Записки на манжетах

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Парадокс убитого дедушки. Эпизод 2


Парадокс убитого дедушки. Эпизод 2

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Время и место действия: Плезантвиль, штат Коннектикут, декабрь 1963 года
Действующие лица: Генри Финч, Томас Харрингтон, прочие жители Плезантвиля в ассортименте.
Дополнительно: логическое, но не хронологическое продолжение эпизода    Парадокс убитого дедушки. Эпизод 1

0

2

Начало декабря 1963 года в Плезантвиле выдалось серым и слякотным. На прошлой неделе с неба посыпалась мелкая ледяная крупа, растаявшая раньше, чем пара близнецов Уолли успела выстроить на лужайке центрального городского парка ледяную крепость. С тех пор ветер гонял по тротуарам пожухлую листву, изредка сыпал в лица прохожих колкие дождевые капли, и загонял в дома всех желающих «позубоскалить» на свежем воздухе. Опустели лавочки, а завсегдатаи неофициального клуба сплетников переместились в ближайший паб Свифта «Гулливер» на улице Вязов, в котором любители холдема собирались по выходным. Не сказать, что такое соседство было по нутру Томасу Харрингтону – старые сплетники были навязчивы, словно рыбы-прилипалы, а Харрингтон был в городе «чужаком», а, значит, объектом повышенного интереса.

Утром 8 декабря Сэмюэль Уотсон, лысый, как коленка, маленький и юркий старикашка, оторвал глаза от чашки, на дне которой плескались остатки имбирного чая, и прогнусавил, вытягивая тощую шею:
- Опять этот Дигби. Вон, стоит, у двери офиса «Отис». Спрашивается, зачем?
- Ждет кого-то, - ответил Кевин Харт, меланхолично перемалывая вставными зубами смородиновый маффин, - зачем же еще?
«Сплетницы» помолчали, синхронно шевеля челюстями.
- Слышал, что Томас Харрингтон собирается остаться в городе. Говорят, у него есть деньги. Говорят, он собирается открыть здесь торговлю автомобилями… Я в это не очень-то верю. Насчет денег, - буркнул Уотсон.
- Это почему?
- Это потому, что в прошлую субботу я разговаривал с Лесли Говард, а она видела миссис Пуль. А та точно знает, что Харрингтон сделал ставку на выгодный брак с Мод Браун, потому что на днях ужинал в «Кроун» с ее отцом и приглашен на семейный обед в следующую субботу. Мод специально приедет из университета на выходные. Он заказал у миссис Пуль цветы, фиалки для Мод и ее кобылы-мамаши. Миссис Пуль сказала, что он выложил за них пятьдесят баксов, и не моргнул. Их привезут из Бриджпорта. Такие жесты не делают для того, чтобы порадовать долговязую дочку хозяина просто так.
- Значит, он умен, - философски заметил Кевин, орудуя зубочисткой, - деньги к деньгам. Да и Мод, можно сказать, повезло. Конечно, за деньги папаши она может отхватить любого мужа, но, как по мне, когда еще тощей жерди представится возможность заполучить в супружескую постель такого красавчика?
Сэмюэль Уотсон не нашел, что возразить.
Двери паба распахнулись. Недавний предмет разговора, мистер Томас Харрингтон собственной персоной, оглядел редких посетителей, приветливо кивнул Свифту и, после небольшой заминки, старикам в углу.
- Как всегда, Том?
- Как всегда, Свифти, - улыбнулся Харринтон, подмигивая молоденькой официантке, - в семь. В кабинете, на шестерых. Я, Финч, Джон Браун, шериф Дойл, и, наверное, Мэдисон и Тардис. Побольше Джонни Уокера для шерифа, Рози.
- Не хотите кофе, мистер Харрингтон?
- Спасибо, Рози, не сейчас.
Маленькая официантка разочарованно вздохнула и ретировалась. Это был не первый и не последний вздох Роуз Ситтон. Томас Харрингтон был чертовски хорош собой, богат, самоуверен, щедр на чаевые, холост, и… не обращал ни малейшего внимания на мисс Ситтон.
- Я бы не советовал тебе сводить Мэдисона и Тардиса за одним столом, - Свифт черкнул что-то в блокноте, убрал карандаш за ухо, и многозначительно поджал губы, - они в прошлую субботу чуть не подрались за ужином в «Соловье».
- Слон против ослика? – Харринтон обозначил улыбку, - ничего, я рассажу их в разных концах стола.
Старые сплетники засмеялись одинаковым дребезжащим смехом.
- А мистер Финч уехал в Нью-Йорк по делам… Вчера вечером, и сказал, что не вернется раньше понедельника, - тоненьким печальным голоском проговорила Роуз Ситтон, - мне сказала миссис Финч, я видела ее утром в супермаркете. Она покупала молоко к завтраку.
Харрингтон задумчиво протер взглядом оконное стекло, потом поднялся и торопливо попрощался.
Снова хлопнула дверь.
Харрингтон пересек тротуар и приветливо помахал Дигби.
- Ждешь кого-то? Вечером не хочешь присоединиться к нам в «Гулливере»? Партия в покер?
- Н-нет, Том, я не уверен, - розовощекий крепыш Дигби смущенно покосился на тяжелую дубовую дверь конторы «Отис». - Жду клиента. Потом отчет писать и везти в Нью-Йорк… Рад бы, но, сам понимаешь…
- Жаль, - медленно проговорил Харрингтон, щурясь на летящие крупинки снега, плотнее запахнул пальто, - ладно, до встречи…
- Да-да, конечно… - Дигби нетерпеливо посмотрел на часы, и замер, словно спаниель, почуявший утку.
Впервые за время их знакомства на лице весельчака и балагура Дигби крупными буквами было написано желание распрощаться как можно быстрее.
И, разумеется, Харрингтон не двинулся с места.

0

3

Ford Fairlane 1961 года выпуска тихо и ровно гудел мотором, навевая сон. Из радиоприемника приглушенно доносилось томное мурлыканье трио "Peter, Paul and Mary". "500 Miles", из альбома 1962 года. То, что Генри без труда опознал и исполнителей, и композицию, было заслугой Дорин. Будучи от природы предусмотрительной во всем, она настояла, чтобы лжеДжек пожил у них с Джеком до экскурсии. Вжился в роль в спокойной обстановке, а заодно помозолил глаза соседям, чтобы те при случае смогли подтвердить, что у Кроссов действительно гостил родственник с другого конца света. Генри поставил мать перед фактом своего двухнедельного отсутствия, чем вызвал ее недовольство. Он уехал из Плезантвиля под предлогом необходимости повидаться с несколькими армейскими приятелями и переговорить насчет возможности получения у них финансовой помощи.
Дорин всерьез взялась за его подготовку. Она ежедневно упражнялась в искусстве изготовления шрама, и в конце концов сумела подобрать такой состав, от которого кожа почти перестала зудеть и чесаться. А может, это просто сам Генри привык к стянувшему щеку клею настолько, что перестал его ощущать. Он окончательно отработал прихрамывание, с помощью фена Дорин нагрел и выгнул "под себя" дужки очков - так, что они перестали неприятно сдавливать уши и голову. А еще по ее настоянию он прочитал и просмотрел уйму материалов о событиях 1963 года, переслушал множество композиций популярных исполнителей того времени. Поначалу Генри пытался протестовать, ссылаясь на то, что все равно каждому экскурсанту перед отъездом вживлялся индивидуальный микрочип с минимально необходимой для пребывания в выбранном им времени базой данных, но подруга была неумолима.
- Тебе же придется там разговаривать с людьми, - убеждала она Финча. - С теми же продавцами, с Санта Клаусами, которые будут раздавать пластинки. А вдруг кому-то на том кантри фестивале взбредет в голову заговорить с тобой о музыке, он начнет копать глубже, и ты попадешь в дурацкое положение? Причем, из-за какого-нибудь пустяка... например, из-за незнания того, что хит -парад синглов в 1963 году впервые возглавил Стиви Уандер. И что было ему тогда тринадцать лет, а пластинка называлась "Fingertips Pt. 2".
Робкие попытки объяснить Дорин, что он всегда сможет перевести разговор на тему машин, в которой чувствовал себя рыбой в воде, в расчет не принимались.
- Она права, - в качестве тяжелой артиллерии подключался ее муж.
- Она вообще всегда всегда права.
И Генри, тяжело вздохнув, снова принимался слушать осточертевшие уже фолк и кантри.

Сам "прыжок во времени" оказался на удивление банальным и совершенно незаметным. В назначенный день Генри приехал "на станцию", как называлось место старта в рекламном фильме с диска, полученного от Пибоди. В уютном холле сидели еще несколько таких же экскурсантов. К каждому из них подходили по очереди две симпатичные девушки, похожие друг на друга, как сестры-двойняшки, и уводили их куда-то. Как выяснилось, сначала в медпункт - для вживления чипа, затем в гардеробную, а после к двери в коридор, который, видимо, и был той самой машиной времени. Там Генри ждал сопровождающий клерк. Он набрал какую-то цифровую комбинацию на кодовом замке на двери, широко улыбнулся "мистеру Кроссу", приглашая его пройти за ним внутрь.
Коридор был ярко освещен, на его стенах на высоте человеческого роста на равных расстояниях друг от друга располагались молочно-белые матовые панели, за которыми что-то еле слышно пощелкивало, когда мужчины проходили мимо них. Клерк подвел Финча к другой двери. С точно таким же замком, с которым проделал те же самые манипуляции. Прежде, чем распахнуть дверь перед клиентом, он снова улыбнулся и проговорил какие-то напутственные слова. Генри их не расслышал, потому что в тот момент он, до этого абсолютно спокойный, вдруг ощутил непонятное волнение и почувствовал, как сильно и громко забилось сердце. Так, что его стук заглушил голос сопровождающего. Кивнул в ответ, скривил губы в улыбке и перешагнул порог коридора, опираясь на трость. Дверь за его спиной закрылась. И почти сразу, не давая Финчу ни опомниться, ни оглядеться, его взял под локоть какой-то человек.
- Осторожнее, мистер Кросс, здесь скользко, позвольте, я помогу вам.
Именно этот встретивший его сотрудник "Фантастических миров" сейчас сидел за рулем машины и вез Генри в Плезантвиль. Он же и должен был забрать его на следующий день из небольшой закусочной на выезде из города.
- Она открылась совсем недавно, у них пока еще нет своих постоянных клиентов, и для нас это удобно,- объяснил ему водитель выбор именно этого места. - В городе фестиваль, приезжих очень много, центр уже забит машинами. Поэтому мы и едем по объездной дороге. А к началу гала-концерта вообще будет ни пройти, ни проехать.
Финч практически не слушал незнакомца. Он до рези в глазах вглядывался в проплывавшие за окнами "форда" места. Знакомые и незнакомые одновременно. Например, щит на въезде в город ничуть не изменился за все эти годы. Прямо-таки непреходящая и вечная ценность Плезантвиля. Какой-то склад на том месте, где сейчас находится стадион... Кажется, его начали строить в 90е годы. А до этого играли в бейсбол на противоположном конце города, там было поле, на котором неожиданно начал бить родник. Генри очень хорошо помнил рассказ отца о том, как это случилось прямо во время матча. Вот красная кирпичная водонапорная башня. На ее фасаде белым кирпичом выложена дата постройки: 1962 год. Оказывается, у нее был еще и металлический обод - наверху, под самой крышей. Интересно, когда и почему его убрали оттуда?
- Мистер Кросс, здесь я вас покину.
"Форд" затормозил у той самой закусочной. Видимо, все-таки прогоревшей из-за малого количества посетителей, поскольку в родном городе Генри ее не было.
- Вот вам ключи от машины и билеты на фестиваль. Номер в мотеле для вас забронирован. Будьте аккуратны, помните о наших правилах. До встречи здесь завтра.
Джек Кросс попрощался с незнакомцем и пересел за руль. О правилах он помнил, но это не означало, что в его планы входило их скрупулезное соблюдение.
Планов было два. Тщательно продуманных, выполнимых, с равным успехом ведущих к желанному результату - к отсутствию в современном Финчу мире Дика Харрингтона.

Для начала Кросс нашел мотель - в точности на том же самом месте, где он располагался и в 21 веке. Домики, конечно, были не такими уютными, но вполне годились для проживания. Из мотеля Джек направился в центр города. Действительно, улицы, уже украшенные к Рождеству, были запружены людьми и машинами. Теперь-то он понял, почему жители Плезантвиля в 80е годы добились изменения времени и места проведения фестиваля. Его стали проводить в конце сентября, в разгар индейского лета, за городом, на территории бывшего ранчо старого Билла Мейсона.
Финчу с трудом удалось найти место для парковки - в двух кварталах от паба "Гулливер", на противоположной от него стороне. Выбравшись из теплого салона, Генри сразу же поднял воротник и поплотнее запахнул пальто. Тяжелое, не в пример любимой легкой, но очень теплой куртке, которую он обычно носил зимой. Ежась под порывами холодного ветра и прикрывая лицо ладонью от летящего в него колючего снега, он направился по улице Вязов к пабу, тяжело опираясь на трость. И чуть замедлил шаг, оказавшись у здания, где в привычном ему Плезантвиле находился офис филиала компании "Отис".
Интересно, а что здесь сейчас?
Финч задрал голову, чтобы прочитать непривычного вида вывеску, висевшую над массивной дубовой дверью.
"Отис".
Черт подери, ну надо же... Похоже, здесь столетиями ничего не меняется. Кроме, разве что, дизайна вывесок.
Генри так увлекся разглядыванием переплетения наполненных неоном тонких трубок, из которых были сделаны буквы и стилизованное изображение подъемника, что едва не налетел на стоявших у входа двух молодых людей.
- Извините, - пробормотал он, буквально чудом успев вовремя остановиться. Перевел взгляд с вывески на мужчин - и выронил трость, мгновенно опознав в одном из них дедушку Тома Харррингтона. Молодого элегантного и самоуверенного красавца, похожего на какого-то киноактера.

Отредактировано Генри Финч (2015-02-05 01:55:28)

0

4

- О, ничего страшного, - миролюбиво произнес Харрингтон, поднимая смеющиеся глаза на неловкого незнакомца. Похоже, приезжий. Наверняка на фестиваль. Патриархальная тишина Плезантвиля ежегодно нарушалась в начале зимы – об этом гласили рекламные вывески на улице Вязов, и на Кленовой улице, а владелец мотеля «Три семерки» раз в год вывешивал на входную дверь табличку «Свободных мест нет», плотоядно потирая пухлые пальцы и прикидывая выручку.
С сухим треском упала на тротуар трость.
Дигби вздрогнул.
Кажется, Том начал понимать причину нервозности Дигби.
И, как всегда, не ошибся.
Кошачьи связи.
Двери «Отис» распахнулись. Кутаясь в слегка ощипанное беличье манто, на пороге показалась мисс Грин – секретарша Финча.
Доркас Грин была воплощением «открыточной» женственности, и, казалось, сошла на мощеный камнем тротуар прямиком с плаката пин-ап. Девушка просияла, увидев Дигби:
- Дорогой, ты скуч… А, доброе утро, мистер Харрингтон, - аккуратно выщипанные бровки Доркас взметнулись вверх.
- Доброе утро, Доркас. Хозяин действительно уехал в Нью-Йорк?
- Действительно. Вчера вечером. Поэтому сегодня я свободна… весь день, - карамельный голосок Доркас действовал на крепыша Дигби магнетически.
- Ты извини, Том… - смущенно забормотал он, косясь на Харрингтона.
- Ничего, - терпеливо повторил Харрингтон, - я поищу кого-нибудь. Празднуй победу, Доркас – ради твоих прекрасных глаз он отказывается от возможности разуть шерифа Дойла на сотню долларов.
Доркас фыркнула, мазнула наманикюренными ноготками по румяной физиономии Дигби, сунула руку в меховую муфту и пошла вперед. Юбка-колокол раскачивалась при ходьбе. В круглых серых глазках Дигби появилось что-то кроличье.
- Иди уж, - беззлобно буркнул Харрингтон, и оглянулся.
Случайный прохожий, уронивший трость, поднимать ее не спешил – застыл, глядя куда-то вперед и вверх – словно сквозь него.
Харрингтон посмотрел на него с возрастающим интересом.
Молодой, хорошо одет.
- Вам помочь? – взгляд скользнул по лицу с уродующим шрамом; в синих глазах Харрингтона мелькнуло сочувствие. Он наклонился, поднял трость и пружинисто выпрямился, протягивая ее незнакомцу. - Вьетнам?

0

5

- Угадали, - коротко ответил Генри, принимая трость из рук Тома Харингтона.
Его вдруг охватило неожиданное и неуместное смятение. Только сейчас пришло полное осознание того, что это действительное прошлое. То, что было шестьдесят с лишним лет назад. И точно так же, как он только что наткнулся на дедушку Дика, можно запросто столкнуться и с собственным дедом. Тоже молодым и красивым, влюбленным в бабушку Финч. Генри хорошо знал историю о том, как дед долго обхаживал ее, то и дело намекал на возможность замужества, в ответ всякий раз получая от ворот поворот, однако продолжал упорствовать, и все-таки добился своего.
Ему потребовалось чуть ли не несколько минут, чтобы успокоиться.
- Спасибо.
Чтобы сгладить некоторую неловкость из-за затянувшейся паузы между словами, он изобразил фирменную дружелюбную улыбку Джека Кросса и зябко повел плечами.
- Как же тут сегодня холодно... Неплохо было бы немного согреться. Буду благодарен за подсказку, где у вас можно выпить хорошего кофе.
Это же удача. На ловца и зверь бежит. Теперь надо постараться не упустить его.
Еще одна улыбка.
- А если вдруг вам будет с руки проводить меня туда, то с удовольствием приглашу составить мне в этом компанию.

Отредактировано Генри Финч (2015-01-03 23:16:06)

0

6

Четверть часа назад у него были другие планы. Он хотел заехать в автомастерскую Кевина, зайти на почту, пообедать в «Соловье», кроме того, разговор в «Гулливере» обрисовал ряд смутных, но любопытных перспектив. Было несколько веских причин для того, чтобы отклонить любезное предложение приезжего. И лишь одна, весьма сомнительная с точки зрения здравого смысла – чтобы согласиться.
- Да, - быстро ответил Харрингтон, - да, разумеется.

Смесь сочувствия и интереса, которые вызывал случайный собеседник, казались необъяснимыми. Незнакомец нервничал – Том отметил и затянувшуюся паузу, и слишком быстрый переход к дружелюбию. Легкую, словно мимолетное облачко в ясный день, тень смятения на лице.
Он заметил, но истолковал ее по-своему.
Возможно, он еще не привык. К шраму на лице, к хромоте, к тому, что ему, словно старику, подает трость здоровенный детина в дорогом кашемировом пальто, к спокойной, тягучей, как сливочный пудинг, мирной жизни. Слишком мирной жизни. Такие всегда опасаются совершить промах.
Том Харрингтон не был любопытен – он был уроженцем мегаполиса, он был коммуникабелен в той степени, в какой это необходимо было для удачного ведения дел, и, тем не менее, большинство его знакомых сходилось на том, что Харрингтон – «отличный парень».
Они продолжали стоять на тротуаре – спешащие мимо горожане кутались в воротники, бросали быстрые взгляды на Харрингтона и крепкого молодого человека с тростью, здоровались, оглядывались и перебрасывались короткими репликами.
- Пойдемте в «Гулливер». Я только что оттуда, - он представил физиономии завсегдатаев скамейки сплетников из центрального парка, и кривовато усмехнулся, - там хороший кофе и свежие маффины. Сегодня со смородиной. Вы на фестиваль, или по делу? О, простите. Моя оплошность. Мне следовало представиться. Меня зовут Томас Харрингтон. Я в Плезантвиле недавно, поэтому, вероятно, не успел пропитаться духом подозрительности и консерватизма провинциального жителя Новой Англии. А вы?..

0

7

- Спасибо, - снова повторил Генри,  уже окончательно придя в себя после того замешательства, которое неожиданно испытал при виде  дедушки Тома.
- Джек Кросс. Приятно познакомиться.
Ему пришлось немного посторониться, давая возможность пройти мимо них девчонке лет тринадцати с лабрадором на поводке.
-  Смородиновые маффины - это звучит соблазнительно. Пойдемте.
Первое впечатление, произведенное на него Диковым дедом, оказалось на удивление приятным. В детстве он всегда казался Генри очень высоким и худым, слишком серьезным и постоянно чем-то недовольным. Сейчас же Финч не без удивления отметил про себя то, что они были почти одного роста и телосложения - ну, может, Том был чуть потоньше в кости. А еще, судя по тому, как он совершенно естественно пришел ему на помощь, подняв и подав эту дурацкую трость, как искренне улыбался здоровавшимся с ним прохожими, Харрингтон был вполне компанейским и дружелюбным парнем. Впрочем, все эти мысли Джек Кросс попытался тут же отогнать от себя, чтобы углубившись в сопоставление не забыться и не рвануть в тепло "Гулливера" быстрее спутника, тем самым выдав себя с головой.
- Приехал на фестиваль. Мой родственник в нем участвует, в первый раз. Вот решил посмотреть, как это  у него получится. А вас каким ветром сюда занесло?
Налегая на трость, Генри шел рядом с Томом.
-  Я из Мэриленда, из Балтимора. Тоже провинция, хотя, конечно, все же не настолько консервативная, как вот такие городки, где десятилетиями ничего не меняется. Кроме длины юбок у девушек.
Кросс усмехнулся.
- Мне довелось довольно долго прожить в Оушен-Сити. Это самое унылое место в  мире. Семейный морской курорт. Летом там еще чувствуется  хоть какое-то биение жизни. Особенно когда в начале августа проводится Турнир белого марлина. Это что-то вроде вашего кантри-фестиваля, только для рыболовов. А зимой там сплошная тоска. От нее даже в давно друг друга знающих соседях порой вдруг просыпается не только подозрительность, но и кое-что похуже. Хотя у той зимы есть один плюс: она теплее здешней.
Рассказ о жизни в Оушен-Сити был чистейшей правдой, фактом  из биографии Генри. Туда уже давно перебрались его дед и бабка по линии матери, пожелавшие на старости лет вести здоровый образ жизни  и дышать морским воздухом. Семейство Финчей в обязательном порядке навещало их несколько раз в год. И на протяжении всего детства Генри родители летом частенько оставляли его там на месяц-другой.
Словно в подтверждение  его слов о зиме, в лица мужчинам ударил  снежный заряд. Хорошо, что они в этот момент уже подошли ко входу в "Гулливер" и успели юркнуть внутрь до того, как ветер швырнул в стеклянную дверь очередную пригоршню снега.

Отредактировано Генри Финч (2015-01-03 22:40:51)

+2

8

- Я родом из Нью-Йорка, - морщась от порыва ветра, Харрингтон немного ускорил шаг – не настолько, чтобы новому знакомому пришлось бежать, - вот эта дверь… приходите.
Он распахнул дверь «Гулливера», пропуская Кросса вперед, и нырнул следом.
Круглые, аккуратно подстриженные головы на  тощих куриных шеях местных сплетниц синхронно повернулись, в круглых глазах мелькнуло удивление.
-  Два кофе, Роузи, - коротко сказал Томас, и Роузи вспыхнула и засуетилась за стойкой, выкладывая горкой в плетеную корзинку ароматные  смородиновые маффины. Зашумел кофейник.

Харрингтон невозмутимо снял пальто и шляпу, повесив на стойку рядом со столиком (столик был предусмотрительно выбран в углу, противоположном месту дислокации «кумушек»), отодвинул стул и уселся, привычно вытянув длинные ноги в проход между столами.
- … итак, я родился в Нью-Йорке, однако решил, что мне подойдет любой из небольших городков Новой Англии, чтобы начать собственное дело. Плезантвиль не лучше и не хуже прочих. Здесь строгие нравы, низкие налоги, и здесь последнему лесорубу и пьянице известно, что значит «платить по счетам», - Харрингтон не улыбался, но в синих глазах его прыгали чертики, – своеобразная мораль жителя Новой Англии.  Никому нет дела до того, чем ты занимаешься и не бьешь ли ты жену по вторникам.  Главное, чтобы  ты вовремя платил по счетам. Она  прекрасно подходит для ведения бизнеса. Однако здесь скучно. Особенно зимой.
Подбежала Роузи с подносом и кофейником, принялась стучать чашками и блюдцами, бросая огненные взгляды на Харрингтона и опасливые – на его собеседника. Ноздри защекотал  кисло-сладкий аромат свежей выпечки.
- Маффины  в «Гулливере» отменные, - несколько минут они провели в молчании, поглощая истекающие густо-бордовым соком кексы, - но, полагаю, вы не удивитесь, мистер Кросс, если я скажу, что пригласил вас на кофе не для того, чтобы поболтать о фестивале или качестве выпечки. У меня к вам деловое предложение. Возможно, оно покажется вам неожиданным. Но… Вы играете в покер?

+1

9

Вечных ценностей в мире, как известно, хоть отбавляй. И помимо общечеловеческих, к ним обычно причисляются  еще и те, что  характерны для каждой конкретной местности. Такие, как те самые плезантвильские кумушки, которые будто по команде повернули головы и уставились на вошедших в бар мужчин. Не забывая при этом жевать маффины, запивая их кофе.
По примеру Харрингтона,  Генри тоже снял пальто и присел к столику. Огляделся, отмечая про себя, что интерьер "Гулливера" почти не изменился. Разве что элементы декора в его "родном" времени приобрели несколько иное воплощение. Вместо нынешнего рисунка, изображавшего Гулливера, тянущего парусники лилипутов, в привычном Финчу  интерьере за спиной  бармена висела плазменная панель. Она работала в режиме фоторамки и воспроизводила кадры из мультфильма "Странствия Гулливера" 1939 года. Свифт клялся, что именно в этом году его прадед открыл паб. И чуть ли  не  одним из первых в округе установил у себя музыкальный автомат. Вот этот самый, "Вурлитцер" 1936 года выпуска, занимавший сейчас целый угол в сравнительно небольшом зале. После того, как ему на смену пришел компактный проигрыватель, туда поставили еще один  столик - за ним-то Генри чаще всего и сидел, когда заходил в паб с Молли выпить кофе перед началом сеанса в кинотеатре.

Похоже, честолюбие было заложено в Харрингтонах на генном уровне. Однако если в Дике оно раздражало (уж слишком явно, по мнению Генри, он выпячивал эту фамильную особенность напоказ), то слова его деда вызывали желание понимающе кивнуть ему, дружески похлопать по плечу и совершенно искренне пожелать удачи.  Возможно, причиной этого была едва уловимая ирония в интонациях, с какими он произносил свой монолог, или озорные искры, сверкавшие в его глазах.
Маффины, испеченные в 1963 году, оказались намного вкуснее тех, что подавали к кофе во времена Генри.  Он едва удержался от соблазна облизать пальцы после того, как съел все до крошки. Только взгляды официантки Роузи, которые она продолжала бросать на мужчин, даже когда отошла от их столика, напомнили ему о необходимости держаться в рамках приличий. А Том, между тем, увел разговор от своих жизненных планов в совсем другую сторону.
- Очень вкусно, - согласился с ним Джек Кросс. - Но вряд ли и местная стряпня, и фестиваль  входят в круг ваших интересов. В отличие от покера, в который я играю, конечно же.
Он снова выдал очередную кривую улыбку, дружелюбно глядя на Тома.
Играть в покер Генри начал еще в школе. А на армейской службе у них почти  сразу образовалось небольшое дружеское сообщество игроков. В день выдачи жалования деньги (пусть и небольшие из-за мизерных ставок) постоянно переходили из рук в руки его участников. Именно там Финч освоил несколько вариантов покера, постепенно отточил игровые навыки, научился хорошо блефовать и набрался опыта.
- Вы какую разновидность предпочитаете? Что-то попроще, типа дро-покера, какой-то из вариантов стада или холдем, Омаха либо Техас?

Отредактировано Генри Финч (2015-01-05 02:17:09)

+1

10

- Холдем? Вы знаете холдем? – Харрингтон оживился, - я привез его в Плезантвиль , а меня научил его правилам Боб Диллинджер, страховой агент из Остина. Мы играем вшестером, каждую неделю, но сегодня одного из моих партнеров не будет.   Я ищу замену.
Он представил  четко очерченную, словно  слепок с фотографической карточки, кислую физиономию Тардиса, чей консерватизм во всем, начиная от выбора запонок  (разные для церкви, для семейного ужина,  для заседания городского совета, для похода в «Гулливер» и для визита к любовнице) и заканчивая выбором напитков, стал притчей во языцех, а его еженедельные ссоры с Мэдисоном по поводу расстановки политических сил в парламенте – предметом для упражнений жителей Плезантвиля  в остроумии. 
- Финч уехал в Нью-Йорк по делам, –   кинематографические губы Тома Харрингтона тронула мечтательная улыбка, словно он думал не о том, о чем рассказывал, неторопливо и размеренно, - будет шериф Дойл, мистер Браун,  Тардис и Мэдисон – осторожно, не говорите с ними политике, и не рассказывайте при Тардисе анекдоты о республиканцах,  и Джек Дэниэлз. Много Джека Дэниэлза. Начальные ставки по пятьдесят центов. Согласны?
Распахнулась дверь, на пороге показалась стройная светловолосая женщина в черной шляпке,  строгом бордовом пальто и темных ботинках. Она скользнула взглядом по «сплетницам», сместила его на сидящих в противоположном углу Харрингтона и Кросса, и кивнула с отсутствующим выражением  на  лице. Слишком правильном и слишком холодном лице.
- Миссис Финч! Вы за маффинами? Как обычно?
- Нет, Роузи, в два раза меньше. Мистер Финч в отъезде.
Харрингтон  поднялся, не дождавшись короткого, энергичного кивка нового знакомого. Казалось, мысленно он был уже в другом месте.
- Благодарю за компанию, мистер Кросс. Джек. И… до вечера. Встречаемся в восемь. Берите с собой побольше наличных, - на стол полетела смятая пятидолларовая купюра.
Томас Харрингтон решительно поднялся, набросил пальто и вышел в ледяную декабрьскую морось. На выходе он столкнулся с миссис Финч, и пропустил ее вперед, придержав тяжелую дубовую дверь с колокольчиком. Едва ли кто-то заметил, как Томас Харрингтон и миссис Финч обменялись мимолетными, «заговорщицкими» взглядами.
«Придешь?»
«Непременно».
Дверь захлопнулась, впустив в бар толику морозного тумана.
Миссис Финч благодарно, но холодно кивнула Харрингтону, едва шевельнув губами.
Харрингтон дежурно коснулся тульи шляпы и отправился вверх по улице Вязов, насвистывая незамысловатый мотивчик.
«Придешь?»
«Непременно».
Вечер обещал быть удачным.

***

Вечер обещал быть удачным…
… и начался довольно обыденно. Первым в «Гулливере» появился дилер, мистер Кросби, неизменно расчесанный на прямой пробор, неизменно унылый, словно погода в ноябре, и невозмутимый, как скала. Он прошел в отдельный кабинет (здесь стоял покрытый зеленым сукном стол и крепкие, цвета спелой вишни стулья, обитые потертым черным бархатом), потребовал бутылку виски и стаканы (Свифт самолично проверил их прозрачность и сковырнул ногтем незаметную постороннему глазу соринку), и сел дожидаться остальных. Мэдисон и Тардис пришли одновременно и одновременно уселись по разные стороны стола, минуту спустя появился Браун, краснолицый разговорчивый толстяк в костюме за семь сотен долларов, а следом за ним  -  шериф Дойл, высокий и сухопарый, как спичка в августе. Последним в кабинет вошел Томас Харрингтон. Вечерний Томас Харрингтон почти ничем не отличался от Харрингтона утреннего, хотя внимательный наблюдатель заметил бы, что он сменил светлую офисную рубашку на шелковую черную, и  воспользовался одеколоном – от него едва слышно пахло смесью кедра,  сандала и амбры.
- Финча не будет, Томми, - по-домашнему пробурчал Браун,  - ты нашел замену?
- Разумеется, мистер Браун, - с ленивой улыбкой протянул Харрингтон, - да. Я пригласил мистера Кросса присоединиться к нам.
- Что такое Кросс? -    булькнул Тардис, оторвав взгляд от подвижных пальцев Кросби, с хрустом вскрывших новую карточную колоду.
-  Сегодня познакомился. Он приехал на фестиваль, - коротко ответил Томас.
- Что-ооо? Случайного прохожего?! Ты в своем уме? Ты его знаешь?   Я должен играть с незнакомцем?
Скрипнула дверь.
- А вот и он, - прохладно ответил Харрингтон, -  точен, как швейцарские часы.

+1

11

Поскольку просто так вопросы типа "играете ли вы в покер" не задают, Финч был готов к тому, что последует за его пространным ответом  Тому Харрингтону.  Но вот то, что ему, оказывается, было  уготовано занять за игровым столом место его  деда, уехавшего куда-то по делам, оказалось полной неожиданностью. Несколько выбившей  Генри из колеи. Он все же быстро сообразив, что затянувшееся молчание может быть истолковано неправильно, и сбивчиво проговорил:
- Спасибо, согласен,  конечно. Но...  ваши партнеры... как они отнесутся к такой замене? Мы ведь совсем не знакомы.
Однако, похоже, собеседник не услышал его. И даже не увидел, как Джек Кросс кивнул ему, решив больше не заморачиваться насчет этической стороны приглашения в игру некоей  "темной лошадки" - возможно, потенциального шулера, как вполне могли подумать компаньоны Тома. Мистер Харрингтон во все глаза глядел на вошедшую в  паб красивую элегантно одетую даму, едва удостоившую его холодным сдержанным кивком. На бабушку Финч - такую, какой Генри видел ее на фотографиях, бережно сохраняемых в старом семейном альбоме. Он затаил дыхание. Женщина едва скользнула по нему равнодушным взглядом, от чего у Финча вдруг вспотели ладони, а  во рту противно пересохло. Миссис Финч приняла из рук Свифта пакет с маффинами, подала ему деньги. Тут-то дедушка Том поднялся с места. Оставил на столе смятую купюру,  попрощался с Джеком Кроссом до вечера, торопливо направился к выходу, по счастью не заметив неожиданного смятения  нового знакомого. Чуть задержался у двери, придержал ее, пропуская бабушку Финч, несколько театральным жестом коснулся тульи своей шляпы. Шагнул за порог "Гулливера" -  и  исчез за пеленой усилившегося снегопада. Генри украдкой отер ладони о брюки, залпом допил свой кофе, бездумно уставился в окно, пытаясь окончательно успокоиться.

Фестивальный концерт начинался в пять часов вечера. Чтобы скоротать время до его начала и при этом не замерзнуть, Генри прошелся по магазинам. Знакомым и незнакомым одновременно. Купил две пластинки Элвиса в подарок сестре, календарь Пирелли для Джека Кросса (не зря он взахлеб рассказывал о нем Финчу) и забавный брелок в виде маленького, но открывающегося по всем правилам зонтика для Дорин. Потом он два часа добросовестно отсидел на концерте, и ушел с него, не дождавшись выступления Джекова родственника. Армия выработала в нем пунктуальность, да к тому же опоздание  наверняка навлекло бы на его собственную и дедушки Харрингтона головы неодобрение остальных игроков. А этого Финчу совсем не хотелось. По пути он еще успел перекусить парой хот-догов в какой-то неопознанной забегаловке, не дожившей до его времени. И ровно с последним ударом часов, как некий французский граф, мстивший засадившим его в тюрьму бывшим дружкам (имя  графа Генри не помнил, хотя фильм о нем не так давно посмотрел с интересом) вошел в помещение, где уже собралась вся честная компания.
- Добрый вечер, - поздоровался он с присутствующими, пристраивая пакет с покупками на вешалку, рядом со своим пальто.
- Позвольте представиться. Джек Кросс.
Пригладил слегка влажные от растаявшего снега волосы, улыбнулся фирменной улыбкой мистера Кросса,  остановился у стола, опираясь на трость и выжидательно глядя на сидевших за ним мужчин. На их лицах отражался весь спектр эмоций: от неудовольствия и удивления до нескрываемого  любопытства. Только Том Харрингтон оставался олимпийски спокоен и холодно невозмутим.

Отредактировано Генри Финч (2015-01-19 23:42:33)

0

12

За эффектным появлением  Кросса последовала долгая театральная пауза, в течение которой слышно было, как завывает за стенами «Гулливера» ветер. Погода стремительно портилась.
- Долго мы так стоять будем? – вопросил Браун, апоплексически краснея затылком, - Тардис, прекрати поедать мистера Кросса взглядом. Если он окажется шулером, у нас законник рядом – отправит в участок в наилучшем виде, тепленького, с тузом в рукаве.
Мэдисон, садитесь… вот сюда, рядом со мной.
С глухим стуком упала трость Тардиса.

-  Мистер Браун шутит. У вас такой вид, Тардис, словно вас сейчас удар хватит. Давайте играть. Мэдисон, лучше сюда, - подал голос Харрингтон, оценив шутку будущего тестя, - тут вам будет удобнее. Джек, а вы  за мной…если уж кому суждено  играть с темной лошадках в закрытыми глазами, пусть это буду я.
Фигуры мизансцены ожили и зашевелились, шериф удовлетворенно хмыкнул, пожал Кроссу руку и уселся на свое обычное место между Брауном и Мэдисоном, вытянув длинные ноги в направлении входной двери.
Кросби закончил тасовать колоду и невротически передернул плечами.
- Мистер Дойл, мистер Мэдисон, ваши ставки.
Игра пошла своим чередом. Первые несколько минут Томас наблюдал за Генри Финчем, в   глубине души сочувствуя ему и отчасти понимая некоторую его скованность. Пусть на мгновение, но стать предметом пристального изучения  четверых параноидально настроенных «отцов города» - задачка не из легких.
Впрочем, только двое – каждый со своего конца стола поглядывали на Финча с подозрением. Непримиримые политические противники Тардис и Мэдисон. Медальный профиль Дойла невозмутимостью мог соперничать со статуей фараона, а Браун поглядывал на новичка с искренней любознательностью ученого-энтомолога,  обнаружившего трехкрылую бабочку-махаона.
Полтора часа почти полного умиротворения, в течение которых компания джентльменов пила, выигрывала и проигрывала по мелочам, и почти не разговаривала, за исключением скупого обмена местными городскими сплетнями.
- Блайнды выросли до двух с половиной долларов, джентльмены, - Кросби рассыпал карты веером и собрал заученным движением кисти.
На мгновение все замолчали, уткнувшись носами в собственные карты.
- Поднимаю до десяти,   - Тардис астматически задышал.
- Я слышал, Финч поехал в Нью-Йорк, чтобы  завершить переговоры  о  покупке помещений бывшего заводика по производству рыболовных снастей Фрэнка Докери, - процедил  шериф между двумя глотками виски, - здание пустует три года.  Он собирается открыть там салон по продаже автомобилей и мастерскую. Отвечаю.
- Финч идет в гору, - хмыкнул  Браун,  – Томми, кажется, ты присматривал для себя эти здания?  Отвечаю и поднимаю до двадцати долларов.
Дойл присвистнул.
-  Я подумывал об открытии крупного универсального магазина, но решил, что место не самое удачное для торговли, и уступил  его Финчу. Я пас, - Харрингтон сбросил карты, глянув в пару  на руках только мельком. Двойка и семерка.
Все головы синхронно повернулись к Кроссу.
- Мистер Кросс?

0

13

Глядя в свои карты, Генри чуть ли не кожей чувствовал на себе взгляды Тардиса и Мэдисона. И было ему под ними почти так же неуютно и холодно, как на улице. Из-за этого он немного нервничал и не сразу смог собраться  должным образом. Наверное, это даже было немного заметно со стороны. 
Игра между тем шла своим чередом, и как-то незаметно для себя Финч перестал ощущать слежку за собой. То ли он сам настолько увлекся, что больше  не чувствовал преувеличенного внимания к своей персоне, то ли действительно Тардис и Мэдисон успокоились и перестали ждать от него подвоха. А может, они полностью сосредоточились на своих картах и прекратили наблюдение  за "потенциальным шулером". Генри с огромным интересом прислушивался к их разговорам. Особенно когда речь зашла о дедушке Финче. При этом он еще пытался сообразить, кто мог быть потомками подозревавших его Мэдисона и Тардиса - и пришел к выводу,  что их дети, вероятно, уехали из Плезантвиля, не успев оставить в нем никакого следа. Самым нелегким делом оказалось не таращиться  во все глаза на шерифа Дойла, про себя удивляясь тому, насколько похожей на него, оказывается, была его младшая дочь. Она в полной мере унаследовала от отца черты и внешности, и характера: фамильные нос, стать и невозмутимость. В отличие от старшей сестры, которая после замужества переехала во Флориду и в Плезантвиле появлялась раз в несколько лет, младшая осталась в городе, преподавала математику в школе, где учились Генри и Дик. А с внучкой Дойла Финч танцевал на выпускном и целовался после него на берегу озера.
Однако все это не мешало ему внимательно следить за ходом игры. Генри знал не понаслышке, как хорошие стартовые руки могли превращаться  в мусор уже на флопе.  Ему же досталась карманная пара дам. И хотя их наличие вселяло надежду на выигрыш, какое-то даже не шестое, а двадцать шестое чувство подсказывало Генри, что лучше будет, если он скинет эти карты. Именно это Джек Кросс и проделал, когда  остальные сидевшие за столом повернулись в его сторону.

Отредактировано Генри Финч (2015-04-07 02:22:13)

0

14

- Осторожничаете, мистер Кросс? – осклабился Браун, и перевел веселый взгляд на Мэдисона. Тот заерзал и моментально сбросил карты. В розыгрыше осталось трое. У Тардиса оказалась пара десяток, у Дойла – туз и валет,  Браун заходил с двумя карманными королями, с ними же он и собрал урожай – почти восемьдесят долларов.
Шериф Дойл ухмыльнулся и допил виски, щелкая пальцем. От стены отделился официант, и под рукой у шерифа появилась новая бутылка. Это  приводило Харрингтона в  восторг – шериф  пил за двоих, и всегда вставал из-за стола самым трезвым.
- Этому феномену наверняка есть научное объяснение, - сказал как-то Том, оплачивая проспоренную Дойлу выпивку, - если бы я знал заранее, я бы с вами не спорил, шериф.
Следующие несколько раздач  ничем особенным не запомнились, потом Харрингтону удалось забрать банк в девяносто долларов, обыграв карманных тузов Тардиса – он собрал стрит, а получасом позже Джек Кросс оставил ни с чем Брауна, открыв пришедший на ривере фулл-хаус.
Харрингтон одобрительно присвистнул.
- Черт меня возьми, - сказал Браун, полируя взглядом трех дам и две десятки, - я был уверен, что…
Он не договорил, махнул рукой, и  выпил треть стакана виски в один долгий глоток.
В наступившей тишине было слышно, как тихонько посвистывает в груди у астматика Тардиса.
Игра закончилась после полуночи.
- Плохой вечер, - мрачно резюмировал Тардис,  исподлобья зыркая на Харрингтона, - Томас, две раздачи назад ты заставил меня сбросить королей. Что у тебя было?
Харрингтон улыбнулся широко, от души, как человек, которому нечего скрывать.
- Я блефовал, мистер Тардис, - шепнул он, наклоняясь к бородавчатой физиономии противника.
Тардис побагровел.
Мэдисон рассмеялся неприятным, каркающим смехом, однако шериф дернул его за рукав, и смех  прервался так же внезапно, как начался.
Дойл воспринял свой проигрыш стоически.
- Минус сто долларов, - поднялся Браун, отдуваясь, - могло быть  и хуже. Вы везунчик, Кросс. Благодарю за игру, джентльмены. Томми, ты домой?
- Нет, - медленно проговорил Томас, - подвезу мистера Кросса до мотеля… пешком отсюда далековато.

+2

15

Плохой вечер. Это слова  Генри мог бы повторить вслед за Тардисом. С не менее мрачным выражением лица. Несмотря на выигрыш, хороший виски и неожиданно полученное удовольствие от игры.
Вечер был плохим, потому  что во время игры   Финч понял:  ему будет очень трудно осуществить то, ради чего нелегкая принесла его в прошлое. По простой, как коровье мычание, причине. Чем дольше он общался с  Томасом Харрингтоном, тем больше ему нравился этот парень.  Дедушка Том, унылый тип, оказался  хорошим игроком, интересным собеседником, славным парнем, дружелюбным и не обделенным чувством юмора. Впрочем, и остальные партнеры на поверку оказались тоже довольно-таки симпатичными, несмотря на наличие у каждого из них своих особенностей  и странностей.
- Было очень приятно познакомиться  с вами, джентльмены. Игра была отличной.
Генри благодарил совершенно искренне.
- Может, вы немного задержитесь? Еще на стаканчик виски. Я хотел бы угостить вас.
Джек Кросс улыбнулся.
- Сослуживец, учивший меня играть, всегда говорил, что выигрыш не пойдет на пользу, если хотя бы небольшую его часть не потратить сразу же, и желательно с партнерами по игре.
Генри обвел взглядом мужчин.  Он вдруг поймал себя на том, что ему на самом деле хочется, чтобы компаньоны согласились  на его предложение. Но Браун отрицательно качнул головой.
- Спасибо, мистер Кросс, но... увы. Это ваше дело молодое, холостое. А нам пора. Дома ждут. Но правило вашего учителя хорошее, надо будет взять его на вооружение. Джентльмены, согласны?
Он первым направился к двери. За ним потянулись остальные.
- Мистер Харринтон, спасибо за ваше предложение. Но я вообще-то на машине, -  напомнил Генри дедушке Тому. 
- И в мотель не очень тороплюсь. Так что, может, все-таки пропустим по стаканчику?

Отредактировано Генри Финч (2015-02-01 17:38:47)

0

16

- Почему бы и нет? – медленно проговорил Томас Харрингтон.
Он помнил, что его ждут.
Она будет возмущена. Она будет злиться;  когда она злилась, ей на лоб падала выбившаяся из прически русая прядка. И смешно подпрыгивала, как пружинка, в такт ее возмущению и дрожащим в притворном гневе губам.
Ее губы пахли корицей и смородиновыми маффинами.
Томас улыбнулся.
Она простит. Просто так получилось. У него хорошее настроение. Он в выигрыше, виски был отменным, партнеры – на удивление благодушными, а Кросс ему понравился.
Это была странная, безотчетная симпатия, возникшая вдруг и на пустом месте.
Томас Харрингтон не мог упрекнуть себя ни в легковерии, ни в безотчетных симпатиях к незнакомым людям. Однако странное чувство, сродни чувству сопричастности  и созвучности, общей на двоих  реальности происходящего сейчас, с этим едва знакомым молодым человеком с ярко-синими глазами и уродливым шрамом не отпускало.
- Хороший виски, приятная компания, - сказал Том, - много ли нужно холостяку для счастья? Поедемте ко мне. Свифти закрывается через полчаса – это не Нью-Йорк, это Плезантвиль. Местные жители рано ложатся и рано просыпаются.
Он набросил пальто и приглашающим жестом махнул Джеку – догоняйте!
К ночи подморозило, под ногами сахарно хрустел тонкий лед.
Томас подошел к припаркованному у обочины темно-вишневому «форду»,  оглядываясь на стоящий неподалеку автомобиль Кросса.
- Толковая модель, - одобрительно кивнул он, - вы слышали, компания анонсировала выпуск новой линейки авто? «Форд Мустанг». Моему коню скоро пять лет… но я с завистью посматриваю на обложки автомобильных журналов.  У меня неплохая машина, вот только замок зажигания барахлит. Никак не доберусь до мастерской. Поедете  за мной.
Хлопнула дверца.

0

17

Увидев машину Харрингтона, Генри едва не рассмеялся.
Тяга Дика к вишневому цвету, похоже, фамильная.
- Слышал, конечно, - поспешно закивал он,  чтобы скрыть невольно ползущую по физиономии улыбку.
- Отслеживаю такие вещи не только по причине любопытства и любви к автомобилям, но и из профессионального интереса. У меня автомастерская. Семейный бизнес.
Вишневый "форд"  завелся не сразу.
Черт... а это вариант. Предложить помочь, типа по-свойски, по-приятельски. Мелкий ремонт, исправить одно, а другое...
Генри следовал за машиной дедушки Тома. Он отчетливо представлял себе, что случится с "фордом" после того, как он - исключительно из добрых дружеских побуждений - предложит новому приятелю  исправить замок зажигания. О том, что при этом произойдет со славным малыми Томом, Джек Кросс старался не думать. И так от всех этих мыслей и видений по спине бежал холодок, а ладони, лежавшие на руле, противно потели.
Всего один-два небольших надреза на тормозном шланге, и...
Обе машины затормозили у дома Харрингтона. Финч прихватил купленную в пабе бутылку виски, выбрался из салона своего "фаэрлейна"  и  подошел к "форду" Тома.
- Отец с недавних пор увлекся реставрацией старых автомобилей. Он большой  поклонник и знаток классики тридцатых годов. Находит  их чуть ли не на свалках, доводит до практически первоначального состояния. А все связанное с современными машинами в моем ведении. И поскольку на мою работу жалоб еще не было, если позволите, посмотрю вашу лошадку. Пока мы еще в полной мере не отдали должное этому напитку.
Он встряхнул зажатую в руке бутылку.

0

18

- Правда, можете? – Харрингтон с веселым изумлением уставился на Джека, - боюсь, только выпивкой я не отделаюсь! Но я не останусь в долгу.
Томас  не собирался загонять машину в гараж, памятуя, что  недолго будет дома. Он не собирался много пить – она не любила, когда он бывал навеселе,  и очень переживала, когда он садился за руль выпившим.
«Только виски, дарлинг. На донышке».
Она поджимала губы – от этого лицо ее теряло привычную мягкость линий и становилось сухим и жестким,  словно высеченным из мрамора.

Харрингтон открыл дом и включил свет на веранде и в гараже.
- Я оставил ключ в замке зажигания, - проговорил он, - не задерживайтесь. Если проблема серьезнее, чем на четверть часа работы – лучше оставьте ее механику. Мне будет жаль потерять время, которое можно провести за интересным разговором, в угоду собственному желанию сэкономить пару долларов.

Он ушел внутрь дома – большого, белого, в колониальном стиле, «слишком просторного для одного». Так говорил Браун, намекая, что мистер Пинчер с удовольствием продаст дом Харрингтону, и по выгодной цене. Харрингтон закрывал глаза и видел всю свою дальнейшую жизнь, наперед, словно кадры кинохроники.
Он женится  на Мод Браун. Они обзаведутся выводком сопливых детишек, он станет  одним из уважаемых людей Плезантвиля и столпом общества, одним из десятка  любителей покера по пятницам… одним из тех, кто решает, что важнее для этого города и этих людей. Одним из тех, кто диктует ритм жизни.
«Ты же этого хотел, Томас», - шепнул внутренний голос.
Он не спорил. Он этого хотел – еще будучи студентом со свистом в кармане.
И все-таки ему будет не хватать таких беззаботных вечеров, когда в легкой дымке опьянения едва знакомый человек кажется тебе твоем фотографическим отражением, слепком тебя, только – в отличие от тебя, он все еще свободен от условий и условностей закрытого общества пуритан Новой Англии.
Задумавшись, он очнулся только тогда, когда в комнату вошел Джек Кросс.
- Вы быстро справились. Руки можно вымыть в ванной… вторая дверь по коридору.
Томас разлил по стаканам виски. Себе чуть-чуть, на донышко.
- Вы меня простите, я не думал пить, у меня еще есть дело в городе, я съезжу… чуть позже. Через час. Вас оставлю ночевать в гостевой спальне. В этом доме можно потеряться.  Не возражайте. Я не принимаю возражений.
Он не уехал позже. Ни через час, ни через полтора.
Позабыв о времени.
Они пили, заедая терпкую горечь  солеными крекерами, разговаривая обо всем – о марках автомобилей и сортах виски (оказалось, что они оба предпочитают «Крайслер»  «Форду»,  а ирландский виски – шотландскому) о картах, женщинах, вине,  музыке  и путешествиях… Разговор прервал резкий звонок телефона.
Половина третьего ночи.
-  Я тебя уже не жду, Томас Харрингтон, - сказала она голосом, хрустящим, как осколки стекла под каблуком, - можешь не спешить.
Раздались короткие гудки – она бросила трубку.
Томас виновато  улыбнулся.
- Простите, Джек. Увлекся. Надо все-таки съездить.

Отредактировано Томас Харрингтон (2015-02-07 22:34:04)

0

19

С замком зажигания все оказалось не так уж плохо. Он был просто прилично засорен, и после несложной прочистки заработал, как новенький. На это ушли считаные минуты. Куда больше времени понадобилось Генри для того, чтобы все-таки проделать то, ради чего он оказался в прошлом. Отправляясь в это путешествие, Финч лелеял надежду, что ему все же не придется воспользоваться именно этим способом выведения из игры дедушки Тома. Он числился у него под номером два. Первым же был "бескровный" вариант - увы, оказавшийся неосуществимым из-за отсутствия бабушки Мод в городе. Генри втайне уповал на то, что ему удалось бы рассорить эту парочку. Сделать  так, чтобы при одном лишь упоминании  имени Тома Харрингтона мисс Браун впадала бы в ярость или же брезгливо кривилась, как будто при виде раздавленной лягушки. Или чтобы дедушка Томи бежал со всех ног куда глаза глядят, завидев идущую по улице бывшую невесту. Но...

Закончив со всеми делами, он вошел в дом, оглядываясь по сторонам, присматриваясь ко всему,  узнавая и одновременно не узнавая убранство и расположение комнат. Похоже, после свадьбы миссис Харингтон не раз занималась перепланировкой семейного гнездышка. Бывшего пока еще холостяцкой берлогой. 
Когда Джек Кросс вышел из ванной, его уже ждал стакан с виски. Подавив в себе желание надраться в хлам, чтобы не думать о ближайшем будущем Тома,  Генри пил точно так же аккуратно,  как и Харрингтон. От ночевки у него он отказался - сослался на то, что в мотеле остались кое-какие вещи, что уезжать надо будет рано утром, чтобы добраться домой не слишком поздно.
- Боюсь, снегопад усилится, дороги  занесет. Как бы не застрять где-то на трассе  надолго. Дома работы много, клиенты постоянно дергают, торопят с ремонтом - нельзя время терять.
Поначалу Финч то и дело мысленно возвращался к  содеянному, но постепенно алкоголь и непринужденная беседа сделали свое дело -  оттеснили неприятное воспоминание куда-то в глубину памяти.  К тому же ему еще  приходилось контролировать себя, чтобы случайно не сболтнуть что-то о своей жизни в двадцать первом веке. Но несмотря на все запоздалые душевные терзания и прочие сложности,  Генри, пожалуй,  чуть ли не впервые в жизни почувствовал в собеседнике родственную душу. С похожими взглядами на женскую красоту и характеристики автомобилей, на крепкие напитки, карточные игры, кинофильмы и на многое другое.
А потом зазвонил телефон. Кто-то что-то коротко сказал Тому, и тот с виноватой улыбкой обернулся к своему гостю. Его ждали, и не поехать он не мог.

Из дома они вышли вместе. И тут-то Джека Кросса затрясло. Не столько от усилившихся мороза и пронизывающего насквозь ветра, сколько от окончательного  осознания того, что он фактически изменил судьбу не только свою, но и нескольких поколений другой семьи. Попросту говоря, уничтожил их. Потому что сейчас Том Харрингтон куда-то поедет. Может быть, даже доберется до места назначения.  А вот назад он уже не вернется.  И  никогда не станет дедушкой Томом. Так и останется в памяти жителей Плезнтвиля молодым, холостым, дружелюбным  и чертовски обаятельным парнем. 
Финча охватило смятение. Желание  отвести беду от неожиданного приятеля боролось в нем с пониманием необходимости молчать, играя тем самым в свою пользу.
Чтобы все было не зря.
Он замедлил  шаг, поднял воротник пальто. Проговорил, протянув Харрингтону руку:
- Поаккуратнее на дороге. Все-таки виски... да и погода...
И уже садясь в "фаэрлейн", абсолютно искренне поблагодарил Тома:
-  Вряд ли мы еще когда-то увидимся, но... это был прекрасный вечер. Спасибо.
Чувствовал он себя при этом Иудой, и в какой-то момент даже как будто ощутил тяжесть тридцати серебренников  в кармане старомодного пальто.

Отредактировано Генри Финч (2015-02-08 01:58:04)

0

20

- Жаль, - искренне посетовал Харрингтон, - приятно было познакомиться. Не волнуйтесь. Я хорошо вожу, особенно после виски.
Дежурные слова звучали теплее, чем обычно.
Кросс действительно ему понравился.
- Будете в наших краях – обязательно загляните.
Он попрощался с Джеком Кроссом, еще несколько секунд ощущая слипшимися пальцами пожатие руки.
Джек уехал первым, Том выключил свет в доме и в гараже, завел автомобиль и выехал на присыпанную снегом дорогу. «Форд» завелся быстро, мотор заурчал ровно,  словно сытый зверек.
- Умеет, - щелкнул языком Том.
Немного шумело в голове – от выпитого, от  обилия вечерних впечатлений, от  чувствительно царапнувшего небо «уже» в ее голосе, и Том, вопреки привычке, поехал другою дорогой,  за город, огибая  неработающую бензоколонку Леджера. От нее можно было вернуться в город с запада, оставить машину за забором последнего на улице  нежилого коттеджа, прозванного «Домом слепого Пью», и пройти не более пятидесяти ярдов, прямиком к калитке ее дома – только с  противоположной стороны.
Мерно тикали дворники.
Он нажал  педаль газа, слушая, как взревел мотор. Мир в одно мгновение превратился в белую пыль. Спидометр дрожал перед глазами бледным пятном. Шестьдесят миль. Мелькали за окном желтые пятна фонарей,  покосившаяся ржавая вывеска  Леджера,  ледяная крупа расплывалась по лобовому стеклу   дрожащими озерцами света.
Когда-то это кончится. Возможно, скоро. Когда он наденет обручальное кольцо на палец Мод Браун.
Или... нет?

Пора было возвращаться.
Том не понял, что произошло в следующий момент. Не успел.
Из-за поворота выскочила тень – то ли кот, то ли щенок, он не рассмотрел. Харрингтон  нажал на тормоз, выворачивая руль. Нога провалилась вниз, как в сахарную вату. Расширенным  от ужаса взглядом он успел заметить вырастающий из-под земли столб, бьющий в глаза свет фонаря…
…услышать грохот, скрежет металла.  Хруст собственного тела.

Сообщение в «Вестнике Плезантвиля»  от  10  декабря  1963 года.

Рубрика «Одной строкой»

Из сводок дорожной полиции

Вчера утром на окраине города в районе бензоколонки Леджера был обнаружен потерпевший аварию автомобиль «Форд». В  салоне  находился труп его владельца, мистера Томаса  Харрингтона.  Ведется расследование обстоятельств аварии.

Эпизод  завершен.

Отредактировано Томас Харрингтон (2015-02-13 17:19:55)

0


Вы здесь » Записки на манжетах » Архив оригинальных сюжетов » Парадокс убитого дедушки. Эпизод 2