порядке? А может, раз уж он миссис Салерно не родственник, этим вообще должен заниматься кто-то другой?

+1

11

[NIC]Алистер Корморан[/NIC]
корморан мыслил в схожем с Рубеном ключе - хотя, несомненно, доведись каждому из них узнать о подобном, оба были бы изрядно удивлены и, скорее всего, отрицали бы сходство. Однако мысль о родственниках свежепокойной отчетливо вырисовывалась. Корморан знал, что Элен не была одинока в полном смысле этого слова, была какая-то родня Артура, не слишком жалуемая вдовой, и кто знает, не было ли кого-то еще? А потому он тем более тянул со всеми необходимыми звонками, ведь стоило запустить бюрократическую махину, как квартира вместе со всем своим содержимым буквально станет недоступна друзьям покойной.
- Бедная, да, наша бедная Элен, - вторил Корморан, уводя юношу из библиотеки, оглядываясь на тело и желая вдове всяческих мук за свое упрямство.
Гостиная поразила его своей нормальностью - так, будто Элен Салерно вот-вот могла выплыть с подносом, уставленным тонким фарфором. Корморан прислушался к себе - впервые с того момента, как увидел труп - надеясь среди смятения и злости обнаружить печаль или хотя бы ее призрак, но все заполонил привкус отчаяния: он не мог думать об Элен и ее смерти, эти мысли вытеснялись опасениями за собственное благополучие, и прокручиваемые в мозгу слова Ортеги заставляли Корморана потеть под льняным летним пиджаком.
Мальчик продолжал болтать - Корморан с хозяйской уверенностью раскрыл несколько шкафов, нашел домашний бар, наверняка заведенный еще Артуром, плеснул, не разбирая, в пузатый стакан хорошую порцию шерри.
- Выпейте. Вы бледны, нужно взять себя в руки - ведь полиция, несомненно, захочет тщательно допросить всех, кто может иметь отношение к миссис Салерно, - следовало укрепить Рубена в идее держать полицию подальше от квартиры, и на этом пути Корморан не чурался такого топорного запугивания.  - Поищу  в вещах Элен контакты каких-либо родственников и позвоню в службу спасения. Большего мы для нее все равно уже не сможем сделать.
Он в самом деле надеялся, что мальчишка останется на месте, лелея свою тонкую душевную организацию, а потому уверенно направился в спальню Салерно, чтобы без помех обследовать комнату на предмет утаиваемой картины. Покойная любила окружать себя свидетельства своего утонченного якобы вкуса, но едва ли могла выставлять краденый оригинал в гостиной или других комнатах, доступных посторонним - и Корморан ставил на спальню.
Прикрывая за собой дверь, он огляделся, морщась от вида претенциозного будуара стареющей кокетки, и, не теряя времени, принялся приподнимать рамки картин и раскрывать шкафы в поисках спрятанного сейфа.

+1

12

Шерри Рубен терпеть не мог – еще до того, как его воспитанием и манерами озаботился кто-либо помимо его родителей. Однако то же воспитание и хорошие манеры требовали от него не капризничать – pas devant les autres!

– Вы так любезны! – слабеющим голосом заверил он дорогого мистера Корморана, надеясь от всей души, что тот доведет взятую им на себя благородную миссию до победного конца. Быть обаятельным очень удобно, хотя и порой утомительно. Какие вульгарные мысли, фи!

К сожалению, по прошествии некоторого, очень непродолжительного времени, проведенного на диване с полным стаканом в руке, Рубен заскучал. Это было, конечно, немного невежливо по отношению к покойной мадам Элен, но сколько можно тратить душевные силы на грусть и размышления о тщете всего сущего – он же не Экклезиаст, в конце концов!

Блин, артишоки!

Вскочив, Рубен поставил стакан на журнальный столик и, отряхивая на ходу залитые шерри пальцы, бросился к входной двери. Пакет стоял на прежнем месте, даже не опрокинулся, и молодой человек, обняв его, потащил на кухню. По дороге он толкнул ногой дверь в спальню миссис Салерно. Эй, а почему это дверь была закрыта?

– Сэр, вы думаете?..

+2

13

[NIC]Алистер Корморан[/NIC]
Несоменно, сделай Корморан хотя бы глоточек шерри, дай себе хотя бы минуту, пораскинь мозгами - теми же самыми гениальными мозгами, придумавшими весь этот лихо закрученный план по переводу себя прямо в разряд английской аристократии - он бы наверняка догадался, что даже пресловутая Элен Салерно не станет хранить оригинал Альма-Тадемы под матрасом или в нижнем ящике претенциозного комода на львиных ножках.
... Как ванна, подумал Корморан, расшвыривая в стороны украшенные вензельками платочки и шарфики и поднимаясь на ноги - колени снова хрустнули.
Элен могла казаться какой угодно - но уж точно не была дурой. Не стала бы она прятать картину под матрасом.
... Она и не стала.
Корморан отпустил матрас, рухнувший обратно на свое место и поднявший волнение в нижних регионах атласного покрывала с фестонами.
Теперь к напоминающим о себе коленям прибавилась и спина.

Корморан хищно огляделся - полураскрытый гардероб манил намеком, что он мог пропустить среди шелковых и шерстяных костюмов дверцу домашнего сейфа или крепкий тубус - ну хоть что-то.
Во мгновение ока Корморан вновь оказался рядом с гардеробом, задев по ходу движения прикроватную тумбочку. Зарылся в одежду, источающую надоевшие ему до тошноты ароматы, приличествующие элегантному вдовству - что-то не слишком сладкое, не слишком яркое, не слишком... Все не слишком - и потому раздражающее его еще сильнее.
Несколько платьев сползло с покатых плечиков вешалок и пало под ботинки Алистеру, пока он ощупывал заднюю стенку гардероба, ничего не видя и задыхаясь от навязчивого запаха, будто усиливающего с каждой секундой.
В ушах зазвенело, он отпрянул, чтобы вдохнуть немного воздуха, не пропитанного запахом покойницы - и тут же с ужасом обернулся на вошедшего мальчишку.
- Я... Мне...
Он вдохнул, выдохнул, прикоснулся рукой ко лбу, выпрямляясь окончательно и приваливаясь к полуотворенной дверке шкафа.
- Почувствовал себя дурно. Искал окно.
И перепутал его со шкафом.
Будто намагниченный, взгляд Корморана переместился по комнате, носившей следы его грубого вторжения в виде разнообразных предметов гардероба и прочих безделок мадам Элен прямо на ковре, к противоположной стене - к окну в ней. Широкому, нахально таращившемуся своим единственным глазом на Корморана.
- Что вы... Почему вы покинули гостиную? - глупо спросил Корморан, вцепляясь в створку гардероба. - Вы должны быть в гостиной.
Вот теперь ему и в самом деле становилось дурно - от одного только воспоминания о взгляде Ортеги: взгляде, в котором естественный интерес к тому, сколько переломов выдержит Корморан в сознании, мешался с отстраненностью какой-нибудь тропической скользкой твари.

Отредактировано Book of Tales (2017-08-24 21:37:18)

+2

14

Рубен не сразу ответил, потому что он, выражаясь вульгарно, офонарел. Царивший в комнате хаос был настолько не похож на царивший там обычно порядок – спасибо, милейшая Мария-Лус, приходившая три раза в неделю – что сначала он подумал на мифических грабителей, но мистер Птица оправдывался так неуклюже, что и Рубену пришлось признать факты, а значит, и необходимость что-то делать. Беда была в том, что он понятия не имел, что делать. Звонить в полицию? Визжать на весь дом? Выгонять мистера Птицу? Да, угрожая артишоком!

– Вы, это, прямо Черный Ястреб, – промямлил он. – Или Кот-в-Шляпе. Давайте-ка вы вытащите свои Штучки и приберетесь, а? А то мне правда придется вызвать полицию, а это так пошло – вы со мной согласны?

Полицию мог также заинтересовать лежавший в ящике его письменного стола белый пакетик, но о таких мелочах Рубен говорить не собирался. Но зато, заговорив о полиции, он вспомнил еще одну важную мелочь и сразу почувствовал себя не меньше чем сэром Питером Уимзи.

– Кстати, сэр, посмотрите: вдруг к вам в карман нечаянно упала какая-нибудь безделушка или сувенир? Сережки мадам Элен такие деятельные! Одну мы нашли в сахарнице, а другая чуть не повесилась на люстре! – Он перехватил поудобнее пакет с артишоками. – А браслет как-то развернулся и…

Тут он вспомнил неестественно повернутую голову миссис Салерно, и ему сразу расхотелось шутить.

+2

15

[NIC]Алистер Корморан[/NIC]
Корморан считал себя стрессоустойчивым, и иногда, если вовремя напомнить самому себе об этом, так оно и бывало. Сегодня он напомнил себе об этом уже дважды - последствия встречи с Ортегой требовали жестких мер - так что отступать было некуда: стрессоустойчивость грозила перехлестнуть через край и затопить окружающих.
Он взял себя в руки и расправил плечи.
- Что вы себе возомнили? - холодно спросил тем самым тоном, который тренировал для знакомства с жителями деревни, находящейся на его земле в Англии. - Что я собираюсь обворовать покойную?
В общем-то, альтернативой был вариант с тем, что он просто решил примерить пару платьев Элен Салерно, так что Корморан, выплеснув благородное негодование, снизил пафос речей. Как бы там ни было, объясняться с мальчишкой было предпочтительнее, чем объяснять с полицией.
- Я искал записную книжку миссис Салерно, чтобы связаться с родственниками, и что-то, чем мы могли бы прикрыть ее до приезда... специалистов, - намного миролюбивее добавил Корморан, превращая происходящее в досадное, но забавное недоразумение. - Разумеется, я понимаю вашу тревогу - мы живем в страшное время и в ужасном городе. Ничего, мистер Белецки, мы еще вместе посмеемся над этой ситуацией...
Оборвав себе на полуслове - с предложением посмеяться он все-же мог перегнуть палку, учитывая труп в соседней комнате, вон как сбледнул юноша - Корморан торжественно продемонстрировал, что оба его косых кармана на пиджаке британского стиля лишь имитация, а затем не менее торжественно вывернул карманы брюк. Ключи от автомобиля упали ему в подставленную ладонь.
Затем, сохраняя благодушное, но чуть смущенное выражение лица, расстегнул пиджак и развел полы в стороны.
- Можете удостовериться, молодой человек. В этот дом я ходил не ради ограбления, - со всей доступной ему и тщательно отрепетированной искренностью предложил Корморан. А подумал в это время, что если хлыщ только потянется к нему с обыском, то будет избит своим же артишоком.
Стрессоустойчивость иногда выходила боком даже самому Корморану.

+2

16

Молчать Рубен умел очень плохо, сохранять спокойствие – и того хуже, поэтому пока мистер Птица выворачивал карманы, он обнимал пакет с артишоками с таким пылом, словно принес в нем по крайней мере золотые слитки, кусал губы, переминался с ноги на ногу и походил на обычного самого себя не больше, чем ворон на письменный стол.

Проблема была в том, что в предложенное ему объяснение он не поверил и, как ни старался, как ни напоминал себе про шесть невероятных вещей перед завтраком, поверить не смог, и поэтому отчаянно боролся с желанием извиниться, плюнуть, попросить мистера Корморана – имя вдруг само всплыло в памяти – немедленно удалиться и, наконец, когда пустым оказался последний вывернутый карман, потребовать объяснений. Это последнее было, однако, столь чуждо его нраву, что Рубен тут же решил доказать, хотя бы самому себе, что не зря приятели Генри весь вчерашний вечер дразнили его Белой Королевой.

– Прикрыть, прикрыть… да. А разве можно? И потом, мертвые сраму не имут, хотя я никогда не понимал это выражение, знаете, de mortuis nil nisi bene, как будто стоит умереть, и все, ты уже святой, хотя католическая церковь, конечно, не согласна, знаете, сколько бумажонок для этого надо собрать? Мне один знакомый Генри рассказывал, про покойную мать Терезу… То есть это неважно, конечно, но давайте лучше не будем прикрывать, а то это вмешательство в картину преступления, то есть не преступления, но вдруг, и вдруг нас еще станут подозревать в чем-нибудь…

Звук собственного голоса успокоил Рубена окончательно, и он улыбнулся мистеру Корморану уже вполне жизнерадостно, прежде чем радостно закончить:

– Кстати, а убраться все равно надо.

Про телефонный звонок он напоминать не решился, потому что в поиски записной книжки он еще поверить не успел.

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Жизнь как искусство » После Дня независимости наступает месяц неприятностей