Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Магические миры » "Тридесятое царство - сказочный переполох" - часть 1.


"Тридесятое царство - сказочный переполох" - часть 1.

Сообщений 61 страница 80 из 80

61

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
Яга заметила взгляд, брошенный лейтенантом на горшок с питьем.
- А ну, пей! - осерчала она. - Сомневаться он тут еще будет... Не для того я тебя почитай что из могилы вытащила, чтоб отравить! Крови ты много потерял - глянь, все половицы рудой твоей уляпаны! А подрала тебя птица неведомая, громадная...
- Пр-розываемая - Р-рухх! - уточнил эрудированный Кондрат. - Ар-рабские да пер-рсидские сказки!
- Арабские да персидские?! - охнула Яга. - Это что ж такое пойдет: джинны да ифриты разные к нам полезут?! Ладно-ладно, сговорюсь с Горынычем, устроим им ответный налет на ихний Багдад! Будет им волшебный Восток!..
Спохватилась, остро глянула лейтенанту в глаза:
- За Глафиру не бойся, волк. Лежит на нашей королевишне заклятье: кто до нее коснется - добрее станет. Не сожрет ее птица.

Рекрут Щука
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/X0uQf.jpg[/float]
Рекрут невольно залюбовался на похорошевшую Василису, да и Емелька глаз радовал! Остепенился, подобрался - гоголем ходит вокруг саней, слова все мудреные изрекает, научные! Вот, что присутствие красавицы с нормальным мужиком делает! «Эх, в жены бы такую Емелюшке моему, толковая баба зараз из самого безнадежного дурака - человека сделает… Эвон, как Емельяна от гордости распирает. А нашему брату разве много надо? Важность свою и незаменимость осознавать…»
Впрыгнул Щука в ведро и трубочкой попыхивает - молодым разговаривать не мешает. Только один раз в разговор встрял, когда маршрут водители обсуждали:
- Ты, Емелюшка, как вдоль реки поедешь, тормозни у проруби, к Царю с рапортом я опаздываю. Надо успокоить старика, что жива, мол, наследница глубинного королевства и под полным надзором Яги находится.
"Правда, компании царевишны с ведьмой лесной Царь не обрадуется, а может в гневе с десяток кораблей купеческих потопить, он ведь с Велесовной шибко на пятилетии Глашки разругался, с тех пор Яга в подводный терем носу и не кажет, - подумал Щука, - так что, оно, пожалуй, лучше и не говорить, про Ягу-то…"

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
Шапочка молча сидела на лавке и гладила то ли ослабевшего, то ли умело симулировавшего кота. Лейтенант очнулся и даже выглядел не так помято, как ожидалось. «Сильна колдунья, ох, сильна!» - сказала себе под нос девица. Мгновенно затянувшиеся раны на груди Волкова произвели на нее сильное впечатление. Много Аннет повидала за свою службу колдуний всяких: злых королевишен, принцесс, что темной магией баловались, ведьм болотных да лесных, но в Ягнеде сила чувствовалась древняя, страшная, могучая. Знала агентесса, что лучше не перечить тридесятой ведьме, а надо бы поскорее откланяться, пока не разозлили ненароком. Вон как неосторожно она со своим Бри де Мо сунулась. Но куда же им идти? Леса они не знают, средство передвижения осталось замерзать на озере, да и к Кощею они без местной помощи не попадут. А к Кощею им надо было попасть позарез. Время идет, а они с Котом, как оказалось, все на месте топчутся. Вздохнула девица, глянула сначала на Ягу, потом на Волкова. Может, помочь им чем? И вспомнила тут Аннет про зеркальце волшебное, что Иван подарил. Вдруг покажет оно Царевну Морскую? Достала его, повертела в руках, хотела было слова заветные сказать, да оно само радужным светом залилось, замерцало. Пошли всполохи по зеркалу, затуманилось оно, а потом вдруг - писк, крик, да ругань несусветная из него полились. Растаял туман в зеркальце, и видит Шапочка – бьется Горыныч с птицей громадной. Перья радужные так и летят во все стороны, а змей трехглавый так и наседает, так и наскакивает. Огнем жжет, когтями машет, пикирует на виражах.
- Изабель? – неуверенно прошелестела Шапочка. Вот незадача! Опять зеркальце сбой дало, и сигнал на дракона вышел. - Мадам Яга, мсье Волков, тут, похоже, бои без правил! - воскликнула она, показывая переполох в зеркале.

Captain
волшебник
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/FBMjP.jpg[/float]
- На вираж, на вираж выходи!
- Слева, слева, смотри, чтобы не задела!
- Сейчас кольца с клюва сорвет, всю чешую с хвоста спустит! Уворачивайся!!
- В хвост надо заходить, в хвост!!!
Битва в воздухе шла не шуточная.
- Все, надоело мне, включаем режим курица-гриль!!!
- Как это - курица-гриль?
- Бычка-гриль помнишь? Тогда, даже вкусно получилось!
- Аааа… только не пережечь надо! Я горелую корочку не люблю!
- На счет три… Раз… два…. тр…..
- Кощей вызывает Ягу!!! И немедленно!! – рявкнуло зеркало и в нем вместо жаркой схватки появилось мужское лицо. Загорелое, взор орлиный, брови вразлет, волосы черные на висках с легкой проседью. Мужчина был очень даже интересный, только сильно гневался, черные глаза, даром что, молнии не метали.
- Ягу мне!!!

Кощей
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Reo6H.jpg[/float]
Заснуть Кощей толком так и не смог - все ворочался, соображал–размышлял, что же такое Яга затеяла. Задремал только под утро. Зато сон ему приснился прямо-таки эротический - царица в цепях - Шамаханская.
Зол был на Шамаханскую царицу Кощей, очень зол. Даром, что Золотого петушка увела, а ведь какой флюгер шикарный на центральной башне был, так еще в пору их с Кощеем стремительного романа, трижды изменить успела - сначала с двумя царевичами, а потом с их папашей, этим прыщем яргородским - малорослым и неказистым царем Додоном – нынешнего царя яргородского Солтана прадедом. А потом наглой хитростью улизнула от гнева кощеева в края неведомые. Бессмертный чуть все царство Шамаханское не пожег, но вовремя одумался - кто ж ему тогда шелка и бархат поставлять будет. С тех пор в глубине души он женщин роковых опасался и старался не связываться.
Нагая красавица в слезах умоляла пощадить, а Кощей с наслаждением охаживал ее плеткой по спине и нижним приятным выпуклостям.
И вот от такого-то удовольствия Бессмертного разбудили.
В окошко настойчиво стучала драконья морда.
- Ну, чего тебе, Горыныч, не рассвело еще, попозже заявиться не мог? - Кощей потягиваясь распахнул ставни, – а чего покраснел весь, опять в Орондуине купался, экстремал хренов?
Змей не отвечал, только молча толкался мордой в подоконник. Кощей зевнул, пригляделся , а это и не Горыныч вовсе, а корабль летучий с алыми парусами. А в корабле девица ни жива ни мертва лежит, в наряде свадебном.
- Черномора ко мне! - голос Бессмертного загремел по всему замку, - корабль спустить, девицу достать, в опочивальню снести, да не в мою!!! А то еще и в некрофилы запишут… в гостевую несите.
И в ожидании, когда приказ будет выполнен, Кощей, нервно похрустывая пальцами заходил по комнате, размышляя, что бы это могло значить и что это за царевна-королевишна в корабле лежит - очередные происки оппозиции - эдакий намек на то, что он всех невест уморит или то, что ему бессмертному и такая сойдет.
- Я вам покажу и так сойдет, я вам покажу оппозицию, свободы им захотелось, слова, собраний, выборов каких-то свободных, вы мне еще скажите, что меня - Кощея выбирать будете? Демократии им захотелось! Фигушки!!! Я вам покажу братство и равенство! Я вам между топором и веревкой выборы-то устрою ! Деспот я, тиран, узурпатор, со всеми вытекающими отсюда последствиями – на одну ладонь положу, второй прихлопну… - бурно дискутируя со своими невидимыми оппонентами, Кощей вдруг вспомнил, где он мертвую царевну видел. Правда не в таком наряде, но, не даром, она ему знакомой показалась - в избе Яги на лавке сидела.
- Ах ты старая кочерыжка, уморила девицу и решила мне мертвечинку подсунуть ! Или упырицу? Очнется, начнет тут в замке всех жрать…
-Ну что еще? - обернулся он к влетевшему в покои Черномору, - что говоришь? Какая царевна? Морская? Точно, ошибки нет? А малолетства знаешь? А я почему не узнал? А, да, я же ее только мальком видел, да и то один раз. Ну, Яга, ну интриганка! Морскую царевну уморила и мне подсунула, да еще а наряде свадебном… Это же вселенский скандал, и Кощей опять главный злодей. Хотя… - Кощей на мгновение задумался. - Вселенский злодей – это звучит гордо! Однако, царь Морской от такого на хвост встанет, а это ж – перманентные неприятности. Ладно, иди, стереги царевну, чтобы не украли, а то мало ли кому что в голову придет, - взмахом руки Бессмертный отослал Черномора, сорвал с руки кольцо и швырнул на поднос. – Кощей вызывает Ягу!!! Кощей вызывает Ягу!!! И немедленно!!

0

62

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]

- Вот не было печали - черти накачали... - буркнула себе под нос Яга. Неспешно поправила на голове тюрбан с пером Жар-птицы (каким-то чудом уцелевший, пока воздушная гонщица крутила в облаках пируэты на метле), подошла, взяла из рук опешившей француженки зеркальце.
- Здравствуй, Кощеюшка, свет-батюшка! Ох, до чего ты славно выглядишь! Никак яблочками молодильными обтрескался? С ними, сокол мой, поосторожнее надобно. Ежели брюхо прихватит - скажи мне, настоечки пришлю из коры дуба лукоморского, полыни да...
Драгоценный рецепт остался не озвученным до конца: всех обитателей избы накрыло неразборчивым звуковым шквалом. Кондрат Кондратьевич, затрепыхавшись, упал с вешалки. Кот Лиходей, забившись за печь, прикрыл голову лапами и лежал-дрожал.
Но Яга разобрала каждое словечко - чай, не первый век с Бессмертным зналась. Только брови принахмурила:
- И тебе, золотой ты наш, того же самого, тем же концом да по тому же месту... Не ори - чай, не оглохла от дряхлости, хоть и не держу диету фруктовую... Какая-такая невеста на корабле?.. А-а! Так она, чай, на кастинг прибыла! Верно, стало быть, поговаривают, что жениться ты замыслил? Все уши мне прожужжали, со всех сторон. Я даже подумывать стала: а не попытать и мне счастья, не нагрянуть ли во дворец при полном параде - авось, молодых за пояс заткну?
Ответный звуковой шквал был короче, зато интенсивнее. Оборвалась вешалка, разбилось засиженное мухами зеркало на стене.
- Ладно-ладно, - благодушно отозвалась Яга. - Как от счастья в себя придешь, так расскажи толком, что за дуреха на кораблике и что ты с нею сотворил... Как ты сказал? Глафира? Так это ты птицу послал, чтобы ее выкрасть?
Яга посерьезнела, прекратила паясничать.
- Не мне тебя учить, дурня омоложенного: ежели с Глашкою чего сотворишь - жди цунами на свой дворец! Без чувств лежит? Приводи в чувства! А про кораблик будешь Морскому царю заливать! Ежели что, я и сама в свидетели пойду, и толпу очевидцев представлю: черная птица Кощеева похитила Глашу, красавицу нашу! Один из очевидцев - Морского царя подданный, а имечко не скажу по программе защиты свидетелей. И независимые иностранные наблюдатели имеются! И тогда, коль Глафиру-королевишну загубишь, олух ты наш бессмертный, срочно учись плавать с ластами и маской. Очень оно тебе пригодится, когда над крышей твоего дворца волны морские пойдут гулять!

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
Уши болели так, как при отите, заработанном Вальдегардис в детстве от ныряния в озеро Альпзее, когда она с классом ездила на аттракцион дракона Магнуса. Попытка закрыть их ладонями ни к чему не привела, с таким же успехом можно было бы заткнуть пальцем небо. Рыжая шевелюра Вальдегардис тоже отреагировала на магнитные возмущения, рекой лившиеся из зеркальца Шапки, попросту встав дыбом. На том конце волшебного средства связи воцарилась тишина - наверное, Кощей обдумывал, ласты какой марки лучше приобрести в виду возможного изменения климата в его отдельно взятом замке, и Вальдегардис тихо сползла по стеночке вместе с одной из досок Емелиного шедевра под названием "Ставни креативные арт-нуво". Превозмогая звон колоколов Кёльнского собора в голове, она спросила у Яги слабым голоском:
- Это... был отец?
Дрожащей рукой Вальдегардис пригладила волосы, завившиеся в вертикальные локоны, заметив новообразованную дырку на остроконечной шляпе. Её внимание привлёк странный звук, исходящий из угла. Вальдегардис повернула голову.
Метла класса "А" растопырила щётку, больше напоминующую теперь клубок змей на голове тётушки Вальдегардис по отцовской линии Горгоны-Медузы, а по ручке как раз в этот момент весело ползла трещина, сообщая о своём появлении с помощью специфического звука ломающегося орешника.
Последнее слово техники не выдержало слова матерного.

Кощей
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Reo6H.jpg[/float]
Но, тут из зеркала выплеснулся новый звуковой шквал, сильнее прежнего. Кощей от бешенства аж побелел, даже осунулся.
Антимат на подносе пронзительно запищал, убирая идиоматические выражения, которые высказывал Бессмертный в адрес Яги.
- Ты мне Яга зубы не заговаривай и с больной головы на здоровую не вали. У меня тоже везде глаза и уши есть, знаю, кто слухи о женитьбе распустил!!! - Кощей ткнул в поднос пальцем и по избушке прошел звон, так что уши заложило. - Кто сказал, что я птицу какую-то посылал? У меня отродясь птиц, кроме грифов, в услужении не было. А что до свидетелей, то на твоих свидетелей мои есть, а то я ее в твоей избе не видел, у меня и запись имеется!
И тридцать четыре свидетеля, не говоря о челяди, и зевак не меряно, кто засвидетельствует, что она на корабле летучем ко мне уже ни жива, ни мертва прибыла. И корабль в наличии имеется, не моим колдовством сделанный, любая экспертная комиссия подтвердит.
В чувства приводить? Еще чего. Размечталась… Я ее приведу, а мне потом влепят сексуальные домогательства к морской-то царевне – не хухры-мухры, совсем за идиота меня держишь? Как ее ко мне послала , так сама и разбираться будешь. А иностранные наблюдатели, это уж не та ли мармазетка французская, что я у тебя вместе с Глафирой видел? – Кощей довольно осклабился. – Вот значит, что получается, преступный умысел с целью уморения особы королевской крови, в сговоре с представителями иностранного государства. Межд ународным заговором попахивает. Так и запишем.
Судя по реакции Яги, она тоже не знала, что с Морской царевной приключилось, а значит, постава была не от своих, что было бы совсем уж обидно, а с третьей, неизвестной пока стороны, скорее всего, опротивевшей Кощею оппозиции - «завтра же перевешаю, на фиг». От этих мыслей Бессмертный постепенно успокоился и продолжал лаяться уже по привычке.
- Ты мне не грози. Сама плавать будешь учиться, как зальет твое Кикиморье, да и курицу свою научи, коли летать не умеет. Разворачивай избу и гони сюда. Я твою королевишну и пальцем не трону, пусть ее Черномор охраняет. Так что без инсинуаций мне тут.
Кощей развалился в кресле напротив подноса.
- Сама-то чем опилась, что никак на тридцатник тянешь? Неужто, всерьез «женихаться» решила. Вот станцуешь, мне что-нибудь эдакое… - Бессмертный припомнил сон и провел в воздухе пальцами, словно гладя женские выпуклости, - восточное, завлекающее, как гурия в райском саду…. как Саломея царю Ироду, я тогда может и подумаю. А что это у тебя там за шляпа черная на горизонте болтается?

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
Сердце ёкнуло, хоть уши уже отложило, и Вальдегардис очень четко услышала последний вопрос Кощея. Вот он, волнующий момент, наступил-таки. Вообще-то, Вальдегардис надеялась, что знакомство с отцом произойдет лицом к лицу, а не через искажающее изображение волшебное зеркальце, да ещё при таких обстоятельствах, когда у родителя настроение весь мир в труху стереть. Неужто он всегда такой, когда нервный? Или вообще такой? Мама не любила распространяться на эту тему, на вопросы подрастающей дочери касаемо её отца отвечала односложно, а перед поездкой сказала лишь одно: "Я очень его любила. Но ты сама всё увидишь". Может, это был такой тонкий намёк на то, что характер у Кощея - не подарочек на Рождество ни разу?
Сняв прохудившуюся шляпу, Вальдерагрдис ещё раз провела ладонью по вздыбившимся рыжим локонам, взяла из рук Яги зеркальце и посмотрела в него.
Коленки подкосились, однако ведьмочка устояла на ногах и улыбнулась импозантному, но слегка размытому мужчине с пламенными очами по ту сторону экрана:
- Гутен нахт, херр Кощей. Я - дочь Феи Драже из Шварцвальда.
Последовала пауза, Вальдегардис отвела взгляд, а потом снова взглянула в непонимающе глаза худощавого мачо:
- Папа...

Отредактировано Captain (2015-01-22 19:47:45)

0

63

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
- Сама Глашка?! – ойкнула девица, - а верно говорят, что она рыбой пахнет, а вместо ног у ней один большой плавник?
И болтать с Емелькой было приятно, однако, ежели увидит кто – что люди потом говорить начнут? Мол, Василиска, Яргородского воеводы дочка, на печи с Емелькой-дурачком по Тридесятому разъезжала! Василиса глаза зажмурила и так и представила купчиху Скоробогатову и царедворца Сковороды трех дебелых дочерей (у старшей на носу бородавка размером с вишню).
«Совсем молодежь стыд потеряла! - скрипучим голосом вещала необъятных размеров купчиха, прихлебывая чай из блюдца, - давеча Василису Прекрасную видели с Емелькой, да в таких интимного свойства обстоятельствах!...»
Сковородины дочки хрустели сушками и согласно кивали.
- Это оттого, что она Прекрасная, а не Премудрая, – поддакивала бородавка, которая за долгие годы девичества прочла три книги по домоводству, и одну – по селекции, - волос долог, ум короток…
Василиса сморгнула и решительно затрясла головой.
- На санях, - с чувством собственного достоинства ответствовала красавица, - чай, свой транспорт имеем. Сама поеду, показывай дорогу, Емелюшка, а тебя, Щука, мы в реку выпустим, как через мостки будем проезжать, верстах в трех. Поклон Морскому царю передавай, от Василисы, яргородского воеводы дочки! - в сани прыгнула, и закомандовала, - а ну-ка, сани самоходные, заводитесь и вперед, за Емелькиной печкой, в Кощеево царство!
Мотор заурчал, захлебнулся, пару раз чихнул и возмущенно смолк.
- Э-эээ… вы чего? Это? – ахнула Василиса, однако ответом ей послужило мрачное безмолвие современного средства передвижения.
«Говорил мне родитель – гессенские сани покупать надобно, они надежнее, а все я виновата – «хочу французские, хочу с красным лакированным крыло-оом!» - передразнила сама себя Василиса, и некуртуазно шмыгнула носом.
- И чего мне теперь?
Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
Внезапно грудь Емели приобрела дивное сходство с колесом, щеки надулись, он лихо поправил на голове шапку, пожалев попутно, что надел обычную, а не с цветочком аленьким, который Настенька выбросила, достигнув цели и выйдя замуж.
- Предлагал же я тебе, Василиса, на печи. Вот и полезай! - он помог девице взобраться на свой безотказный транспорт, а сам обошел вокруг её сани, с умным видом почесав затылок. - Видать, не выдержали морозов, али бездорожья. Это тебе, Василиса батьковна, не по Яргороду рассекать, где у вас молочные реки, кисельные берега и римские дороги. Тут, в Тридесятом лесу, знаешь, условия суровые. Эвакуатор тебе теперь понадобится. Горыныча можно попросить, правда, берёт он дорого. - Емеля подумал, что зря помянул трехглавого, ему теперь с ним встречаться несподручно вовсе. - Короче, сообщишь отцу, как к Кощею прибудем. Запомнить надобно - между тремя соснами сани стоят. Не заблудишься.
Вскочил Емеля на печку, скомандовал традиционно, чтобы двигала она по веленью и хотенью в град Кощеев. Поехали помаленьку, Емеля скоростной режим на сей раз соблюдал чётко. Щуку высадили, как просил, да и дальше отправились.
Сидит Емеля, довольный, и представляет себе, как Купчиха Скоробогатова с дочками Скороводиными чай пьёт да приговаривает: "Видали, дочка Яргородского воеводы с Емелей на печи ехала, и так они хорошо вместе смотрелись, вот любо-дорого посмотреть на современную молодежь".
Незаметно, потихоньку, придвинулся к Василисе поближе, да и вроде невзначай приобнял, мол, чтоб теплее тебе было, девица.

0

64

Кощей
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Reo6H.jpg[/float]
«Папа…»
Кощей, мысли которого работали в совершенно другом направлении, при взгляде на появившееся перед ним миловидное личико, хотел было отвесить шуту по поводу выращенного Ягой сада-огорода, при последнем слове, сначала нахмурился, потом, поняв, глаза вытаращил, отшатнулся так, что едва вместе с креслом не опрокинулся. Равновесие удержал, взглядом в поднос-экран вперился…
- Па… па…па?.. па?!!! Папа?!!! – наливаясь чернотой, воздух вокруг Бессмертного заклубился. – Какой еще папа?!!
Кощей схватился за край стола, выдохнул, челюсть вперед выставил.
- Так, Яга мне твои шуточки надоели, - пальцы Бессмертного, выбивая искры, нервно постукивали, по столу. По черному дереву то тут, то там струились огненные змейки. – Сначала женитьба, потом мертвая царевна в лодке, теперь вот это, - Кошей ткнул в поднос пальцем, - па… па… - он судорожно сглотнул, словно второй слог, застрял у него в горле, - до смерти меня довести хочешь? Тьфу, к черту, я же бессмертный, а если бессмертный, то значит можно и нервы трепать? Хватит с меня и того, что игла надо мной, как Домоклов меч висит… И учти, если у тебя в рукаве еще семь богатырей припрятано или еще чего, - Кощей прищурившись что-то внимательно высматривал в глубине яговой избушки, - то честное мое слово - на дыбу отправлю, четвертую, на корню изведу!!!
Бессмертный сорвал с подноса кольцо и изображение исчезло. Шкребушнувшийся в углу таракан уборщик, тут же получил по усам шаровой молнией, загалдевшая за окном сорока свалилась вниз жареной тушкой, а Бессмертный встряхнув пальцами, от чего во все стороны посыпались искры, запахнулся в роскошный шелковый халат и пошел смотреть, что за чудо в лодке торкнулось утром в его окно.

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
Задрожала рука, а вместе с ней - зеркальце, коленки и всё прочее. Вальдагардис буквально рухнула на лавочку, аккуратно отложив при этом волшебный коммуникатор в сторону, чтобы не разбить его, потому что чужие вещи надо беречь, с дества её так приучили. Какие бы бури не сотрясали её личный мир. Случилось то, чего она так боялась, но о чём подозревала в глубине души. Вот если бы к ней явилась половозрелая особь и заявила, что является её ребенком? Нет, неудачный пример, уж она наверняка заметила бы такую деталь, как беременность и роды, будь они даже волшебными. В общем и целом, Вальдегардис с самого начала чуствовала, что затея эта неудачная, ведь Его Злейшество Злодей Первый и Единственный не зря носил такой титул. С трудом сдерживая нахлынувшие слёзы, Вальдегардис обречённо махнула рукой:
- Я так и знала. Вот зачем я только маму послушалась? Он ведь даже её не помнит! Всё, надо мне домой возвращаться, пусть мама ему письмо напишет, если захочет. Только тебе неприятности доставила, фрау, злится он та тебя теперь ещё сильнее. Ах, как некрасиво вышло! А он.. как же... ну... - ведьмочка расплакалась, спрятав лицо в ладонях. Смилостивившаяся сума, почивавшая всё время под лавкой, чуть выдвинулась и выпихнула наружу розовый носовой платочек в форме бабочки. Он подлетел к лицу Вальдегардис, ткнулся в ладошку, призывая хозяйку воспользоваться его услугами.

Бабка Гульда
старая карга [float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]

- Что мне-то грозишь? Я, что ли, ее от тебя рожала? - рявкнула Яга, подхватив зеркальце. Но поздно было, поздно: уже клубился в нем туман...
Яга раздраженно сунула зеркальце хозяйке-француженке и повернулась к плачущей Вальдегардис.
Опытная старуха знала, что утешать плачущих девиц - верный способ довести их до истерики. Построже с ними надо...
- А ну, кончай мне в избе пол слезами мыть! - прикрикнула Яга на незадачливую иноземочку. - Не прекратишь хныкать - на жаркое пущу! Вот, на лопату посажу - и в печь!
Печка ухнула так грозно, словно и не пекла только что пирожки с морошкой.
Всхлипывания утихли.
- Ну, то-то, - уже мягче сказала Яга. - Ты ведьма, ведьмам плакать не годится. Пусть другие от нас горькими слезами плачут... А чего ты, внучка, ожидала от этого супового набора ходячего? Я же тебя предупреждала: оттого он и бессмертный, что бессердечный. Ежели бы ты к нему во дворец пришла да удачную минуту улучила - знаешь, что бы он тебе тогда сказал? "Ну, и что тебе от меня надобно?" Вот что сказал бы! А коль твоя мать ему письмо напишет, так он тем письмом печь растопит. У меня сердце хоть черное, да есть, а у него и вовсе нету. Урод...
Кот Лиходей, выбравшись из-за печки, подошел к Вальдерагдис и потерся о ее опущенную руку.
Ворон Кондрат, оторвавшись от приведения в порядок своих взъерошенных перьев, каркнул дружелюбно:
- Не гор-рюй, не пр-ропадешь!
Яга на мгновение даже растерялась.
- Ишь, как ты моим помощникам по нраву пришлась!.. Ну, ладно. Твое горе - это еще полгоря. Захочешь домой вернуться - пособлю, только не сейчас: с Глафирой разобраться надобно, в плену она томится. Вот из вредности не уступлю Кощею, вызволю девку! А не захочешь домой возвращаться - так и в Кикиморье не хуже ведьмам живется, чем в ваших землях иноземных.
И зло ухмыльнулась.
- Оно, конечно, каждый сам решает, как ему жить да поживать. Но коли тебе любопытно, как я бы на твоем месте поступила, так могу сказать. Я бы из мести расстаралась такой могучей колдуньей стать, чтоб Кощей сам выяснять побежал - мол, правда ли, что та самая Вальдегардис ему родней приходится?

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
- Папа? – удивленно воскликнула агентесса.
- Папа?! – повторил вслед за ней Кот в кедах. Они переглянулись. Вот это новость!
Шапочка сунулась к зеркалу, чтобы получше разглядеть развернувшуюся драму. Впрочем, это было совсем не обязательно. Разгневанный ор Бессмертного, наверное, можно было услышать даже на опушке леса. «И чего он так взбеленился!» - Аннет все больше и больше сердилась на Кощея. Он, конечно, всемогущий колдун, с целым набором наград, кубков и статуэток, что на различных магических премиях ему вручались, но разве ж так можно?! Так не солидно орать? На женщину, между прочим! И про «мармазетку французскую» она все прекрасно слышала. Леопольд даже за юбку ее схватил, когда она попыталась рвануться к зеркалу, чтобы отстоять оскорбленное достоинство. Успокоил ее напарник. Сказал, что все они, великие, малость звезданутые, на обращай, мол, Шапочка внимания. Вот и Золушка тоже. И Джек, Победитель великанов. И даже Мальчик-с-пальчик. Пафоса и гонору столько, что насосом можно качать, не откачаешь. А тут Кощей! Кот неприлично хмыкнул и деловито вытер очки о Шапчкин подол.
- Да все вы мужики одинаковые, - констатировала разозленная девица, махнув рукой. Судя по всему, причисляя к мужикам не только Кощея, но и Кота. Напарник насупился и отвернулся.
Загрустила Аннет. Вспомнила свое детство. Веселое оно было, беззаботное. Спасибо маме и бабушке. Да только не было в семье мужского плеча, на которое можно было опереться. Не подбрасывали малышку Аннет крепкие мужские руки высоко в небо и не ловили потом с нежностью. Некому было в доме гвоздь вбить, да дверь починить. Самой все приходилось делать. И гвозди вколачивать, и крышу латать, и полы новые стелить. Даже ландо семейное она сама чинила. Не доверяла местному кузнецу. Тот в последний раз колеса им подменил. Думал, раз в семье одни женщины – не заметят. Ага, как же! Шапочка самолично эти колеса из Гриммландии выбивала. У самого герра Шумахера! Долго потом кузнец с оглядкой мимо их дома ходил, долго еще у него правый глаз цвел фиолетовыми разводами. Вздохнула агентесса, бросила на Вальдегардис жалостливый взгляд. Вот и Кощей туда же. Как услышал, что дочка объявилась, аж побледнел, глазки забегали, разозлился, отрицать все стал. Небось, сразу о золоте своем подумал. Пошел завещание переписывать, чтобы в случае чего, наследство его в благотворительный фонд какой-нибудь перечислили. Полевым мышам или в общество разведения тарантулов. Ну, вот пусть и чахнет над золотом своим! Пенек старый. Шапочка насупила брови и кулачки сжала от возмущения. Да, да, все мужики одинаковые, что колдун великий, что мужик деревенский. Все одно!

0

65

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
«…я тебя почитай что из могилы вытащила…»
Волков растерянно по груди рукой провел, вроде и нет ничего. Но, Яга явно всерьез говорила. На стоявших рядом девиц посмотрел – обе в крови измазаны, у французской агентши даже на лбу пятно. Лейтенант лоб потер и там шишка - хорошо же его приложило. Еще раз для верности ребра пощупал, там где форма порвана - чисто все.
«Ай да Яга, это надо же, нам бы таких медиков.»
- Спасибо, Ягнеда Велесовна, что жизнь мне спасли, и вам девушки тоже, - Серый встал, хотел Яге поклониться, да голова закружилась, ухватился за край стола, снова на лавку опустился. Горшок из рук Ведьмочки принял, да до дна осушил. Сразу полегчало.
- Заклятье на Глафире лежит? Так вот значит почему мой АКС испортился… Плохо. Птица может ее и не сожрет, но хрен знает, куда затащит. Выручать надо, а против летучей твари автомат бы очень даже пригодился.
Но, не успел лейтенант попросить Ягу как-нибудь выведать, куда птица могла Глафиру занести, как Аннет зеркальце достала и изба наполнилась ревом и клекотом. Волков только подумать успел, что хорошо бы высмотреть территорию, где они дерутся, как на связь сам Кощей вышел.
Тут такие дебаты начались - мама не горюй. Изба аж ходуном заходила. Из всего, Сергей только и понял, что Глафира каким-то чудом у Кощея очутилась и спит беспробудным сном, как мертвая царевна, вот только от чего, непонятно еще. Пока Яга с Кощеем отношения выясняли, лейтенант мучительно перебирал варианты сказок с внезапным сном, варианты примерно прикидывая, поэтому не сразу понял, что случилось, и с чего это Вальдегардис вдруг в рев ударилась.
А когда понял, даже присвистнул – вот дела, Ведьмочка-то кощеева дочка, оказывается. Но, это они сами разберутся, дело семейное, а ему Серому надо решать, как с Кощеем быть, диван-то, наверняка, где-то там, поблизости, и как Глафиру выручать. Черт, вот тут бы автомат тоже пригодился, можно и меч-кладенец, конечно, но с автоматом как-то надежнее. Пара-тройка разрывных пуль даже Бессемртного на время остановят.
- Эх, Глафира, русалка неразумная, - вздохнул лейтенант – защемило в груди, когда вспомнил глаза русалочьи… - Ягнеда Велесовна, как бы мне во дворец Кощея побыстрее, может волком побежать, быстрее будет?

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
- Быстрее, да не намного, - обернулась к нему Яга. - Дороги не знаешь, плутать будешь. Силы зря растратишь - а они тебе понадобятся, дело дракой пахнет. Оставайся лучше в избушке - она, чай, уже по верному курсу топает.
И действительно, пол в избе вновь принялся мерно колыхаться.
- По пути нам, молодец, вот и пользуйся этим, отдыхай. Знаю, не сидится на месте, коли красна девица в плену. Хочется хоть что-то делать. А ты не дитё малое, ты боец. А потому лежи на лавке, жди своего часу да силы копи. Может, доведется еще тебе, сокол, коршуна подбить.
Ухмыльнулась озорно:
- Кощей опасается, что я тут семерых богатырей прячу... ан у меня один спецназовец, оно примерно так и получается!
Повернулась к Шапке, глянула строго.
- Вы, гостюшки заморские, сами решайте, как дальше быть. Моя изба идет на дело опасное. Вряд ли волк ваш в Кощеевом дворце ошивается, разве что человечий облик принял. Потому решайте сами: не целее ли будете, коли сейчас сойдете?

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
- Мы тут прикинули с Котом и подумали, что Люпина-то нашего может, как раз в Кощеево царство и занесло, - ответила Аннет, оторвавшись от грустных мыслей. – А что дело опасное, так мы не из пугливых. Не страшно нам уже ничего.
«После погони на печи, Горыныча и тридесятых морозов, тем более» - подумала про себя Аннет.
С лавки поднялась, на Ягу очи синие, вопрошающие, подняла и продолжила:
- Поэтому, если не помешаем мы вам, мадам Яга, то мы тут, на лавочке с Котом посидим. И кто знает, может, и пригодимся вам еще.

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
Велика сила педагогики. Если в самом начале речи Яги Вальдегарис было совершенно все равно - в печь её на лопате посадят, съедят живьем или на атомы расщеплят, то после намека на то, как можно впечатлить открещивающегося от неё родителя, оживилась, слёзы высохли, даже платочек не понадобился и упорхнул в суму. Она с благодарностью погладила Лиходея, поймав себя на мысли, что любопытно было бы увидеть, каков из него человек Василий, улыбнулась Кондратию.
- Ты права, фрау, нечего слёзы лить по такому злюке, - она шмыгнула носом. - И Глашку надо вызволить, а то ещё недоброе что сотворит. Сделаем по-твоему, чем смогу - помогу! Он ещё у меня узнает, от кого отказался! - воинственно восклукнула Вальдегардис, поправляя розовую юбку, диссонирующую с предполагаемым статусом великой колдуньи.

Бабка Гульда
старая карга  [float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
- Оставайтесь, - кивнула Яга француженке и ее коту. - Но потом неча пенять на меня, старую. Я предупредила.
И перевела взгляд на Вальдегардис:
- А ну, глянь, что с метлою твоею сотворилось! Это плохо, без помела ведьма - как без рук. Ну да ничего, научу, как починить-наладить. Может, не будет она за тобою хвостиком летать, зато и знать будет только тебя. И второй такой метлы уж точно ни у одной ведьмы не сыщешь.
- Был конвейер-рный шир-рпотреб - станет р-ручная р-работа! - веско подтвердил Кондрат Кондратьевич.
Яга деловито осмотрела останки метлы.
- Орешник, да? Хорошие прутья, снова в дело пойдут. Сама-то я терновник предпочитаю, но и ореховые недурны...Для обвязки змеиную кожу подарю - прочную, гадючью. А вот ручку советую из осины, как у меня. Оно конечно, когда и прутья, и ручка из одного дерева сделаны, метла послушнее. А только... скучные они, внучка, такие метлы. Супротив сборных метел они - как водовозные клячи супротив горячих жеребцов. Объезжать их не надо, это верно, зато и в лихой гонке они хозяйку не спасут, и до земли не спикируют так, чтоб траву на лету подмести. Мой тебе совет, внученька: делай сборную метлу. Неужто самой не интересно поглядеть, что выйдет, ежели породнить шварцвальдский орешник с кикиморской осиной?.. Но ты - хозяйка, тебе решать.

0

66

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
- Да я только за! - горячо заверила Ягу Вальдегардис, подкрепив свои слова энергичными кивками. Ею овладел азарт соревнования и желание доказать Его Злейшеству, что зря он от дочки с места в карьер отказался. Как бы ещё потом не пожалел! Вот ведь мудрая женщина - Яга, не зря столько лет на земле живет, наверняка, не одного такого злодея уже видала. И что? Только поорать на неё Херр Зло сдюжил, а если встретятся они лицом к лицу, как пить дать будет ещё мягко бабушке стелить, абы нейтралитет между ними сохранился.
Не только в мыслях Вальдегардис произошла некая перемена. Ещё пару порывов сопровождавшего воеводу Мороза северного ветра назад платьишко на ней было розовое, словно чих феи, теперь же оно слегка потемнело и стало цвета малинового. Сума как-то съежилась и сама выплюнула гребешок, который быстренько навел на голове хозяйки порядок. Вальдегардис даже оторопела - раньше, бывало, приходилось бегать за проклятой расческой, которая любила поиграть с ней в салочки, доводя ведьмочку до изнеможения марафонца.
- А скажи мне, фрау, это правда, что ты в самом начале говорила? Как будто Дарт Вейдер - сын Кощею? Это ж скандал какой! Можно кампанию в прессе устроить... Чёрный пиар, так сказать, - Вальдегардис приняла из рук Яги свою коматозницу-метлу, и слегка покраснела от сознания того, что только что предложила сделать гадость родному отцу.

Бабка Гульда
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
старая карга
- Правда или нет - того не ведаю, в грядущих веках не бывала, - отозвалась Яга рассудительно, - а только что нам за дело до того? Худая слава Кощею - что дитёнку калач с маком! Тоже мне, напугала рыбку дождиком, Кощея - черным пиаром... Он силы боится, а не молвы. Вот у Морского Царя сила есть - потому Кощей Глашку, может, и не обидит.. Собери, внучка, все прутики из своей метлы, до единого, а палку кидай в печь на растопку вместе с микросхемами. Я тебе покажу кой-что получше микросхем. Научу оживлять метлу... Так, что у тебя на обвязке-то было? Волосы, вот как... ну-ка, ну-ка, интересно...
Яга аккуратно отделила от разорванного волосяного шнура один волосок, кинула в огонь, вгляделась в мгновенную вспышку, принюхалась.
- Ишь ты! А была то коса самоубийцы, звали девку Мартой, при жизни шлюхой была... неплохо. Хорошая была оплетка, да вот голоса Кощеева не выдержала. Придется выбросить. Да не горюй, новая лучше будет, из гадючьей кожи. Да не из кожи убитых змей - какая в ней прочность, какая сила колдовская? Нет, настоящие выползки, живой гадюкой сброшенные. Я в свое время ради своего нового помела тайком в чужие сказки пробралась, в самую что ни на есть "Тысячу и одну ночь", сменяла там на мешок кедровых шишек две кожи королевской кобры, во!.. Но и гадючьи в деле пользительны - уж всяко лучше ремешков из человечьей кожи. Никогда, внучка, не бери на обвязку эти ремешки, из-за них метла становится шибко умная, вместо полета философствовать начинает, наперекор хозяйке все делает. А змеиная шкурка - она проще. Она, когда на змее была, точно знала, что рожденный ползать - летать не может, так теперь ей полет - чудо и радость... Да, теперь осинку для палки...
Яга огляделась.
- Эй, Лиходей, поди сюда. За палкой для метлы пойдешь. Осиновую принесешь, прямую. Топор в сенях возьмешь.
Кот недоуменно мявкнул.
- Да знаю, что топор тебе не с лапы, - хмыкнула Яга. - на час оберну тебя опять человеком.
Она глянула за окно, в дыру от вновь сорванной ставни.
- Мы сейчас обходить Барсучью балку будем, а ты напрямки. Как раз успеешь. Как вернешься, еще и ставню починишь. Да смотри у меня! Вздумаешь в бега податься... ну, сам знаешь, что с тобою будет.
И хлопнула в ладоши.
В мгновение ока кот исчез. На его месте стоял теперь молодой парень - красивый, смуглый, цыганистый, но с не по-цыгански зелеными глазами. Одет был парень нарядно: черные порты заправлены в сапоги, ярко-алая рубаха шита по вороту белым узором, пояс желтый, с кистями...
Парень быстро оглядел себя, степенно отвесил Яге поясной поклон и вышел в сени. Проходя мимо Вальдегардис, весело, дружески подмигнул ей.
В окно видно было, как Василий гибко, ловко спрыгнул с крыльца в снег и, не оборачиваясь, скрылся в осиннике.
- И тулуп не накинул, - хмыкнула Яга. - Перед кем-то выхваляется: мне, мол, и мороз не страшен... Ой, не передо мною, старой...
Она подняла оторванную ставню и кое-как приладила ее на петли.
- Хоть пока дуть в окно не будет. А вернется Васька - починит.

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Жалко было сани оставлять, да что поделаешь. Вздохнула Василиса, забралась на печь, и поехали они в Кощеево царство – да так, что темные ели по краям дороги хороводом пошли.
- Разберут их по винтику лешие, - пожаловалась красавица Емеле, и в задумчивости его руку с плеча не убрала, поплотнее прижалась, - а зеркальце, что сбоку! в него так удобно смотреться, кокошник поправить… точно кикиморы потащат! – убежденно резюмировала красавица, - они как сороки, на блестящее падкие.
Однако же долго горевать Василиса не стала, не умела, понемногу мысли печальные другими вытеснялись, практическими. Ехать весело, ветер за пределами Емелиного зипуна посвистывает, а внутри тепло, пахнет кожей, соломой, яблоками, и русый чуб добра молодца так смешно подпрыгивает на ухабах… И хороший он, полно твердить, что дурак – вона как скоро все размыслил и решил, остается только слушать да соглашаться. Да и свой, родной, не гессенская крыса какая-нибудь, в пудре и с чужими волосами. Ах! Крысы!
Завозилась Василиса, локтем Емелю толкнула.
- Не спишь, чай? Слушай, расскажу чего. Я ведь как маленькой стала…
И рассказала Василиса Емельке все, что запомнила – до мельчайших подробностей, не позабыв упомянуть о гессенского посла помощнике, зело противном и на крысу похожем, что руки распускал, и о слухах о внезапной молодости Его Бессмертия, и о том, что под дворец Кащеея подкоп роют, и гессенский крысеныш всем руководит, а роют его по приказу Крысиного короля, какового Василисе видеть не довелось.
- Такие дела, Емелюшка. Что-то задумали гессенцы, подлое-нехорошее, только вот что – неведомо. Как прознать, что это за дела темные?
«Зачем это тебе, красна-девица? Сидела бы себе тихо дома, в тереме Яргородского воеводы, в снежки с подругами играла, на пяльцах вышивала, башмачки за забор бросала… и чужие интриги не совалась, гляди – зашибут», - резонно попенял внутренний голос.
Ответ был один.
«Так ведь скучно же!»
Немного времени прошло – показались городские ворота. На этот раз запертые, и парочка стражей стоит, приезжающим таможенный досмотр устраивает.

0

67

Captain
волшебник [float=left]http://sf.uploads.ru/t/FBMjP.jpg[/float]
цитата:
Немного времени прошло – показались городские ворота. На этот раз запертые, и парочка стражей стоит, приезжающим таможенный досмотр устраивает.
А приезжающих у ворот столпилось немерено. Все больше девицы - кто в каретах, да в возках, кто в санях, а то и на розвальнях. Все в шубы да пуховые платки замотаны, родня вокруг суетится, то платок поправит, то шубейку подоткнет, то полостью медвежьей прикроет - чтобы не замерзли, щеки не поморозили, красоту свою не испортили.
Девы кулями сидят, но все одно через сани переговариваются, да спорят, кто из них пригожее, у кого наряд лучше, да красив ли Кощей стал после омоложения. Гомон стоит, как на ярмарке.
А у ворот дьяк за столом сидит, все в большую книгу записывает.
Стражники досмотр строго ведут, но девиц как Соловей-разбойник щупать опасаются, дьяка побаиваются.
Когда очередь Василисина подошла, у печи все вьюшки проверили, в топку заглянули, поленья пересчитали. Даже старый тулуп, что заместо подстилки на печи лежал – сдернули. От чего прикорнувшая там и задремавшая в тепле мышь и вывалилась, сама-то она в шапке-невидимке осталась, а вот яблоко, что она в лавке стянула, так по снегу и покатилось.
Стражник яблоко подобрал, посмотрел, бровь вскинул - Василисе показывает - за мной иди, и к дьяку повел. Докладывает, мол, девица прибыла, на печи, имеет при себе продукт недозволенный.
Дьяк на Василису посмотрел – в книге записал – Девица - 1 шт. Именуется: Василиса. Пр. качества: красавица.
Сверился со свитком, пометил - красавицу - беспошлинно.
На печь взглянул - нахмурился – повозка странная, только чему удивляться – у гессенцев вообще повозки без коней и кучеров бегают, а тут вроде кучер есть – так и записал: средство транспортное - одно - печь, кучер – имеется, количество колес – нет, количество полозьев – нет, количество копыт - глянул на ноги Василисины, на Емелины ноги посмотрел - вроде на копыта не похожи, значит и копыт нет, а на нет и суда нет - пометил - беспошлинно.
А вот на яблоко уже по другому взглянул – со всех сторон внимательно, даже понюхал, даром что не лизнул - в книге записал - яблоко молодильное - 1 шт.
Со специальным свитком сверился – продукт импорту/экспорту не подлежит, сиречь к ввозу-вывозу запрещенный, подлежит конфискации.
Дьяк так и записал, яблоко в ларь специальный положил и Василису строго спрашивает, где, мол, девица яблоко молодильное взяла.
Не успела Василиса ответить, как из соседних саней из-под платка бородавка дочки Сковородниковой высунулась. Глянула Сковородниковская дочка на Василису, да как заверещит на всю округу:
- Я так и знала, что она допингом пользуется! Яблоки молодильные трескает, чтобы красоту сберечь! Надо ее снять с конкурса!!! Я на нее в суд подам, чтобы официально ее звание красавицы лишили и до конца жизни дисквалифи-фи-фисировали ! Фальсификаторша!! 
Кричит, а сама так и лезет Василисе волосы рвать.

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
Серый Ягу выслушал. Драка дракой, хотя какая драка, там Глафиру оживлять надо, а не драться. Вздохнув, снял разгрузочный жилет – дыра в боку была капитальная, в комбинезоне тоже. Лейтенант порылся в карманах, выложил на стол содержимое, усмехнулся, глядя на магазины и гранаты, порылся в аптечке, и, вытащив иголку с ниткой, уселся на лавку зашиваться.
- Ягнеда Велесовна, как бы мне что-нибудь в автоматом сделать, против Кощея, он вряд ли сгодится, а вот в подземелье, если против крыс, то лишним не будет, - вспомнив, чего хотел, он положил на стол АКС, - а то Глафира из него не пойми что сотворила.
Избушка мерно покачивалась. Яга колдовала над метлой Ведьмочки, явно пришлась ей по душе Кощеева дочка, а может назло учит, чтобы Кощею досадить. Зашивая очередную дыру, Волков искоса посматривал на маявшихся на лавке Шапку с Котом. Может, действительно, за своим волком сюда явились. Интересно, как их в их шапочном спецназе готовят? Сгодятся спину в подземелье прикрыть, или только на себя придется рассчитывать. Хотя, не факт, что помочь согласятся.
- Мадемуазель Аннет, - он окликнул засмотревшуюся в окно агентессу, - простите, что грубо разговаривал, но наше дело такое … проверять приходится… особенно, если учесть обстоятельства знакомства, - лейтенант потер скулу, - хотел спросить, вам когда-нибудь приходилось видеть вот такие «игрушки»? - он кивнул в сторону лежащих на столе гранат и пластида.

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Василиса растерялась, как яблоко увидала – не брала ведь, откуда же?
«Мышь расстаралась! - догадалась красавица, - то-то она меня подбивала на это дело, не удержалась вороватого племени серая сестрица, ухватила молодильное-то яблочко количеством 1 (одна) штука. И, чай, отпираться станет!»
А мышь тем временем молчит и из-под шапки носа не кажет – разбирайся, мол, сама, красна девица. Ух, и вредное же существо! Все на Емельку дуется.
- Не знаю, добрый человек, - Василиса заулыбалась со всей возможной приятностью, ямочки на щеках цветут, ресницы мотыльками порхают, взглядом лазоревым по сморщенному личику дьяка полоснула, охране по контрольному выстрелу глазами добавила, - и ведать не ведаю, откуда оно могло на печи взяться…
Хотела молвить, что и транспортное средство ей не принадлежит, отсюда следует, что все, что в указанном транспорте будет найдено – оружие, зелье чудодейственное, иные запрещенные к ввозу и вывозу товары, сиречь контрабанда, к ней ровно никакого отношения не имеют… Уже и вдохнула поглубже, чтобы единым духом все выпалить, да запнулась – негоже Емелю отдавать на съеденье коршунам таможенным, все знают, обдерут, как липку, последние портки представят золотыми шальварами и культурной ценностью, охраняемой государством!
- Подбросили его нам, - завела песню Василиса, обольстительных обертонов в голос подсыпая – как есть канарейка, - и…
Тут-то на нее Сковородникова дочка и налетела. Пыхтит, как хавронья, пятый подбородок трясется, бородавка на носу пунцовой от злости сделалась, и прыгает, за косу поймать хочет.
Вот еще! Нашла, с кем силой меряться!
- А ну-ка, брысь, клуша завистливая, а то оглоблей отхожу, - Василиса пальчиком ровно в бородавку ткнула, - и расскажу на показе, что старшая дочка Сковородникова… - тут красавица голос повысила, и даже гомон смолк, весь люд, что собрался на площади перед городскими воротами, к бабьей ругани начал прислушиваться… - в Кикиморье тайком бегала, и настойкой из сушеных жаб умывалась, чтобы бородавку извести, а еще…
Тут Василиса выдохнула и решила, что одного удара по самомнению завистливой соперницы будет достаточно, спиной к бородавчатой хавронье поворотилась, косу с плеч откинула, являя взорам служивых усовершенствованное щучьим веленьем декольте на размер больше в потрепанных гессенских кружевах, и продолжила на таможенную службу вгонять в смущение и желания плотского характера, государевым людям на посту недозволительные.
- Как есть подбросили. Я и не знала, что оно молодильное… Думала, не бывает такого, брешут люди, сказки рассказывают.

0

68

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
- Нет, - честно призналась Шапочка, разглядывая диковинные вещицы на столе, - но похоже на боевой арсенал. - Аннет была девица сметливая и догадливая. - «Интересная штучка». – Она с любопытством вертела в руках что-то похожее на лимон.
– Колечко забавное на нем. Блестит-то как! – восхитилась барышня и осторожно положила удивительный предмет на стол. Агентесса присела рядом с волкодлаком, потом пододвинулась ближе и шепнула:
- Что? На Кощея идешь? Царевну из рук узурпатора освобождать? – и, не дожидаясь ответа нового знакомого, продолжила, - Кощей – колдун сильный. Характер злобный, сам видел. – Шапочка болтала и одновременно копалась в своей заплечной сумке. И вот уже на столе, рядом с оружием Волкова, лежали: бечевочка, гребешок, прутик ореховый, флейта, мешочек маленький, платочек белый кружевной, колечко медное и даже восточная лампа.
- Видишь, как Золушка расщедрилась! Знала, куда нас с Котом отправляет. Набор - просто чума! – Шапочка кивнула на свои сокровища, глаза ее восхищенно заблестели. - Бьет наповал! Прутик этот, к примеру, - она бережно взяла его в руки и помахала им перед лицом Серого, - на самом деле шпага. У меня же разряд по фехтованию! – гордо добавила Аннет.
- А это, - она подбросила в руках мешочек, - бобы волшебные. Разрывные! – с воодушевлением продолжила она. В голосе слышались неприкрытый восторг, азарт и упоение. Сразу было видно, что Шапочка службу любит и готова воспевать ее часами. Девица так разошлась, что даже не заметила перевоплощения Василия.
- Ну, а у тебя, что за предметы дивные? – спросила она, наконец, вдруг поймав себя на мысли, что уж слишком заболталась. Невежливо это. Шапочка аккуратно сложила ладошки на коленях и выжидающе посмотрела на лейтенанта.

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
Заслышав вопрос про АКС, Яга прервала рассказ о сравнительных достоинствах разных типов метел, обернулась к Серому Волку:
- С твоим ружьецом, сокол ясный, я ничего делать не собираюсь. Я, чай, не оружейных дел мастер, а колдунья. С крысами в подземелье тебе воевать не придется, ими твоя новая подружка займется, агенточка иноземная. Али я не вижу, что за флейта у нее на столе лежит? Вот крысы-то попляшут под эту дудочку! Прочую твою амуницию, что на столе ты разложил, я вижу, но ей не верю. Коль у нас в Кикиморье до этого не додумались, так, может, не очень оно и надо?.. А чтоб совсем ты не с пустыми руками в Кощеев дворец сунулся, чтоб было у тебя оружие настоящее, волшебное... Пожалую я тебя, Сергей-молодец, мечом-кладенцом. Вальдегардис, встань-ка с сундука!
Откинув крышку, Яга вытащила из сундука длинный прямой меч в кожаных ножнах.
- Глянь, касатик...
Старуха осторожно извлекла из ножен клинок.
Казалось, избу наполнило сияние, разлившееся от белой стали, переломленное и раздробленное лезвием.
- Вот! - гордо сказала Яга. - Ежели ты не обучался мечному бою - не горюй, этот меч сам в бою десятка бойцов стоит. Он тебя не предаст и не подведет. Вот только трусости не любит. Для храброго бойца этот меч - сила могучая, а для труса - кочерга кочергой... Знаешь, в чьих руках он врагов рубил? В руках самого Вольги Всеславьевича. Тоже, хе-хе, серый волк был... Поди, касатик в сени, возьми там камень точильный да наточи меч, покуда ворог далеко. Оружие - оно заботу любит...
Яга нагнулась к печи и что-то прошептала. Печь понятливо ухнула в ответ.
- Затянет печка избу тонким слоем дыма, - пояснила Яга "пассажирам". - Совсем тоненьким, не прокоптимся и чихать не будем. Зато Кощей, коли станет пялиться на нас издали, ничего не разглядит.

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
Тут Емеля понял, что пора бы вмешаться. Лень, конечно, да только так завлекательно Василиса ресницами хлопает, глазищи у неё - во! Одно слово - красавица.
- Бабоньки, малчяяяяяяяяяяяяяяяяять! - рявкнул Емеля, слезая с печи, аки герой античный.
Тишина вдруг образовалась, резко прям - никто от кучера не ожидал такой наглости, да такого командного голоса. Уставились на Емелю несколько десятков девичьих и бабьих глаз. Хлоп-хлоп - аж слышно, как ресницы недоуменно шлепают. - Ты чего это, Сковородникова, к дочери воеводы своего пристала? Совсем уже эту, как её... Суборкарнацию не соблюдаешь. И чего ради? Из-за мужика? Постыдилась бы, право-слово! - Проезд с самой Василисой на одной печи придал Емеле как-то слишком много мужества и даже наглости. - Это ж с каких-таких пор порядочная девка сама к жениху приезжает, а? Эта ваша имансипация да феминизьм оголтелый совсем мозги вам запудрили. Сидишь в очереди - вот и сиди. А Василиса, между прочим, тут не как невеста, а как посол Яргородский. Да, да, чего вылупилась-то? Ежель невесты сами к жениху нонче лезут, так отчего же деве не быть амбассадором? Выкуси, Сковородникова! - Емеля разошелся не на шутку. Врать - так уж на всю катушку. - Так что, стражи, пропустите нас, да побыстрее. Дело у Василисы есть к Кощею, государственной важности, не терпящее отлагательств. Да, кстати, яблоко это не Василисы, а моё. И ничего молодильного в нем нету. Вон, дайте Сковородниковой, проверим.
Дьяк нахмурился. Не нравился ему этот добрый молодец, свару вон какую учинил, да ещё его экспертную оценку насчет молодильности яблока под сомнение поставил. Неужто он, дьяк, ошибиться мог? Раскрыл ларец, чтобы ещё раз яблоко рассмотреть и обнюхать, а Емеля - хвать из костлявых пальцев дьяка предполагаемую контрабанду, да пока до девы бородавчатой донес, незаметно подменил, вытащив из рукава своего зипуна обычное, такого же цвету.
- Бери да ешь. Если молодильное, так исчезнет твой изъян, а если обычное, то всем сразу ясно станет - напраслину ты из зловредности на дочь своего повелителя возводишь.
Надувшаяся, словно кузнечный мех, Сковородникова открыла рот, чтобы обложить наглеца с головы до ног, однако соблазн слопать яблочко чудотворное был слишком велик. Сейчас вот она его отведает, и Василиса из кастинга полетит, что Яга в ступе.
Вонзила кривые зубы в сочный фрухт, а девки вокруг вместе со своими мамками затаили дыхание, аж глаза повыпучивали.
Хрум-хрум-хрум.
Тишина.
Напряжение нарастало, по толпе пополз ропот.
Минута прошла, а Сковородникова как была крокодилом с картин заморских, так им и осталась.
- Ыыыыыыыыы, - заревела девка, мамки-няньки к ней бросились, толпа загалдела, а Емеля кивнул таможенникам:
- Видели? То-то же! Пропускайте!
Переглянулись таможенники, пожали плечами - да и раскрыли для печи ворота. А то и правда, можно на международный скандал нарваться. Вспомнит Салтан Кощею белку, которая изумруды щелкала из орешков, у него стыренную, и при каждом кризисе отношений вытаскиваемую на свет белый, аки аргумент для вторжения...
Сердитый дьяк согласно кивнул головой, но пометку в документах сделал, и что-то боевому таракану из Кощеевой элитной тайной службы шепнул.
Таракан шевельнул усами черными, чуб поправил и в щель просочился.

0

69

Джинн из лампы
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/6ymEb.jpg[/float]
«Опять одно и то же! – с тоской подумал Джинн, почувствовав легкое шевеление лампы. – Из века в век».
Он сел на атласных подушках, ожидая. Обычно за легкой встряской всегда следовало волшебное трение, вызволяющее его на свободу. Впрочем, свобода была призрачной, как оазис в пустыне. А сами хозяева лампы, Джинн уже давно потерял им счет, плоскими, как могильные плиты. Алчные. Корыстные. Злые. Глупые. Чересчур добрые. Чересчур хитрые.
Джинн вздохнул.
Пресно. Скучно. Не смешно.
Последние двести лет он даже шутить перестал. А ведь чувство юмора у него было отменное. Правда, давно это было. Шуточки свои джинн помнил, но сейчас, из-за затяжной хандры и депрессии, они не вызывали у него былого раскатистого смеха. Помнится, попросила одна принцесса у него платье с алмазами, принца прекрасного и дворец, которого ни у кого еще не было. Ну, он и исполнил… Только ведь забывают хозяева лампы, что джинн – это дух восточный. Один этот факт уже должен насторожить суетливых людишек. Ан нет! Куда там! Просто невменяемые становятся, когда в руки попадает такое могущество. Распорядиться с умом силой не умеют. Бесилась потом принцесса страшно, но кто ж виноват?
В платье алмазном она пошевелиться не могла. Оно потяжелее рыцарских лат весило, а если точнее - всей рыцарской конницы.
Принц прекрасный оказался дурачком самовлюбленным. Внимание он, конечно, принцессе уделял, галантный же, но и всех фрейлин, придворных дам, служанок, кухарок без своей галантности тоже не оставил. Ну, а дворец…Стоит теперь на туалетном столике у этой дуры бумажное чудо. Красивый, просто загляденье. Ни у кого такого нет!
Джинн ее, между прочим, предупреждал, что надо быть осторожнее в своих желаниях. Да только кто хоть раз к его советам прислушивался? А джинны вовсе не хитрые - нет. Просто мудрые. Ведь у каждой медали две стороны. Иначе никто никогда не поймет ценности жизни, бренности бытия и границ своих желаний не осознает. А так, может хоть задумаются.
Однако, что-то засиделся он. Джинн поднял голову. Странно, но ничего не происходило. «Неужели они уже и лампу потереть толком не могут?» - с досадой подумал дух и прильнул к трещинке в сосуде. Прильнул и видит. Сидит на лавочке девица пацанистого вида и вещает какому-то субъекту о силе своего оружия. «Ну вот, дорвался, - еще больше захандрил он. - Опять мир завоевывать! Тоска!»

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
А избушка тем временем ход замедлила, чуть наклонилась набок, чтобы возвратившемуся Ваське Лиходею легче было на крыльцо вспрыгнуть со своей ношей. Оставил он в сенях принесенные осиновые палки и топор, в горницу вошел, молча взял молоток и гвозди и принялся чинить ставни. Получалось у него так ловко, словно Василий весь свой век плотником был, а не разбойником.
- Вальдегардис, не отвлекайся! - цыкнула Яга на "внучку". - Слушай про помело. Чтобы его оживить, понадобится кровь. Капля человечьей - для разумения, капля собачьей - для верности, капля птичьей - для легкости полета...
- Кар-р-р-р!!!
- Не трепыхайся, Кондрашка! Кому твоя кровь нужна? Мне орел каплю своей даст. Он у меня в долгу - я о прошлой весне не дала змее его гнездо разорить. Запоминай, Вальдегардис: ежели ненароком сделаешь доброе дело, так расстарайся с него прок поиметь, не то будешь ты не ведьма, а распоследняя безмозглая фея.

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
С платьем Вальдегардис продолжали происходить интересные метаморфозы. Пока ведьмочка слушала Ягу, оно пошло пятнами, малиновый цвет буквально на глазах перетекал в кроваво-красный, местами покрываясь бордовыми кляксами. Кружавчики заострились и стали чем-то походить на клюв Кондратия. И не только одежда претерпела изменения - взбудораженные Кощеем волосы распушились, рыжий цвет стал более насыщенным, а дырка на шляпе, вызванная воздействием повышенных частот, затянулась. После очередного быстрого взгляда Василия, исправляющего результаты Емелиной криворукости, раздался треск рвущейся ткани - платье пустило разрез, остановившись чуть выше колена. Покраснев, Вальдегардис отвернулась к Яге, внимая её наставлениям.
- Поняла, фрау. Из всего надо выгоду извлекать, даже из того, что кажется поражением, - закивала она. - А вот уточни, фрау - имеет ли значение, отдаст человек, собака и птица каплю крови добровольно, или же ты её отберёшь? - сума, почуяв изменение в статус-кво, услужливо выплюнула записную книжку и гусиное перо для записи.

Captain
волшебник
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/FBMjP.jpg[/float]
Пока печь в ворота проезжала, дьяк между саней прошел, огрызок, что Сковородникова бросила, поднял, пока не затоптали понюхал, вернулся к месту, огрызок в ларец положил, что-то у себя отметил и стал следующего принимать, словно переполоху и не было.
А за воротами тоже саней да карет не мало, кто оглоблями зацепился, кто колесами, кучера переругиваются, разъехаться не могут. Пришлось печи в переулок сворачивать, потом еще в один, а в третьем, откуда ни возьмись, стража дорогу заступила. Десятник к печи подошел, весь черном кафтане наглухо застегнутом. Поклонился. Приказ, мол, имею, послов Яргородских на посольский двор сопроводить, так что прошу пожаловать прямо по переулку да направо в ворота резные.
Только печь в ворота въехала, как люди к ней кинулись. Василиса и глазом моргнуть не успела, как им с Емелей мешки на голову набросили, руки спутали и по телу ладони чьи- то захлопали - с обыском. Василисе, чуть ли не под юбки лезут, в декольте сунуться норовят, но по ним тут же хлопнул кто-то.
- Девицу щупать не велено, кучера – досмотреть, печь в стойло, а их в холодную до выяснения.
Нападавшие - ребята спорые, опытные быстренько пленников в какой-то чулан затолкали, щеколды брякнули, замки щелкнули. Опять чей-то голос приказал:
- Кощееву печать на запор приложите, а то мало ли каким колдовством обладают.
И стихло все.

0

70

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
- Добровольно кровь отдадут али силою возьмешь - оно все равно, - ответила Яга на вопрос Вальдегардис. - Лишь бы не с мертвого брать, а с живого. С мертвого-то - какой полет! Мертвая кровь метлу к земле грузом потянет. А насчет доброй воли... Ты пробовала когда-нибудь у живого орла каплю крови взять? Они, орлы эти, народ драчливый и вредный... Эй, Васька, ты куда уставился?
Вопрос был чисто риторический. И так было ясно, куда уставился Лиходей.
- Ставню-то починил? Ага, вижу, починил.. Ну и не стой столбом, превращайся обратно в кота!
И тут же у окна, где только что стоял смуглый парень, оказался черный кот.
- Ма-а-ау! - недовольным басом мявкнул кот, выгнул спину, фыркнул и гордо удалился за печь.
А Яга заговорщически шепнула Вальдегардис:
- Могла бы разрез и повыше пустить...

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
Новости, принесенные добросовестным рекрутом Щукой, были способны и мертвяка из могилы поднять, не то, что сна батюшку-царя Морского лишить окончательно. С момента пропажи единственной разлюбимой кровиночки-дочери до глубокой ночи Вседержитель всея рек, озер и моря-окияна, хватаясь за сердце, и отказываясь принять внутрь хотя бы двадцать полипов «Кораллола», метался и метал гнев и молнии. В результате все оборонные ресурсы подводной державы были приведены в полную боевую готовность – чешуя тридцати трех богатырей горела как жар, потопленные от начала мира боевые корабли в срочном порядке подняты на поверхность, сети расставлены, рифы закомуфлированы.
Кроме того, запрошена поддержка сил ВМФ и ВВС всех содружественных государств – над волнами кружила быстрая тень птицы Сирин и даже Отец Дагон и Мать Гидра прислали парочку корпусов Морских Дьяволов. Но особенно свояк Посейдон расстарался: у ворот царского терема нетерпеливо всхрапывали ноздрями выстроившиеся в стройные квадраты эскадроны гиппокампов в боевой справе, а прибрежные утесы были густо облеплены зоркими дикарками – элитные подразделения птицедев «Гарпии» и «Сирены» точили клювы и когти, ожидая сигнала.
- Что?!! – взревел Царь, так, что море поползло из берегов, - Это ты избу Яги называешь надежным местом?!! Да ты хоть понимаешь, старый дурень, что эта ведьма может с Глафирой сделать! Совсем из ума выжил! Все, на пенсию тебе пора! Убирайся с глаз моих долой!!! Стой! Ты точно ничего не напутал?!
Вот ведь хрычовка старая, а! Вот ведь прохиндейка! Везде успела! В каждую щель поперед других нос сунет, а то, как же – без нее не отсвятится! До Глашеньки-душеньки, рыбки моей золотой свои лапища дотянула-таки!
Не, я что-то не понял, так в избе с пирогами или в сугробе с молодцами?! Ты что несешь, склерозник?! – царь-батюшка в сердцах схватил Щуку за жабры, угрожая то кандалами, то ссылкой, то плахою, - я ведь не посмотрю, что ты волшебник, быстро нафарширую и под соусом из хрена свояку, вон, Посейдонушке, к обеду пошлю! Что еще за молодец?
И тут глаза батюшки-царя злобно сузились, и он, выпустив рекрута из рук, бросился к экрану, закипая от страшной догадки.
- Щука, поди сюда, - владыка гневно шевелил перстами в перстях, пока загружалась карта Кикиморья и окрестностей. – Показывай, где ее халупа на ходулях стояла?

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Василиса, еще не остывшая после стычки у ворот с бородовчатой Сковородниковой дочкой, охнуть не успела, как оказалась спеленатой по рукам, словно кукла соломенная, на голову набросили ей мешок, а в декольте полезла чья-то потная ручонка. Ориентируясь больше на звук, красавица взвизгнула неразборчиво (разборчивости звучания сильно мешала лезущая в рот мешковина):
- Ах ты, змей подколодный, жаба облезлая! На дочь воеводу Яргородского руку поднял! - и пару раз лягнула ногой в предполагаемо верном направлении – один раз точно попала, потому что жадный до женских прелестей охальник коротко выругался и лапку-то убрал, а потом чей-то голос сверху (видно, главный) прикрикнул на шустрых ребят, и более на Василисину честь никто не покушался.
Но на достоинство покусились вполне.
Больно ударившись мягким местом о земляной пол, Василиса сцепила зубы, ткнулась носом в пыльную мешковину, чихнула и умолкла. Судя по звукам, доносящимся справа, Емеля ворочался неподалеку.
Установилась тишина – приглушенные стенами и дубовой дверью звуки снаружи до пленников долетали неразборчивым гулом. Так и пленников не должно быть слышно, верно?
- Емелюшка, ты как? – спросить хотела Василиса, а из-под мешка получилось: «Бу-бу-бу?»
Вот незадача.
– Мшь! Мшь… тшы где? Не нш…ли тбя слживые? – серая бестия и по-тарабарски разумела, тут же высунула из-под юбок гессенских остроносую мордочку с глазками-бусинами, - мшь, вырчай, врвки сымай!
- В твоих фижмах сам Кощей запутается, не то, что человек служивый, в делах политеса и куртуазного обхождения с дамами неопытный, - фыркнула мышь, довольная важностью возложенной на нее миссии. А то - что за несправедливость – она и яблоко нашла, путь указала, и из подземелья глупую красавицу вывела, а профит – Емельке. Ему почет, ему одному слова ласковые?
Однако долго дуться не в характере серой сестрицы. Тут же за дело принялась. Острые зубы в ход пошли, веревки там лопнули, тут ослабли, освободилась от пут Василиса и скинула с головы мешок. Огляделась – чуланчик маленький, в углах паутиной занавешенный, сверху оконце размером с кулак – для свежего воздуха, а пролезть - только мышь туда и пролезет…
Закручинилась Василиса – как же им теперь выбраться? Щучье веленье на запоры не подействует – слышала она про Кащееву печать, не перебить Емелькиной силе Чары Его Злодейшества…
- Что делать будем, Емелюшка? - как истинная женщина, в сложных случаях Прекрасная предпочитала думы тяжкие делить пополам. Мужчине – большую половину.

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
- Ффффф...мммм...шшпвмф, - раздалось из-под мешка, покрывающего голову Емели. Злопамятная мышь Василиску-то освободила, а про Емелю сказу не было, вот он и продолжал сидеть кулем на сырой землице, елозя по ней пятой точкой и пытаясь освободиться. Запамятовав, что веленье не действует, он пытался промычать его сквозь мешок, но толку от этого не было никакого. Рассудив, что до веленья доходят только чётко высказанные инструкции, Емеля решил ждать избавления от мешка. А оного как-то не было видно и слышно. Судя по всему, Кощеева охрана расстаралась на славу, закрыв Емеле доступ до свежего воздуха и белого света особо тяжелым и пыльным мешком. Не иначе как в нем какая-то злобно-волшебная дрянь до этого лежала - дух от мешка исходил тяжелый, и постепенно темнота сменилась разноцветными кружками, сворачивающимися по спирали. Емеля запаниковал, чихнул, и снова воззвал к Василисе:
- Ффффвввмммм... шшмммвввффф! - что должно было звучать приблизительно так: "Василисушка, Прекрасная, спаси меня, да поскорей, не то унесет меня в какое-то сказочное царство, будь оно неладно!"

0

71

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
- Добровольно кровь отдадут али силою возьмешь - оно все равно, - ответила Яга на вопрос Вальдегардис. - Лишь бы не с мертвого брать, а с живого. С мертвого-то - какой полет! Мертвая кровь метлу к земле грузом потянет. А насчет доброй воли... Ты пробовала когда-нибудь у живого орла каплю крови взять? Они, орлы эти, народ драчливый и вредный... Эй, Васька, ты куда уставился?
Вопрос был чисто риторический. И так было ясно, куда уставился Лиходей.
- Ставню-то починил? Ага, вижу, починил.. Ну и не стой столбом, превращайся обратно в кота!
И тут же у окна, где только что стоял смуглый парень, оказался черный кот.
- Ма-а-ау! - недовольным басом мявкнул кот, выгнул спину, фыркнул и гордо удалился за печь.
А Яга заговорщически шепнула Вальдегардис:
- Могла бы разрез и повыше пустить...

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
Новости, принесенные добросовестным рекрутом Щукой, были способны и мертвяка из могилы поднять, не то, что сна батюшку-царя Морского лишить окончательно. С момента пропажи единственной разлюбимой кровиночки-дочери до глубокой ночи Вседержитель всея рек, озер и моря-окияна, хватаясь за сердце, и отказываясь принять внутрь хотя бы двадцать полипов «Кораллола», метался и метал гнев и молнии. В результате все оборонные ресурсы подводной державы были приведены в полную боевую готовность – чешуя тридцати трех богатырей горела как жар, потопленные от начала мира боевые корабли в срочном порядке подняты на поверхность, сети расставлены, рифы закомуфлированы.
Кроме того, запрошена поддержка сил ВМФ и ВВС всех содружественных государств – над волнами кружила быстрая тень птицы Сирин и даже Отец Дагон и Мать Гидра прислали парочку корпусов Морских Дьяволов. Но особенно свояк Посейдон расстарался: у ворот царского терема нетерпеливо всхрапывали ноздрями выстроившиеся в стройные квадраты эскадроны гиппокампов в боевой справе, а прибрежные утесы были густо облеплены зоркими дикарками – элитные подразделения птицедев «Гарпии» и «Сирены» точили клювы и когти, ожидая сигнала.
- Что?!! – взревел Царь, так, что море поползло из берегов, - Это ты избу Яги называешь надежным местом?!! Да ты хоть понимаешь, старый дурень, что эта ведьма может с Глафирой сделать! Совсем из ума выжил! Все, на пенсию тебе пора! Убирайся с глаз моих долой!!! Стой! Ты точно ничего не напутал?!
Вот ведь хрычовка старая, а! Вот ведь прохиндейка! Везде успела! В каждую щель поперед других нос сунет, а то, как же – без нее не отсвятится! До Глашеньки-душеньки, рыбки моей золотой свои лапища дотянула-таки!
Не, я что-то не понял, так в избе с пирогами или в сугробе с молодцами?! Ты что несешь, склерозник?! – царь-батюшка в сердцах схватил Щуку за жабры, угрожая то кандалами, то ссылкой, то плахою, - я ведь не посмотрю, что ты волшебник, быстро нафарширую и под соусом из хрена свояку, вон, Посейдонушке, к обеду пошлю! Что еще за молодец?
И тут глаза батюшки-царя злобно сузились, и он, выпустив рекрута из рук, бросился к экрану, закипая от страшной догадки.
- Щука, поди сюда, - владыка гневно шевелил перстами в перстях, пока загружалась карта Кикиморья и окрестностей. – Показывай, где ее халупа на ходулях стояла?

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Василиса, еще не остывшая после стычки у ворот с бородовчатой Сковородниковой дочкой, охнуть не успела, как оказалась спеленатой по рукам, словно кукла соломенная, на голову набросили ей мешок, а в декольте полезла чья-то потная ручонка. Ориентируясь больше на звук, красавица взвизгнула неразборчиво (разборчивости звучания сильно мешала лезущая в рот мешковина):
- Ах ты, змей подколодный, жаба облезлая! На дочь воеводу Яргородского руку поднял! - и пару раз лягнула ногой в предполагаемо верном направлении – один раз точно попала, потому что жадный до женских прелестей охальник коротко выругался и лапку-то убрал, а потом чей-то голос сверху (видно, главный) прикрикнул на шустрых ребят, и более на Василисину честь никто не покушался.
Но на достоинство покусились вполне.
Больно ударившись мягким местом о земляной пол, Василиса сцепила зубы, ткнулась носом в пыльную мешковину, чихнула и умолкла. Судя по звукам, доносящимся справа, Емеля ворочался неподалеку.
Установилась тишина – приглушенные стенами и дубовой дверью звуки снаружи до пленников долетали неразборчивым гулом. Так и пленников не должно быть слышно, верно?
- Емелюшка, ты как? – спросить хотела Василиса, а из-под мешка получилось: «Бу-бу-бу?»
Вот незадача.
– Мшь! Мшь… тшы где? Не нш…ли тбя слживые? – серая бестия и по-тарабарски разумела, тут же высунула из-под юбок гессенских остроносую мордочку с глазками-бусинами, - мшь, вырчай, врвки сымай!
- В твоих фижмах сам Кощей запутается, не то, что человек служивый, в делах политеса и куртуазного обхождения с дамами неопытный, - фыркнула мышь, довольная важностью возложенной на нее миссии. А то - что за несправедливость – она и яблоко нашла, путь указала, и из подземелья глупую красавицу вывела, а профит – Емельке. Ему почет, ему одному слова ласковые?
Однако долго дуться не в характере серой сестрицы. Тут же за дело принялась. Острые зубы в ход пошли, веревки там лопнули, тут ослабли, освободилась от пут Василиса и скинула с головы мешок. Огляделась – чуланчик маленький, в углах паутиной занавешенный, сверху оконце размером с кулак – для свежего воздуха, а пролезть - только мышь туда и пролезет…
Закручинилась Василиса – как же им теперь выбраться? Щучье веленье на запоры не подействует – слышала она про Кащееву печать, не перебить Емелькиной силе Чары Его Злодейшества…
- Что делать будем, Емелюшка? - как истинная женщина, в сложных случаях Прекрасная предпочитала думы тяжкие делить пополам. Мужчине – большую половину.

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
- Ффффф...мммм...шшпвмф, - раздалось из-под мешка, покрывающего голову Емели. Злопамятная мышь Василиску-то освободила, а про Емелю сказу не было, вот он и продолжал сидеть кулем на сырой землице, елозя по ней пятой точкой и пытаясь освободиться. Запамятовав, что веленье не действует, он пытался промычать его сквозь мешок, но толку от этого не было никакого. Рассудив, что до веленья доходят только чётко высказанные инструкции, Емеля решил ждать избавления от мешка. А оного как-то не было видно и слышно. Судя по всему, Кощеева охрана расстаралась на славу, закрыв Емеле доступ до свежего воздуха и белого света особо тяжелым и пыльным мешком. Не иначе как в нем какая-то злобно-волшебная дрянь до этого лежала - дух от мешка исходил тяжелый, и постепенно темнота сменилась разноцветными кружками, сворачивающимися по спирали. Емеля запаниковал, чихнул, и снова воззвал к Василисе:
- Ффффвввмммм... шшмммвввффф! - что должно было звучать приблизительно так: "Василисушка, Прекрасная, спаси меня, да поскорей, не то унесет меня в какое-то сказочное царство, будь оно неладно!"

0

72

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
Ничто не нарушало утренней тишины. Воздух был напоен свежестью, мягко набегала на берег лазурная волна, и тут же отступала, разливая по побережью покой и безмятежность. Море сверкало, рябило и нежилось в первых лучах восходящего солнца. Вокруг, казалось, не было не души.
- Смотри, - шепнул Морской Царь Щуке, сидящему в засаде в прибрежном кустарнике. Сам батюшка скрывался за отбрасывающей длинную тень темной скалой.
– Видишь, следы трехпалые на влажном песке остаются? Это изба еёная крадется. Конспираторша хренова! Говорил тебе – берегом, да перешейком пойдет! Что я ее не знаю? Да и пути другого нет в Кощеево-то царство, - подытожил Владыка, направляя позолоченные противотуманные окуляры на появляющиеся на прибрежной полосе отпечатки здоровенных курьих лап. Проступило нечеткое изображение идущей на цыпочках пыхтящей избы. Ведьминская бревенчатая каракатица очень старалась – перепрыгивала с камешка на камешек, чтобы меньше следить, благоразумно жалась к самой кромке воды, в надежде,что волна быстро замоет остававшийся избушечный след.
– Слышь, Щукич, чет Ягнедина халабуда, не похожа на пряничный домик… Если бы Глашенька внутрях была – уже давно бы на хату любо-дорого глянуть было! Конечно, дворец из этой образины не скроить, но ремонту капитальному, покраске да уборке развалюха бы подверглась в срочном порядке. А она как была курятником обомшелым, так и осталась. Нешто Яга с Глаши чары защитные сняла? Вот ведь злодейка! Что же она с моей девочкой сделала?! Вот ведь карга! Эта женщина, Щукич – хуже касторки!!!
Морской царь примерился, прицелился и прихватил трезубцем избушечью ногу, надежно фиксируя ее между валунов. Вокруг самоходки тотчас стала стеною вода. Операция по взятию противника в кольцо была успешно завершена.
- Вылазь, Ягнедушка! Выходь, не томи, Костяника-ягода! Уж не чурайся знакомца давнего! – Царь стоял, распрямившись по-молодецки внутри водной преграды, накрепко удерживая избу, готовый в любое мгновение приступить к сжатию блокадного кольца.

Люпин
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/6LVjm.jpg[/float]
Элегантно свернув хвост бубликом, французский волк ждал своей очереди в приемной Кощея. Мятая манишка, зачесанный назад загривок и шерсть светло-бурого окраса – определенно признаки аристократа. Чего искал здесь этот скиталец, чего ждал? Сам волк объяснял свое появление очень просто: он уже не первая французская знаменитость, требующая иностранного гражданства, не так ли? А уж у косматого имелись на то весьма веские причины! Разве не его прадед был описан господином Перро в известной сказке? Именно, что он. И с тех пор всему почтенному роду жизни не было: куда не сунься, все пальцем тыкают, вопят: «Видишь этого кровожадного? Будешь себя плохо вести, он придет и сожрет тебя, как проглотил его предшественник одну почтенную бабулю…» Дети начинали плакать при этих словах, подвыпившие мужья нервно вращать глазами, а старушки и вовсе перебегали на противоположную сторону улицы. Не жизнь, а сплошной позор! И никто не удосуживался узнать, что сам волк думает по этому поводу. И что он, между прочим, с удовольствием этих самых бабушек переводил бы через дорогу, детишек спасал, из чащи выводил. Да только они как завидят зверя, давай бежать, только пятки сверкают. А в волке, между прочим, настоящий герой спит!
Услыхав, что подошла его очередь, косматый встал, поправил манишку и направился к Кощею. Пусть он рассудит и поможет, раз другие отказываются.
- Bonjour, mon ami! – хрипло и картаво начал свою речь волк. – Меня зовут Люпин де Люпин, и я пришел к вам с просьбой о предоставлении политического убежища. Да-да, все зашло слишком далеко! Я нуждаюсь в пристанище и покое.
Люпин смущенно замотал хвостом.
- Знаете ли, в этой Франции, стране, где я родился и жил, ел ягнят и пил доброе вино, я никому не нужен. Более того, за мою голову назначено вознаграждение! Говорят, что я убийца и вор. Но это не так, monsieur. Я честный волк и гражданин. Но попробуй им это докажи! Всюду только и разговоры о свободе, равенстве, братстве, а моих прав они не учитывают. Чуть что – за ружье или топор какой. У меня это во где сидит! – Люпин красноречиво чиркнул когтем по собственной заросшей шее. – Спасите же меня, brave homme!

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
- Я спросил - видели ли, а не говорил, что трогать можно, - Серый аккуратно отодвинул подальше от Шапочки боевые средства, - колечко - оно, конечно, забавное, вот только дергать за него не надо, а то полетят от нас клочки по заулочкам…
На Шапочкины спецсредства с любопытством посмотрел, а Золушка-то деловая, однако, сколько же она сказок без артефактов оставила - гребешок, вроде лес частый создает, с бобами понятно, более-менее, с флейтой тоже прутик – шпага, конечно, хорошо, но арбалет был бы надежнее, лампа - предмет известный, но джины народ коварный, мало управляемый, остального Серый не помнил, хотел у Шапки спросить, да тут Яга про АКС заговорила. Не захотела Глафирино волшебство исправлять.
- В Кикиморье, может и не додумались, а в других местах уже, вон, взрывные бобы используют. А пластид, Ягнеда Велесовна, он и в Африке пластид. Хотя пользоваться им мне приказано только в самых крайних случаях.
Меч из рук Яги Серый молча принял, ничего говорить не стал, только голову в знак благодарности наклонил, но вопросами серьезными задался.
И, хотя разговор Яги с Кощеем лейтенант не полностью понял, уж больно много там было криков и ругани, но главное уловил - тот того, что Глафира у него оказалась, да еще в таком состоянии, Бессмертный был, мягко говоря, не в восторге, и сам Ягу звал, чтобы царевну вылечить. И вот тут вопрос, с чего тогда Яга заявления делает, типа: «Может, доведется еще тебе, сокол, коршуна подбить», да и Шапка ей вторит: «На Кощея идешь? Царевну из рук узурпатора освобождать?» Хотя по всему выходит, что узурпатор сам от царевны не прочь избавиться. И меч этот… за него, конечно, спасибо.… Вот только в подземельях-то им не намахаешься. И что значит – «Ежели ты не обучался мечному бою - не горюй, этот меч сам в бою десятка бойцов стоит». Оружие само за воина биться будет? Вправо махнул - пол рати в капусту изрубил, влево - вторую половину посек. А если своих рубить начнет? Или не за ту сторону биться. Вот только приказ у лейтенанта был, никого не убивать, без самой крайней на то необходимости
Да, похоже, Яга и не планирует, что он в подземелье пойдет. Печи дымить велела, типа Кощей не увидит, а то, что не прокоптятся – ерунда это. У крыс нюх тонкий, на подходе учуют. Шапку сразу к нему в подружки новые определила и с дудочкой к делу пристроила, хотя он об этом девчонку и не просил, а самой ей в подземелье лезть совершенно незачем, ей надо своего Люпина искать. Значит, планы у Яги на него, на Серого, совсем другие. С Кощеем стравить хочет? Интересно, ради какой такой выгоды?
Серый точил меч и хмурился. Усмехнулся разве что пару раз, глядя, как кощеева дочка коту Василию глазки строит да ножки оголяет. Вот женщины… и по фиг ей, что лиходей, убивец да разбойник, главное на морду смазлив и подмигивает - внимание обращает.
А от рассуждений Яги об орлиной крови и выгоде с каждого доброго дела, лейтенант и вовсе помрачнел. Ясно стало, что не даром спасала его Яга, ох, не даром.
Чтобы совсем не прокоптиться, Серый меч да камень точильный взял, в сени вышел, сел на порог и дверь приоткрыл, чтобы дух печной на воздухе свежем выветрился. Только сесть успел, как избушка резко тормознулась, и вокруг нее водяная стена выросла и царь Морской персоной собственной.

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
Яга шагнула на крыльцо. Она была серьезна, не паясничала, не пыталась уверять Морского Царя в давних дружеских чувствах. Перед лицом серьезной опасности Яга признавала лишь две тактики: либо напасть первой, либо удрать. Сейчас в руках ее было верное помело, и старая карга готова была в любой миг свечкой уйти в небеса, оставив на произвол Морского Царя избу со всеми обитателями (кроме Кондрата Кондратьевича, который, сидя на крыше, тоже готовился к стратегическому отступлению).
Но бегство было крайней мерой, к которой прибегнуть никогда не поздно...
- Что, медуза бородатая, задергался? - свирепо набросилась Яга на Морского Царя. - Проворонил девку, акулье отродье? Я ж ее, жемчужинку, на мерзлом болоте нашла, в снегу да в топи - как там она очутилась, а? Это до чего ж дочь родную надобно довести, чтоб середь зимы в лес сбежала, Морозу-воеводе на забаву? Я ее подогрела, обобрала... тьфу, подобрала, обогрела, пирогами с морошкой накормила, чайком отпоила - а на то полным-полно свидетелей, как людей, так и зверей, и даже Щука твой у меня в избе на лавке сидел, в бадье, так своими глазами лупоглазыми видал, как я Глашу-красавицу, как дочь родную, обхаживала! Она уже собралась вместе с твоим Щукой Щукичем на самоходной печке отчалить к тебе, в дом родной. Да тут небо потемнело, земля затряслась, налетела птица невиданная, злобная, подхватила Глашеньку. Случился тут добрый молодец, сунулся царевну спасать-выручать, так его птица чуть не до потрохов порвала, мне колдовством его раны пришлось залечивать...
Голос Яги на миг пресекся, она выразительно тряхнула помелом.
- А опосля - и тому свидетели имеются! - по волшебному зеркальцу говорил со мною Кощей. Похвалялся, злыдень старый, что Глафиру-царевну в плену томит. Она, мол, у него в бесчувствии обретается. Правда, нес он что-то про корабль летучий, на коем она, мол, сама прилетела, но я в такие сказочки уж не первое тысячелетие не верю.
Колдунья обернулась в раскрытую настежь дверь:
- Выйди, добрый молодец, покажись... Нашла я, краб ты придонный, поединщика, что супротив Кощея не боится выступить, Глафиру-царевну освободить. Везу его теперь до Кощеевых владений. Меч самого Вольги Всеславьича ему пожаловала. Зря, что ль, Глашу я маленькую на руках носила?
И Яга всхлипнула, очень правдоподобно изобразив умиление.

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
Царь ухмыльнулся, оценив проскользнувшую авгурову улыбку чародейки.
- Ты, Ягнеда, мне тут шпектакль не устраивай, я, чай, тебе не добрый молодец, с невинным умом и пламенным сердцем. Упустила царевишну – так и скажи! И метелку свою положь, помню я, как ты со дна морского, прямо из терема моего волшебного на ней ускакала! А я, дурак, карету тогда жемчужную велел заложить, да лучших жеребцов из царской конюшни… чтоб как королева поехала… Эээх, да чего уж старое поминать!
Царь окинул взглядом наряд Яги и присвистнул: - В честь чего это ты размолодилась так, да принарядилась? Для кого стараешься? Уж, не для Кощея ли? Или как там у вас – «тыщапять - баба ягодка опять»? В твои-то годы, Ягуля, нужно уже внуков вовсю нянчить, а ты, стыдно сказать, как Кощей, все марьяжишься, да прихорашиваешься. Не надоело народ дурачить?..
А может ты с Бессмертным в сговоре, пакость какую совместную задумали, а меня тут, как мальчика разводишь?... Признавайся, что с дочерью сотворила? – Царь недобро нахмурился, тряхнул бородой, но ближе к ведьме не шагнул, водяной границы не передвинул.
– И не прикидывайся лапушкой! На руках она Глашеньку носила! Бросила ты ее, бесстыжая! Одну рогатку только на память и оставила! А Глафира – чистая душа, касаточка моя, твою рогатку чуть не у сердца все эти годы носила, прятала, думала, что я не знал, дурочка…
Ага, слезу еще пусти, давай, старайся на публику. Есть у меня один такой, тоже дюже рыдает, когда жертву жрет – крокодилом зовут…
Ну, где там твой молодец-храбрец? Небось, как всегда, проходимец очередной. Что не выходит? Али медузы бородатой спужался? – расхохотался Царь.

0

73

Бабка Гульда
старая карга
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/dG3JF.jpg[/float]
- Какую пакость я Глафире сделала, - жестко ответила Яга, - про то у Щукича спрашивай. Чай, у него на глазах все было: грелась девочка у печки, кацавейку свою я ей дала, чтоб теплее было. А без меня так бы она и замерзла на том болоте, что Козьей Погибелью прозвано. А что до проходимцев, что у меня в баньке парились да за столом трапезничали, так они от меня на дела богатырские шли...
Метлу колдунья даже не подумала отставить в сторону.
- Э-эх, плохой ты отец, вобла ты бездушная! Дочь твоя в Кощеевом замке спит сном зачарованным, а ты тут ко мне с пустыми вопросами пристаешь: для кого принарядилась да зачем омолодилась...
Тут со стороны берега прилетела пестрая сорока, села Яге на плечо, покосилась блестящим глазом на Морского Царя, что-то негромко затараторила.
Яга выслушала, кивнула. Сорока вспорхнула с плеча, поспешно улетела прочь.
- Вот! - подняла Яга вверх указательный палец. - Доносят слуги мои верные, что возле Алатырь-горы бьется Горыныч с птицею невиданной. А птица та сплошь драгоценными камнями да цветным узорочьем изукрашена. Не многовато ли невиданных огромных птиц у нас развелось, а? Та, что Глашу унесла, ни одного камешка на перьях не имела. Не Глашино ли чародейство птицу нарядило?

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
Серый вздохнул - вот ведь… все у этих чародеев-волшебников - что ни разговор, то брань и базар.
- А что тут показываться, если вы и слова вставить не даете, - он поднялся, и, потеснив Ягу - так…чуть-чуть аккуратно плечом отодвинул, опершись на меч, встал в дверях. - Лейтенант Волков, спецподразделение «Ночные волки», - подумал и добавил, - ваше величество. Готов подтвердить, что Яга царевну в лесу на болоте нашла. Как она там оказалась – царевна и сама не знала. То, что приютила и обогрела - чистая правда. Кто царевну похитил - разглядеть не успел, но, похоже, что птица, об этом надо у Горыныча спрашивать, он с ней сцепился. Кощей, действительно, в зеркале объявлялся, похоже, что как-то дочь вашу в избе у Яги видел, а потому очень гневен был, думал, что она ему царевну на летучем корабле подослала. Про то, что в плену томится, речи не было, - лейтенант бросил короткий взгляд на Ягу, - а вот про то, что зачарованным сном спит - была, а потому Кощей просил Ягу в замок к нему явиться и с этим сном разобраться. Свидетели всему этому и кроме меня имеются.

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
«Ах, мышь, ах, злодейка! Емелюшку освободить зубов не хватило!» – тут только Василиса опомнилась, и заметила, что кучер как сидел кулем спеленатым, так и сидит, разве что пытается на мягком месте нижний брейк танцевать – без особого, надо сказать, успеха.
Скоро Василиса мешок сняла, веревки распутала, полюбовалась на дело рук своих, и соломинку из Емелиных волос вытащила. Где не справлялась, там мышь подсобила – почувствовала Василисин гнев.
- Ну вот, - вздохнула красавица, - оба свободны, оба в темнице. Как нам дальше быть? Поможет ли щучье веленье против силы Его бессмертия?
В Емелины возможности красавица свято уверовала, однако не было еще злодейской силы, чтобы Кащеевым чарам противостоять. Даже Яга с ним ссоры не желает.
- Была бы я сейчас махонькой, вроде мышонка, юркнула бы в оконце, да и… ищи-свищи меня, – пустилась фанатазировать девица, и, тут же, поймав Емелькин взгляд, воскликнула, - нет! Я ни на что не намекаю!
И хоть чары Кощеевы велики, а вдруг Емелька решит поупражняться в своих волшебствах, а объектом для приложения оных выберет Василису? Дюймовочкой хорошо быть гипотетически и в определенных обстоятельствах, а большой оставаться куда приятнее… особенно, если у тебя декольте на размер больше, а талия на полдюйма уже. А на носу показы Haute couture, и машкерад!
Вспомнив про дефиле, Прекрасная прикусила нижнюю губу и затосковала, подперев кулачком подбородок и являя собой весьма трогательную картину - жаль только, разжалобить некого – одни камни кругом, да крысы в соломе шуршат.
- Ежели Емелюшка ослаб совсем, и гож лишь на то, чтобы на ягодицах падеспань отплясывать, я могу подсобить, - кротко, но не без ехидства подала голос Мышь, - в окошко пролезу. Кому хошь весточку снесу.
- А ведь и правда! – печальный лик тоскующей девы вмиг преобразился, ямочками расцвел, - только кому?

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
Но не таков был Емеля. Точнее, он был таков, и был бы рад быть таковым из темницы, если б не замок с обратной стороны. Поездка с красной девицей придала ему ничем не подкреплённую уверенность в собственных силах, и он решил сам со всем справиться, произвести, так сказать, впечатление на дочку яргородского воеводы. Да и так мило она его кудри от соломинки освободила... Настал его черед освободить девицу!
- Спокойно, Василисушка! - он встал на ноги, отряхнул звезду брейк-данса, поднял руку вверх и пророкотал: - По щучьему веленью, да по моему хотенью, откройся дверь из темницы. Если можно, сделай это резко, чтобы пришибить стражу, буде она за тобой околачиваться.
В спертом воздухе темницы повисла неприятная пауза, наполненная вполне физически ощутимым неприятным, тяжелым ожиданием.
Емеле показалось, будто целая вечность прошла. А ничего не произошло.
Он нахмурился, выпятил нижнюю губу, скосив взгляд на пригорюнившуюся девицу.
- Щя всё будет, верь мне, Василиса, - и откуда только у дурака столько уверенности в собственных силах? Не иначе, как чуть увеличившийся бюст да чуть уменьшившаяся талия Василисы подействовали. Ну, или, на крайняк, её глубокие синие очи. - По щучьему веленью, да по моему хотенью, дверь, ну откройся? - в его голосе уже послышались умоляющие нотки.
Ни-че-го. Дверь как сидела крепко в стене, так и не двинулась с места.
- Да что ж такое! - хлопнул себя по коленям Емеля. - Сильна печать Кощеева, будь она не ладна, даже сила Царя Морского не неё не действует, - опозоренный, Емеля сложил руки на груди. - Что ты там говорила, мышь? Весточку кому послать? - горе-кучер, лишенный своего единственного достоинства в виде веленья, вынужден был признать поразку. - Хм... - почесав затылок, Емеля крепко задумался. Спаситель должен был быть сильным, ловким, да в колдовстве разбираться. Ну не Ягу же просить!
- Вспомнил! - Емеля хлопнул себя по лбу, и чуть в пляс не пустился. - В избе Яги молодец один имеется, волкодлак, сильный и могучий колдун, похоже. Говорил кот французский, что нужно ему что-то из подвалов Кощеевых. Так почему бы ему по дороге и нас не освободить? Пиши, Василиса, записку Серому волку, с копией на лейтенанта Волкова, мол, погибаем тут в темнице Кощеевой, так давай же поможем друг другу. - Чем именно Волкову могла помочь эта плененная троица, Емеля даже не подумал. - А ты, мышь, найди его, да поскорее.
Довольный собственной находчивостью, Емеля постелил на полу оба мешка, снятых с них с Василисой, уселся сам и девице кивнул: - Присаживайся, Василиса, в ногах правды нет. - В голосе его звучала гордость, ведь он, как мужчина, всё решил, осталось только дождаться, пока за ними придут и освободят.

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Василиса Прекрасная была девицей небольшого ума, но сметливой и по-женски практичной, потому она предпочла Емелиного конфуза не заметить - восхитилась стараниями. А далее самоназванный Василисин кучер и защитник почесал затылок, и выдал блестящую идею, только за многословием о добром молодце-великом колдуне, оборотне , Сером волкодлаке и лейтенанте Волкове красавица услышала волшебное «кот французский», девичье сердечко пустилась в пляс, словно коромысло заговоренное, и Василиса, сладко зажмурившись, выдохнула:
- Французский… - слово хрустнуло на языке утренним croissant, запахло ванилью и немножко – духами, - говорят, на дефиле будет французский ку-турь-е, с последними новинками иноземной моды, коей французы – законные короли, а кот… кот, сказывают, продюсер актера их, Жана Дижона, псевдоним коего маркиз де Карабас, - фамилию актера Василиса старательно выговорила с французским прононсом, а псевдоним – с истинно парижским грассированием. Не зря полгода перед зеркальцем репетировала. И почти забыла Василиса и о лейтенанте Волкове, и о Емеле, что сидел рядом на пыльном мешке, да во все глаза в глаза смотрел… или ниже – не стала красавица стыдить парня за такую вольность, улетела мыслями в дали светлые, за границы Тридесятого, в удивительный город, именем красавца-языческого бога названный…
Только мышь недовольно зашуршала по соломе и пискнула, напоминая о себе и о Василисиной миссии.
- Ой! – опомнилась Василиса, - весточку Волку Лейтенантову. Сей же час, Емелюшка, только писать чем? И на чем?

0

74

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
Только Емеля расслабился, довольный тем, что нашел выход из ситуации, и улёгся на мешок, будто на печь теплую, как тут Василиса новую задачку подкинула. Привыкший жить на всем готовеньком в таком сказочном месте, как Тридесятое, где даже в захудалой деревне есть волшебство, Емеля подумал, что как-то само собой все образуется, найдется материал для письма. Не тут-то было. В суровых условиях Кощеева замка все волшебство, кроме его собственного, улетучивалось, и из сказочного дурачка Емеля превратился в дурака в естественных условиях.
- Хороший вопрос ты задала, Василисушка, - Емеля почесал бок, поднялся с уже насиженного и нагретого собственной пятой точкой места, и огляделся по сторонам, пытаясь разглядеть в полумраке что-нибудь полезное. Поверхностный анализ результатов не дал, и ленивцу пришлось превозмогать свой основной инстинкт. Он прошелся по периметру, пошарил по углам, и победоносно воскликнул "ха!", ещё немного пошуршал и вернулся к Василисе: - Гляди, чего нашел! - в ладони Емели красовался кусок бумаги оберточной, не изничтоженной крысами. - Вишь, как её кузины по бумаге-то прошлись, хорошо, хоть чуток осталось, - Емеля покосился на мышь. - А вот тебе уголек, он маленький, им удобно будет буквея чертить.
Остальное Емеля предоставил Василисе, ибо неграмотен был. Нагретый мешок на полу ждал и взывал к нему.

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
- Складно сказываешь, - Царь выслушивал Ягу спокойно, а только выводы делать не спешил. Не первое тысячелетие он чародейку знал, да с некоторых пор – не каждому ее слову верил..
Свидетели у Яги могут и липовыми оказаться, тем паче Щука Щукич докладывал, что гости у ведьмы – как на подбор – заморские собрались, а эти любят в Тридесятом все своим аршином мерить, такого в своих публикациях потом нагородят – хоть стой, хоть падай! Шли бы они куда подальше, со своим расчудесным «эвропейским» видением. Одного только гостя Щукич положительно отрекомендовал – рыбак, говорит, из параллельного Тридесятому… Глаз, оно, конечно, у Щукича верный, не глаз – алмаз, да только направление взгляда у рекрута – с низов, а у него, батюшки-владыки - с верхов. Точка-то зрения завсегда зависит от кочки сидения, а бремя государево, оно осторожности требует, да ответственности обязывает. Так что любому «рыбаку» доверяй, но проверяй… С иным - ни одну чарку зелена вина выпьешь, да ни один пуд соли сожрешь, пока истинное нутро наружу проступит… Да и само то, что из Параллели молодец прибыл – полоснуло по сердцу Морского Царя недобрым предчувствием. Вот не радовал сей факт, ой как не радовал… Мало сказать – думы черные наводил… А только откуда же иначе новоиспеченному добру молодцу явиться, как не из Параллельного мира? Свои, богатыри да герои все наперечет известны, вдоль да поперек изучены. «И-еех… И хочется, и колется, и мама не велит…» - думал царь, разглядывая шагнувшего из-за ведьминой спины удальца, и сузил недобро глаза, когда услышал в очередной раз: Лейтенант Волков, спецподразделение «Ночные волки».
- Так вот ты какой, лейтенант Волков! – он помолчал и добавил, - А я, было, решил, что и впрямь Лешак меня разыгрывает.
Повелитель моря немного смягчился, да не от того, что лейтенант Величеством его величал, (На лесть морской владыка падок не был, но то, что служивый субординацию соблюдает, говорило в его пользу) а заметил царь, как из кустов Щука тишком семафорит, мол, вот он, тот самый, о котором я докладывал.
Окинул царь пристальным взглядом лейтенанта – с головы до ног, словно что-то в уме прикидывая. «Нет, не врет, – решил он, - но может искренне заблуждаться, в особенности насчет Ягнеды, что-то уж больно она раздобрилась: кацавейка, пироги, меч заговоренный…Неспроста…» Однако, подметил просоленный всеми ветрами повелитель, как лейтенант Ягу плечом-то потеснил, как ему, Владыке Морскому прямо и уверенно в глаза глянул, и то, что неточность в словах древней колдуньи не укрыл – все характеризовало Волкова, как личность с крепким внутренним стержнем. Только вот есть ли у лейтенанта настоящая Сила Духа?
- Значит, с тобой я на болоте разговаривал? Ты мою девочку последний видел… – царь решил испытать Волкова, прежде чем открыть ему тайну, да и чужестранные, много раз помянутые «свидетели», вернее их уши, были определенно лишними. Не говоря уже о хитроумной старушке-веселушке.
- Зайди в воду, – попросту бросил Волкову Глашкин родитель, - разговор есть.

Кощей
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Reo6H.jpg[/float]
Люпин
Всюду только и разговоры о свободе, равенстве, братстве, а моих прав они не учитывают. Чуть что – за ружье или топор какой. У меня это во где сидит! – Люпин красноречиво чиркнул когтем по собственной заросшей шее. – Спасите же меня, brave homme!
Кощей, только что велевший к нему больше просителей не пускать, при виде волка недовольно поморщился. Однако, услышав грассирующую речь, решил не гневаться и необычного просителя выслушать.
Волк элегантно раскланивался, и с такой иноземной страстностью доказывал, какой он хороший, что Бессмертный, зная коварную волчью натуру, даже соизволил улыбнуться.
- Вот что, я вам скажу, мой иностранный друг, - Кощей встал с кресел и прошелся по зале. Жалобщики, злодеи и доносители, постоянно толпившиеся в приемной, чародею надоели до оскомины, и он был даже рад возможности пообщаться с таким необычным гостем. – Где-то, я вас отлично понимаю. Стереотипы страшная вещь. Они на корню убивают вдохновение. Вот, я, например, ….. Ума не приложу, как, но, сложилось мнение - если Кощей девицу похитил, то это обязательно красавица или умница, или то и другое вместе.
Само собой, отрицать бессмысленно, я не только ценитель, но и знаток женской красоты, почти профессионал, так сказать, вполне могу председательствовать на всех этих конкурсах «мисс» и маленьких «мисок», но это совершенно не означает, что я всех этих красавиц краду, и, тем более, что я ими закусываю.
Насчет кулинарных изысков, это к Яге, она нежное мясцо любит…Пироги, расстегаи всякие, жаркое… Хотя, какое с нынешних красавиц жаркое, рагу, и то получается постное - одна кожа, да кости, а костей у меня и самого достаточно.
У меня к красавицам интересы иные, несколько, не кулинарные. Но, оставим подробности, - Кощей приобнял волка за плечо, заставляя вышагивать рядом. – Дело в другом. Знали бы вы наш народ… Везде выгоду отыщет. Не успеет девица заневеститься, как родня шептаться начинает, мол, Кощей на нее глаз положил, вот-вот украдет…прямо как знак качества, что девица, если не красавица, то наверняка, умница.
А если она в девках засидится, то, совсем караул - чуть ли не волоком сюда тащат, а в родных местах вой поднимают, мол, похитил злодей Марфушеньку-душеньку, в плену томит, извести собирается. Ну, тут естественно, находится какой-нибудь лыцарь – Иван-дурак, или Иван- царевич, но, все одно - дурак, мчится сюда спотыкаясь и падая на лихом коне, типа девицу выручать.
А дальше, вам ли не знать - законы жанра обязывают. А я, может быть, эстет в глубине души, мне хочется чего-то голубого…. как небо… или розового… нет розовое как-то не очень. Меня может быть вдохновение посетило... или нет... Но, все равно, хочешь, на хочешь, а валандайся с этим дурнеем. И убить нельзя и отпустить по добру, по здорову тоже невместно - сказки не получится.
Так, вот…- тон Кощея стал деловым и жестким, - Я вам предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Вы, же, как я понимаю, француз, а следовательно, и дамах и в моде понимаете. У меня сейчас жаркое время - Яга слух пустила, что я жениться хочу – представляете сколько сюда девиц налетело, как мухи на… хм… мед, да еще гессенский ежегодный показ мод на носу, машкерад… А у меня продюсер, кашу с карнавалом заварил, а теперь вместо этого одну спящую царевну охраняет, хотя что о нем говорить – одно слово солдафон. Так вот, заниматься всем этим некому. Вот если вы взвалите на себя сию ношу, то вид на жительство в моем царстве вам обеспечен. Ну, и, конечно, девицы-красавицы в вашем полном распоряжении, пускаю вас, как говорится, козла в огород, о, пардон, как волка в овечье стадо. Что же касается материальной выгоды, то пойдемте, я покажу вам схему организации.
Кощей вывел Люпина в галерею и указал вниз на приемный зал, где выстроились четыре огромные очереди.
- Вот смотрите, крайняя очередь - они стоят, чтобы дать взятку первому дьяку, дабы он вписал их вне очереди в список очереди на то, чтобы дать взятку второму дьяку, который в свою очередь составляет список тех, кто вне очереди может пойти дать взятку третьему дьяку, который составляет список на внеочередное попадание к четвертому дъяку, который, собственно, и заносит красавиц в учетный список, беря при этом взятку, чтобы занести их туда без очереди. Дъяки получают десять процентов за труды, остальное идет в казну, что же касается вас, то получив списки красавиц, вы вольны, ипсользовать их как угодно, и кого угодно вписывать вне очереди ко мне на смотрины, только совсем уж страшных не надо, или, хотя бы в первой половине дня, чтобы на ночь кошмары не снились. Пятьдесят процентов полученного - вам, остальное в казну. Поверьте, это очень выгодное предложение.
И Кощей, похлопав Люпина по косматому плечу, удалился в боковую дверь, оставив французского волка постигать основы отечественной бюрократии.
Бессмертного же на данный момент беспокоило не столько скопление распрекрасных девиц и предстоящий карнавал, сколько то, что вода в замковом бассейне с фонтаном слишком сильно бурлит, да то, что в последний раз, он не смог посмотреть, что творится в яговой избушке, сделав вполне логичный вывод - прячется, значит точно пакость задумала.
У дверей гостевой опочивальни, Кощей постоял , отодвинул в сторону вытянувшегося в струнку Черномора - да не трону я твою царевну, чего дергаешься… и встал на пороге в задумчивости, ухватив себя за подбородок.
Неприятности с Морским царем ему были без надобности, а потому Черномора, Бессмертный не отпускал, пусть сторожит свою царевну. Сам же Кощей к Глафире один только раз наведался – издали посмотрел - девица молода, слишком даже, миловидна, бледновата, но тут уже обстоятельства, да и кто в царстве кощеевом щеками румяными похвастаться может?
Вот и сейчас Бессмертный задумался, где же это царевна морская подвенечный наряд ухватила, знакомый больно, уже виденный… и сон мертвый не с проста. Кощей к царевне подошел , руку взял – пальцы тонкие, нежные, ноготки так перламутром и переливаются. И вспомнились вдруг ему давние года, такие давние, что и представить страшно, как он по полю с девицей гулял, за руку держал, пальцы сжимал нежные, вспомнил и невольно руку мертвой девицы сжал, а из одного пальчика кровь так и брызнула, и с ней и вместе осколок вскочил, маленький, едва заметной искоркой блеснул и растаял.

0

75

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
Лейтенант на слова Морского царя только плечами пожал, в воду так в воду, деваться все равно некуда, по морозу – самое то будет, Карбышева изображать. Однако, меч в сенях аккуратно пристроил - артефакт неопробованный, мало ли что ему вздумается против царя учинить, и с порога на песок спрыгнул.
- Так и есть, со мной говорили … Отчего же и сейчас не поговорить, только вот жабр у меня нет, ваше величество, так, что разговор вряд ли долгим не получится - на вдох да выдох, - усмехнулся Волков и, глубоко вдохнув, шагнул в водяную стену.



Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
Красавица брови в ниточку свела, взяла уголек двумя пальчиками, разгладила бумагу, да начала строчить послание неведомому могучему колдуну и волшебнику. От стараний кончик языка в задумчивости прикусила.
«… потому челом бьем тебе, добрый молодец, не дай пропасть красной девице и ее верному, - хм… кучеру – звучит некуртуазно, рыцарю? – какой же из Емельки рыцарь, обыкновенный мужик, да и ленив без меры, только чуб русый хорош… - и ее другу по несчастью, Емельке-дурачку».
Перечитала Василиса, «дурачка» вымарала. Кто это сказал, что Емеля – дурак? Сметлив без меры, когда нужда настигнет! - покосилась красавица на соратника, и далее писать принялась.
«… а то, что известно мне про дела странные, в Кащеевом царстве, в подземельях творящиеся, бумаге я довер…»
Тут край листу подошел. Перевернула Василиска его, а на оборотной стороне тесным рядком цифры, пуды, мешки, пшеница да овес – кто-то дебет с кредитом сводил.
- Где-то я такое видела… - Прекрасная носик сморщила, так думается легче, и тотчас вспомнила, - пергамент, что Соловушка оставил!
Искомый предмет тут же нашелся в глубинах декольте – куда стрельцам пергамент отыскать, когда они с увлечением другой предмет… два предмета исследовали?
- Как я могла забыть! – ахнула Василиса. - У меня ведь бумага имеется, официальная! Донос Соловья-разбойника на Ягнеду Велесовну, что сундуки курьерской почты, кои находятся под защитой почтовой службы самого Бессмертия, грабит и использует в своекорыстных целях! Тут, правда, на обороте что-то про овес, а еще выше – не по-нашему написано… Разобрать такое – кот ученый нужен, не меньше…
- Кот! – серая шерсть на загривке мышином встала дыбом, - на погибель меня посылаешь? Хочешь, чтобы Васька-Лиходей, или его французский приятель, сожрали мышонка в качестве закуски!.. - когда надо, мышь умела разжалобить.
Василисе стало совестно.
- Ладно, смотри, как мы сделаем. Вот тебе бумага для лейтенанта Волкова, великого колдуна. Это мы сейчас тебе ошейник смастерим… - ошейник Василиса сотворила из кружева нижней юбки, коих у гессенцев не одна, а десяток – не ошейник вышел, а натурально жабо. Закрепила на нем письмо, а мыши вручила извлеченные из носового платка хлебные крошки.
- Ежели лицом к лицу… морда к морде Василия встретишь – проглоти их, до размеров теленка не вырастешь, но с кошку точно, - уверила красавица курьера, - и лисиц стороной обходи!
Мышь посопела для виду, однако смягчилась – и через мгновение ее хвост мелькнул в окошке и исчез.
- Ждать теперь? – Василиса присела на мешок, рядом с Емелей, и задумчиво на дверь уставилась. - Жалко ведь, столько интересного пропустим… Емелюшка, а чары шапки-невидимки тут тоже бессильны, как считаешь?

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
Шапочка недоумевала. Нет, не появление, откуда ни возьмись, Морского Царя ее озадачило. Слова Бабы Яги не шли из головы французской агентессы. Конечно, ведьме тридесятой ее боевой набор был не в новинку. Сразу она догадалась про флейту. Но крысы? Подземелье? С чего это вдруг колдунья про подземелье заговорила? Аннет, хоть и спецагент, но некогда ей по подземельям шастать. Тем более, в компании этого сурового субъекта. Она покосилась на Волкова. Нахмурилась Шапка. Беспокойство и тревога заскрежетали в ней, как ржавое ведро в колодце. Подозрение, маленьким конопляным зернышком, упало ей в сердце и стало расти, расти… Вот уже почудилось девице, что Яга неспроста сказала про кощеевы казематы. Намекает? Очень может быть. Как пить дать, томится ее Люпин в сыром подземелье. В цепях. Облезлый. Голодный. Падший духом. Без мыла. Без ванны с розовой пеной! А ведь Люпин - эстет. Если от шока не помер до сих пор, при виде «красот» подземельных, то крысы его, рано или поздно, все равно добьют. Ибо не умеет Люпин противостоять обстоятельствам в экстремальных ситуациях. Нет, не умеет. Воспитание не то. Эх! Уж как бы, не опоздали они с Котом! Может, давно белеют обглоданные крысами косточки, в каменном мешке, куда и нога человеческая не ступала. И будет Аннет стенать над аристократическими волчьими останками, плакать и горевать, корить себя за невыполнение ответственной миссии. Держать в руках череп и со слезами вторить напарнику: «О, бедный Люпин! Я знала его, Кот! Это был зверь бесконечной галантности, неисчерпаемой грации. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это воплощение моих страшных снов, и конвульсии к горлу подступают. Здесь должны были шевелиться ушки, которые я трепала, не знаю сколько раз…»
- Шапочка! – вдруг откуда-то издалека донесся до нее знакомый голос. – Шапочка! Что с тобой! Анеееет! – Кот, вскочив на лавку, с остервенением тряс ее за плечи.
- А! Что? – встрепенулась девица, приходя в себя.
- У тебя был такой вид! Ты меня напугала! – осуждающе произнес полосатый. – Побледнела вдруг, глаза от слез блестят, в прострации, вот-вот в обморок хлопнешься! Я уж подумал – сердце!
Кот держал в руках зеркальце, был немного всклокочен, видимо и, правда, перепугался за свою компаньонку:
- Вот! – он ткнул ей в грудь средство связи, - Золушка вызывает!
- Что там у вас происходит?! – послышался голос главы ПБР, когда Шапочка поднесла зеркальце к лицу и пошла связь. – Что с Котом?! Почему он такой нервный?! Кричит, что ты в ступоре! Про сердце что-то лопочет! Или это он все шуточки шутит? Распустились! Чем вы там вообще занимаетесь, позвольте узнать? И Шапочка, где твой беретик? – голос Золушки взлетел на пол-октавы выше. – Я тебя спрашиваю! Изволь отвечать! – но, не дав краснеющей агентессе и слова вставить, снова разразилась упреками. «Туфли ей, что ли, опять жмут, - в сердцах подумал Аннет. - Или с принцем поссорилась». Такое и раньше бывало. – А я вот к чему вас ищу. Волк наш объявился. - Всплеск упреков и подзатыльников прошел, и Золушка, наконец-то, перешла к сути дела. Голосок стал деловитым, сухим, так и чеканит каждое слово. – Засекли его у мсье Кощея в замке.
- В подземелье?! – с ужасом перебила агентесса.
Золушка поморщилась:
- Откуда мне знать. Не понятно пока. Вот вы и проверите. Хотя подземелья пошли бы этому беглецу только на пользу, – проворчала женщина из доброй светлой сказки, про обездоленную, всеми гонимую девушку. «Вот ведьма!» - чуть не вырвалось у Аннет вслух, при взгляде на холеное, надменное личико.
- Хорошо. Приказ принят. Действуем по плану B. До связи, - отрапортовала девица.
- Так! Подожди! Ты мне так и не ответила! Где? Твой? Берет? – в голосе неугомонной Золушки послышались нешуточные раскаты. Шапочке вдруг показалось, что начальница поразительно чем-то напоминает Изабель. По раздувшимся ноздрям?
- А? Что? Тебя плохо слышно. Помехи! – изображая на лице непонимание, закричала Аннет. Кот умело изобразил шипение. Агентесса отключила зеркальце, убрала в карман, а взгляд ее сосредоточился на волшебной лампе.

0

76

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
Совместно с Волком
- Жабры тебе не понадобятся, ты, как-никак в волшебном мире находишься, можешь дышать в воде спокойно, полной грудью, пока на то моя августейшая воля будет, разумеется, - ничего с тобой не случится, это я тебе обещаю. - царь удовлетворенно хмыкнул, оценив, как лейтенант в воду вошел – ни мало не сомневаясь.
Лихой парень, видно - смелости ему не занимать… или глупости… Емелька, вон, тоже куда хошь сигануть может, если не поленится…
- Вижу, вижу – храбрец! Смелый, он и море проскочит – пяток не замочит! Да ты садись, вон, на камушек, в ногах правды нет… – размеренно продолжил царь, все еще удерживая избу трезубцем. В надежности звукоизоляции он не сомневался, но, для острастки, водопад кипящий вокруг избы сотворил: пенится, ревет, клокочет стихия – загляденье! Он бы сейчас на месте заморских гостей не в избе прятался, а термальные ванны, пользуясь случаем, принимал – поди не каждый день курорт с доставкой на дом приходит!
" Пока на то моя августейшая воля будет.." - кто бы в этом сомневался. У Волкова на этот счет сомнений не было, но и отговариваться от приглашения не хотелось, потому как в сказочном мире с понятием мирного урегулирования споров и консенсусом было туговато. И если судить по сказкам, то большинство или играло мускулами, демонстрируя храбрость безмерную или на халяву рассчитывало, которая, кстати, героям подворачивалась с просто завидной регулярностью. А потому лейтенант присел на предложенный камень и вопросительно посмотрел на морского царя - мол, о чем разговор вести будем, ваше мокрейшество?
- Беда у меня стряслась, лейтенант. Дочь, дорогая, единственная пропала. А мне - жизни без нее нет… Зачем ты в Тридесятое пожаловал - дело пытаешь аль от дела лытаешь – выспрашивать не стану. И так вижу, что не на прогулку нарядился. – Царь смотрел на молодца со всей строгостью и дотошностью, пытаясь понять, можно ли ему доверять, да вооружать его знанием, али силою волшебною в сказочном мире. Смелый, глаза честные, так может безмерно тщеславным оказаться запросто… А там и до негодяйства - один шаг…
С другой стороны, раз сама Яга его приметила, да приветила, да кладенец пожаловала, значит, лейтенант не только лицом и ростом вышел. У Ягнеды чуйка на героев, даже если они сами про то не ведают. Ну, испытать там, по всей форме, как полагается, это у нас, волшебников не заржавеет. Экзаменационный набор бесхитростный, стандартный: «огонь, вода, медные трубы» Не без личной выгоды, конечно, подготовка молодца в герои проходит. Но - взаимообмен честный, обеим сторонам приятный. Всяк, в конечном итоге, получает свою награду. Молодец, как правило, – легендарное звание богатыря, меч, коня и невесту в придачу, а Яга… Вот неугомонная баба! Не иначе, как опять ей что-то от Кощея надо, а может и повыше замахнулась! Только моя Глашка здесь при чем? Девочка должна вернуться домой! Нечего ее в интриги, да злодейства впутывать! Мала она еще, рыбка моя!
- Ну, лейтенант Волков, раз к Кощею путь держишь, то интерес наш совпадает. Содействие мне твое надобно. Не откажешь?
- Знаю я вашу Глафиру, ваше величество, хорошая девчонка, добрая, и что пропала, знаю, даже подумать не мог, что среди ночи птица неведомо откуда возьмется, - Серый невольно вздохнул, вспомнив ночь, звезды, глаза русалочьи и как лежала она у него на груди. - Здесь у меня задание важное, и если информация правильная, то мне, действительно, в Кощеево царство попасть требуется. А по поводу содействия... Я так понимаю, то это царевны касается?
- Ее самой, голубицы моей, касаточки… Я, лейтенант, о помощи в редких случаях прошу, в основном сам справляюсь. Но тут ведь дело-то какое щепетильное… Кощей, вообще-то, мужик нормальный. Бессердечный, но не безмозглый. Мы раньше с ним всегда полюбовно договаривались, старались обоюдно сфер влияния не нарушать. Делегацию к Его Злейшеству с петицией, я сей же момент, разумеется, отправлю – всех тридцать трех богатырей снаряжу, они ребята верные, а вот бывший старшой над ними – дядька Черномор, перебежчиком оказался. За длинным рублем, да за признанием погнался. Сам в услужение к Кощею подался и ребятишек моих бравых на полставки к злыдню сманил. Солдатушки мои, конечно универсалы, и на море и на суше не подкачают. Но приглядеть надобно, подстраховать, так сказать, ибо не ведомо нам, как и для какой надобности, Глафира у Кощея оказалась, ежели она со Щукой домой возвернуться желала - значит супротив своей воли.
К тому же, по опыту тебе скажу: что в руки Кощею попало – то пропало. Ежели что представляет для него ценность – он костьми ляжет, но не отдаст! И коли дочь моя, Царевна Глафира, у него обретается… в общем, нечего ей там делать, вернуть ее домой нужно.
Так что решай, сынок: поможешь мне – я помогу тебе.
- Ясно, - услышав просьбу царя вернуть Глафиру домой, лейтенант помрачнел, но, что тут скажешь, как отец он совершенно прав, и хорошо, что беспокоится да заботиться. Не все отцы так о своих детях заботятся. Да и Глафира, действительно, куда-то собиралась, когда он ее у избы подхватил, а коли Щука говорит, что домой, то значит, так оно и есть. - По поводу Кощея ничего сказать не могу, лично еще не видел, но гневен был сильно по поводу царевны. Ягу обвинял, что она царевну уморила и ему подослала, Яга в свою очередь на него бочку катила, вашим гневом стращала. Разругались страшно, избу так трясло, что едва не развалилась. Но, если царевне опасность угрожать будет, сделаю все, что смогу, слово даю.
После речей лейтенанта налился Царь Морской чернотою, страшнее грозовой тучи, в очах молнии засверкали.
- Что же с царевишной стряслось, ума не приложу! Может по случайности, какой недоброй она в замке кащеевом оказалась… В случайность я поверить могу, но в одну, а тут выходит – целая череда… Еще коллапс этот, будь он неладен, слышь, рвануло, так, точно цельную эскадру эсминцев зараз подбили, у меня терем глубоководный ходуном пошел, и Глафира аккурат во время взрыва и пропала. Предчувствие у меня, Волков, тяжелое: тут возможно третья сила, да пятая колонна замешаны, войны бы не случилось.
Я вот что тебе скажу - ни Кощею, ни Яге до конца доверять нельзя. Про ум и коварство Кощеевы, ты, поди, наслышан. А вот Яга – персона неоднозначная. До сих пор не пойму, по каким принципам она живет… Вот, послушай, что расскажу тебе.
Была у меня жена – первая на Море красавица. Да что там на Море! Во всем Тридесятом такой красоты не рождалось, не говоря уже о сопредельных государствах. Я ее, лейтенант, как только увидел – голову потерял. Сразу женился. Холил и лелеял душеньку ненаглядную, словно драгоценную жемчужину. Дочурка у нас родилась, Глашенька. И все бы было хорошо, если бы Яга на горизонте не замаячила. Так вот – Яга ей голову вскружила, говорит, талант у тебя, Наина, к тайным знаниям да чародейству великий. Совсем красавицу заморочила. Так моя Наина, соблазнившись ведением к Яге в ученицы и ушла, обо всем забыла – обо мне, о дочери, о царстве подводном… А потом и вовсе пропала. Исчезла, понимаешь? Как сквозь землю провалилась! Искал, с ног сбился - безрезультатно, даже следа не осталось… Я Ягнеду сколько раз потом выспрашивал, куда Наина подевалась, в терем свой подводный гостить приглашал – не говорит, злодейка, хоть ты ей кол на голове теши.
А теперь вот Глашенька пропала… А я ведь ее пуще глаза берег, никуда дальше моря-окияна не выпускал, да и то под охраной.
В общем, лейтенант, наперед Слово дай, что Глафиру не только от опасности убережешь, но и родителю вернешь в целости и сохранности.

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
Продолжение
- Знаю я про то, что случилось, поэтому сюда и прислали, чтобы все выяснить, - рассказывать подробности морскому царю, Серый особым желанием не пылал, мало ли чего на уме у него всплывет. А вот по поводу матери Глафириной насторожился. Вспомнил, как Яга про Наину Киевну отозвалась. - Меня сюда из другого мира прислали, где волшебства почти нет. Но, в том месте, откуда меня отправили, его, можно сказать, даже много. Есть там избушка, ее так и называют "Изнакурнож" - "Изба на куриных ногах" - ног куриных я, правда, не видел, но артефактов волшебных в избе много. И живет в этой избушке старушка, чем - то очень с Ягой схожая, поговаривают про нее, что колдунья, на Лысую гору на шабаш летает. И зовут ее Наина Киевна. Когда меня сюда отправляли, то она Яге привет передавала и презент отправила - воду змеиную. Яга ее вспомнила и сказала, что Наина была ее лучшей ученицей. Вот такая история.
Лейтенант выжидательно посмотрел на Морского царя. А вдруг и вправду это мать Глафирина, в реальном мире оказалась, вот царь ее и не нашел.
- Вот оно значит как… - горько вздохнул царь. – Значит, Наина настоящей ведьмой стала… А ведьма, сынок, ее, сколько не привечай, она все равно в лес смотрит… Может статься, все, что случилось - ее проделки. Еще не хватало, чтобы она дочь в Параллельный мир выманила. Я ведь, почему царевну никуда не пущал, да при себе держал. Ты не думай, что я вобла бездушная, я ведь добра своей девочке желаю, хочу, чтобы счастлива она была, чтобы не обидел никто. А для них, дев подводных, земной воздух губителен - с ума он их сводит, пьянит, сил лишает. А если еще красавец какой на пути возникнет – все, пиши, пропало. Молодцы с ними натешатся вволю, поматросят, да и бросят, а эти дурищи льют потом русалочьи слезы до конца дней своих… Или, того хуже – перерождаются с горя в чудовищ, их потом ни море, ни земля не принимают… Не хочу я такой участи Глафире-царевне. Она единственная у меня в жизни отдушина… Ну, - владыка пристально посмотрел Серому в глаза, - говори, лейтенант, даешь слово – непреложное, заветное, нерушимое и невозвратное?
- Уж не знаю я, как тут у вас, но в моем мире такие запреты до добра не доводят, а только несчастье сулят, у нас даже поговорка есть, что благими намерениями дорога в ад вымощена. Не боитесь, что за такое затворничество дочь потом до конца веков вас проклинать будет, еще пуще слезы лить, да из дома сбегать? - лейтенант на вопрос Морского царя отвечать не спешил, тем более, слово давать, которого и выполнять не хотелось. - Если родитель дитя все время при себе держит, то у ребенка и жизни своей нет, все родительское - и слова, и мысли, и действия. Вы у нее спросите, какого она счастья хочет, а не свое навязывайте. И радуйтесь ее радости, а не своей. Вы же не столько о ней думаете, сколько о своем спокойствии - отдушина она для вас единственная. Чистой воды эгоизм. Да, при таком отношении, любя задушить можно.
Серый даже не заметил, как голос повысил, опомнился только тогда, когда все высказал.
- Сейчас не до демагогии, сынок. – слова лейтенанта больно кольнули грозного царя, и он хмуро смерил Волкова взглядом. - Глафира – ни жива, ни мертва, если Кощей правду говорит. А она у меня с рождения под чарами защитными – ей зло, коснувшись, вреда не чинит. А раз царевна изморена, значит, ослабло заклятье, и русалка стала беспомощна и беззащитна. Спасать ее надо, пока не поздно. А спасешь – там глядишь я над твоими пылкими речами и задумаюсь. И доколе воздух зря сотрясать?
- Знаю я, как ее чары действуют. Может, так случилось, что она с более сильным чародейством столкнулась. Тут уж только Яга или сам Кощей помочь могут, или кто у вас тут еще чародейством занимается, я же не колдун. И никто не говорит, что спасть ее не надо. Я про это уже слово дал. А про остальное пусть сама решает, силком на ремне к вам не потащу, но и глупостей делать не дам, - отрезал лейтенант. Эти разговоры с обеспокоенным родителем его стали напрягать.

0

77

Царь Морской
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/53pPk.jpg[/float]
- Упрямый ты, Волков…
Царь поразмыслил еще немного, что-то прикинул, шевеля усами и протянув заиленную ладонь лейтенанту, возгласил:
- Ладно, по рукам! Ты, по всему видать, молодец не робкого десятка, только с Кощеем одной смелости мало – его хитростью, да смекалкой брать нужно. Сам понимаешь, он в Тридесятом – самый сильный волшебник. Это только в детских книжках пишут, что он скелет скаредный, а наяву это не дистрофик вовсе, а самовластный правитель, деспот, тиран, величайшей волшбы и чародейства знаток, познавший самые недоступные глубины темной магии. Одним перстом шевельнет – в камень целое царство превращает, другим поведет – богатыря в орех оборотит или в воробья желторотого, а сам вороном или коршуном обернется и разделает его, так что и перьев не останется. На своей территории этот доходяга вообще почти любое волшебство запечатывает. Кто знает – старается его из царства на поединок в чисто поле выманить, только и Кощей не лыком шит – уж не припомню, когда он в последний раз свои пределы покидал. Всех смельчаков Бессмертный, так или иначе, к себе заманивает. К чести Кощея, надо сказать, еще ни разу не доходило, чтобы Его Злейшество помощью загробного мира воспользовался, двери подземелий своих растворил, злобных духов наверх выпустил – самолично всегда бьется… Это я тебя не пугаю – рассказываю. Предупрежден – значит вооружен.
Открою я тебе тайну великую, если сумеешь ей грамотно воспользоваться – станешь могучим волшебником. Но, не навсегда, на время. Когда границу миров переступишь - волшебство твое в Тридесятом останется, там, где ему и место. Видишь, в кустах рекрут мой сидит? Исхитришься, изловишь Щукича голыми руками – сила волшебного Веленья к тебе перейдет. А как применить ее - это уж сам кумекай… В царстве Кощея Веленье работать вряд ли станет, но ведь можно до границы желанье хитроумное загадать. Да не одно…
Только одно условие – рекрут Щука с вами к Кощею поедет. А теперь – ступай! Свидимся еще.
И схлынула волна.
Исчезла стена-преграда вкруг избы рокочущая, осела мириадами бисерных капелек, растаяла ажуром тонкой пены – словно ничего и не было. И только ласковый прибой шелестел, нежно омывая стальные носки ботинок стоящего на берегу, вымокшего насквозь бойца отряда специального назначения «Ночные Волки» лейтенанта Сергея Волкова.

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
Щучье веленье? Лейтенант тут же представил себя на печи, и едва не улыбнулся. Хорошо, вовремя сдержался, царь говорил от души, и улыбки мог не понять. Ладно, веленье так веленье... Жаль что в Кощеевом царстве от него проку никакого, но мало ли, волшебные свойства карман не тянут, в этом мире все может пригодиться.
«Свидимся еще» - растаяли эхом над водой слова Морского царя, и не стало ничего - ни стены водной, ни кипящей пены. Только в кустах у берега поблескивала мокрой чешуей щучья спина .
- Ну, привет, Щукыч, давно не виделись, - Волков подошел к кустам и, наклонившись над Щукой, прихватил его за плавник, - вот что , рекрут, велено мне тебя изловить и с собой забрать. Так что будь другом, не брыкайся, не заставляй тебя на крючок нанизывать, - лейтенант хлопнул себя по боку, где висел десантный нож и прихватил Щуку за другой плавник.
Щука был мокрый и скользкий, так и норовил соскользнуть с плеча, куда его лейтенант взвалил.
– Но-но, хвостом-то не бей уроню, - Серый поудобнее пристроил рыбину на плече и пошел к избушке.

Емеля
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/00CJl.jpg[/float]
- А? - Емеля, приготовившийся кемарить себе потихоньку, благо ночка выдалась неспокойная, хоть в темнице можно было, наконец, прикорнуть, вздрогнул и снова уселся на мешке. Василисе, похоже, хоть бы хны - бодренькая такая, живенькая, щечки румяные, бюст гордо возвышается прям у Емели над носом. Будто и не до сна ей. Залюбовался Емелька активной своей подругой по несчастью, и не сразу понял, что с открытым ртом сидит. А это некультурно, говаривал Щука, преподавая Емеле уроки хороших манер во время рыбалки. Сидели они, бывало, под утреннюю зорьку...
Емеля спохватился.
- А кто ж её знает, эту шапку, - Емеля задумчиво уставился на стену, в отверстие под которой только что просочилась мышь с забавным воротником. - На темнице нашей печать Кощеева, так? Так, - сам себе ответил Емеля, продолжая соображать. Надо признаться, ему этот процесс начинал нравиться. Дед говорил, что умным быть тяжело, вот Емеля всю жизнь и не напрягался, чтобы предвосхитить разочарование, а тут оно вон как выходит. Когда у тебя в голове колесики шевелятся, даже как-то приятно, и перед девицей блеснуть можно, и для волос зарядка. - Значит, проверить это мы с тобой, Василисушка, можем только за пределами темницы. Но тут сложность возникает, - нахмурился Емеля, и веснушки попрятались в морщинах на лбу. - Как нам туда попасть? За переделы эти. Чай, не мыши, не пролезем. - О том, чтобы пытаться выломать дверь с Кощеевым заклятием, не могло быть и речи. Бесполезно, это во-первых, да и опасно, это во-вторых. Вот толкнешь её, проклятую, плечом со всей дури, а она - возьми и окажись заколдованной, ещё засосёт на какие-нибудь рудники, али в таракана превратит. - Ждать нам тут вызволения от Волкова, истинно тебе говорю, - Емеля немного разочарованно вздохнул. Хотелось ему Василису впечатлить.

Люпин
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/6LVjm.jpg[/float]
И вот Люпин остался один. Совершенно один в этом огромном замке… Ну, за исключением бесчисленных девиц: блондинок, брюнеток, рыжих и русых, очаровательных и не очень… Словом, последний раз он такое видел на распродаже зимних тулупов во Франции в далеком, совсем уж бородатом году. Волк благородных кровей окинул взглядом пестревшие ряды и заранее утомленно вздохнул. Француз вдруг ясно осознал: девушки его не интересовали. (Нет, не в том смысле, господа!) Просто гражданство Кощеево представляло куда большую ценность в этом бренном мире.
Люпин ходил взад и вперед, осматривая происходящее повнимательнее. На 5-м кругу живот волка совсем не аристократично заворчал, отчего Люпин сконфуженно спрятался за ближайший письменный стол. За столом сидел дьяк. Взмыленный, он что-то подсчитывал в уме, выпучив глаза на манер подстреленного в королевском лесу кролика.
- Любезный, не подскажете ли вы мне, где я могу отобедать? Извольте услужить.
- Чего, мохнатый? – рыкнул мужчина, бесцеремонно отпихивая волка.
- Я бы попросил воздержаться от оскорблений, - многозначительно заявил волк, осматривая заросшие руки дьяка. – Повторю еще раз: где у вас едальня?
- Пшел вон! – красный башмак безапелляционно пнул Люпина.
Француз поднялся, подбоченился, взъерошил шерсть и рявкнул так, что собеседник невольно подпрыгнул три раза подряд:
- Ты, bêta, запомни раз и навсегда, заруби на своем картофельном носу, если будет угодно. Теперь я здесь главный! Я! И не смей никогда так со мной обращаться! Омар прогорклый! Одно мое слово, и ты… и ты… будешь, как улитка, с соусом подан к ужину!
Люпин оскалил свою широченную пасть, отчего дьяк окончательно потерял самообладание и, жалобно попискивая, стал согласно мотать бородатой головой, да так забавно, как бывает только когда трясешь пучок редиса.
- Так-то лучше, mon cher, - волк потрепал беднягу по голову и обернулся к замершей аудитории. – Ну что же вы, друзья, продолжайте веселиться!
Люпин обаятельно улыбнулся девицам. Те, забывшись, покраснели в ответ. Довольный произведенный эффектом волк отправился на поиски пропитания.

0

78

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
На глазах набиравший баллы индекса интеллекта Емеля юную красавицу, разумеется, впечатлил, но девица – то ли оттого, благодаря веленью стала в нужных объемах на размер больше, а в других важных – на полдюйма уже, то ли по причине извечного шила в обычном для девиц ее возраста, опыта и темперамента месте, легко сдаваться не собиралась.
- Ну, что же, ты, Емелюшка! – упрекнула парня Прекрасная, - а коли не найдет мышь великого колдуна Лейтенанта Волкова? Так и пропадем в темнице. А, ежели и не пропадем, кто о нас до показа вспомнит, а я, может быть, впервые в жизни на модное дефиле попала. И пропустить его не желаю!
Василиса вскочила и начала мерить чуланчик быстрыми шагами – от окошка до противоположной стены – десять шагов, от другой стены до двери – девять и ступенька.
Главный Василисин аргумент прятался в глубинах декольте. Нет, это не то, что вы подумали – хотя в некоторых случаях тоже может послужить весомым аргументом. Но Василиса, девица юная и в делах амурных не шибко опытная, магического действия женских прелестей на мужской организм в полной мере не осознала, поэтому предпочла бить наверняка. Из декольте был извлечен серый клочок тумана – шапка-невидимка.
Однако чуда не произошло – как была видна красавица, так и осталось, лишь в гневе раскраснелась и ножкой топнула.
- А если из чуланчика выйти… снаружи Кащеева печать не действует? Вот что, Емелюшка. Рискну я выбраться – а потом и тебя вывести. Ежели пропаду – не поминай лихом, - красавица торжественно Емельку в лоб, в гармошку собранный, поцеловала, и к двери порхнула легкой птичкой. Дубовую дверь сотряс грохот девичьих кулачков, – эй! Стрельцы! Служивые! Отоприте! Мне срочно нужно в… в дамскую комнату!

Рекрут Щука
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/X0uQf.jpg[/float]
«Какой хороший сегодня день, столько впечатлений разом! – Щука блаженно повиливал хвостом, развалившись на плече лейтенанта. Главное – с утра задался…»
- Слышь, Серый, ты это… узнал бы, как там мой Емелюшка? Доехал ли до Кощея али с Василисой Прекрасной все амурничает? Больно уж хороша девица! Вся огнем так и пышет. Глаза – синие, талия – осиная, декольте…кхм… Он, вообще-то, парень башковитый, соображалистый, нам бы с тобой его найти, втроем-то мы вмиг Глафиру-царевишну от пут Кащеевых ослобоним, царю-батюшке возвернем, а сами – на рыбалку махнем… Да и вообще – неспокойно мне за друга моего. Привык Емелька жуировать на полную катушку, разбаловался… Как он там без моего Веленья?

Ведьмочка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/N7Ot8.jpg[/float]
Стоило Василию превратиться обратно в кота Ваську, платье разочарованно спаяло разрез. Но не до конца. Коленка, при желании, могла игриво сквозь него проглядывать.
Метаморфозы Вальдегардис не то, чтобы радовали, или огорчали - они, в первую очередь, изумляли. Как всё быстро и стремительно происходит. Вот только начала Яга ей метлу настоящую мастерить, как фейство начало угасать, а наружу потихоньку пробивало себе дорогу нечто другое. И пусть теперь только кто-то поставит под сомнение отцовство Кощея!
До которого ещё добраться бы.
Откуда ни возьмись, здоровенный трезубец пригвоздил избушку прям на подходе ко граду Его Злейшества, и Царь Морской начал дознание вести, прям без протокола и адвокатов. Наверное, тут так принято.
Покуда великие колдуны и Волков выясняли, кто на ком стоял, лежал и чей злой умысел всему виной, Вальдегардис привлек шум на лавке. Шапочка и Кот общались с кем-то по зеркалу. Не в силах соваладать с естественным любопытством, и зная, что настоящая ведьма просто обязана всюду всунуть свой нос, Вальдегардис решила приступить к этой практике прямо сейчас. Похоже было на то, что Шапочку отчитывает начальство, чем-то недовольное. О, Золушка! Надо же, как она изменилась за лето. Когда стала возглавлять какую-то там государственную службу в своем королевстве. А кричит, будто торговка. Вот не зря говорят, что можно забрать девушку с рынка, но нельзя забрать рынок из девушки. Власть в голову стукнула не по-детски, может, её принц целовать перестал, вот она и не уймётся никак?
- Проблемы на работе? - сочувственно поинтересовалась Вальдегардис у Шапочки, когда та мастерски избавилась от орущей начальницы. - Проверяет, да? Не умеет делегировать без постоянного контроля? У фей так же бывает. Все ведь думают, что раз феи - значит, все радужно, радостно и радуги с единорогами. Как бы не так! Радугу чистить все время надо, а единороги капризные до чертиков. Выгуливала я одного, никому не пожелаю! То он копытце натрёт, то вообще устанет от этого мира и потребует личного массажиста.

Шапка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/NDwiX.jpg[/float]
Шапочка вздрогнула, когда незнакомка присела рядом. Дамочка была пламенно рыжеволосая, с обольстительной улыбкой, глаза зеленые - просто омуты. На фею она походила, как фарфоровая тарелочка на медный тазик. Аннет удивилась, а вопрос сам собой слетел с языка:
- А я думала ты ведьма. Разве феи такие? – Агентесса погладила Кота по макушке. Тот вальяжно подпер лапкой лоснящуюся физиономию, облокотившись о ее коленки, и умильно разглядывал Вальдегардис. Пост не пост, но все коту масленица. Падок до женской красоты. Стоит. Мурлычит. Усами вальяжно крутит. Гусар, да и только. – Честно говоря, с феями у меня отношения не очень. В ссоре с их клубом. Они на меня обиделись. Пригласили меня на их ежегодный фейский бал в нашем Королевстве. А я пришла не по дресс-коду одетая. Оказывается, всем незамужним девицам надо было одеться в оттенки розового. А я им кто? Дебютантка? Да и, вообще, я думала – это только на фей распространяется. – Шапочка отстегнула плащ, и он алым крылом лег на скамью, а Аннет принялась рассказывать дальше. – Ну, так вот, пришла я к ним в платье, которое мне Ба в прошлом году привезла из Вилландии. Платье синее, - уточнила Аннет. – Так они меня замордовали. Сразу стали ныть: «Шаапочка, это платье нынче не в моде! Это разрез никуда не годится! Это длина? Что это за длина! Почему ты не в розовом!». Я отвечаю, красивое платье, отстаньте, мол. Главная фея же не уймется, заявляет: «По статистике нашего клуба и журнала «Феймод» - синий совсем не в моде в этом году». Я ответила, что, да, конечно, миллион мух не могут ошибаться. Они обиделись. С тех пор они со мной даже не здороваются. – Шапочка пожала плечами и чуть виновато посмотрела на свою соседку.

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
- Тихо ты, Щукач, хвостом-то меня не лупи, развилялся тут, - сердито буркнул лейтенант, которого виляющий Щукин хвост, то и дело, как лопатой, шлепал по лицу, - это какой Емеля, тот что на печи с тобой заявился да Яге окошко чинил? Это он с девицей решил в Кощею податься? Силен парнишка, или это он из-за девицы? Наверняка из-за нее, девчонки до карнавалов сами не свои, как магнитом их туда тянет, им даже Кощей по барабану.
Серый, ухнув, закинул Щуку, как штангу, на порог избушки, и, подтянувшись, уселся рядом.
- А Василиса, это та, которая, Прекрасная или Премудрая, значит? Ты ее так вкусно описываешь, словно сам глаз положил, - лейтенант усмехнулся и вдруг нахмурился, - постой-ка, как это Емеля без Веления? Я думал, оно с тебя на человека переходит, а не так чтобы с одного человека на другого переводить. Нехорошо получилось, парня подставить можем. Он на Веление рассчитывать будет, а его и нет. В беду попасть может. Ты бы хоть предупредил, что ли. Я бы и таскать тебя не стал. Так бы разобрались, Яга мне меч-кладенец пожаловала. Я когда-то этим баловался, так что, за какой конец его держать знаю, да и своих игрушек у меня тоже найдется. Как там твое Веление действует? Типа по Щучьему велению, по моему хотению… Или наоборот? Ладно, пробуем - по Щучьему велению, по моему хотению, хочу знать, что с Емелей происходит.
Не успел Серый это сказать, как замотанный в кружева и отчаянно пищащий белый комок с розовых хвостом свалился ему на голову, вцепившись в волосы острыми когтями.

0

79

Василиса
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/vkZEP.jpg[/float]
- Ии-и-иихх! – имитируя боевой клич индейца племени майя, мышь спикировала прямо на голову Серому.
До того пришлось бы попотеть изрядно, но мышь была существом опытным, автостопом исколесила Тридесятое, и в Кащеево государство не раз заезжать доводилось, однажды с послами, в попоне, наброшенной на странного двугорбого коня с уродливыми брылями едва в Шамаханское царство не уехала. До вовремя спохватилась.
Сегодня ей повезло особенно. Спряталась она в ворот лисьей шубы курьера, что вез секретный пакет – от Кащеевых палат в Яргород, что в пакете том, прознать не удалось, однако лошадей курьеру выдали наилучших, не успела мышь глазом моргнуть – кругом синие ели мельтешат, моргнула второй раз… кубарем с саней скатилась и носом зарылась в чей-то густой мех. Тьфу… не мех. Волосы чьи-то.
Чихнула раз, другой, посмотрела по сторонам. Избушка. На пороге – добрый молодец. А может, и недобрый – с разбегу трудно разобрать. Рядом рыбина лежит, выпучив глаза, имитирует светскую беседу. Присмотрелась мышь… Да это же Щука!
- Щукич! – охнула мышь, - треска ты вяленая, ставрида бланшированная! Стоило только тебе пропасть, как на нашу Василисушку с подачи твово дурачка все беды и посыпались! Заточили в казематы красавицу! Теперь помогай выпутываться, селедка многомудрая! Ищу я великого и могучего колдуна, коего именуют Лейтенант Волков.

Люпин
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/6LVjm.jpg[/float]

С деловым видом, уперев лапы в бока, Люпин вернулся на своё рабочее место. Не лишним будет сказать, что сытый волк – это вам не голодный волк. Это существо куда более спокойное и благодушное. С аристократической грацией Люпин изобразил несколько танцевальных па и поцеловал белую ручку ближайшей девицы на выданье.
- Сharmante! Сharmante! – бормотал он себе под нос, оглядывая красоток.
Да! С такими барышнями mascarade – просто счастье какое-то. Напяль на них что угодно, красоту-то всё равно не скроешь, не испортишь. Волк был страшно доволен этим открытием…
- С чего мы должны начать? С чего же должны начать? Ать-ать-ать! – хрипло напевал Люпин, когтём расчерчивая отобранный у дьяка лист.
Извилины в мохнатой голове начали беспорядочно дёргаться, генерируя новую гениальную идею. Начать предстояло со списка. Во-первых, зная количество невест, любому нормальному волку нетрудно высчитать и необходимое число столов, стульев и прочих вещиц для бала. Во-вторых, приглашения! Приглашения – изюминка любого торжества; белоснежные листочки, надушенные жасминовым маслом или сложенные в форме голубя, расписанные народными узорами или украшенные бриллиантами. Приглашения! Вот, что должно создать атмосферу еще до самого бала. В-третьих…Люпину было просто любопытно узнать, наконец, имена счастливиц, ведь он волк, и ничто человеческое ему не чуждо.
Отодвинув шерстяным плечом одного из дьяков с законного места, француз пробежался глазами по списку. Невольно Люпин остановил взгляд на самом конце перечня: Шапочка Зелёная, Шапочка Жёлтая, Шапочка Синяя… Чего-то, а вернее кого-то, здесь явно не хватало! Вот повеселилась бы Аннет, увидев своё имя в списке! Подавляя смешок, волк задорно рыкнул, девицы запрыгали вокруг от ужаса, как воробьи во время града. Аннет – красивая, умная, молодая… и вредная. Продула Люпину две партии в вист и отказалась возвращать деньги. Да еще и обозвала его пару раз некрасивым словом, утверждая, что волк жульничал. А он что? Всего-то засунул себе колоду карт в рот, когда Шапочка отвернулась, да другую на стол подложил. И как девица только заметила? Будучи джентльменом, волк впоследствии не хотел напоминать леди о её проигрыше. (Или же дело тут заключалось в знаменитом Шапочкином ударе по лбу?) В любом случае, более тонкий и остроумный способ «щёлкнуть по носу» несговорчивую Аннет был найден: её имя незамедлительно попало в список наиболее перспективных невест Кощея.

Кощей
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/Reo6H.jpg[/float]
Кощей взглядом вспыхнувший искоркой осколок проводил. Странно все в последнее время складывалось, вперемешку… Одно дело, он сам новинками побаловаться захотел. А, когда колдовство левое, невесть откуда вылезает – дело совсем другое. Хотя бы вот это - откуда взялось, не тридесятого царства сила… хотя и знакомая. Яга подсуропила, или не Яга? Хотя с Яги станется, коварная, вредная, всегда чужими руками гадость устроить норовит.
Чародей на Глафиру посмотрел – мертвенная бледность исчезла, губы алым цветом налились, щеки порозовели, а на кончике пальца безымянного, той самой руки, что в ладони кощеевой, капелька крови, как красная ягодка дрожит. Кощей задумчиво этот пальчик к губам поднес, капельку слизнул – кто сказал, что кровь соленая – терпкая, как молодое вино - Бессмертного будто жаром обдало. Не проста русалка, ох не проста… А на шелковых покрывалах уже не мертвая царевна, а спящая красавица лежит, вот-вот ресницы дрогнут и проснется. Бессмертный даже над ложем наклонился, руку Глафиры держит, словно поцеловать собирается - как-никак Морского царя дочь – надо галантность какую-то сказать. Но, не проснулась царевна, только грудь ровно вздымается от дыхания тихого. Однако… Постоял Кощей и пошел прочь, только слугам рукой махнул – царевну оберечь да обиходить велел, да пальцами, походя, щелкнул - в углу темная тень заворочалась, красными глазами сверкнула - на страже встала. Черномор-то хорош, но мало ли…
Из покоев Глафиры вышел, по галерее прошел, вниз глянул, Люпина увидел - прислушался, благо слухом не обижен. Усмехнулся – вот пройдоха французская, уже командует и брюхо набить норовит, хорошо, еще, что пока не девицами. Ничего, путь поработает, а не справится, шапку из него всегда сделать успеется.
Собрался Кощей уйти, как на плечо таракан черный вскарабкался, усами зашевелил, да в ухо что-то защелкал.
- Ко мне немедленно, и ларец и посла Гессенского, - рявкнул Кощей в пространство, зная, что тут же выполнять бросятся и в кабинет к себе прошел, только черные всполохи вслед за плащом гасли.

Русалка
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/wl6EO.jpg[/float]
Идет Глаша по дремучей чаще черного леса: деревья вокруг закаменелые, вместо листьев - ленты погребальные, дубы вокруг высоченные, вместо желудей – косточки человечьи осыпаются. Над головою небо чернильное сияет. На пути – реки и озера каменные. Осторожно переступает царевна ножками в изящных серебряных туфельках, прежде чем шагнуть, землю впереди себя носочком на прочность пробует. А земля – неживая, окаменелая, черная-пречерная. Ни травинки, ни былинки на ней. И тишина… Ни веточка под ногой не хрустнет, ни птица крылом не зашуршит, ни ветерок не вздохнет. Ни голоса зверя, ни говора ручья, ни гомона птиц – застывшее, недвижимое безмолвие. Кругом - ни души. Зови – не дозовешься. Кричи – не докричишься…
Идет-бредет царевна, куда глаза глядят.
И вот перед нею открылся, хранимый сумерком черного леса, безмерный зев непроглядной пещеры каменной. Шагнула Глафира под ее своды агатовые, темные как сгустившаяся ночь, а вглубь змеится тропа обсидиановая. Идет – платье серебром шитое светится, парчой белоснежной играет, путь-дорогу царевне освещает. Так и дошла до ворот халцедоновых. А у ворот – аспиды и василиски стоят, и горят у них глаза - зернами гранатовыми. А наверху надпись: «Врата Смерти». Подумала-подумала Глаша и говорит: - Запоры крепкие, отомкнитесь, ворота тяжелые, отворитесь!
Ворота и расступились. А за воротами – туман сизый, ползучий стелется. А во тумане – дуб, в три обхвата, увитый цепями стоит. Смотрит царевна, а на том дубу, высоко-высоко - ларец хрустальный, а на нем замок пудовый, с печатью Кощеевой. А в ларце – яйцо. А в яйце – игла.
Только собралась Глафира в туман за ворота ступить, уже подол узорчатый приподняла, как вдруг кто-то нежно и ласково руки коснулся, пальцы тонкие обхватил трепетно. Пальчик безымянный, точно кольнуло что-то, и жар по всему телу заструился. Вмиг захлопнулись ворота обсидиановые, посветлел купол агатовый, истончился и растворился в лазури, вместе с сумраком ночным и безмолвием каменным. А ладонь все рука чья-то держит, мягко, деликатно пальчики перебирает, и дыхание, осторожное, бархатистое – вот оно, рядом.
- Кто ты, спаситель, избавитель мой, покажись, яви облик свой… – вздохнула царевна и открыла глаза…

0

80

Серый Волк
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/fMoQ3.jpg[/float]
- Еще и мышь говорящая… Да слезь ты, зараза! Скальп же с меня своими когтями снимешь! - ворчал Волков пытаясь ухватить верещащую в волосах мышь. Наконец выдернул, едва вниз не уронил, хорошо за хвост поймал да на порог посадил. – Вот террористка мохнатая, всю голову расцарапала. Ты зря великого и могучего колдуна ищешь, лейтенант Волков - это я, но уж никак не колдун. Тебя- то хвостатая, каким ветром сюда занесло? Я же запрос про Емелю делал, - Серый поймал себя на том, что совершенно не удивляется, что вот так сидит и с мышью разговаривает. -- Записка говоришь…в кружевах запрятана? - он поворошил навернутые на мышь кружева. – Семь пудов… пятнадцать аршин… две деньги с полушкой… счета какие-то, а нет, вот, написано. Ну и почерк - сплошными завитушками. Чего же тебя, вместо письма не прислали – « Я - почтальон Печкин, принес заметку про вашего мальчика». А тут - пока разберешь…
Хоть и с трудом, но Василисину писанину Серый разобрал и аж присвистнул от удивления.
– Вот ведь, не знаешь, откуда информация придет. Так, Щукич, мне срочно к Кощею надо, в столицу его. Веление твое нас туда доставить может? Ладвно, сейчас соберусь, с Ягой попрощаюсь и попробуем.
Лейтенант меч из сеней забрал, в ножны его вложил, в избушку зашел, и низко, в пояс, Яге поклонился :
- Спасибо, Ягнеда Велесовна, за хлеб да соль, за приют и за помощь, за меч особо благодарствую. Царь Морской требует, чтобы я за Глафирой тотчас отправлялся, вон, Щуку в товарищи дал, да и по делу моему новая информация есть, так что мы со Щукой прямо сейчас и отправимся, коли возможность теперь есть.
Серый рассовал патроны и прочие «игрушки» по карманам, на одно плечо ремень автомата вскинул, на другое перевязь с мечом. Шапочке с Ведьмочкой улыбнулся, подмигнул весело, мол не поминайте лихом , авось да свидимся, (от чего разрез на юбке Вальдегардис края аж до самого бедра раскатал) и вышел в сени. Мышь – в карман сунул, Щуку подмышку прихватил.
- Ну, поехали… До Емели доберемся, а там и к замку отправимся. По Щучьему велению, по моему хотению, хочу вместе со Щукой рядом с Емелей оказаться.
Только сказал, и как и не было их на пороге.

Captain
волшебник
[float=left]http://sf.uploads.ru/t/FBMjP.jpg[/float]
Василиса
Грохот от Василисиных кулачков рассыпался не слабый, и, долго ли коротко ли, но чьи-то сапоги по грязи захлюпали и около двери остановились, слышно, как меч о доспех брякнул.
- Ну чего стучишь, чего шум поднимаешь, все равно никто на улице не услышит. Чего надобно? - спросил подошедший хриплым голосом. - Чего еще за дамская комната, нет у нас в остроге камер бабьих, есть только общие, а чего тебе вдруг приспичило в дамскую-то, али с кучером своим сладить не можешь? – хохотнул голос и закашлялся.
- Дурак ты, Хома, - проблеял другой голос, - дамская комната - это у них так называется, у нас по простому - сортир, даме до ветру захотелось, а при кучере, небось, стесняются.
- И куда ж я ее поведу, сортир-то у нас вон за углом, а туда выводить не велено, - озаботился вопросом Хома.
Но, тут совсем неподалеку начался шум, гам да крики, сквозь которые явно прорывался визг старшей дочки Сковородниковской.
- Я никуда… зачем в строг… да что же такое!!! Василиса, это она… это они мне сказали, что там есть…обманули … подставили.. не надо в острог!!!!! Не пойду!!!!!
- Вот ведь дура девка, - протянул блеющий, - поначалу в воротах драку затеяла, а когда ее в списки внести отказались, так еще в гессенской слободе учудила - сначала палатку с фруктами развалила, яблоки искала какие-то, в потом у аптекаря гессенского всю аптеку вдребезги разнесла, зелье какое-то требовала, вроде как гессенки ей что-то эдакое наплели. Десятник велел сюда запереть, говорит, все яргородские с ума сдвинутые, так ее все никак до острога дотащить не могут. Ты, покуда ее не привели, эту выведи до ветру, а то сейчас их тут вдвое больше будет – сладу не станет.
Хома потоптался в смущении, а потом все-таки решился.
- Ладно, входи, только девица, я сейчас двери отопру, но чтобы без шуточек, знаем мы вас, ездуны печные.
Дверь отворилась, стражник, в полторы сажени росту Василису за плечо взял, крепко так - не рыпнешься, и по двору повел, а второй низенький, щуплый, дверь быстро захлопнул, засов наложил и какую-то штуковину круглую на него повесил.
Не успела Василиса и пару шагов шагнуть, как из-за угла Сковородниковскую дочку вынесли, аж четверо. Увидела она Василису, как рванется к ней, всех стражников разбросала, в ноги Василисе упала, руками за колени обхватила, трясет Василису как яблоню и ревет-причитает дурным голосом:
- Василисушка, родненькая помоги-и-и-и, они меня в острог хотят, на конкурс не записываю-ю-ю-ют… а я в невесты хочу-у-у-уу….Скажи, где яблоки берешь, я тоже красавицей хочу быть... Заму-у-уж за Кощея хочу… так хочу-у-уу сил моих нет, помоги Василисушка, все для тебя сдела-а-аюю-ю-ю-у-у….

Отредактировано Captain (2015-01-22 20:11:59)

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Магические миры » "Тридесятое царство - сказочный переполох" - часть 1.