Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив исторических зарисовок » Анкеты персонажей сюжета «Венецианское кружево»


Анкеты персонажей сюжета «Венецианское кружево»

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

В свободной форме.

0

2

Кьяццато Брандуарди, 45 лет, надзиратель в тюрьме Карчери.

Вечно усталый, с постным и унылым выражением лица, расцветить которое улыбкой может либо созерцание дочери, либо распитие чего-нибудь алкогольного. Носит неопрятного вида одежду, хоть она, чаще всего, выстирана и залатана. Венчает образ видавшая виды шляпа.

Кьяццато родился в обнищавшей семье, побочной ветви некогда очень богатого рода негоциантов, слава которых гремела на всю Венецию. Однако несколько поколений назад все пошло наперекосяк, с молотка ушел палаццо с висячими садами, а с торговым делом пришлось распрощаться. Сам Кьяццато застал уже закат древней фамилии, ему достался небольшой домик в Кастелло, однако и его пришлось продать вскоре после женитьбы на прехорошенькой, но бедной, как церковная мышь дочери мелкого торговца рыбой. Хорошенько поразмыслив, юная жена и мать трехлетней Кьяры собрала нехитрые пожитки и была такова. Поговаривали, она сбежала на материк с каким-то богатым авантюристом. Один из кузенов взял Кьяццато в свой дом, и малышка Кьяра воспитывалась вместе с его дочерью. Кьяццато перебивался всякой работой, одно время помогал кузену, но тот отстранил его от дела, решив, что так сохранней для семейного благополучия будет, и постепенно его лучшим другом становилось вино и тот, с кем его можно было распить, а заодно побеседовать о вечном. Вскоре кузен скончался, а его вдова недвусмысленно указала приживалам на дверь. Тогда-то Кьяццато и вспомнил о старом приятеле, начальнике тюрьмы Карчери. Вздохнув, тот проявил сострадание и взял Кьяццато надзирателем, выделив для него с дочерью три крохотных комнатушки при тюрьме.
На новом месте у Кьяццато вдруг открылось второе дыхание, работу он свою выполнял добросовестно и даже проявлял всяческие инициативы, за что был у вышестоящих на хорошем счету. Вскоре ему позволили приобщить к делу дочь, так что их материальное положение слегка упрочилось.
Больше всего Кьяццато переживал, чтобы дочь не пошла по стопам матери, а посему с детства воспитывал её в строгости и без конца талдычил о благочестии. Не в последнюю очередь именно из-за подобных опасений в их доме частым гостем стал отец Таддео. Чувствуя его присуствие, Кьяццато мог спокойно оставлять дочь и отправляться познавать истину, которая, как известно, находится в одном превкусном и ароматном напитке.

0

3

Таддео Грана, 34 года, священник
Невысок и не слишком статен, но достаточно силен, чего многие не ожидают, глядя на кажущегося иногда неуклюжим священника. Короткие темные волосы. На верхней губе шрам, полученный в детстве.

Конечно, священнику больше пошла бы фамилия Приоре или Кьеричи, но родители его удовольствовались прозванием Грана, которое перешло и самому Таддео. Старший брат Таддео отличался неуемной тягой к увеселению, а кроме того, вспыльчив и несдержан, в конце концов, был убит ночью неизвестными. Опасаясь, что младшее дитя пойдет по стопам старшего, мать, рано овдовевшая, позаботилась о том, чтобы сын был принят в духовную семинарию в Тревизо. И, тем самым, нашла для сына тот самый путь, на который он и сам внутренне уже готов был вступить. Таддео был рад и своему незавидному чину тюремного священника, найдя в нем все, что ему нужно было, а именно - возможность наставлять на путь истинный заблудшие души. К тому же, беседы с заключенными стали источником вдохновения - по вечерам Таддео составляет нечто вроде философских наставлений или соображений о природе греха, происходящего от скверности нравов и погрешностей воспитания.

0

4

Кьяра Брандуарди, 16 лет.

Среднего роста, сложена хорошо и по возрасту, вполне миловидна. Волосы густые и пышные, но возможности демонстрировать их красоту, рассыпая ее по плечам, нет - с работой в тюрьме чаще приходится их забирать под косынку. Глаза карие, задумчивые, взгляд как будто в себя. Улыбка тоже чаще получается грустной. Разница между жизнью пусть даже и приживалки у родственников и дочки надзирателя, которой приходится мести коридоры, слишком разительна, чтобы перемены не наложили отпечатка на характер: задумывается она несколько чаще, чем положено юной девушке.

Матери своей Кьяра не помнит, зато слышала про нее больше и чаще, чем было необходимо. Если верить воспоминаниям знавших ее людей, ничего хорошего с ней случиться в дальнейшем не могло. И какой бы путь ей не прочили, сходились все в одном - долго топтать бренную землю этой женщине точно не пришлось.
Сколько Кьяра себя помнила, всегда жила в доме кузена отца на правах приживалки. Вроде, платья ей перепадали, и за общий стол сажали, и даже с дочкой кузена она была подругой, а только не заметить недовольных взглядов жены хозяина было невозможно.
С переездом в комнатушки при тюрьме попреки пропали, но с окружением стало намного хуже. Не все надзиратели - потомки некогда процветавших семей. Среди нынешнего окружения выделяется, пожалуй, только тюремный священник.

0

5

Марко Руццини, 47 лет, венецианский дворянин.

Мужчина немногим выше среднего роста, сохранивший почти юношескую гибкость фигуры и не обросший лишним жирком. Собственные волосы темно-русые, до плеч, глаза серые, мимика необычайно подвижная.

Один из трех сыновей Пьетро Руццини, дальний родственник Карло Руццини, 113-го венецианского дожа, вдовец со стажем. Родился в довольно известной дворянской семье, в недалеком прошлом владевшей собственной судоверфью, финансовую мощь которой подорвали захватнические поползновения турков и, как это ни прискорбно, похождения родителя. Успешно довершил начатое, ввязавшись в сомнительные финансовые авантюры, из-за чего был предан анафеме безмерно опечаленной наличием в семействе паршивой овцы родней. Сын пошел в отца. Пытался поправить дела женитьбой. Супруга (девица хорошего происхождения, с недурным приданым) скончалась родами двадцать два года назад, произведя на свет мертвого младенца мужеска пола. Беспокойный вдовец более не женился и нисколько не тяготился этим обстоятельством, предпочитая тихим семейным радостям кутежи в знаменитых венецианских борделях, некоторое время (когда водились деньги) содержал куртизанку. В юности изучал в Пизанском университете естественные науки, в коих не слишком преуспел, но на частных вечеринках не гнушался уверений, что знает секрет переплавки алмазов. Многие дамы охотно внимали, внимали и верили, верили и… «что может проистечь из чашечки кофе?..»
Беспокойный нрав и страсть к путешествиям позволили ему исколесить половину Европы, поупражняться в сложении весьма вольного содержания памфлетов, удостоенных сожжения иезуитами, и очутиться в тюрьме Карчери по доносам одураченных кредиторов, кои умудрились списать синьору Руццини долгов на круглую сумму в обмен на обещание прибыли с золотодобычи в сельве Амазонки. Где, собственно, сейчас и пребывает. В тюрьме – увы, не в сельве.

0

6

Анджиоло (Анджиола) Руццини, 23 года, отпрыск Джованни и Лючии Руццини.

Внешность: средний рост, тонкая юношеская фигура и очень изящные, женственные руки. Кожа чрезвычайно бела, глаза карие, каштаново-рыжие волосы до лопаток обычно собраны в опрятную прическу, а иногда и напудрены.

В отличие от младшего брата Марко, Джованни Руццини всегда слыл человеком надежным и честным. Не склонный к авантюрам, он был недостаточно предприимчив, чтобы восстановить былое величие и богатство рода, но собственный дом свой сумел сохранить "полной чашей". И долгие годы дом этот был наполнен веселыми разговорами, музыкой и детскими голосами.
Неладное стало происходить незадолго до рождения третьего ребенка Джованни и Лючии. Сначала после загадочной ссоры между братьями от дома был отлучен Марко. Затем что-то разладилось между супругами и даже изменилось отношение добрейшего Джованни к детям. Рожденного в ту пору младенца он и вовсе несколько раз прилюдно назвал "дурной кровью".
Со временем же дело приняло еще более странный оборот, ибо стало невозможным положительно сосчитать количество сыновей и дочерей достойнейшего семейства. Например, многие могли бы поклясться, что третьей родилась девочка, которую назвали Анджиола. Или все-таки мальчик Анджиоло?
О девочке говорят, что по природе своей она не отличалась ни миловидностью матери, ни добрым нравом отца, и поэтому не снискала всеобщей любви. С детства она везде увязывалась за старшими братьями и интересовалась вещами, наименее всего для нее подходящими – лошадьми, оружием, etc.
Как только Анджиола достигла брачного возраста, ее поспешили срочно сбыть с рук, выгодно выдав замуж. Выгода, впрочем, была сомнительной, так как речь шла всего лишь о браке с потомком богатых откупщиков, чей прадед купил титул, а отец бредил мечтой сродниться с настоящими дворянами.
Как бы то ни было, свадьба состоялась. А на следующий же день строптивица сбежала из дома своего мужа, с презрением отказавшись не только от его крова и его ласк, но даже от его имени. Благо, скандал удалось замять, ибо кроме чести породниться с домом Руццини, семью брошенного супруга в то время ничего не интересовало.
Так дочь Джованни и Лючии исчезла, словно в воду канула. Зато через год-другой до родителей стали доходить редкие новости о сыне - Анджиоло Руццини. И от таких новостей бедный Джованни на глазах старел, пока наконец не скончался от разочарования и подагры.
Анджиола же вновь возникла только еще через пару лет - после того, как прошла весть о кончине отвергнутого ею когда-то мужа. Несмотря на сопротивление родственников, она чудом сумела прибрать к рукам немалое наследство, после чего снова исчезла в неизвестном направлении.

История эта слишком запутана и не очень интересна, а потому не многим в свете известна во всех подробностях. Те же, кто берется ее пересказывать, обычно повествуют о близнецах Анджиоло и Анджиоле. Только немногие выдвигают фантастические версии, например, о юноше, который успешно выдавал себя за девицу и даже обвенчался в таком виде в церкви, или о молодой женщине, по сей день путешествующей в мужском платье в поиске приключений.

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив исторических зарисовок » Анкеты персонажей сюжета «Венецианское кружево»